Павлин Виноградов судно

Командующий Северодвинской военной флотилией Павлин Виноградов (1890-1918 гг.)

Недавно в газете «Северный Комсомолец», в статье одной журналистки, я встретил несколько фраз о памятнике Павлину Виноградову, стоящем в центре Архангельска, на Троицком проспекте. Стоит, дескать, этот памятник, написала журналистка, сколько себя помню, а кому и за что, понятия не имею.
Ну, обычно, если человек не имеет понятия о чем-либо, но хочет узнать, он или книжки читает, или поисковую систему использует, чтобы получить нужную информацию. Но это в том случае, если хочет узнать…
Хотя, горожане к памятнику и, в самом деле, присмотрелись. Стоит себе, ну и пусть стоит, а кто это такой, за какие заслуги поставили, Бог весть.
Останови любого на Троицком проспекте, спроси, кто такой был Павлин Виноградов, и услышишь, чаще всего, «Э-э-э…» или «Ну-у-у…». Хорошо, если Гражданскую войну вспомнят.
А ведь сегодня ровно 90 лет со дня его гибели в бою.

В 70-80-е прошлого века годы имя Виноградова просто так не упоминали, всегда добавляли слова «герой Гражданской войны».
В Архангельске и Троицкий проспект был переименован в проспект Павлина Виноградова, и памятник ему поставили возле кинотеатра «Мир», и, отрезав по куску от Шенкурского и Вельского районов, создали новый район-Виноградовский.
Приезжие удивлялись:
-У вас что, виноград растет? Почему район так чуднО называется?
Особенно любили называть именем Павлина Виноградова различные суда. Началось это сразу после его смерти. Имя «Павлин Виноградов» дали канлодке «Мурман», которая воевала в составе Северодвинской флотилии в 1918-1919 гг., потом этим именем называли только гражданские суда. О военных кораблях с именем «Павлин Виноградов» я не слышал. Видимо, считали, что раз человек он был невоенный, то давать его имя военному кораблю как-то не с руки.
В Интернете нашел упоминание о судне «Павлин Виноградов» 1929 года постройки, которое, идя из Портленда в Акутан (Алеутские острова), 23 апреля 1944 года погибло от взрыва мины. Из 42 членов экипажа судно смогли покинуть только 29, из них до берега добралось только девять человек.
После войны в Польше был построен большой лесовоз «Павлин Виноградов», который был приписан к Северному морскому пароходству. Кажется, и сейчас еще плавает.

(из книги «Архангельск. Фрагменты истории. 1584-1984», изданной в 1984 году)
Но сведения о жизни Павлина Виноградова до его приезда в Архангельск, да и о жизни в Архангельске, были довольно скудными. На библиотечных полках можно было найти лишь несколько брошюрок и тоненьких книжек о нем, изданные в 50-60-е годы в местном издательстве.
В повести Николая Никитина «Северная Аврора» http://lib.ru/PRIKL/NIKITIN_N/aurora.txt, написанной еще при Сталине, в 1951 году, Павлин Виноградов был настолько плакатным, преданным делу Ленина-Сталина большевиком, что от живого человека там ничего не осталось.
Если прочитать то, что было написано о Павлине Виноградове, отбросив пафосные строки о ненависти к угнетателям рабочего класса, то останется совсем немного.
Родился в 1890 году. Семья жила в Сестрорецке. Отец работал в Петербурге приказчиком на табачной фабрике, болел туберкулезом, и умер, когда Павлину было восемь лет. В семье кроме него было еще трое детей, и в десять лет он пошел работать на Сестрорецкий оружейный завод. Потом перешел на Семянниковский (Невский) судостроительный завод.
В 1909 году умерла мать. Когда подошла пора призыва в армию, ударился в бега, но в 1912 г. его задержали. От присяги Виноградов отказался, после чего был судим военным судом. Его приговорили к двум годам дисциплинарного батальона, и отправили служить в Новгородскую губернию.
За агитацию против существующего строя, а проще говоря, за разговоры с солдатами «против царя», в конце 1912 года снова был судим военным судом, и приговорен к восьми годам каторжных работ. Сидел в Шлиссельбургской крепости, потом был отправлен в Сибирь, в Александровский централ, где и пробыл до февраля 1917 года.
В 1917 году женился на девушке из Гдовского уезда Псковской губернии, жившей в том же селе, откуда родом были и родители Виноградова. Церковный ли был брак, непонятно. Жену звали Ольга Владимировна. Других данных о ней нигде нет, и даже неизвестно, поехала ли она с ним из Петрограда в Архангельск.
Что конкретно делал Виноградов в Петрограде осенью 1917 года, не знаю, но после октября он работал в продовольственном комитете Александро-Невского района. Оттуда его и направили в феврале 1918 года в Архангельск, чтобы он организовал отправку в Петроград десяти тысяч пудов хлеба.
Когда хлеб был отправлен, Виноградов остался в Архангельске. Сначала его избрали членом губернского исполкома, а затем заместителем председателя губисполкома (по нынешнему, заместителем главы областной администрации).

Летом 1918 года в губернии началась мобилизация в Красную Армию, причем, не скрывалось, что воевать придется с недавними союзниками России в Первой мировой войне, англичанами, французами и американцами. Крестьяне не понимали, почему они должны воевать с союзниками, а в разгар сенокоса эта мобилизация была им вообще, как кость в горле, поэтому, они уклонялись от нее, как могли.
В Шенкурске дело дошло до того, что крестьяне, взявшись за оружие, загнали местных коммунистов в здание солдатской казармы, где те просидели в осаде несколько дней, но потом сдались.

Здание казармы в Шенкурске сохранилось до сих пор, только теперь это не казарма, а жилой дом, с цветами на подоконниках, и тюлевыми занавесками на окнах.

Крылечко, конечно, построили недавно, а в подъезде все осталось как девяносто лет назад, отполированные каменные ступени, и прохлада, какая бывает в самый жаркий день в доме с толстыми каменными стенами.
В этом подъезде и лежало тело единственной жертвы Шенкурского восстания, местного крестьянина-призывника, который зачем-то безоружный пошел в казарму, когда там уже забаррикадировались местные коммунисты. Зачем они его застрелили, непонятно, с перепугу, вероятно.

Когда в Архангельске узнали о том, что произошло в Шенкурске, туда был отправлен вооруженный отряд, который возглавил Виноградов.
На стене бывшей казармы до сих пор висит памятная доска с текстом, в котором говорится, что «Шенкурское эсеровское восстание ликвидировал красноармейский отряд под руководством П.Виноградова».
Да не ликвидировал он его! Крестьяне потихоньку сами разошлись по домам, потому как в июле сена для лошади и коровы не заготовишь, зимой зубы на полку положишь.
Пока Виноградов был в Шенкурске, союзники высадились в Архангельске, и начали продвигаться на юг по двум направлениям, по железной дороге, и по Северной Двине. Военком Зенькович пытался организовать оборону на левом берегу Двины, в Исакогорке, но был убит прямо на железнодорожном вокзале. Остальные советские чиновники, не пытаясь организовать оборону, плыли на пароходах прямо до Котласа. Хорошо, хоть пароходы и баржи из Архангельска увели с собой, но не все. Небольшой отряд они, все таки, послали в Двинской Березник.
Виноградов со своими бойцами и встретился в Двинском Березнике с этим отрядом.
В 1918 году Павлина Виноградова со слов художника Писахова, приехавшего в Архангельск, описал в газетной заметке будущий классик советской литературы Леонид Леонов, живший в то время в Архангельске.
«Уехало нас из Пянды лишь пятеро.
Четверо из нас решили дальше ехать в лодке и спустились к берегу найти и купить какую-нибудь лодчонку для дальнейшего путешествия в стольный град Архангельск. И в ту же минуту, как они, четверо, обсуждали вопрос, как быть дальше, вынырнула откуда-то моторная лодка с красноармейцами и подошла совсем близко — чуть ли не на 8-10 шагов.
Потом в лодке показались люди в солдатских шинелях с пятиугольными красными звездами на фуражках, с винтовками и без прицела дали залп в стоявших на берегу четырех безоружных человек. Один из четырех упал раненый (некто М., архангелогородец), другой свалился с простреленной головой — пуля вошла в висок и вышла в затылок. Один из оставшихся бросился бежать зигзагами от берега и упал куда-то в ржаное поле и этим спасся от ожидавшей его печальной участи.
Впрочем, пуля ему успела немного задеть ногу. (…)
Степан Григорьевич повел раненого (один был убит) к местному священнику. О. Александр ласково и спокойно, очевидно привыкнув к подобным перепалкам, мягко и любезно принял пришедших, успокоил и видом своим, и своим радушным приемом и рассказал, что красноармейцы разгневаны на Пянду за то, что крестьяне, не будучи в состоянии далее выдерживать реквизиции, грабежи и поборы, смешанные с хулиганскими выходками со стороны «рабоче-крестьянской» армии, несколько раз сами выступали против державных негодяев и вступали с ними в довольно решительные стычки на Березнике.
О. Александр предложил чай, но мы были принуждены отказаться за поздним временем и пошли обратно домой, в те крестьянские хаты, в которых мы разместились.
А к Пянде уже подходила красноармейская дружина, успевшая съездить за подкреплением в Березник, и, воинственно бряцая оружием, опрашивали, где находятся приехавшие недавно люди.
Наш дом оцепили вооруженные, и в комнату, где помещались мы, широко размахивая красными руками, вошел комиссар (фамилия его, как мы после узнали, — Виноградов, один из «архангельских»), постоял в дверях, плюнул в угол, грубо бросил:
— Здравствуйте, товарищи! — и, несколько меняя тон, свертывая «цыгарку», небрежно заметил, обращаясь к нам:
— Вы чего от берега-то убежали? По какой причине?
Наша хозяйка, сморщенная, седая, но крепкая старушонка, не выдержала.
— Что ты, батюшка, окстись, в живых людей стреляете, а еще спрашиваешь?
Комиссар самодовольно улыбнулся, сплюнул еще раз и двинул свою тушу к дверям, вероятно, «углублять революцию» в соседних деревнях, в среде рабочих и крестьян, начинать водворение «большевистского симво¬а веры»…
Осада с дома была снята. И мы были рады, что наконец-то сможем двинуться в дальнейший путь».

Пароходов, и больших и маленьких, на Двине в то время было много. Эти пароходики ходили по Пинеге.

Эти пароходы стоят у двинского берега. Колесные пароходы не так ловко маневрировали, как винтовые, зато осадка у них была маленькая, и они могли подойти к берегу в любом месте.
Котлас в то время был большим селом, но там уже была железная дорога и судоремонтный завод. Собор, тот, что виден на первом снимке, сохранился до сих пор.
Пока союзники и белогвардейцы продвигались по Двине к Котласу, по железной дороге из Москвы в Котлас были направлены артиллерийские орудия и моряки. Но в первые дни августа никаких сил большевиков на пути к Котласу не было. Когда суда союзников подошли к Двинскому Березнику, отряд, оставленный там Виноградовым, быстро отступил. От Березника было совсем недалеко до устья Ваги, по которой можно было быстро дойти до Шенкурска, а потом до Вельска.
Церкви в Двинском Березнике. Фотография художника Ивана Билибина, путешествовавшего по Северу в 1902-1904 гг.
Суда союзников возле Двинского Березника. Фотография 1919 года.
В начале августа 1918 года Виноградов сумел вооружить только три судна, колесные пароходы «Богатырь», «Феникс» и «Могучий». На каждом судне было по две пушки Маклена, и по два пулемета.
http://militera.lib.ru/h/severodvinskaya_flotilia/
Фотографий первых трех судов Северодвинской флотилии у меня нет, но что это были за суда, можно представить по этой фотографии. Канонерская лодка «Какстон», вошедшая в строй флотилии уже после гибели Виноградова.
Пушка Маклена была не таким уж грозным оружием, всего 37 мм., меньше нашей «сорокапятки», но в тех условиях годилось все. Заряжалась пушка обоймами, по 5 патронов.
У союзников суда были помощнее, специальные речные мониторы, хорошо защищенные, и с орудиями крупного калибра. Единственное, что я не могу понять, как союзники перегнали их вокруг Скандинавии в Белое море? Речной монитор для плавания по северным морям, пусть даже летом, когда вероятность штормов очень мала, все-таки, мало пригоден.
11 сентября 1918 года Виноградов с тремя пароходами подошел к Двинскому Березнику, где у берега стояли три парохода союзников, и стал ходить вдоль берега, обстреливая их из всех своих пушек и пулеметов. Те, после некоторого замешательства ответили. Бой продолжался два часа десять минут, после чего Виноградов ушел вверх по реке. Один человек был убит, восемь ранено. Какие потери были у союзников и белогвардейцев, не знаю, может, вовсе не было. Никакой информации об этом бое со стороны союзников и белогвардейцев я пока не нашел, а донесение Виноградова общеизвестно. Чистый Гангут, Трафальгар, и Цусима! Почему после этого боя все пять судов противника не пошли на дно, можно только удивляться.
Тем не менее, союзники были несколько ошеломлены, и темп их наступления замедлился. Правда, большевики отступили на сорок верст, но потом снова пошли вперед, заняли Яковлевское, Сельцо, Тулгас, и в начале сентября планировали форсировать Вагу, чтобы отбить деревню Усть-Вагу.
Место впадения Ваги в Северную Двину (современная фотография, нашел в Google Earth)
Фотографии, сделанные кем-то из американцев в Усть-Ваге, чуть позже этих событий.
8 сентября 1918 года пехота красных заняла деревню Шидрово на правом берегу Ваги, но показался пароход белых, и начал обстреливать деревню.
Из повести Николая Никитина «Северная Аврора»:
«Орудие осталось без прислуги, искать нового наводчика было некогда, и Павлин сам заменил раненого.
Броневой щит орудия несколько закрывал Павлина. Стоя возле прицела и продолговатого прицельного отверстия, Павлин вдруг почувствовал за своей спиной человека. Он оглянулся. Это был Соколов.
— Товарищ комбриг, вас на штабной пункт зовут, — сказал вестовой.
— Не мешай! — Крикнув это, Павлин выстрелил. Первый снаряд врезался в среднюю часть парохода, возле колеса, почти у самой ватерлинии. Снарядом разбило палубу. «Отлично!» — сказал себе Павлин и, не меняя прицела, выстрелил еще раз. Второй снаряд ударил в корму. Раздался новый
оглушительный взрыв. Фонтаны воды, пара и дыма взметнулись над рекой.
— Тонет! — восторженно закричал кто-то. — Ей-богу, тонет!..
Снизу, с береговой тропки, прибежал запыхавшийся и красный от напряжения моряк.
— Товарищ комбриг, это «Опыт»… На корме написано!
— Снаряды! — коротко приказал Павлин своему заряжающему — юноше лет семнадцати. — Скорей давай!
Соседнее орудие тоже ударило по «Опыту», снесло часть надстройки с кормы. Кормовые пушки на «Опыте» замолчали.
В это время неподалеку от батарей показалось еще какое-то судно, Павлин приложил бинокль к глазам.
— Английская канонерка! — крикнул он и поискал глазами Саклина. Тот стоял у одного из орудий, показывая бойцам на реку.
Павлин решил продолжать стрельбу прямой наводкой. «Подпущу поближе», — подумал он, снова приставляя к глазам бинокль. Вдруг в стеклах — блеснула какая-то вспышка. Вдалеке будто чиркнули спичкой, и огонек сразу же задуло ветром. Почти одновременно где-то рядом раздался взрыв. Павлин обернулся и
упал. Падая, он успел подумать: «Что такое? Меня ранило? А как же бой?..»
Вражеский снаряд ударил в лежавшие на берегу бревна. Некоторые из них взлетели в воздух, другие были расколоты в щепы. Осколки снаряда разбили колесо пушки, из которой минуту тому назад стрелял командир бригады. Одним из этих осколков был сражен и Павлин».
Ну, примерно так, оно и было, я думаю. Правда, щитов на пушках Маклена, по-моему, не было, а колес, точно, не было. Они на тумбах крепились.
Церковь в деревне Шидрово, возле которой погиб Виноградов (фотография 1947 или 1948 года). Если присмотреться, можно увидеть деревянный памятник на месте его гибели.
Пионерский сбор возле памятника Виноградову (фотография сделана в тот же день, что и предыдущая).
Тело Виноградова увезли в Петроград, и похоронили на территории Лесной академии. Почему там, не знаю. Фотографию нашел в Интернете.
Потом появился памятник с маузером на левом боку, хотя маузеры на левом боку не носили, только на правом.
Лесовоз «Павлин Виноградов»
А церковь в Усть-Ваге, которую 90 лет назад сфотографировал американец, стоит до сих пор. Узнать ее, правда, трудно, т.к. ни крестов, ни куполов на ней не осталось. Фотография не моя, нашел в Google Earth.

Похожие записи


Весной 1944 года пароход «Павлин Виноградов» под командованием капитана Фомы Филипповича Дроздова вышел из канадского Ванкувера во Владивосток с полным грузом на борту. 22 апреля на подходе к Алеутским островам пароход подвергся вражескому нападению и был торпедирован одновременно двумя торпедами (как сравнительно недавно установил историк флота К. Б. Стрельбицкий, причиной гибели советского судна стала торпедная атака японской подводной лодки I-18), информирует «Тихоокеанская Россия», ТоРосс.

Взрывной волной вскрыло люки кормовых люков и твиндеков (междупалубного пространства внутри корпуса), через которые была выброшена часть груза. Бочки с ацетоном при детонации взорвались, кормовую часть судна охватило пламя.
Пароход затонул за три минуты, тринадцать моряков из команды численностью 41 человек погибли вместе с судном, в том числе капитан. Спасшиеся разместились в шлюпке и на плоту. Но за первые два дня умерло ещё 8 человек.

Море штормило, волнение достигало 6-8 баллов, непогода продолжалась несколько дней, шёл дождь со снегом. Шлюпка дала течь по всему килю, людям приходилось непрерывно вычерпывать воду.
К исходу 27 апреля умерло ещё 12 человек из команды. На шестые сутки оставшихся в живых подобрал пароход «Ола», шедший из Сан-Франциско во Владивосток.

Список погибших членов экипажа парохода «Павлин Виноградов» (по книге Г.А. Руднева «Огненные рейсы», Дальневосточное книжное издательство, Владивосток. 1975):

Дроздов Фома Филиппович, капитан – погиб при спуске спасательного плота;
Березин Сергей Романович, второй помощник капитана, погиб при спуске шлюпки;
Чепуренко Иван Иванович, второй механик, сломан позвоночник, умер в шлюпке в первую ночь;
Харьков Николай Иванович, третий механик, умер в шлюпке на пятые сутки;
Моховцев Андрей Николаевич, радист, погиб при торпедировании судна;
Броневская Александра Степановна, судовой медик, от сильного кровотечения умерла в шлюпке на пятые сутки;
Крошин Георгий Михайлович, матрос, погиб при спуске шлюпки;
Панов Николай Феофанович, матрос, умер в шлюпке на пятые сутки;
Богачёв Гавриил Егорович, матрос, ранен в лицо, умер в шлюпке в первую ночь;
Ненахов Николай Ильич, матрос, погиб при торпедировании;
Лихтин Григорий Александрович, боцман, погиб при спуске шлюпки;
Чуркин Михаил Иванович, плотник, умер в шлюпке на пятые сутки;
Дударчук Иван Иосифович, машинист, умер в шлюпке на первые сутки;
Кишинский Иван Андреевич, машинист, погиб при торпедировании;
Кудрявцев Назар Иванович, кочегар, погиб при торпедировании;
Кищук Константин Данилович, кочегар, умер в шлюпке на пятые сутки;
Чернышев Иван Трофимович, кочегар, умер в шлюпке на пятые сутки;
Хоменко Степан Иванович, кочегар, погиб при торпедировании;
Бровченко Павел Прокопьевич, кочегар, умер в шлюпке на первые сутки;
Якубов Айнутдин Хайрутдинович, кочегар, умер в шлюпке в первую ночь;
Зайцев Юрий Сергеевич, кочегар, умер в шлюпке на пятые сутки;
Хожий Иван Григорьевич, кочегар, умер в шлюпке на пятые сутки;
Баринова Мария Александровна, уборщица, погибла при торпедировании;
Вирбуль Елизавета Николаевна, повар, сгорела при пожаре на камбузе;
Тетерина Наталья Сергеевна, буфетчица, умерла в шлюпке на четвёртые сутки от ожогов;
Кириченко Анна Петровна, дневальная, умерла в шлюпке на пятые сутки от ожогов;
Рабинович Айзик Иосифович, лейтенант, умер в шлюпке на пятые сутки;
Абрамов Алексей Максимович, старшина, умер в шлюпке на пятые сутки;
Шурпик Георгий Иванович, краснофлотец, погиб при торпедировании;
Трунев Алексей Афанасьевич, краснофлотец, умер в шлюпке на четвёртые сутки;
Рысев Павел Григорьевич, краснофлотец, умер в шлюпке на пятые сутки;
Гордеев Игнат Иванович, кочегар, погиб при торпедировании;
Иванов Спиридон Георгиевич, палубный ученик, умер в шлюпке на пятые сутки.

В этот месяц Дальневосточное морское пароходство потеряло ещё два судна. Ночью 13 апреля 1942 года, следуя их Мурманска в Англию, в Баренцевом море был торпедирован пароход «Киев», погибло 6 человек: второй помощник капитана Онищенко Андрей Петрович, второй механик Мацуев Владимир Иванович, кочегары Мартынов Александр Васильевич, Белинский Евгений Андреевич, Газудинов Собир Шаринович и буфетчица Глотова Ефросинья Матвеевна.
29 апреля 1942 года в Бенгальском заливе торпедирован и затонул пароход «Микоян». Экипах в полном составе смог добраться до индийского берега, а затем, через Персию, Каспий, добраться до родины и вернуться во Владивосток.

vitalv89

Северная Двина — новое судно дноуглубительного флота Архангельского филиала компании Росморпорт. Сейчас проходит отлаживание оборудования и выявление «детских болезней». Работать судну предстоит в акватории порта Архангельск, а так же в порту Сабетта и Онега.

Судно построено по проекту Damen TSHD 2000 Нидерландского концерна Damen Shipyards Group, на Вьетнамской верфи Song Thu Shipyard в городе Дананг. Строительство велось под надзором Российского морского регистра с присвоением номера 140808. Строительный номер: 563252, IMO 9752644. Киль судна был заложен 21 ноября 2014 года, 09 ноября 2015 года судно было спущено на воду для достройки. Строительство было окончено 13 апреля 2016 года. После этого судно перешло в порт Роттердам, где компания провела работы по настройке оборудования. В порт приписки судно пришло 01 июля 2016 года. После оформления документов о передачи судна, 13 июля на судне был поднят Российский триколор и судно вышло в свой первый рабочий рейс.
Основные характеристики:
Длина: 70,35 метра
Ширина: 16,2 метра
Высота борта: 5,6 метра
Осадка в грузу: 5,1 метра
Дедвейт: 3030 тонн
Глубина выемки грунта: до 22 метров
В движение судно приводят два двигателя CAT 3512C мощностью 1800 л.с. (1118 кВт) каждый
Скорость: 11,2 узла
Для выемки грунта используется насос BP 6055LD производительностью 6200 кубических метров в час
Объём трюма: 2000 метров кубических



Экипаж судна всего 12 человек, располагаются в 8 каютах.

Дноуглубления происходит путём опускания «хобота» в воду на нужную глубину. По верхней трубе подаётся вода для разрыхления грунта, в то время когда по нижней насос засасывает воду вместе с грунтом в трюм судна.



После полной загрузки, судно само отвозит добытый грунт к месту свалки.
Рекомендую так же посмотреть рекламный видеоролик
Так же посмотреть рекламный буклет