Сравнение советских и немецких танков

Сравнение советских и немецких танков

Сравнение советских и немецких танков

Теперь, когда мы разобрались с историей появления и развития до начала Великой Отечественной войны немецких и советских танков, можно приступить к их сопоставлению. Чтобы сравнить танки между собой по качеству, необходимо прежде всего установить их главные характеристики, определяющие их силу и слабости. Перечислим их в порядке важности:

1-3. Огневая мощь, броневая защита и подвижность.

Боеготовность.

Связь.

Обзор.

Удобство для экипажа.

Дальность хода.

Заметность.

Анализ каждого из предвоенных советских и немецких танков с точки зрения всех этих характеристик занял бы слишком много времени и места, поэтому мы уделим основное внимание новейшим танкам того периода. Рассмотрим их через призму приведенных выше характеристик.

1-3. Первые три характеристики являются наиболее значимыми, а поскольку они равноценны, то и помещены в одном пункте. Очень важно, чтобы они органично сочетались между собой и были хорошо сбалансированы. Лучше всего этот баланс в описываемое здесь время проявлялся в средних танках. В легких танках, как правило, подвижность преобладала над огневой мощью и броневой защитой, а в тяжелых, наоборот, огневая мощь и броневая защита доминировали над подвижностью.

С точки зрения уровня развития первых трех характеристик и их оптимального баланса несомненным лидером среди и советских, и немецких машин тогда являлась «тридцатьчетверка». У тяжелого танка KB-1 броневая защита явно перевешивала и его подвижность, и огневую мощь. Более того, Т-34 с марта 1941 г. был вооружен 76,2-мм пушкой Ф-34 с длиной ствола 41,6 калибров. НаКВ-1 в то время устанавливалась пушка Л-11 такого же калибра, но со стволом только в 30,5 калибра и с пониженной вследствие этого начальной скоростью снаряда. Таким образом, средний танк Т-34 превосходил тогда тяжелый KB -1 по мощи вооружения. Лишь в октябре 1941 г. KB -1 получил на вооружение пушку ЗИС-5 с баллистикой, аналогичной баллистике пушки Ф-34. У КВ-2 огневая мощь оказалась на первом месте за счет еще большего отставания в подвижности. По существу, он являлся тяжелым самоходным орудием и даже не мог вести огонь на ходу.

У немецких средних танков огневая мощь в то время оставляла желать лучшего. Впоследствии реалии войны заставили немцев существенно усилить вооружение своих танков и сделать их более сбалансированными. Броневая защита у них была сравнительно надежной только спереди, хотя и там ей не хватало рациональных углов наклона. Но вот бортовая броня оказалась слишком тонка и к тому же ослаблена вырезами под эвакуационные люки.

Подвижность немецких танков была неплохой только на дорогах и твердых почвах. Они разрабатывались для использования в обстановке Западной и Средней Европы и имели слишком высокое для Восточного фронта удельное давление на грунт. Это приводило к недостаточной проходимости на бездорожье, особенно в условиях слабых грунтов, топкой местности, распутицы или глубокого снежного покрова. Легкие танки чешского производства, состоявшие на вооружении Вермахта, имели отличный баланс первых трех характеристик, особенно это относилось к Pz.38(t). Однако их весовая категория не позволяла им достичь высокого уровня этих характеристик, особенно по части огневой мощи и броневой защиты.

4. Боеготовность представляет собой важнейшую характеристику. Она определяется прежде всего наличием машин, способных к выполнению боевых задач в установленные сроки там, где они необходимы. Самый худший в мире танк, которому удалось попасть в нужное время в нужное место, неизмеримо превосходит самый лучший, которого там не оказалось.

На боеготовность, конечно, влияют и упомянутая ранее подвижность, и искусство военачальников, но определяется она прежде всего числом полностью боеспособных машин, имеющихся в распоряжении войск. А это число, в свою очередь, зависит от производственной технологичности танков и соответствия потребных для их выпуска технологий и материалов возможностям промышленности страны и имеющимся ресурсам.

Но изготовлением максимально возможного количества танков дело далеко не заканчивается. Их еще надо обеспечить подготовленными экипажами, бесперебойно снабжать горюче-смазочными материалами, боеприпасами и запчастями, вовремя проводить их материально-техническое обслуживание, наладить эффективный порядок их эвакуации, ремонта и восстановления после поломок и боевых повреждений, создать быстродействующую транспортную систему переброски боевой техники для экономии ее моторесурсов и времени и т.д. и т.п. Объем необходимых для поддержания боеспособности танков работ во многом зависит от их надежности, долговечности, приспособленности к техобслуживанию, ремонтопригодности и, конечно, от квалификации и добросовестности работающих с танками людей, и прежде всего их экипажей. Одним словом, это все не только технические проблемы, но и организационные, связанные с человеческим фактором.

В этой области Вермахт в начале войны обладал значительным преимуществом над Красной Армией. Конечно, в численности танков РККА имела к началу войны многократный перевес, но он нивелировался превосходством немцев в мобилизации, развертывании, организации, подвижности, управляемости, подготовке и боевом опыте армии вторжения, а также в руководстве ею.

Нельзя не упомянуть и эффективную немецкую систему снабжения, которая сделала возможными удары их подвижных войск на небывалую ранее глубину и сократила необходимые оперативные паузы между этими ударами. Танки Вермахта тоже продемонстрировали впечатляющую надежность. Так, к концу октября 1941 г. в 6_й танковой дивизии танки Pz.II прошли в среднем 11,5 тыс. километров, Pz.IV — 11 тыс. километров, а чешские Pz.35 (t) — 12,5 тыс. километров и сохранили после этого боеспособность. Конечно, за это время их не раз ремонтировали, но в любом случае для танков того времени это выдающиеся показатели. Надо еще учитывать, что к Pz.35 (t), давно снятому с производства, отсутствовали запасные части, выпуск которых тоже был прекращен, поэтому немецким ремонтникам приходилось разбирать на запчасти некоторые из этих машин.

Конструкция Т_34 была прекрасно приспособлена к его массовому выпуску, но в эксплуатации он был далеко не столь хорош. Танки первых лет выпуска требовали многочисленных регулировок и частых работ по обслуживанию их узлов и агрегатов. Так, через каждый час работы двигателя было необходимо смазывать валик водяного насоса поворотом на 1-2 оборота рукоятки шприца, расположенного далеко позади от механика-водителя, на моторной перегородке. Через каждые 100 километров пробега требовалось вручную смазать механизмы в 16 местах, через каждые 250-300 километров пробега или 10-12 часов работы двигателя — еще в 6, через каждые 500 километров пробега или 25 часов работы двигателя — еще в 13, а через каждые 1000 километров пробега или 50 часов работы двигателя — в 38. Летом было необходимо промывать воздухоочиститель и менять в нем масло не реже чем через каждые 10 часов работы двигателя, а зимой — через 20-25.

В реальных боевых условиях регулярно проделывать все эти манипуляции было практически невозможно, особенно учитывая переутомление водителя из-за тяжелого управления танком. В результате двигатель В_2 недодавал мощности и рано выходил из строя. Его паспортный ресурс в то время составлял 100 моточасов, но столько он мог проработать лишь на стенде, а на танке редкий В_2 выдерживал более 60-70 моточасов. Аналогичные проблемы с двигателем испытывали и легкие танки БТ_7М, и тяжелые KB, на которые тоже устанавливались модификации дизеля В_2.

Отмеченные выше изъяны системы снабжения и ремонта танков РККА, их недостаточная надежность, неудовлетворительная подготовка кадров танкистов во всех звеньях и неумелое использование танков советским командованием в начальный период войны приводили к тому, что они, как правило, не оказывались в нужное время в нужном месте. А те, которым все же удавалось туда дойти, как правило, теряли по дороге свою пехоту и артиллерию, которые должны были их сопровождать, и без их поддержки быстро уничтожались пехотой и артиллерией немцев.

Но значительная часть танков Красной Армии в первые недели войны была потеряна не в бою. Характерен пример 8_го мехкорпуса, части которого за 4 первых дня войны, выполняя противоречивые приказы командования, прошли почти 500 километров по дорогам и потеряли при этом около 50% материальной части еще до вступления в непосредственное соприкосновение с противником. Летом 1941 г. многие советские танки были попросту брошены после поломок, которые не удалось устранить из-за отсутствия ремонтников и запчастей, или после выработки горючего, которое не смогли вовремя подвезти, или они где-то застряли и так и не дождались тягачей, которые бы их вытащили.

Куда именно пропали необходимые ремонтные «летучки», топливозаправщики, грузовики и тягачи, были ли они отрезаны немецкими частями, разбомблены самолетами Люфтваффе, заблудились где-то на дорогах из-за неумения ориентироваться на местности или просто не существовали в природе с самого начала — сейчас уже установить трудно. Но есть все основания утверждать, что немцы своими грамотными действиями использовали и усугубили пороки советских танковых войск, изначально заложенные в их организацию. Еще опыт Польской кампании 1939 г. наглядно продемонстрировал, как командование двух участвующих в ней танковых корпусов Красной Армии потеряло управление своими частями и не сумело наладить их снабжение даже в условиях отсутствия организованного сопротивления противника. С тех пор вести маневренные боевые действия РККА так и не научилась… Вырабатывать это непростое умение пришлось ценой большой крови на войне с умелым и опасным врагом, не прощающим чужих ошибок.

5. Связь является важнейшим и незаменимым средством для организации боя и налаживания взаимодействия его участников. Как мы уже отмечали, все без исключения танки Вермахта были оборудованы средствами радиосвязи. Дальность действия стандартных немецких танковых передатчиков составляла на ходу 2-3 километра в телефонном режиме и 3-4 километра в телеграфном. Эти дистанции определялись уверенным приемом сигнала с обеих сторон. Немцы умело пользовались связью и воевали коллективно. Как только один немецкий танк попадал в трудную ситуацию, ему на помощь немедленно приходили другие.

Уровень радиофикации предвоенных советских танков формально был неплохим, приемо-передающими радиостанциями была оснащена примерно треть из них. В Вермахте, напомним, передатчики тогда имела ненамного большая часть танков — 45%. Но вот остальные две трети танков Красной Армии для связи могли полагаться только на сигнальные флажки и ракеты. Для их использования в башне предусматривался специальный люк сигнализации. Приемников советские танки, в отличие от немецких, за малым исключением не имели. Советские танковые приемники того времени мало уступали в цене передатчикам, были сложны и неудобны для применения и требовали специального обучения пользователей. Средств на это не хватало, поэтому их очень редко устанавливали на танки.

Качество передатчиков тоже было низким. Танки Т_34 тогда оснащались радиостанциями 71_ТК_З. Она имела неплохие паспортные данные: радиус действия достигал 18 километров при движении танка и 25 километров во время стоянки при заглушённом двигателе. Но реально на максимальной дальности обеспечивался только односторонний прием или работа телеграфным ключом. Надежная двусторонняя телефонная связь устанавливалась на расстоянии не более 4 километров. Сама радиостанция была сложна в производстве и в эксплуатации. Ее было трудно настроить из-за плохой избирательности, особенно на большой дистанции и в движении. Волна, что называется, «плыла» и требовала частой подстройки. При включении корреспондентом блока усиления мощности на своей рации при связи на расстоянии менее 2 километров он начинал глушить передатчик. Отчет о сравнительных испытаниях советской и немецкой танковых радиостанций в СССР осенью 1940 г. заключался однозначным выводом:

«По всем основным характеристикам радиостанция немецкого танка превосходит таковую, установленную на отечественном танке. Считаю целесообразным проведение разработки танковой радиостанции нового типа на основе имеющихся немецких образцов».

Перед войной у немцев закупили три танковые радиостанции с полным комплектом конструкторско-технологической документации. Работа по проектированию их советского аналога была начата, но закончить ее до начала войны так и не успели.

Танкисты на радиофицированных танках зачастую не имели элементарных навыков командных действий и предпочитали действовать самостоятельно и не запрашивать помощь товарищей, даже когда это было оправданно, уменьшая свои шансы на успех в бою. А что говорить о танках без связи… Представьте себе обязанности, которые должен был выполнять в бою командир Т_34, который, напоминаем, служил и наводчиком орудия. Ему приходилось одновременно управлять действиями экипажа своего танка, наблюдать за полем боя, своевременно выявлять на нем цели и угрозы, определять дальность до них, вести по ним огонь из пушки и спаренного пулемета, следить за действиями танков своего взвода, особенно за танком командира взвода, и выполнять его команды, подаваемые сигнальными флажками и ракетами. Понятно, что все это делать в пылу сражения одному человеку было физически невозможно. В результате танки. сбивались в кучу, вместо того чтобы атаковать в развернутой боевой линии с соответствующими интервалами, и представляли собой отличную мишень для немецких противотанкистов. Они даже не имели возможности своевременно предупредить друг друга о замеченной опасности. Вместо коллективных действий в бою советские танки оказывались предоставленными сами себе и сражались в одиночку.

6. Обзор на немецких танках был на высоком уровне, прежде всего благодаря наличию командирской башенки с круговым полем зрения и общеизвестному качеству немецких оптических приборов. Командир немецкого танка не только имел возможность наблюдать окружающую местность благодаря тому, что был освобожден от всех обязанностей, кроме командных — он еще имел для этого отличное оборудование. Немецкие танки оснащались телескопическими шарнирными прицелами, окуляр которых оставался стационарным относительно наводчика при перемещении ствола пушки. Это делало пользование ими значительно удобнее.

В то же время советские танки были не только «глухими», но и «слепыми». Особенно это касалось Т_34. Первоначально в крышке башенного люка этого танка планировали установить перископ кругового обзора конструкции С. Порфирьева, но в 1939 г. того арестовали по подозрению в шпионаже. Вместо его перископа Т_34 получил новый смотровой прибор кругового обзора, установленный в большом люке башни. Но место для него было выбрано еще тогда, когда башню разрабатывали под 45_мм пушку. После установки в нее 76_мм орудия со значительно большей казенной частью пользоваться прибором стало крайне неудобно, и в начале весны 1941 г. его убрали. Командир танка для наблюдения в бою использовал перископический прицел, но у него было маленькое поле зрения и недостаточная скорость сканирования. Кроме этого, у командира был стационарный смотровой прибор с небольшим обзором влево. Остальные члены экипажа «тридцатьчетверки» имели очень ограниченные секторы видимости только в одном направлении: механик-водитель и стрелок-радист — вперед, а заряжающий — вправо. Однако пользоваться бортовыми смотровыми приборами и командиру, и заряжающему было затруднительно из-за того же орудия. Весной 1941 г. в башню Т_34 начали устанавливать танковую командирскую панораму ПТКдля заряжающего, но близость к откатным частям пушки делала ее использование в бою небезопасным.

Широко известен случай, когда в самом начале войны немецкая 37_мм противотанковая пушка с короткой дистанции всадила в Т_34 более 20 снарядов, но его броню все же не пробила. Этот факт свидетельствует как о надежности броневой защиты «тридцатьчетверки», так и о совершенно неудовлетворительном обзоре из этого танка, экипаж которого, несмотря на все старания, все же не сумел обнаружить и уничтожить своего назойливого противника.

7. Удобство для экипажа необходимо для создания ему благоприятных условий в походе и в бою. Они позволяют ему лучше сохранять свои силы до вступления в сражение и потому вести его более эффективно. К удобствам танка относятся прежде всего достаточно просторные боевое отделение и отделение управления, снабженные действенной вентиляцией, небольшие усилия на рычагах, рукоятках и педалях управления, соблюдение правил эргономики при проектировании рабочих мест членов экипажа и хорошая подвеска, предотвращающая передачу резких ударов и толчков от неровностей местности на корпус танка и быстро гасящая его колебания.

Объем боевого отделения в значительной степени определяется размером погона башни. На немецком танке Pz.HI его диаметр был 1520 мм, а на Pz.IV — 1680 мм. На Т_34 он составлял 1420 мм, а на КВ_1 и КВ_2 — 1560 мм. Если учесть, что на Pz.HI тогда стояли только 37_мм или 50_мм пушки, на Pz.IV — 75_мм, но с короткими боеприпасами, на Т_34 и КВ_1 — 76_мм, а на КВ_2 — 152_мм, то становится ясно, почему в немецких башнях экипажу было куда просторнее, чем в советских. Для того чтобы разместить тяжелое и крупногабаритное орудие в башне КВ_2 с явно недостаточным для него размером в свету, его пришлось поднять высоко над погоном, соорудив для этого танка громоздкую неуклюжую башню массой в целых 12 т. Для сравнения — башня КВ_1 весила менее 7 т.

Одним из следствий хороших условий обитаемости была высокая боевая скорострельность танков Вермахта. Ее неоднократно определяли специалисты НИБТ полигона в Кубинке. Для оценки боевой скорострельности танков там была построена специальная трасса, по которой совершались несколько заездов разными экипажами, а их результаты потом усреднялись. На испытаниях в 1941 -1942 гг. Pz.HI показал боевую скорострельность 5-9 выстрелов в минуту, Т_34 с неподготовленным экипажем — 1 -3 выстрела в минуту, Т_34 с подготовленным экипажем — 3-5 выстрелов в минуту, КВ_1 — 4-6 выстрелов в минуту, КВ_2 — 1 выстрел в 3,5 минуты. Тут необходимо пояснить, что мощную 152_мм пушку КВ_2 было невозможно зарядить на ходу, для этого требовалась полная остановка танка и выведение орудия на угол заряжания. Но очень показательно, что КВ_1 с более просторным боевым отделением, чем у Т_34, превзошел его в скорострельности при аналогичном вооружении.

Еще одним фактором, ухудшающим боевую скорострельность «тридцатьчетверки», явилось размещение львиной доли ее боекомплекта на полу боевого отделения. Заряжающему приходилось нагибаться за каждым снарядом и перемещать его на относительно большое расстояние до казенника пушки. В то же время днище танка — наиболее безопасное место с точки зрения вероятности попадания туда вражеских снарядов. Это лишний раз иллюстрирует, что каждое техническое решение имеет как положительные, так и отрицательные стороны.

Насколько эргономика влияет на баевые качества танков, показывает один простой пример. В 1942 г. в Т_34 ввели новую боеуклад-ку, для которой изменили конструкцию снарядных ящиков. Более рациональное размещение боекомплекта и новые удачные замки к ящикам позволили подготовленным экипажам производить до 6 и более выстрелов в минуту. Таким образом, при том же объеме боевого отделения только усовершенствование боеукладки позволило в полтора раза увеличить боевую скорострельность танка.

Высокой скорострельности немецких танков содействовало наличие вращающегося полика башни, на котором стоял заряжающий. Благодаря полику он оставался неподвижным относительно пушки при разворотах башни. В советских танках их тогда не было, и заряжающему постоянно приходилось быть начеку, чтобы не оказаться прижатым казенником пушки при повороте башни или не попасть под удар откатных частей после выстрела. Это отнюдь не способствовало повышению практической скорострельности танка.

В результате всех испытаний танков на скорострельность в Кубинке неизменно побеждал Pz.HI. Он же, по отзывам советских испытателей, постоянно признавался самым удобным для экипажа. Большую роль в этом, несомненно, сыграла очень удачная индивидуальная торсионная подвеска этого танка. Она обеспечивала ему высокую плавность хода даже на пересеченной местности. Такой же тип подвески был использован на советских Т_40 и KB, а Т_34 оснащался подвеской Кристи, которая тоже была индивидуальной, но отличалась большим диаметром опорных и отсутствием поддерживающих катков, а также типом упругих элементов. Вместо торсионов, работающих на кручение, там применялись пружины сжатия.

Но лучшие условия для экипажа Pz.III были обусловлены не только этим. Его башня была установлена близко к центру тяжести танка, поэтому амплитуда ее линейных колебаний уменьшалась, а в его подвеске применялись амортизаторы, которые быстро гасили эти колебания. В советских танках того времени амортизаторы отсутствовали, а башни были смещены вперед. Благодаря низкому внутреннему трению в их пружинной или торсионной подвеске они сравнительно долго раскачивались после наезда на неровности, а размах колебаний в боевом отделении увеличивался из-за его удаленности от центра тяжести танка.

Возникает вопрос, почему Pz.III был снят с производства в 1943 г., а менее удобный и совершенный Pz.IV выпускался до самого конца войны? Главной причиной этого был больший диаметр погона «четверки», позволявший усиливать ее вооружение без заметного уменьшения объема обитаемого пространства в ее боевом отделении.

Вентиляция боевого отделения необходима прежде всего для своевременного удаления из него высокотоксичных пороховых газов, образующихся в результате стрельбы. В Т_34 того времени она была совершенно неудовлетворительной по уже знакомой нам причине. После оснащения машины 76_мм орудием (вместо прежнего 45_мм) вентилятор, установленный в крыше башни, оказался не над затвором, а над стволом пушки, где его действие было гораздо менее эффективным. Низкая практическая скорострельность пушки несколько ослабила последствия этого дефекта, но случаи угорания танкистов от пороховых газов все же происходили.

Чрезмерные усилия переключения передач на Т_34 усугублялись еще одним обстоятельством. Передач было всего 4 — явно недостаточно для нормального совмещения диапазона скоростей танка с диапазоном оборотов его двигателя. В оптимальном случае после переключения передачи обороты двигателя должны снижаться до значений, соответствующих его максимальному крутящему моменту. На Т_34 при переключении передач со второй на третью и с третьей на четвертую обороты двигателя падали так сильно, что оказывались совсем недалеко от зоны его неустойчивой работы, где крутящий момент был заметно ниже максимального. Это приводило к тому, что большую часть времени он работал в режиме неполной мощности. В случае даже небольшого промедления при переключении передач или значительного дорожного сопротивления двигатель танка «опрокидывался» и глохнул. Потерять ход в боевых условиях-то же самое, что оказаться неподвижной мишенью для врага, а это было слишком рискованно. Поэтому неудивительно, что Т_34 шли в бой, как правило, на второй передаче и не использовали в полной мере свои скоростные качества.

8. Запас хода особенно важен для увеличения радиуса самостоятельных действий танковых частей. Существенным преимуществом дизельного двигателя над карбюраторным, работающим на бензине, является низкий удельный расход топлива. Поэтому танки, оснащенные дизелем, обычно заметно превосходят по дальности хода своих бензиновых оппонентов. Танк БТ_7М после установки на него двигателя В_2 приобрел рекордную табличную дальность хода по шоссе — целых 630 километров на гусеницах или 1250 километров на колесах! Хотя на самом деле эти цифры на практике никто и никогда не проверял, да и не мог проверить при всем желании. Они являются расчетными и получены, исходя из среднего расхода топлива на километр пробега и суммарной емкости топливных баков танка. Как уже упоминалось выше, БТ_7М вообще не рекомендовалось двигаться на колесах, поэтому говорить о его запасе хода на них нет никакого смысла.

Пройти на гусеницах 630 километров на одной заправке БТ_7М тоже был не в состоянии. Проблема была в недоведенности и низком качестве изготовления его двигателя В_2. Из-за них его главными недостатками тогда, кроме малого ресурса, были повышенный расход топлива, превышающий нормативный на 12%, и абсолютно непозволительный перерасход масла, который в 3-8 раз перекрывал существующие нормы. Поэтому запас хода Т_34, на котором тоже устанавливался этот дизель, осенью 1942 г. ограничивался не топливом, а именно маслом: согласно данным Техотдела НКТП, топлива на «тридцатьчетверке» было достаточно на 200-220 километров пробега, а масла — только на 145. Поэтому реальные запасы хода советских и немецких танков того времени примерно соответствовали друг другу.

9. Заметность определяется интенсивностью физических полей танка, которые выдают его местонахождение современным ему средствам обнаружения. В то время к ним относился его видимый размер, окраска, шумовые характеристики и вес — ведь чем тяжелее танк, тем больше дистанция его обнаружения по сотрясению почвы при его движении. В этой области преимущество было за немецкими танками, главным образом из-за их значительно меньшей шумности и меньшего веса по сравнению с Т_34 и КВ.

Уровень шума существенно влияет на заметность танков, особенно на закрытой местности, ночью или в условиях плохой видимости. Т_34 был очень шумным. Его мощный 500_сильный дизельный двигатель не был оснащен глушителем. К оглушительному реву дизеля добавлялся лязг крупнозвенчатых гусениц с гребневым зацеплением. Даже тяжелый KB не создавал столько грохота, ведь гусеницы в его движителе использовались мелкозвенчатые, а их зацепление с ведущим колесом было цевочным. Двигающийся по дороге Т_34 можно было услышать почти за полкилометра, а немецкий Pz.III — только за 150-200 метров. Кроме шума, «тридцатьчетверку» демаскировали высокие столбы пыли, вздымаемые ее выхлопными трубами, направленными вниз.

4. 45-мм танковые пушки большой мощности ОКБ № 172

4. 45-мм танковые пушки большой мощности ОКБ № 172

По заданию НКВ разработка 45-мм танковой пушки большой мощности была поручена ОКБ № 172 (политзаключенные) в сентябре 1942 г. Работая совместно с КБ завода № 235, они взяли за основу ствол и противооткатные механизмы 45-мм противотанковой пушки М-42 и разработали ее танковый вариант. Новое орудие получило индекс ВТ-42. От своего нолевого собрата и орудия 20К ВТ-42 отличалось очень плотной компоновкой и наличием горизонтально-клинового затвора (все предыдущие «сорокапятки» имели вертикально-клиповой затвор). В 1943 г. после проведения необходимой программы испытаний орудие рекомендовали для принятия на вооружение, но звезда Т-70 уже закатилась. Всего было изготовлено от 2 до 7 шт. орудий ВТ-42, два из которых установлены в танки с одноместной башней.

По распоряжению НКВ и НКТП в начале 1943 г. ОКБ № 172 переработало конструкцию ВТ-42 для установки в танк Т-80. Так как максимальный угол возвышения орудия в Т-80 достигал 60° и более, для орудия заново спроектировали подъемный механизм и накатник. Новая пушка получила индекс ВТ-43 и была принята на вооружение. Но ввиду прекращения выпуска тапка Т-80. ВТ-43 серийно не производилась. Всего изготовлено два опытных образца ВТ-43, отличавшихся в деталях.

Весной-летом 1943 ОКБ №172 проектировало автоматическую танково-зенитную 45-мм пушку с баллистикой М-42. Предполагалось устанавливать одиночное орудие в башню Т-34, а спарку — в башню КВ-1C. но проект не приняли.

Танк Т-80, вооруженный 45-мм танковой пушкой большой мощности ВТ-43 в положении максимального угла возвышения.

ТТХ танковых орудий малых калибров

Таблица бронепробиваемости танковых орудий малых калибров

* — Бронебойным снарядом с сердечником из карбида вольфрама.

** — Бронепробиваемость снарядом БР-240СП обр. 1942 г. с локализаторами.

*** — Табличное значение для ПТП обр. 1942 г. Тип снаряда и выстрела не указан.

Необходимые пояснения

Бронепробиваемость орудий в издании преимущественно (кроме оговоренных отдельно) приводится поданным НИИ-48 1942-1946 гг., которые иногда отличаются от официально принятых.

Табличная величина бронепробиваемости орудий была чисто расчетная (по методике, утвержденной АРТКОМом в 1939 г.) и определялась из двух основных показателей:

ПСП (предел сквозного пробития), соответствующего условиям стрельбы, когда снаряд целиком проникал за броню;

ПТП (предел тыльной прочности), когда ни один из осколков снаряда не проникал за броневую преграду, но начиналось повреждение тыльной поверхности броневого листа.

Официально броня считалась пробитой, если не менее 75-80% снарядных осколков оказывались, за броней. Именно этот достаточно условный показатель и приводился в большинстве официальных таблиц. В немецкой армии условии пробития брони были более щадящими и потому для тех же орудий они приводят большие цифры.

Опытные и трофейные орудия в СССР только выборочно проверялись отстрелом на артиллерийском стенде длиной от 5 до 30 метров. Скорость встречи снаряда с преградой обеспечивалась соответствующей навеской порохового заряда и не проверялась практически.

Из реальных орудий по реальной цели с паспортной дистанции стреляли крайне редко.

В данном издании автор (где ото возможно) постарался привести нс только паспортную бронепробиваемость, а также величины начального пробития (20% вероятности проникновения снаряда) и гарантированного пробития (свыше 80%), отделяя их знаком (дефис).

Если величины бронепробиваемости отделены знаком «/» (косая черта) — это соответствует различным углам встречи снаряда с броней. Перед косой чертой величина соответствует углу встречи 30 град, за ней — по нормали. Угол встречи снаряда с броней взят по методологии НИИ-48, то есть по углу между нормалью к броневому листу и продольной осью снаряда.

Например, показатель 75-64/92-84 следует понимать, что на указанной дистанции при угле встречи 30 град, начальное пробитие составляет 75 мм. а гарантированное — 64 мм; при встрече по нормали они составляют соответственно 92 мм и 84 мм.

Если перед дефисом цифра отсутствует, это означает, что указана величина фактического (или паспортного) пробития. Например: -75/-92.

Не следует упускать из виду также и то обстоятельство, что реальная бронепробиваемость отечественных танковых и противотанковых пушек до 1942-43 гг. была в значительной степени понижена из-за плохого качества серийно производимых бронебойных снарядов.

Макет танка А-43 (Т-34 капитальной модернизации) с примерочным макетом пушки Ф-34.

Танки Германии периода Второй мировой войны

С середины 1930-х годов немецкие военные в соответствии с принятой ими концепцией ведения войны («блицкригом») при определении требований на разработку танков основной упор делали не на огневую мощь танка, а на его маневренность с целью обеспечения глубоких прорывов, окружения и уничтожения противника. С этой целью началась разработка и производство легких танков Pz.Kpfw.I и Pz.Kpfw.II и несколько позже средних танков Pz.Kpfw.III и Pz.Kpfw.IV.


С началом Второй мировой войны немецкие танки успешно боролись с танками противников, но с появлением у стран антигитлеровской коалиции более совершенных танков Германии пришлось отказаться от легких танков и сосредоточить силы на разработке сначала средних, а затем и тяжелых танков.

Средний танк Pz.Kpfw.III Ausf.(G, H, J, L, M)

Средний танк Pz.Kpfw.III был разработан в 1935 году в рамках принятой концепции ведения войны как эффективное средство борьбы с танками противника и до 1943 года был основным танком вермахта. Производился с 1937по 1943 годы, всего было выпущен 5691 танк. До начала войны выпускались модификации танка Pz.Kpfw.III Ausf. (А, В, С, D, E, F). А в военный период 1940-1943 годы модификации Pz.Kpfw.III Ausf. (G, H, J, L, M).
Танки первой партии Pz.Kpfw.III Ausf.А были «классической немецкой» компоновки с размещением трансмиссии в носу танка, весом 15,4 тонны, экипажем пять человек, с противопульной защитой с толщиной брони 10-15 мм, с короткоствольной 37-мм пушкой KwK 36 L/46,5 и тремя 7,92-мм пулеметами MG-34, двигателем мощностью 250 л.с., обеспечивающим скорость по шоссе 35 км/час и запас хода 165 км. Перед войной и во время войны он претерпел ряд модификаций. Из основных изменений до войны на модификации Ausf.Е основное бронирование было доведено до 30 мм и установлен двигатель мощностью 300 л.с.

Средний танк Pz.Kpfw.III
В 1940 году в серийное производство была запущена модификация танка Pz.Kpfw.III Ausf.G, при которой на танк устанавливалась короткоствольная 50-мм пушка KwK38 L/42, поскольку длинноствольная еще не была доведена и вместо двух спаренных пулеметов устанавливался один. Вес танка увеличился до 19,8 тонны.
На модификации Ausf.Н, выпускавшейся с конца 1940 года, основное отличие заключалось в усилении бронирования. Корма башни изготавливалась из цельной гнутой бронеплиты толщиной 30 мм и на лобовую часть корпуса наваривалась дополнительная бронеплита толщиной 30 мм, защищенность лба корпуса при этом увеличилась до 60 мм.
На модификация Ausf.J, выпускавшейся с марта 1941 года, основное отличие заключалось в повышении защищенности лба корпуса. Толщина основного броневого листа увеличена до 50 мм, а с декабря 1941 года устанавливается длинноствольная 50-мм пушка KwK 39 L/60 с повышенной бронепробиваемостью.
На модификации Ausf.L защита лба корпуса и башни увеличивается до 70 мм за счет установки дополнительных бронеплит толщиной 20 мм, вес танка увеличился до 22,7 тонны.
Модификация Ausf.М, выпускавшаяся с октября 1942 года, отличалась ненамного, на бортах башни устанавливается шесть мортир для запуска дымовых гранат, увеличили боекомплект пушки и на командирской башенке размещается установка для зенитного пулемета.
Модификации Ausf.N, выпускавшейся с июля 1943 года, устанавливается короткоствольная 75-мм пушка KwK 37 L/24, аналогично применявшейся на танках Pz. Kpfw.IV Ausf.(А — F1), вес танка увеличился до 23 тонн.
С началом войны Pz.Kpfw.III успешно противостоял французским легким танкам, средним D2, S35 и тяжёлым В1bis он проигрывал, его 37-мм пушки не могли пробить броню этих танков. Такая же ситуация была с английскими легкими и средними танками довоенного производства, обладающих недостаточным бронированием и оснащенных легким вооружением. Но с конца 1941 года английская армия в боях в Северной Африке уже насыщалась более совершенными танками Mk II Matilda II, Мк.III Valentine, Mk.VI Crusader и американскими М3/M5 General Stuart и Pz.Kpfw.III начал проигрывать им. Тем не менее, в танковых сражениях немецкая армия часто побеждала благодаря более грамотному сочетанию танков и артиллерии как в наступлении, так и в обороне.
На Восточном фронте в 1941 году танки Pz.Kpfw.III I в танковых дивизиях составляли от 25% до 34 % от общего числа танков и в целом они были равноценными противниками большинства советских танков. По вооружению, манёвренности и броневой защите он имел существенное превосходство только над Т-26, БТ-7 уступал ему в бронезащите, а Т-28 и КВ в манёвренности, но по всем характеристикам Pz.Kpfw.III был слабее Т-34.
При этом Pz.Kpfw.III превосходил все советские танки по лучшим условиям обзорности из танка, количеству и качеству приборов наблюдения, надёжности двигателя, трансмиссии и ходовой части, а также более удачным распределением обязанностей между членами экипажа. Эти обстоятельства при отсутствии превосходства в тактико-технических характеристиках позволяли Pz.Kpfw.III в большинстве случаев выходить победителем в танковых дуэлях. Однако при встречах с Т-34 и тем более с КВ-1 добиться этого нелегко, поскольку немецкая танковая пушка могла пробить броню советских танков только с дистанции не более 300 м.
Учитывая, что в 1941 году Pz.Kpfw.III составлял основу немецких танковых войск и по своим характеристикам далеко не превосходил советские танки, которых было в несколько раз больше, Германия сильно рисковала, нападая на СССР. И только тактическое превосходство в использовании танковых соединений позволяло немецкому командованию одерживать убедительные победы на начальном этапе войны. С 1943 года основная нагрузка в противоборстве с советскими танками перешла к Pz.Kpfw.IV с длинноствольной 75-мм пушкой, а Pz.Kpfw.III стали играть вспомогательную роль, при этом они ещё составляли примерно половину танков вермахта на Восточном фронте.
В целом Pz.Kpfw.III являлась надёжной легкоуправляемой машиной с высоким уровнем комфортности работы экипажа и его модернизационный потенциал в начале войны был вполне достаточен. Но, несмотря на надёжность и технологичность танка, объём его подбашенной коробки оказался недостаточным для размещения более мощной пушки, и в 1943 году он был снят с производства.

Средний танк Pz.Kpfw.IV

Танк Pz.Kpfw.IV разработан в 1937 году в дополнение к танку Pz.Kpfw.III как танк огневой поддержки с более дальнобойной пушкой с мощным осколочным снарядом, способным поражать противотанковую оборону за пределами досягаемости других танков. Самый массовый танк вермахта, серийно выпускался с 1937 по 1945 годы, всего было выпущено 8686 танков различных модификаций. Модификации танка Ausf.A,В,С выпускались до войны. модификации Ausf. (D, E, F, G, H, J) во время Второй мировой войны.
Танк Pz.Kpfw.IV также имел «классическую немецкую» компоновку с передним расположением трансмиссии и экипажем пять человек. При весе модификации танка Ausf.С 19,0 тонны он имел низкую броневую защиту, толщина брони лба корпуса и башни была 30 мм, а бортов всего лишь 15 мм.
Корпус и башня танка были сварными и не отличались рациональным наклоном бронелистов. Большое количество люков облегчало посадку экипажа и доступ к разным механизмам, но при этом снижало прочность корпуса. Башня была многогранной формы и давала возможность модернизировать вооружение танка. На крыше башни сзади устанавливалась командирская башенка с пятью смотровыми приборами. Башня могла поворачиваться вручную и с помощью электропривода. В танке были обеспечены хорошие условия обитаемости и обзорности экипажу танка, имелись совершенные на то время приборы наблюдения и прицеливания.
Основное вооружение на первых модификациях танка состояло из короткоствольной 75-мм пушки KwK.37 L /24 и дополнительного вооружение из двух 7,92-мм пулемета МГ-34, один спаренный с пушкой, другой курсовой в корпусе.
В качестве силовой установки использовался двигатель Maybach HL 120TR мощностью 300 л. с., обеспечивающий скорость 40 км/час и запас хода 200 км.
Модификация танка Ausf.D, выпускавшаяся с 1940 года, отличалась усилением бронезащиты бортов до 20-мм и дополнительным 30-мм бронированием лба корпуса и башни.

Средний танк Pz.Kpfw.IV D
На модификации танка Ausf.Е, выпускавшейся с конца 1940 года, по результатам польской кампании толщина лобового листа была увеличена до 50 мм и на борта корпуса устанавливалась дополнительная 20-мм защита. Вес танка увеличился до 21 тонны.
На модификации танка Ausf. F, выпускавшейся с 1941 года, бронирование было изменено. Вместо навесной брони лба корпуса и башни толщина основных бронеплит была увеличена до 50 мм, а толщина бортов корпуса и башни — до 30 мм.
На модификации танка Ausf.G, выпускавшейся с 1942 года, короткоствольная 75-мм пушка была заменена на длинноствольную 75-мм пушку KwK 40 L/43 и лобовая броня корпуса была усилена дополнительными 30мм бронеплитами, вес танка при этом увеличился до 23,5 тонны. Это было связано с тем, что при столкновении на Восточном фронте с советскими Т-34 и КВ-1 немецкие противотанковые пушки не могли пробивать их броню, а 76-мм советские пушки пробивали броню немецких танков практически на любых реальных дистанциях боя.
На модификации танка Ausf.Н, выпускавшейся с весны 1943 года, изменилось бронирование, вместо дополнительных 30-мм бронеплит на лбу корпуса танка была увеличена толщина основных бронеплит до 80-мм и введены навесные противокумулятивные экраны из 5-мм броневых листов. Также была установлена более могущественная 75-мм пушка KwK 40 L/48.

Средний танк Pz.Kpfw.IV Н
Модификация танка Ausf.J, выпускавшаяся с июня 1944 года, была направлена на удешевление и упрощение производства танка. С танка был удален электропривод башни и вспомогательный двигатель с генератором, установлен дополнительный топливный бак и усилена крыша корпуса установкой дополнительных 16-мм бронеплит. вес танка при этом увеличился до 25 тонн.

Средний танк Pz.Kpfw.IV J
В отличие от танка Pz.Kpfw.III, который создавался как эффективное противотанковое средство, танк Pz.Kpfw.IV создавался в дополнение к Pz.Kpfw.III и рассматривался как штурмовой танк артиллерийской поддержки, предназначенный для борьбы не с танками, а с огневыми точками противника.
Следует также отметить, что Pz.Kpfw.IV разрабатывался в рамках концепции «блицкрига» и основное внимание было уделено его подвижности, при этом огневая мощь и защищенность были недостаточными уже на время создания танка. Короткоствольная пушка с низкой начальной скоростью бронебойного снаряда и слабая толщина лобовой брони, на первых модификациях всего лишь 15 (30) мм, делала Pz.Kpfw.IV легкой добычей противотанковой артиллерии и танков противника.
Тем не менее, танк Pz.Kpfw.IV оказался долгожителем и пережил не только танки предвоенной разработки, но и целый ряд танков, разработанных и выпускавшихся серийно во время Второй мировой войны. Резко возросшие боевые характеристики танка в процессе его модернизации, приведшие к установке длинноствольной пушки и увеличению лобовой брони до 80 мм, сделали его универсальным танком, способным выполнять широкий спектр задач.
Он оказался надежной и легкоуправляемой машиной и активно использовался вермахтом с начала и до конца Второй мировой войны. Однако подвижность танка у последних переутяжеленных модификаций была явно неудовлетворительной и в итоге к концу войны Pz.Kpfw.IVсерьезно уступал по своим характеристикам основным средним танкам стран антигитлеровской коалиции. К тому немецкая промышленность не смогла организовать его массовое производство и количественном соотношении он также проигрывал. За время войны безвозвратные потери вермахта в танках Pz.Kpfw.IV составили 7636 танков.
До начала Второй мировой войны Pz.Kpfw.IV составляли менее 10 % от танкового парка вермахта, тем не менее он успешно боролся с танками стран антигитлеровской коалиции. С установкой длинноствольной 75-мм пушки он уверенно противостоял Т-34-76 и практически всем американским и английским танкам на большинстве реальных дистанций боя. С появлением в 1944 году Т-34-85 и модификаций американского М4 General Sherman с 76мм пушкой, значительно превосходивших Pz. IV и поражавших его с дистанции 1500-2000 метров, он окончательно стал проигрывать в танковом противостоянии.

Тяжелый танк Pz.Kpfw.V «Panther»

Танк Pz.Kpfw.V «Panther» разработан в 1941-1942 годах как ответ на появление советского танка Т-34. Серийно производился с 1943 года, всего было выпущено 5995 танков.
Компоновка танка была » классической немецкой» с передним расположением трансмиссии, внешне он был сильно похож на Т-34. Экипаж танка был 5 человек, конструкция корпуса и башни собиралась из броневых плит соединенных «в шип» и двойным сварным швом. Броневые плиты устанавливались под наклоном для увеличения бронестойкости аналогично, как на Т-34. На крыше башни была установлена командирская башенка, люки механика-водителя и радиста были размещены на крыше корпуса и не ослабляли верхний лобовой лист.

Тяжелый танк Pz.Kpfw.V «Panther»
При весе танка 44,8 тонны он имел хорошую защищенность, толщина брони лба корпуса верх 80 мм, низ 60 мм, бортов верх 50 мм, низ 40 мм, лба башни 110 мм, бортов и крыши башни 45 мм, крыши корпуса 17 мм, днища 17-30 мм.
Вооружение танка состояло из длинноствольной 75-мм пушки KwK 42 L/70 и двух 7,92-мм пулеметов MG-34, один спаренный с пушкой, другой курсовой.
В качестве силовой установки использовался двигатель Maybach HL 230 P30 мощностью 700 л.с., обеспечивающий скорость по шоссе 55 км/час и запас хода 250 км. Прорабатывался вариант установки дизельного двигателя, но от него отказались из-за дефицита дизельного топлива, необходимого для подводных лодок.
Ходовая часть на каждый борт содержала восемь опорных катков, расположенных в «шахматном» порядке в два ряда с индивидуальной торсионной подвеской, передняя и задняя пары катков имели гидравлические амортизаторы, ведущее колесо было переднего расположения.
Концепция танка Pz.Kpfw.V отражала уже не концепцию «блицкрига», а оборонительную военную доктрину Германии. После боев на фронтах Великой Отечественной войны основное внимание стало уделяться защищенности танка и его огневой мощи при ограничении подвижности из-за большого веса танка.

Первый опыт боевого применения танков Pz.Kpfw.V на Курской дуге выявил как достоинства, так и недостатки этого танка. Эта партия танков отличались невысокой надёжностью и не боевые потери от неисправностей были очень высокими. В числе достоинств нового танка немецкие танкисты отмечали надёжную защиту лобовой проекции корпуса, на тот момент неуязвимую для всех танковых и противотанковых советских орудий, мощную пушку, позволявшую поражать все советские танки и САУ в лоб и хорошие прицельные устройства.
Однако защита остальных проекций танка была уязвима к огню 76,2-мм и 45-мм танковых и противотанковых орудий на основных дистанциях боя. Главной слабостью танка была его относительно тонкая бортовая броня. Лучше всего танк проявлял себя в активной обороне, действиях из засад, уничтожении наступающих танков противника с больших дистанций, контратаках, когда минимизировалось влияние слабости бортовой брони.
Танк имел ряд безусловных плюсов — хорошая плавность хода, большой объём боевого отделения, повышающий комфортность работы экипажа, качественная оптика, высокая скорострельность, большой возимый боезапас и высокая бронепробиваемость пушки KwK 42. В 1943 году бронепробиваемость снарядов пушки обеспечивала поражение любого воевавшего тогда танка стран антигитлеровской коалиции на дистанциях до 2000 м.
С другой стороны, в 1944 году ситуация изменилась, на вооружение армий СССР, США и Англии были приняты новые образцы танков и артиллерийских орудий калибров 100, 122 и 152 мм, которые буквально проламывали ставшую повышенно хрупкой броню Pz.Kpfw.V .
Недостатками танка была также больша́я высота из-за необходимости передачи крутящего момента от двигателя к агрегатам трансмиссии посредством карданных валов под полом боевого отделения, бо́льшая уязвимость узлов трансмиссии и ведущих колёс из-за их расположения в наиболее подверженной обстрелу лобовой части машины, сложность и ненадежность «шахматной» ходовой части. Грязь, набивавшаяся между опорными катками, зимой часто замерзала и полностью обездвиживала танк. Для замены повреждённых внутренних опорных катков из внутреннего ряда требовалось демонтировать от трети до половины внешних катков, что занимало несколько часов.
Аналогами Pz.Kpfw.V могут выступать только советские танки КВ-85, ИС-1, ИС-2 и американский M26 «Першинг». M26 был запоздалой реакцией на появление Pz.Kpfw.V, но по своим основным характеристикам он вполне соответствовал уровню Pz.Kpfw.V и мог противостоять ему на равных. Он начал поступать в войска в небольшом количестве только в феврале 1945 года и уже не играл серьезной роли в сражениях Второй мировой войны.

Американский танк M26 «Першинг»
Советский тяжёлый танк ИС-2 при всей внешней схожести его массогабаритных характеристик с «Пантерой» использовался не как основной танк, а как танк прорыва с иным балансом брони и вооружения. В частности, большое внимание уделялось хорошему бортовому бронированию и мощности огня против небронированных целей. Мощность 122-мм пушки у ИС-2 была почти вдвое выше, чем у 75-мм пушки KwK 42, но бронепробиваемость была вполне сравнима. В целом оба танка были хорошо приспособлены для поражения других танков.

Советский тяжелый танк ИС-2
В Англии только к концу войны смогли создать некую альтернативу Pz.Kpfw.V в виде танка А34 Comet. Выпущенный в конце 1944 года танк А34 Comet, вооруженный танковой 76,2-мм пушкой, уступая несколько в бронировании Pz.Kpfw.V, весил на 10 тонн меньше и обладал более высокой огневой мощью и манёвренностью.

Английский танк А34 Comet

Тяжелый танк Pz.Kpfw.VI Tiger

В соответствии в концепцией «блицкрига» в немецrой армии на первом этапе не было места тяжелым танкам. Средние танки Pz.Kpfw.III и Pz.Kpfw.IV вполне устраивали военных. С конца 30-х разработки такого танка велись, но в связи с невостребованностью танка такого класса ими никто особо не интересовался. С нападением на Советский Союз и столкновением с советскими Т-34 и КВ-1 стало понятно, что Pz.Kpfw.III и Pz.Kpfw.IV серьезно уступают им и встала необходимость разработки более совершенного танка. Работы в этом направлении были интенсифицированы и в 1941 году был разработан танк Pz.Kpfw.VI, основным назначением которого являлась борьба с танками противника. В 1942 году он начал поступать в войска, за 1942-1944 годы было выпущено 1357 танков Pz.Kpfw.VI Tiger.
Танк был «классической немецкой» компоновки с передним расположением трансмиссии. Экипаж танка был 5 человек, механик-водитель и радист размещались впереди в корпусе. командир, наводчик и заряжающий в башне. На крыше башни устанавливалась командирская башенка.
Тяжелый танк Pz.Kpfw.VI Tiger
Корпус и башня были сварными из броневых плит, устанавливаемых в основном вертикально без углов наклона. Бронеплиты стыковались методом «ласточкин хвост» и соединялись сваркой. При весе 56,9 тонны танк имел высокую бронезащищенность, толщина брони лба корпуса верх и низ 100 мм, середины 63 мм, бортов низ 63 мм, верх 80 мм, лба башни 100 мм, бортов башни 80 мм и крыши башни 28 мм, бронемаски пушки 90-200 мм, крыши и днища 28 мм.
Вооружение танка состояло из длинноствольной 88-мм пушки KwK 36 L/56 и двух 7,92-мм пулеметов MG-34, один спаренный с пушкой, другой курсовой.
В качестве силовой установки использовался двигатель Maybach мощностью 700 л.с. и полуавтоматическая коробка передач. Танк легко управлялся с помощью штурвала, без особых усилий производилось и переключение передач. Силовая установка обеспечивала скорость по шоссе 40 км /час и запас хода 170 км.
Ходовая часть на каждый борт содержала восемь «шахматно» расположенных в два ряда опорных катков большого диаметра с индивидуальной торсионной подвеской и ведущее колесо переднего расположения. На танке были два вида гусеницы, транспортная шириной 520 мм и боевая шириной 725 мм.
Огневая мощь Pz.Kpfw.VI с 88мм пушкой до появления советского ИС-1 позволяла поражать любой танк стран антигитлеровской коалиции на любых дистанциях боя и только танки серии ИС-1 и ИС-2 имели бронирование, позволяющее выдержать обстрел из KwK 36 с лобовых ракурсов и средних дистанций.
Pz.Kpfw.VI в 1943 году имел самое мощное бронирование и его не мог поразить ни один танк. Советские 45-мм, английские 40-мм и американские 37-мм пушки не пробивали его даже на предельно близкой дистанции боя, 76,2-мм советские пушки могли пробить бортовую броню Pz.Kpfw.VI с дистанций, не превышающих 300 м. Т-34-85 пробивал его лобовую броню с дистанции 800-1000 метров. Только к концу войны насыщение армий стран антигитлеровской коалиции тяжёлыми 100-мм, 122-мм и 152-мм орудиями позволило эффективно бороться с Pz.Kpfw.VI .
К положительным сторонам танка можно отнести лёгкое управление очень тяжёлой машиной и хорошая плавность хода, обеспечиваемая торсионной подвеской с «шахматным» расположением опорных катков. При этом такая конструкция ходовой части в условиях зимы и бездорожья была ненадежной, набивавшаяся между катками грязь за ночь замерзала так, что обездвиживала танк, а замена повреждённых катков из внутренних рядов была утомительной и долгой процедурой. Большой вес существенно ограничивал возможности танка, поскольку вне дорог трансмиссия машины оказывалась перегруженной и достаточно быстро выходила из строя.
Танк был дорогим и сложным в производстве и обладал низкой ремонтопригодностью ходовой части. Из-за большого веса танк было трудно транспортировать по железной дороге, так как были опасения повреждения мостов, по которым двигались вагоны.
Среди танков стран антигитлеровской коалиции Pz.Kpfw.VI не было достойных противников. По огневой мощи и защищенности он превосходил советский КВ-1, а по подвижности они были примерно равны. Только в конце 1943 года с принятием на вооружение ИС-2 появился равноценный соперник. В целом, уступая ИС-2 по защищённости и огневой мощи, Pz.Kpfw.VI выигрывал у него в технической скорострельности на минимальных дистанциях боя.

Тяжелый танк Pz.Kpfw.VI Tiger II «Королевский тигр»

Танк Pz.Kpfw.VI Tiger II был разработан в 1943 года как истребитель танков и поступил в войска с января 1944 года. Это был самый мощный танк, принявший участие во Второй мировой войне. Всего до конца войны было выпущено 487 таких танков.
Tiger II сохранил компоновку танка Tiger I со всеми ее плюсами и минусами. Экипаж также остался в количестве пяти человек. Конструкция корпуса была изменена, использовалось наклонное расположением брони, как на танке «Пантера».
Вес танка увеличился до 69,8 тонны, при этом танк обладал отличной защищенностью, толщина брони лба корпуса верх 150 мм, низ 120 мм, бортов 80 мм, лба башни 180 мм, бортов башни 80 мм, крыши башни 40 мм, днища 25-40 мм, крыши корпуса 40 мм.
Тяжелый танк Pz.Kpfw.VI Tiger II «Королевский тигр»
Вооружение танка соcтояло из новой длинноствольной 88-мм пушки KwK 43 L/71 и двух 7,92-мм пулеметов MG-34.
Силовая установка была заимствована с танка Tiger I. Устанавливался двигатель Maybach мощностью 700 л.с., обеспечивающий скорость по шоссе 38 км/час и запас хода 170 км.
Ходовая часть также была заимствована с танка Tiger I, был только добавлен еще один опорный каток и ширина гусеницы увеличена до 818мм.
Бронепробиваемость 88-мм пушки KwK 43 обеспечивала Tiger II поражение любого танка в боях Второй мировой войны. Даже бронирование наиболее защищённых танков, таких как американский M26, английский «Черчиль» и советский ИС-2, не обеспечивало им практически никакой защиты на реальных дистанциях боя.
Лобовая проекция танка, несмотря на значительную толщину бронелистов и их наклонное расположение, отнюдь не являлась неуязвимой. Это было обусловлено снижением легирующих добавок в материале бронеплит вследствие потери Германией ряда месторождений цветных металлов, особенно никеля. Еще более уязвимыми являлись борта танка, 85-мм советские пушки Д-5Т и С-53 пробивали их с расстояния 1000—1500 м, американская 76-мм пушка M1 поражала в борт с расстояния 1000—1700 м, а советские 76,2-мм пушки ЗИС-3 и Ф-34 поражали его в борт в лучшем случае с 200 метров.

Tiger II в дуэльном бою превосходил все танки как по бронированию, так и по точности и бронепробиваемости орудий. Однако, подобные столкновения «лоб в лоб» были весьма редки и советские танкисты старались вести маневренный бой, для которого Tiger II подходил менее всего. Действуя в обороне, из засад, как истребитель танков он был для советских танкистов предельно опасен и мог уничтожить несколько танков прежде, чем сам будет обнаружен и обезврежен. Что же касается бронетехники союзников, то американские и английские танки не могли эффективно противостоять Tiger II и союзники чаще всего использовали против него авиацию.
Увеличение веса танка привело к крайней перегрузке силовой установки и ходовой части и резкому снижению их надёжности. Постоянные отказы приводили к тому, что около трети танков выходили из строя ещё на марше. Низкие ходовые качества и ненадёжность Tiger II практически полностью нивелировали его преимущества в огневой мощи и бронировании.
По огневая мощи и защищенности Tiger II был одним из сильнейших танков периода Второй мировой войны. Однако многочисленные недостатки его конструкции, особенно в силовой установке и ходовой части, огромный вес, низкая надёжность, а также оперативно-тактическая обстановка, не позволявшая в полной мере использовать преимущества танка, обусловили общий достаточно низкий потенциал машины.

Сверхтяжелый танк Pz.Kpfw.VIII «Maus»

По инициативе Гитлера в 1943 году началась разработка сверхтяжелого танка прорыва с максимально возможной защитой. В конце 1943 года бы изготовлен первый экземпляр танка. который на удивление при пробеге по двору завода показал хорошую управляемость и принципиальную возможность создания такого супертанка. В связи с отсутствием мощностей для производства его серийное производство не началось, было изготовлено всего два экземпляра танка.
Сверхтяжелый танк Pz.Kpfw.VIII «Maus»
Танк был классической компоновки весом 188 тонн с экипажем 6 человек, вооруженный двумя спаренными пушками в башне — 128-мм KwK-44 L/55 и 75-мм KwK-40 L/36,6 и одним 7,92-мм пулеметом MG-34.
Танк обладал мощным бронированием, толщина брони лба корпуса 200 мм, бортов корпуса низ 105 мм, верх 185 мм, лба башни 220 мм, бортов и кормы башни 210 мм, крыши и днища 50-105 мм.
Силовая установка состояла из авиационного двигателя «Даймлер-Бенц» МВ 509 мощностью 1250 л.с. и электрической трансмиссии с двумя генераторами и двумя электродвигателями, обеспечивающая скорость по шоссе 20 км/час и запас хода 160 км. Гусеницы шириной 1100 мм обеспечивали танку вполне приемлемое удельное давление на грунт 1,6 кг/кв. см.
В бою танк Pz.Kpfw.VIII «Maus» не испытывался. При приближении армии Советского Союза в апреле 1945 года два образца танка были взорваны, из двух образцов удалось собрать один и сейчас он экспонируется в Бронетанковом музее на Кубинке.
Во время Второй мировой войны немецкие конструкторы смогли разработать, а промышленность Германии организовать серийное производство линейки средних и тяжелых танков, по своим характеристикам не уступающих, а во многом и превосходящих танки стран антигитлеровской коалиции. На фронтах этой войны немецкие танки противостояли на равных танкам своих противников, а немецкие танкисты нередко выигрывали сражения при использовании танков с худшими характеристиками за счет более совершенной тактики их применения.

Главные немецкие танки Второй мировой войны

Проиграв Первую мировую войну, Германия по условиям Версальского мирного договора не имела права строить танки. У немецких конструкторов не было и опыта для создания гусеничных бронированных машин. Первые «Панцеры» (Panzer Kampfwagen) Pz.Kpfw I и II являлись лёгкими танками, их вооружение и бронирование было слабым, а проходимость оставалась на уровне гусеничного трактора. В отечественной литературе долгие годы не принято было называть немецкие танки «Панцерами». Обычно перед их порядковым номером ставили букву «Т» (танк). Для облегчения чтения в дальнейшем читатель будет встречать в тексте подобные названия.

В серийное производство первые «панцеры» запускались как сельскохозяйственные тракторы. Танк Т-I, вооружённый двумя пулемётами, считался учебной машиной

На первых германских танках готовили экипажи, отрабатывали тактику и стратегию использования танковых частей, учились воевать. К разработке боевых танков немцы приступили в середине 1930-х гг., после прихода к власти Гитлера. В те годы считалось, что главную ударную силу должны составлять два основных танка. Один — скоростной, с хорошей бронезащитой и лёгким вооружением. Ему предстояло прорывать оборону противника и развивать успех — это Т-III. Второй танк, Т-IV, не столь быстрый, но с более мощным орудием, должен поддерживать огнём действия первого. Военные потребовали, чтобы броня «тройки» смогла защищать экипаж от огня противотанковых ружей противника со всех направлений.

В 1943 г. танк Т-III сняли с производства, а ходовая часть пригодилась для выпуска более мощных штурмовых орудий

На более тяжёлом Т-IV более толстую броню ставили в лобовой части, тонкую — по бортам и в корме. Экипаж состоял из пяти человек: командира, стрелка, заряжающего, механика-водителя, стрелка-радиста. В то время большинство лёгких и средних танков имели экипаж из 2-3 человек, и нагрузка на них была высокой. Командир, помимо выполнения прямых обязанностей, искал цели, наводил орудие, производил выстрел. Ему помогал заряжающий, а механик-водитель управлял боевой машиной. Увеличение численности экипажа на T-III и Т-IV позволило снизить нагрузку на танкистов.

Первоначально вооружение Т-III состояло из 37-мм пушки, потом её заменили 50-мм пушкой (для начала Второй мировой войны такой калибр считался достаточным). Но летом 1941 г. выявилась неспособность 50-мм пушки бороться с советскими танками Т-34 и КВ. Даже новейшая длинноствольная 50-мм пушка не могла пробить их лобовую броню. Поставить более мощную 75-мм пушку немцам так и не удалось. Запас «тройки» оказался исчерпан.

На Т-III немцы разместили двигатель в кормовой части корпуса, а коробку передач и ведущие колёса – в передней. Вал, передающий крутящий момент от двигателя к трансмиссии, проходил под полом боевого отделения, из-за чего танк получился высоким.

Главный танк вермахта

Накануне войны в германской армии задача огневой поддержки и уничтожения расчётов противотанковых орудий, дотов и прочих опорных пунктов противника возлагалась на средние танки Pz.Kpfw IV (Т-IV). Конструктивно «четвёрка» была подобна «тройке»: корпус со множеством люков и лючков, что было удобно для эксплуатации боевой машины. Двигатель стоял в корме, трансмиссия размещалась спереди, башня — в средней части. Но «четвёрка» была больше из-за установки более мощного 75-мм орудия. В те годы на поле боя не было целей, которые могли бы устоять под его огнём.

Т-IV был вооружён 75-мм короткоствольной пушкой, в боекомплект входили фугасные и осколочные снаряды. Их поражающая мощь была выше бронебойных 37- и 50-мм снарядов

Т-IV не должен был «лезть» на вражеские окопы. Эта задача возлагалась на более «шустрый» Т-III. «Четвёрка», медленно продвигаясь за «тройкой», выискивая важные цели и уничтожая их фугасными снарядами, обеспечивала надёжное огневое прикрытие Т-III. От огня противника «четвёрка» прикрывалась мощной лобовой бронёй, которая была толще, чем броня бортов и кормы. По сути, танк Т-IV в бою выполнял функции самоходного орудия.

Всё изменилось летом 1941 г. Гитлеровские танкисты испытали шок, видя, как их 75-мм снаряды словно горох отскакивают от брони советских боевых машин. Проблема восстановления паритета приобрела исключительную важность. Поскольку башенный погон «четвёрки» имел больший диаметр, чем погон «тройки» (танк был больше по размерам), то на боевую машину поставили мощную длинноствольную 75-мм пушку, снаряд которой пробивал 90-мм броню. Но бронирование «четвёрки» по меркам Восточного фронта было недостаточным. Ведь немецкие конструкторы сделали в борту башни танка дверцы, через которые танкисты загружали боезапас. Да и забираться в танк так было удобнее. Но любой вырез в броне ослабляет её защитные качества. А если снаряд попадёт в «дверцу», висящую на петлях, то тут добра не жди. Немцы об этом знали. Но они создавали Т-IV как танк огневой поддержки. Он должен был следовать за танком прорыва Т-III и уничтожать огнём мощной пушки противотанковые средства противника.

Т-IV образца 1943 г.

В бою Т-IV не мог подставить противнику борта, где находились люки-дверцы. Когда немцы сняли с производства Т-III, танк Т-IV стал основным танком вермахта. Для дополнительной защиты на борта корпуса и на башню Т-IV установили съёмные стальные 5-мм экраны. В это же время руководство Германии задумалось о прекращении выпуска Т-IV в пользу более мощной «Пантеры».

Специалисты сомневались в возможности массового производства сложных «Пантер», поэтому танк T-IV выпускался до конца Второй мировой войны, став самым массовым танком вермахта. Всего было построено 9,5 тыс. T-IV. размерам

«Пантера»

Сегодня никто не отрицает того факта, что германский тяжёлый танк Pz. Kpfw V «Пантера» был создан по образу и подобию советской «тридцатьчетвёрки». Достаточно посмотреть на форму их корпуса и башни. Уже в первые дни войны потрясённый мощью и неуязвимостью советских танков командующий бронетанковыми войсками Германии генерал Гейнц Гудериан потребовал от немецких конструкторов внимательно изучить танк Т-34 и немедленно начать его серийный выпуск в Германии. По предложению Гудериана была срочно создана специальная комиссия, которая занялась изучением трофейных русских танков. Комиссия подтвердила мнение Гудериана о выдающихся конструктивных особенностях Т-34. При этом она отметила, что русские сумели создать столь совершенные танки и дизельные двигатели к ним, что скопировать их на немецких заводах будет невозможно. Единственное, что оставалось немцам, это сделать хотя бы нечто похожее. Так начались работы над будущей «Пантерой».

До конца войны немцы выпустили 6 тыс. «Пантер». Это был второй по массовости (после Т-IV) танк вермахта

В ходе проектирования нового танка немцы постарались оснастить его наиболее мощной пушкой из всех орудий, имеющих калибр 75 мм, и прикрыть непробиваемой бронёй, толщина которой почти вдвое превышала толщину брони танка Т-34 и доходила в лобовой части корпуса до 80 мм. В итоге получился не средний танк, каким его хотел видеть Гудериан, а самый настоящий, 45-тонный тяжёлый танк. Немцы считали «Пантеру» своим лучшим танком, а потому бросили все силы на развёртывание его массового производства.

В ходе боевых действий выяснилось, что для наступления «Пантера» не очень годится. Относительно маленький калибр её пушки не давал возможности разрушать мощные оборонительные сооружения противника. Слишком мало взрывчатки помещалось в 75-мм снаряде. Зато длинноствольная пушка «Пантеры» была хороша для стрельбы по вражеским танкам. Выпущенный из неё бронебойный снаряд, летящий с огромной скоростью, поражал в лоб танки типа Т-34 с двух километров.

200 первых «Пантер» участвовали в последней крупной наступательной операции вермахта 1943 г. на Курской дуге, после этого германская армия всё время отступала. Основными целями для «Пантер» до конца войны были лишь наступающие танки противника.

Попытка оснастить «Пантеру» более мощной 88-мм пушкой привела к созданию безбашенного танка-истребителя «Ягд-пантера». Нельзя также не упомянуть и то, что на «Пантере» стояли самые совершенные по тем временам оптические приборы наблюдения и прицел.

Хорошие оптические приборы наблюдения и прицел позволяли поражать танки даже с очень большого расстояния

«Тигр»

Самым известным германским тяжёлым танком, созданным в годы Второй мировой войны, был «Тигр». Он появился в начале 1942 г. в результате конкурса двух известных фирм – «Порше» и «Хеншель». Правда, конструкторы фирм «Хеншель» и «Порше» проектировали не танк в целом, а только ходовую часть и корпус. Башню разработала знаменитая оружейная фирма «Крупп».

Установка мощной и тяжёлой пушки, а также толстая броня резко увеличили массу танка «Тигр»: она превысила 50 т

Профессор Фердинанд Порше был настолько уверен в превосходстве своего проекта, что даже отдал распоряжение начать серийное производство тяжёлых танков. Но просчитался. Победила фирма «Хеншель», и именно её танк пошёл в производство под индексом Pz.Kpfw VI и персональным наименованием «Тигр». А 90 готовых шасси фирмы «Порше» впоследствии использовали при создании не менее знаменитого танка-истребителя «Фердинанд».

На поле боя «Тигр» невозможно было спутать с советскими танками. Формы его получились необычными. Конструкторы в сжатые сроки должны были сделать машину с очень толстой бронёй и мощной пушкой. Времени на отработку новой технологии у немцев не было. Толстые бронелисты, а их толщина в лобовой части доходила до 100 мм, очень сложно соединять. Поэтому для упрощения сборки бронелисты ставили вертикально. Это позволило сделать верхний бронелист очень широким и на нём разместить огромную башню с мощной 88-мм пушкой, способной поражать танки Т-34 и КВ с любых дистанций. «Тигр» весил почти как два танка «Панцер» IV. Чтобы обеспечить танку приемлемую проходимость, на него поставили очень широкие гусеницы.

С Западного фронта пошла легенда союзников о немецком «Тигре» как о самом мощном и неуязвимом танке мира

Впервые в большом количестве «Тигры» вышли на поля сражений в 1943 г. на Курской дуге, где продемонстрировали свою мощь над нашими танками, вооружёнными 45- и 76-мм пушками. Превосходство «Тигров» над советскими боевыми машинами длилось недолго. В 1944 г. 100-мм броня уже не могла защитить немцев от снарядов новых советских танков ИС-2 и Т-34-85, а также мощных самоходных установок Су-100, ИСУ-122 и ИСУ-152. На Западном фронте, у союзников, танков, подобных ИС-2, не было. Американцы и англичане, впервые столкнувшись в боях с «Тиграми», были поражены их боевой мощью. Сами немцы так не считали и прекратили производство этих танков в августе 1944 г. Главной причиной было то, что советским новейшим тяжёлым танкам «Тигр» был уже не страшен. На замену «Тигру» пришёл «Королевский Тигр» или «Тигр II».

«Королевский Тигр»

Внешне «Тигр II» (его ещё называют «Королевским Тигром») разительно отличался от своего предшественника. В конфигурации «Королевского Тигра» ощущалось влияние Т-34 с его расположенными под наклоном бронелистами корпуса и башни. Однако размеры и масса «Королевского Тигра» были намного больше: советский Т-34 весил 32 т, а немецкий танк – 68! Это был самый тяжёлый серийный танк в мире. Но главное, на «Королевском Тигре» стояла ещё более мощная пушка. Лобовая броня «Королевского Тигра» была просто фантастической по тем временам – 150 мм в корпусе и 180 мм в башне!

Даже днище корпуса «Королевского Тигра» имело 40-мм толщину – почти как лобовая броня Т-34 (на нашем танке толщина лобовой и бортовой брони была 45 мм). Борта нового танка были в два раза толще

В 1943 г., когда «Королевский Тигр» ещё создавался, на поле боя главным калибром танковых и противотанковых пушек был калибр 76 мм. Тогда броня «Королевского Тигра» казалась непробиваемой. Но на войне всё меняется очень быстро. И когда в 1944 г. «супертигры» пошли в бой, их было чем встретить: Т-34-85, ИС-2 и тяжёлые САУ били «Королевских Тигров» с таким же успехом, что и «Тигров» обычных. Так, попадания 122-мм снаряда танка ИС-2 не мог выдержать вообще ни один танк в мире. К примеру, башню «Королевского Тигра» такой снаряд пробивал насквозь чуть ли не с полутора километров. А тут у немцев начались новые проблемы.

Первый «Тигр» предназначался для наступления. «Тигр» второго поколения должен был решать оборонительные задачи – сдерживать наступление советских танков. Он был лучше защищён и вооружён, но менее подвижен.

К концу войны Германия потеряла базы, снабжавшие сталелитейную промышленность таким важным для производства брони элементом, как молибден. В результате этого броня для танков стала не такой прочной, как ранее. Но главным недостатком «Королевского Тигра» оказалась его большая масса. Эти танки практически невозможно было быстро перебросить с одного участка фронта на другой. К тому же этих чудо-танков было слишком мало (всего было построено менее 500 штук), и они не оказали никакого влияния на исход Второй мировой войны. Советские «тридцатьчетвёрки» и американские «Шерманы» в конце войны обычно применялись в больших количествах, им не составляло особого труда обойти и расстрелять противника с разных направлений. Тут немцам спасения не было. Известно немало примеров, как экипажи «Королевских Тигров», видя, что их обходят сбоку, бросали свои танки и спасались бегством вскоре после начала боя. Так несколько германских супертанков достались нашим войскам в качестве трофеев.

Запас хода «Королевского Тигра» при полной заправке даже по шоссе не превышал 100 км, а специальных тягачей-трейлеров у немцев не было. Застрявший танк-гигант нельзя было сдвинуть с места

Дополнительное бронирование танков ВОВ

Дополнительное бронирование танков ВОВ

Не так давно на форуме рассматривалась тема «Экранная броня на танках Второй мировой войны». Как мне кажется эту тему можно расширить, так как экранированная броня это один из способов организации дополнительной защиты танков.
Во время Второй Мировой Войны остро стал вопрос увеличения бронезащиты танков и САУ. Нередко проверенная надёжная защита внезапно оказывалась неэффективной и приходилось срочно искать приемлемое решение.
Мощность противотанковых орудий росла гораздо быстрее, чем бронезащита танков, появлялись новые индивидуальные средства ПТО в виде реактивных гранатометов, магнитные мины и гранаты ит.д.
Поэтому бронирование, вполне достаточное на сегодняшний день, через некоторое время уже было слишком слабым.
При постоянном вединии боевых действий одновременное снятие с вооружения устаревших типов танков и замена их новыми были нереальны и хотя самым радикальным средством было, конечно же, увеличение толщины броневых листов, из которых собирались танки появление новой модификации на поле боя происходило не сразу. Сначала военные выходили с требованием усилить броню, конструкторы изучали проблему и вносили изменения в проект машины, затем переналаживались производственные мощности, далее набирал обороты серийный выпуск… Всё это занимало некоторое время, а более крепкая броня требовалась срочно. Раниие слабобронированные модификации тоже просто так терять не хотелось.
Поэтому, наряду с разработкой новых танков, проводилось усиление бронирования уже существующих типов техники.
Первыми в подобной ситуации оказалась немецкая армия сразу после начала компании в СССР. Недостаточное бронирование Panzerwaffe усугублялось малой мощью танковых орудий. Чтобы уничтожить советский Т-34 или КВ приходилось тратить несоизмеримо больше снарядов, чем привыкли немецкие танкисты. Соответственно увеличивалось и время, проводимое под губительным обстрелом противника. Потребовалось срочно усилить защиту своих танков. Фактически с этого момента и началась соревновательная гонка за бронезащищённостью во Второй Мировой Войне.
Германия особенно использовала наращивание бронезащиты в последние годы войны, когда полное перевооружение частей новыми типами техники было или невозможно, или слишком дорого.
Дополнительное бронирование выполнялось в трёх случаях:
— когда требовалось срочно усилить броню.
— для доведения танка или САУ требуемым показателям на уровне бронезащиты на уровне новой модификации.
— когда дополнительное бронирование само по себе являлось конструктивным решением против конкретного типа оружия или боеприпаса (например противокумулятивный экран).
Само по себе добронирование могло осуществляться неофициально (кустарным методом силами экипажа или в ремонтной мастерской) или официально (в заводских условиях или в полевых ремонтных мастерских)
Навешивание дополнительных бронелистов поверх основных
Этот метод был наиболее распространённым. Особенно часто его практиковали в немецкой армии. Взглянем на самый массовый немецкий танк Pz IV. Так для модификации:
Pz IV D Лоб надстройки 30 мм > 81о , Борт надстройки 14,5 мм > 90о спереди, Время выпуска октябрь 1939 – май 1941,
Pz IV E лоб надстройки 30 +30 мм > 81о , Борт надстройки 20+20 мм > 90о спереди, Время выпуска сентябрь 1940 – май 1941
Pz IV F1 лоб надстройки 50+ мм > 81о , Борт надстройки 30+ мм > 90о спереди, Время выпуска апрель 1941 – февраль 1942
Видно, что 30мм броня корпуса Pz IV D оказалась недостаточной, поэтому на следующей модификации Pz IV E добавили плиты толщиной 30мм. На Pz IV F1 броня уже 50 мм, но монолитная. Цикл замкнулся.
На немецкой технике дополнительные листы привинчивались болтами. Такое крепление можно объяснить двояко — с одной стороны в месте сваривания ухудшались свойства броневой стали, а с другой стороны немецкая броня вообще очень плохо сваривалась. Обычно дополнительные бронеплиты на болтах устанавливались только на лобовую броню, тем самым увеличивалась нагрузка на передние опорные катки.
Кустарное увеличение брони не всегда приветствовалось германским начальством. Известен случай, когда командование запрещало устанавливать непредусмотренные бронелисты. Приказ мотивировался тем, что такое усовершенствование только ослабляет защиту. Впрочем, по ходу войны на подобные приказы и рекомендации танкисты стали смотреть сквозь пальцы — очень хотелось выжить.
После 22 июня 1941 германская броня резко перешла в разряд символической. Уже 28 сентября 1941 на заседании в присутствии Гитлера рассматривался вопрос о срочном усилении бронезащиты танков и САУ. В итоге, появились модификации с более толстой бронёй, а старые машины начали постепенно оснащать в полевых мастерских бронелистами на болтах. И так повторялось неоднократно. Например, 28 сентября Гитлер потребовал усилилить StuG III. Уже с марта 1942 в серию запустили очередную модификацию StuG III Ausf.F с бронёй 50/50 + 30мм.
У следующего StuG III Ausf.G уже 50 + 30/80мм. Эта САУ часто усовершенствовалась — 7 модификаций не считая нулевой серии. Чтобы ранние модели довести к новым стандартам им просто привинчивали дополнительные плиты и постепенно перевооружали — дёшево и сердито.
А вот Ferdinand изначально создавался с дополнительной навесной бронёй. Лоб корпуса защищал добавочный бронелист весом 4500 кг, крепившийся на 12 болтах.

В советской армии тоже прибегали к дополнительному бронированию. С началом войны на тяжёлый КВ срочно привинтили 20-25мм экраны — в основном на башню. Так появился КВ-1Э. Однако защита оказалась явно чрезмерной при сильно перетяжелённом танке. От экранов быстро отказались, а штатную броню уменьшили с 75 до 60мм.
Экранировали также все Т-28, кроме учебных. Лобовая броня доходила до 80мм.
На остальные танки дополнительная защита устанавливалась эпизодически.
Надо отметить, что на советские танки дополнительное бронирование как правило приваривали электросваркой, а не привинчивали болтами.
Так, лобовая 45мм броня Т-34 со временем оказалась недостаточной, но в силу производственных причин не менялась всю войну. Приходилось кустарно приваривать дополнительные плиты в полевых условиях, а иногда и на заводах. Самостоятельное экстренное бронирование лобовой проекции достигало 70-90мм и капитально перегружало переднюю подвеску, которая и без того была не блестящей.
Союзники часто ставили дополнительные плиты на болтах, но не отказывались и от сварки.
Навешивание фрагментов гусеницы
Сама по себе гусеница сделана из прочной стали и если её фрагмент навесить на броню — получается неплохая защита. Немцы обвешивали гусеницами свои танки особенно активно. Навесные траки считались даже штатным средством усиления защиты и располагались в наиболее поражаемых местах.
Впрочем, немцы навешивали где только возможно не только гусеницы, но и опорные катки. Защитные траки цепляли даже на самые бронированные танки Pz VI B.
В советской армии траки стали навешивать только под конец войны. Например, на СУ-100 фрагмент гусеницы официально полагалось крепить на лобовом листе.


Союзники использовали гусеничные траки эпизодически, однако и не пренебрегали этим способом.

На этом фото танка Шерман видны и дополнительные бронелисты и траки и фальшборт (по принципу Машу маслом не испортить)
Фальшборты (разнесённое экранирование)
Какой бы сильной ни была лобовая броня танка, ходовая остаётся наиболее уязвимым местом. Для её защиты использовали фальшборты. Союзники называли их aprons — фартуки, а немцы schürzen – юбки. Фальшборта применяли для защиты от подкалиберных сердечников, кумулятивных снарядов, гранат и разновидностей фаустпатронов. Фальшборта первоначально защищали ходовую, а затем стали прикрывать и остальные части танка. Принцип действия заключался в том, что ходовая сбоку прикрывалась стальным листом. При ударе о защитный лист у подкалиберного снаряда или бронебойной пули могла измениться траектория или уменьшиться энергия. В итоге, удар по ходовой получался ослабленным или под невыгодным углом атаки.
Американские танки редко экранировались фальшбортами, в отличие от английских. Например, у английских Матильд и Черчиллей экранирование ходовой предусматривалось конструктивно. Однако, кроме дополнительной защиты появлялись и дополнительные проблемы. Нередко в прохладное время года между экранами и опорными катками забившаяся грязь замерзала и делала танк неподвижным. Экранированная ходовая требовала тщательного ухода на европейском театре.

В СССР ходовая экранировалась у довоенных Т-35. В 1942 пытались экранировать и Т-34. На заводе №112 «Красное Сормово» в Горьком экранировали 68 Т-34. Затем танки свели в отдельную бригаду и в экспериментальном порядке отправили на передовую. Однако на передовой Т-34 подверглись обстрелу не подкалиберными и кумулятивными снарядами, а обычными бронебойными. Проявить себя экраны естественно не смогли, к тому же бригада понесла большие потери. От экранов решили отказаться. Неумелое применение возможно погубило хорошую идею. Появление в германской армии всевозможных разновидностей фаустпатронов не заставило снова обратиться к экранам. Первые бои показали не особенно высокую эффективность нового оружия, поэтому создание специальной защиты сочли нецелесообразным. Повторно к экранированию советских танков прибегли лишь когда советская армия втянулась в упорные городские бои. В тесных улицах танки превратились в лёгкую добычу фаустников и несли неоправданно высокие потери. Теперь, перед тем как войти в город на бронетехнику монтировали специальные сеточные экраны. Имеет место расхожее мнение будто иногда устанавливали даже кроватные сетки. Документальных подтверждений этому нет, зато известно, что имелись штатные специально разработанные сеточные экраны. Нередко ставилось трофейное экранирование, которое было в избытке. А кроватные сетки это очередной миф. К созданию танковых экранов привлекался даже Курчатов. Им разрабатывались стержневые экраны, но дальше экспериментов дело не пошло.

Наиболее популярным экранирование было в немецкой армии. Прикрывались не только ходовая, но и вся боковая проекция, включая башню. Экранированию подвергались в основном лёгкие (Pz III) и средние танки и САУ. При этом из-за экранов танкистам становилось очень неудобно пользоваться многочисленными бортовыми эвакуационно-посадочными люками. Фальшборты немцы приделывали и на трофейные танки.
Например, самый массовый немецкий танк Pz IV с апреля 1943 экранировался стальными листами толщиной 5-7 мм. Борта прикрывали 5 экранов размером 99х114 см. Листы крепились кронштейнами на удалении 38см от основной брони. Отдельно защищались боковая и задняя часть башни. Повреждённый лист можно было легко заменить. Начиная с Pz IV G листовое экранирование стали устанавливать ещё при заводской сборке. На Pz IV J листовое экранирование корпуса заменили на сеточное, а вот башня по-прежнему защищалась листами. Экран из проволочной сетки был гораздо легче и неплохо спасал от кумулятивных снарядов.

Иногда возникает вопрос — чем было вызвано появление немецких фальшбортов: бронебойными пулями советских ПТРов или кумулятивными снарядами?
На этот вопрос ответил Гудериан: «Для танков Pz IV, «Пантера», и штурмовых самоходных орудий с целью защиты их от бронебойных средств русской пехоты были введены так называемые съёмные «экраны»
В целом, применение немцами экранов происходило довольно таки невразумительно и хаотично. Например листовые экраны неплохо предохраняли от бронебойных сердечников и кумулятивных снарядов. Но от них почему-то отказались в пользу чисто противокумулятивной сетки. А ведь угроза получить в борт подкалиберный не уменьшилась. Хотя Pz IV J оснащался сеткой, башня по-прежнему прикрывалась листовыми щитами.
С другой стороны следует учесть что применение подкалиберных снарядов на советско-германском фронте было довольно редким. Не исключено, что перейти на сетки вынудил дефицит броневой стали, который начал особо остро ощущаться с середины 1944.
Союзники относились к разнесённому экранированию без особого энтузиазма. Иногда в полевых ремонтных мастерских навешивались сеточные экраны — wire mesh aprons. Танкисты окрестили такие сетки – Thomaschild.
Мешки, ящики с песком и бревна – импровизированная броня
Этот способ периодически использовался всеми армиями: Союзными, советской, немецкой. Мешки являлись скорее экстренной и кратковременной мерой. Ткань легко повреждалась в бою осколками и пулями – песок высыпался. Чаще мешками обкладывали танки стоявшие в обороне.
Снарядные ящики выглядели предпочтительнее, поскольку наполнялись не только песком, но и гравием. Мешки могли защитить от кумулятивных фаустпатронов, гранат, снарядов, а ящики с гравием и от бронебойных боеприпасов. Такая защита никогда не размещалась над моторным отделением, чтобы песок не попал из пробитого мешка на механизмы.
Но особенно отличились в части установки импровизированной брони американцы. Они увешивали свои Шерманы чем не попадя, начиная от приваренных на лобовом листе дополнительных кусков брони битых танков, и заканчивая бревнами и мешками с песком или камнями, которые нередко закрывали весь корпус. Конструкция танка позволяла выдерживать дополнительный вес, но теряла в подвижности.
Циммерит
С 1943 немецкие танки и САУ начали покрывать специальной антимагнитной пастой циммерит. Обмазка спасала от установки на вертикальные плоскости машины магнитных кумулятивных зарядов. Под конец войны от циммерита отказались.

Американская морская пехота решала вопрос защиты от японских магнитных мин по-своему. Когда огнемётные Шерманы выдвигались к вражеским позициям, они неизбежно лишались надёжного пехотного прикрытия. Этим пользовались японцы и ставили на огнемётные танки магнитные мины. Для защиты американцы начали ставить временные деревянные экраны из досок. Проблема была легко и дёшево решена.
В заключение следует напомнить, что на войне номенклатура подручных средств могла быть самой разнообразной, часто даже малоэффективной. Танкисты были готовы использовать что угодно лишь бы получить тот самый спасительный миллиметр, который остановит снаряд врага и спасёт жизнь.
P.S. Тему добронирования танков бетоном не рассматривала сознательно.
В принципе на форуме такая тема уже есть.
Буду благодарна за любые интересные дополнения к этой теме и надеюсь на корректное обсуждение

Сообщение отредактировал ElenkaSK: 14 сен 2012 — 15:39