В далеком плавании

Диана (бронепалубный крейсер)

У этого термина существуют и другие значения, см. Диана (значения).

«Диана»


Бронепалубный крейсер «Диана» после 1908 года

Служба

Россия

Назван в честь

Диана

Класс и тип судна

Бронепалубный крейсер

Изготовитель

«Адмиралтейский завод», Санкт-Петербург

Строительство начато

4 июня 1897 года

Спущен на воду

12 октября 1899 года

Введён в эксплуатацию

23 декабря 1901 года

Выведен из состава флота

21 ноября 1925 года

Статус

Разделан на металл

Основные характеристики

Водоизмещение

6897 тонн

Длина

126,8 м

Ширина

16,8 м

Осадка

6,6 м

Бронирование

Броневая палуба (38/63,5 мм), боевая рубка (152 мм)

Двигатели

3 вертикальных паровых машины тройного расширения, 24 котла Бельвиля

Мощность

12 200 л. с. (9 МВт)

Движитель

3 винта

Скорость хода

19 узлов (35,2 км/ч)

Дальность плавания

3700 морских миль

Экипаж

Вооружение

Артиллерия

8 × 152-мм/45,
24 × 75-мм/50,
6 (+2 на катерах) × 37-мм/23,
2 × 63,5-мм/19
С 1915 года
10 × 130-мм,
4 × 75-мм

Минно-торпедное вооружение

1 × 381-мм (надв.),
2 × 381-мм (подв.),
35 (с 1915 года — 126) якорных мин заграждения

Медиафайлы на Викискладе

«Диана» — бронепалубный крейсер (крейсер 1-го ранга) Российского императорского флота. Зачислен в списки судов Балтийского флота 9 мая 1896 года. Заложен 4 июня 1897 года в эллинге Галерного острова в Санкт-Петербурге. Спущен на воду 12 октября 1899 года. Вступил в строй 23 декабря 1901 года. Исключён из списков флота 21 ноября 1925 года.

Строительство

В марте 1895 года в рамках кораблестроительной программы 1895 года началась работа над проектом бронепалубного крейсера для Тихого океана, пригодного для выполнения функций разведчика и борьбы с торговым судоходством противника на сравнительно небольшом удалении от баз. Проект был завершён к лету 1896 года, после чего на стапелях Галерного острова были заложены однотипные «Паллада» и «Диана», а немного позже на верфи Нового Адмиралтейства — третий крейсер серии, «Аврора». Строителем «Дианы» был назначен младший судостроитель А. И. Мустафин.

Из-за опасения перегрузить корабли, на всех крейсерах уменьшили число и калибр орудий.

Во время испытаний в 1901—1902 году выяснилось, что оба первых крейсера не могут достичь проектной скорости, несмотря на превышение индикаторной мощности машин над проектной.

Конструкция

Бронепалубный крейсер «Диана» на Малом Кронштадтском рейде

Крейсер «Диана» (а также однотипные «Паллада» и «Аврора») имел баковую надстройку и три палубы: верхнюю, батарейную и броневую карапасную. Внутреннее пространство трюма под бронепалубой делилось поперечными переборками на 13 отделений. Под батарейной палубой пространство разделено на четыре отсека: носовой (0-35 шп.), отсек котельных отделений (35-75 шп.), отсек машинных отделений (75-98 шп.) и кормовой.

Обшивка надводной части корпуса состояла из стальных листов толщиной от 10 до 13 мм. Подводная часть корпуса обшита 1-мм медными листами на 102-мм подложке из тика. Штевни из бронзы. Длина внешних килей 39,2 м.

Стальной настил палуб толщиной от 5 до 19 мм, во внутренних помещениях покрыт линолеумом. Верхняя и баковая палубы покрыты тиковыми досками. Вокруг орудий верхней палубы, кнехтов и битенгов настелены дубовые доски.

Броневые плиты броневой палубы толщиной 38 мм в горизонтальной части и 50,8-63,5 мм на скосах, гласисы машинных люков — 25,4 мм. Кожухи дымовых труб, шахты элеваторов, приводы систем управления над броневой палубой защищены 38-мм броневыми листами. Труба из боевой рубки в центральный пост — 89-мм листами. Барбет боевой рубки и лист, прикрывавший вход в рубку, толщиной 152 мм. За кормовой рубкой поперек верхней палубы установлен защитный траверз из 16-мм стальных листов.

Энергетическая установка состояла из трех паровых трёхцилиндровых машин тройного расширения суммарной мощностью 11 610 л. с. в расчёте на скорость хода 20 узлов. Каждая машина имела свой холодильник, через который циркуляционным насосом прокачивалась забортная вода. Крейсер оснащён тремя трехлопастными бронзовыми винтами диаметром 4,09 м. Правый и средний винты вращались влево, левый — вправо.

Паровые котлы системы Бельвиля размещались в трех котельных отделениях (по 8 котлов в носовом и кормовом, 6 в среднем). Над каждым из котельных отделений установлена дымовая труба диаметром 2,7 м и высотой 27,4 м (от колосниковых решеток).

Корабельные цистерны вмещали 332 тонны пресной воды для котлов и 135 тонн для бытовых нужд. Имелись две опреснительные установки системы Круга суммарной производительностью 60 тонн воды в сутки.

Уголь размещался в 24 угольных ямах, расположенных в два яруса между бортами у котельных отделений, а также в 8 запасных угольных ямах между броневой и батарейной палубами вдоль машинных отделений. Нормальный запас угля 810 тонн, полный 1070 тонн.

Оснащен паровой динамо-машиной постоянного тока мощностью 336 кВт, вырабатывавшей ток напряжением 105 В.

Электрический рулевой привод фирмы «Унион». Электрический привод руля дублировался паровым и ручным. Посты рулевого управления находились в ходовой и боевой рубках, центральном боевом посту, на кормовом мостике и в румпельном отделении.

Оснащен якорями системы Мартина. Шлюпочное вооружение включает в себя два паровых катера, один 18-весельный и один 16-весельный баркас, один 14-весельный и один 12-весельный гребной катер, два 6-весельных вельбота и два 6-весельных яла.

Жилые помещения рассчитаны на 570 человек экипажа и штаба флагмана соединения.

Несмотря на передовой уровень замысла крейсеров типа «Диана», они считались самыми ненадежными и малопригодными к боевому использованию крейсерами 1-го ранга. Причиной тому был ряд серьёзных ошибок, допущенных на этапах проектирования и строительства.

Вооружение

Артиллерийское вооружение крейсера состояло из восьми 152-мм орудий системы Канэ с длиной ствола 45 калибров, двадцати 75-мм орудий системы Канэ с длиной ствола 50 калибров, восьми одноствольных 37-мм орудий Гочкиса (на боевом марсе и мостиках) и двух десантных 63,5-мм пушек системы Барановского.

Скорострельность 152-мм орудий составляла 5 выстрелов в минуту при механизированной подаче и 2 выстрела при ручной подаче. Скорострельность 75-мм орудий составляла, соответственно, 10 и 4 выстрела в минуту.

Боезапас 152-мм орудий составлял 1414 выстрелов (бронебойные, фугасные и сегментные снаряды и пороховой заряд в гильзах). Боезапас к 75-мм орудиям составлял 6249 выстрелов (унитарные патроны с бронебойным снарядом). Боезапас 37-мм пушек составлял 3600 патронов, а пушек Барановского — 1440 патронов.

Системы управления артиллерийским огнём изготовлены на Петербургском электромеханическом заводе «Н. К. Гейслер и К°».

Крейсер вооружён тремя торпедными аппаратами: один надводный (в форштевне) и два подводных (бортовых) с общим боезапасом восемь 381-мм самодвижущихся мин Уайтхеда образца 1898 года. Тридцать пять сферических якорных мин заграждения.

В 1907—1909 годах количество 152-мм орудий на крейсере доведено до десяти.

В 1912—1914 годах, во время капитального ремонта, установлены десять 130/55 орудий образца 1913 года с соответствующей переделкой артпогребов и механизмов подачи.

Служба на флоте

Императорский флот

17 октября 1902 года крейсер «Диана» вышел из Кронштадта на Дальний Восток в составе эскадры под командованием контр-адмирала Э. А. Штакельберга.

8 апреля 1903 года крейсер прибыл в Нагасаки и поступил в распоряжение российского посланника в Корее А. И. Павлова.

24 апреля 1903 года прибыл в Порт-Артур, через несколько дней ушёл в Чемульпо, чтобы доставить туда Павлова.

Май 1903 — Участвовал в учебных плаваниях эскадры.

1 июня 1903 — Выведен в вооружённый резерв.

Сентябрь 1903 — Участвовал в маневрах эскадры.

1 ноября 1903 — Выведен в вооружённый резерв.

В ночь с 26 на 27 января 1904 года находился на дежурстве на внешнем рейде Порт-Артура.

28 июля 1904 года участвовал в бою в Жёлтом море, ушёл в Сайгон, где 11 августа был интернирован местными властями до 7 декабря.

В 1906 году крейсер прошёл капитальный ремонт корпуса и механизмов с заменой водогрейных трубок в котлах на Балтийском судостроительном заводе, после чего вошёл в состав Учебно-артиллерийского отряда Балтийского флота.

С 9 октября по 16 декабря 1907 года состоял в Гвардейском экипаже.

В 1912—1914 году прошёл капитальный ремонт на Балтийском судостроительном заводе. В ходе ремонта установлены новые котлы, перебраны главные механизмы, заменены артиллерийские орудия главного калибра.

С осени 1914 года в составе 2-й бригады крейсеров Балтийского моря участвовал в операциях на коммуникации противника, нёс дозорную службу, прикрывал действия легких сил Балтийского флота.

В 1916 году участвовал в обороне Рижского залива.

16 июня отряд в составе «Громобоя», «Дианы» и пяти эсминцев получил задачу затруднить транспортное сообщение противника в Норчепингской бухте. В 2 ч 30 мин ночи отряд столкнулся с 8 миноносцами противника. После второго залпа русских крейсеров один из германских миноносцев выпустил в сторону русских кораблей две торпеды: одна пересекла их кильватерный строй между «Громобоем» и «Дианой», другая пошла прямо в корму «Дианы», что вынудило крейсер уклониться. После третьего залпа головной миноносец противника повернул вправо на 8 румбов и начал прикрывать дымовой завесой следующие за ним корабли. После четвёртого залпа в надстройках второго миноносца заметили крупную вспышку то ли от взрыва, то ли от пожара, после чего германские корабли быстро скрылись за дымовой завесой. За время боя «Громобой» израсходовал 37 203-мм и 113 152-мм снарядов, а «Диана» — 103 130-мм.

Советский флот

Экипаж крейсера участвовал в Февральской революции.

3 марта 1917 года на «Диане», как и на других кораблях, начались расправы над офицерами: матросы убили старшего офицера крейсера капитана 2-го ранга Б. Н. Рыбкина и тяжело ранили старшего штурмана лейтенанта П. П. Любимова.

С 30 сентября по 6 октября 1917 года участвовал в Моонзундской операции.

7 ноября 1917 года вошёл в состав Красного Балтийского флота.

С 4 по 9 января 1918 года совершил переход из Гельсингфорса в Кронштадт.

С мая 1918 года по 9 ноября 1922 года находился в Кронштадтском военном порту на долговременном хранении. 130-мм орудия крейсера были сняты и отправлены в Астрахань для установки на вспомогательных крейсерах Астрахано-Каспийской военной флотилии.

1 июля 1922 года продан совместному советско-германскому акционерному обществу «Деруметалл» как металлолом. Осенью 1922 года был отбуксирован в Германию для разборки. 21 ноября 1925 года исключен из состава ВМС РККА.

Командиры крейсера

  • 1897 — 26 января 1898 — Капитан 1-го ранга Е. Е. Шарон
  • 26 января 1898—1899 — Капитан 1-го ранга М. Г. Невинский
  • 22 марта — 6 декабря 1899 — Капитан 1-го ранга К. Б. Михеев
  • 6 декабря 1899—1904 — Капитан 1-го ранга В. К. Залесский
  • 15 февраля — 11 мая 1904 — Капитан 1-го ранга Н. М. Иванов 2-й
  • 11 мая 1904 — 23 января 1906 — Капитан 2-го ранга князь А. А. Ливен
  • 23 января 1906— 15 октября 1907. — Капитан 1-го ранга П. В. Колюпанов
  • 1907 — Капитан 1-го ранга А. К. Гирс
  • 17 декабря 1907 — 10 августа 1909 — Капитан 1-го ранга И. В. Студницкий
  • 1909—1911 — Капитан 1-го ранга Ф. А. Вяткин
  • 9 сентября 1911 — 8 июня 1915 — Капитан 1-го ранга В. В. Шельтинг 1-й
  • 29 июня 1915 — 19 мая 1917 — Капитан 2-го ранга (с 6 декабря 1915 капитан 1-го ранга) М. В. Иванов 7-й
  • май 1917—1918. — П. П. Феодосьев
  • 1918 — А. А. Остроградский.

Офицеры крейсера во время обороны Порт-Артура

  • Командир
    • Капитан 1-го ранга В. К. Залесский
    • Капитан 1-го ранга Н. М. Иванов 2-й (15.02-11.05.1904)
    • Капитан 2-го ранга светлейший князь А. А. Ливен (врид с 11.05.1904)
  • Старший офицер
    • Капитан 2-го ранга А. И. Берлинский 1-й
    • Лейтенант (с 28.03.1904 капитан 2-го ранга) В. И. Семенов (с 01.03.1904)
  • Ревизор
    • Мичман князь М. Б. Черкасский (врид)
  • Старший минный офицер
    • Лейтенант С. В. Мяснов
  • Старший артиллерийский офицер
    • Лейтенант Л. Л. Иванов 15-й
  • Младший минный офицер
    • Мичман Б. Г. Кондратьев
    • Лейтенант Н. Н. Ромашев
  • Младший артиллерийский офицер
    • Мичман барон В. Э. Унгерн фон Штернберг 2-й
  • Старший штурманский офицер
    • Лейтенант П. П. Палецкий 1-й
  • Младший штурманский офицер
    • Мичман Б. П. Дудоров (до 10.04.1904)
    • Мичман Г. Р. Шнакенбург
  • Вахтенные начальники
    • Мичман граф А. Г. Кейзерлинг 2-й
    • Мичман П. П. Савич
    • Мичман А. М. Щастный (с 15.04-28.08.1904)
  • Вахтенные офицеры
    • Мичман А. П. Максимов 8-й (до 18.02.1904)
    • Мичман Б. Г. Кондратьев (до 28.08.1904)
  • Старший судовой механик
    • Старший инженер-механик Н. А. Иванцов
  • Трюмный механик
    • Младший инженер-механик В. А. Санников
    • Младший инженер-механик Ф. К. Коростелев (до 14.07.1904)
  • Младший судовой механик
    • Младший инженер-механик В. А. Морозов
    • Младший инженер-механик К. И. Бобров
  • Старший судовой врач
    • Коллежский советник А. М. Васильев
  • Младший судовой врач
    • Титулярный советник Н. А. Штром
  • Судовой священник
    • Иеромонах о. Гавриил

Известные люди, служившие на крейсере

  • Железняков, Анатолий Григорьевич

Литература

Новиков В., Сергеев А. Богини Российского флота. «Аврора», «Диана», «Паллада». — М.: Коллекция, Яуза, Эксмо, 2009.

Ссылки

  • Крейсера
  • Крейсера типа «Диана»
  • Конструкция крейсеров типа «Диана»
  • «Диана» и «Паллада» в 1902—1903 годах
  • Бронепалубный крейсер «Диана» (недоступная ссылка с 12-10-2016 )
  • Класс «Паллада»
  • Список офицеров
  • 152-мм орудие системы Канэ крейсера «Диана»

См. также: {{Миноносцы России}}

Крейсера Российского Императорского флота
Тип Князь Пожарский
Тип Генерал-Адмирал
Тип Дмитрий Донской
Тип Баян
Индивидуальные проекты

Безбронные крейсера Российского Императорского флота Индивидуальные проекты Тип Казарский Индивидуальные проекты

Бронепалубные крейсера типа «Диана»

“Аврора” 23.05.1897 / 11.05.1900 / 18.09.1903
“Диана” 23.05.1897 / 30.09.1899 / декабрь 1902
“Паллада” 23.05.1897 / 14.08.1899 / 1902

Бронепалубные крейсеры типа “Диана” – крейсеры I ранга водоизмещением 6000 тонн, построенные по кораблестроительной программе 1895 г. Всего было построено три крейсера: “Паллада”, “Диана” и “Аврора”. Несмотря на достаточно средние характеристики, видимо, самая прославленная серия крейсеров в отечественном флоте: корабли с успехом участвовали в Русско-японской войне, Первой мировой войне и Второй мировой войне. Крейсер “Аврора”, имеющий самую богатую “биографию” из всех трех кораблей серии, дошел до наших дней и в настоящее время в статусе корабля-музея находится на вечной стоянке в Санкт-Петербурге.

Тактико-технические характеристики.
Водоизмещение: 6657 т.
Длинна: 126,8 м.
Ширина: 16,76 м.
Осадка: 6,4 м.
Скорость хода: 19,2 узлов.
Дальность плавания: 3700 миль при 10 узлах.
Вооружение:
8 орудий калибра 152 мм;
24 орудий калибра 75 мм;
8 орудий калибра 37 мм;
2 десантных орудия Барановского калибра 63,5 мм.;
3 торпедных аппарата (381 мм).
Бронирование: до 152 мм.
Экипаж: 570 человек, из них 20 офицеров.

Служба.
Крейсер “Диана”.
На долю крейсеров типа “Диана” выпало множество испытаний и сражений. “Диана” и “Паллада” к началу Русско-японской войны находились в Порт-Артуре, входя в состав эскадры Тихого океана. “Диана” избежала японских торпед в ночь на 09.02.1904 г., в дальнейшем принимала участие во всех боевых операциях эскадры. В ходе боя в Желтом море крейсер вырвался из блокады и был интернирован в Сайгоне, откуда перешел в западную часть России. В ходе Первой мировой войны активно использовался на Балтике, совершая набеговые операции, ставя минные заграждения и прикрывая легкие корабельные силы. Последней боевой операцией “Дианы” стало Моонзундское сражение, в ходе которого крейсер не пострадал. Выведен из состава флота в 1925 г., разрезан на металл.

Крейсер “Паллада”.
По-иному сложилась судьба “Паллады”: в ходе ночной атаки японских миноносцев крейсер получил торпедное попадание и пробыл в ремонте до мая 1904 г. В декабре крейсер был потоплен в гавани Порт-Артура осадной артиллерией японцев, затем поднят и вошел в состав японского флота под имением “Цугару”.
В руках новых владельцев корабль использовался как учебный и ничем особенным не отметился. Эпизодически бывшая “Паллада” выполняла роль минного заградителя. В 1924 г. потоплен японской авиацией в ходе учений.

Крейсер “Аврора” в Русско-японской и Первой мировой.
Самая богатая биография из всей серии оказалась у “Авроры”. Крейсер в составе Второй Тихоокеанской эскадры участвовал в Цусимском сражении и оказался одним из немногих русских кораблей, который его пережил. См. Цусимское сражение.
После разгрома эскадры, “Аврора”, имевшая целый ряд боевых повреждений, ушла в Манилу, где интернировалась и прошла минимально необходимый ремонт. В феврале 1906 г. крейсер вернулся на Балтику.
В межвоенный периода “Аврора” (как и “Диана”) была модернизирована, число орудий главного калибра довели до 10, а основные системы корабля были капитально отремонтированы. В дальнейшем число 152-мм орудий на “Авроре” довели до 14, сняв большую часть остальной артиллерии. В ходе Первой мировой войны корабль участвовал в обороне Рижского залива, ставил минные заграждения и вел рейдерские действия.

Крейсер “Аврора” в Октябрьской революции и Второй мировой войне.
Из-за участия крейсера в Октябрьской революции “Аврора” стала легендой в СССР, но все же следует признать, что холостой выстрел по Зимнему дворцу был самым малозначительным и самым спорным эпизодом в истории героического крейсера.

С ноября 1922 г. “Аврора” использовалась как учебный корабль, а начало Великой Отечественной войны встретила в Ораниенбауме, где “Аврору” включили в состав ПВО Кронштадта. Понятно, что морально устаревший крейсер не рассматривался как полноценная боевая единица, но снятые с него орудия активно участвовали в обороне Ленинграда, а сама “Аврора” вполне успешно использовалась в целях противовоздушной обороны. По свидетельствам очевидцев на счет зенитчиков следует отнести как минимум один вражеский самолет. В ходе одного из налетов “Аврора” получила тяжелые повреждения и легла на грунт.

Крейсер “Аврора” после Второй мировой войны.
К концу 1948 г. крейсер “Аврора” был поднят, условно отремонтирован и отбуксирован к месту вечной стоянки на Большой Невке. В 1970 г. на крейсере был проведен ремонт, в ходе которого оригинальное днище было заменено на выполненное из современных материалов, были внесены и другие изменения в конструкцию (в частности установлены новые щитки орудий).

Последний ремонт крейсера (в этот раз без замены исторических частей) закончился в 2016 г. и с тех пор прославленный крейсер пребывает на заслуженном месте вечной стоянки в Санкт-Петербурге в статусе корабля-музея.

Океанские походы шлюпа «Диана»


Шлюп «Диана»
В июне 1805 года на пребывавшей длительное время в запустении Лодейнопольской верфи вновь застучали топоры. Русскому флоту требовалось некоторое количество транспортов, в том числе и для перевозки леса. А поскольку основные судостроительные мощности империи были заняты более приоритетными работами, решено было прибегнуть к услугам старой малоиспользуемой верфи в уездном городе Лодейное Поле, ранее известной как Олонецкая казенная верфь. Основанная в марте 1703 года в начальный период Северной войны и царствование создателя русского регулярного флота Петра I, она уже в конце июня того же 1703 года дала свою первую продукцию – почтовый галиот «Курьер». В дальнейшем, после основания Санкт-Петербурга, значение Олонецкой верфи начало снижаться, и количество мастеровых на ней было сокращено.
В 1785 г. был учрежден уездный город Лодейное Поле при Олонецкой казенной верфи. Строительство кораблей с последней четверти XVIII века на предприятии велось лишь эпизодически, и в очередной раз верфь ожила в июне 1805 года. Постройка транспортных судов была обычным делом, и нести бы всем 20 запланированным к постройке транспортам свою рутинную службу, если бы не вмешались обстоятельства. Одному из этих трудяг под командованием лейтенанта Василия Михайловича Головнина было суждено осуществить ставшее широко известным кругосветное путешествие и достичь тихоокеанских рубежей Российской империи, вырвавшись по пути из плена недавних союзников – англичан. Но обо всем по порядку.
Тихоокеанский рубеж
Большая удаленность дальневосточных владений России создавала серьезную проблему в их контроле и обеспечении всем необходимым расположенных там поселений, гарнизонов и опорных пунктов. Сухопутная дорога, большую часть которой составлял Сибирский тракт, тянулась на многие тысячи верст, была долгой, неудобной и не всегда безопасной. При подобных обстоятельствах морской путь выглядел менее продолжительным по времени доставки грузов и людей. Организация регулярного сообщения морем с Дальним Востоком начала обговариваться русскими властями уже в первой половине XVIII века.

В 1732 г. генерал-инспектор флота и адмиралтейств вице-адмирал Николай Федорович Головин подал царствовавшей в то время императрице Анне Иоанновне докладную записку о необходимости отправки боевых кораблей в северную часть Тихого океана. Шла подготовка ко Второй Камчатской экспедиции под руководством капитан-командора Витуса Беринга, и поднятый в этом документе вопрос был как никогда актуален. Адмирал Головин указывал на трудности и, самое главное, длительность сухопутного маршрута, который предстояло преодолеть Берингу и его спутникам. По его расчетам, экспедиция могла достигнуть Охотска и приступить к строительству судов для поставленных задач не ранее чем через четыре года после отбытия из Санкт-Петербурга. При таких темпах результатов от проделанных исследований следовало ожидать вообще лет через шесть. Как оказалось впоследствии, и эти, довольно продолжительные, сроки оказались слишком оптимистичными – преодолевая разные превратности в пути, Витус Беринг смог достичь Охотска через целых восемь лет после начала экспедиции, а ее первые отчеты появились в столице еще через год.
Головин предлагал в следующем 1733 году снарядить на Балтике два фрегата, снабдив их большим количеством провианта, пороха и различными необходимыми в далеком плавании запасами. Предполагалось, что приблизительно через 11 месяцев – год эти корабли, обогнув мыс Горн и выйдя в Тихий океан, достигнут Камчатки. Там они могли за счет привезенных запасов обеспечить нормальное функционирование экспедиции Беринга, которая в дальнейшем могла использовать прибывшие фрегаты для проводимых географических исследований, а не тратить силы, ресурсы и время на постройку пакетботов. Для развития сообщения с Дальним Востоком следовало и в дальнейшем ежегодно посылать туда два фрегата.
Впоследствии идея отправки в далекие и опасные плавания в удаленные или неизвестные регионы одновременно двух кораблей будет использоваться в русском флоте очень часто. Кроме того, адмирал Головин указывал на необходимость интенсивного изучения Америки, поскольку земли ее богаты полезными ископаемыми, от которых пока что получают выгоду только Испания, Англия и Франция. Экипажи фрегатов вместо монотонного сидения в Кронштадте за время длительного плавания получили бы столь необходимую им плавпрактику. Замысел адмирала Головина не был услышан – императрицу Анну Иоанновну не очень заботили столь сложные вопросы большой политики, тем более такая экзотическая тема, как исследование Дальнего Востока.
Мнение о необходимости налаживания прочного океанского маршрута для сообщения с тихоокеанским побережьем России раздавалось не только в военной среде. Большую потребность в таком маршруте имели купцы, промышленники и вообще деловые круги. В 1785 г. известный русский предприниматель Григорий Шелехов, в заслуги которого входит основание годом ранее первого отечественного поселения на острове Кадьяк у побережья Аляски, подал на рассмотрение Иркутскому генерал-губернатору проект отправки в дальневосточный регион крупногабаритных и не имеющих большой ценности грузов из Архангельска или Санкт-Петербурга морем, чтобы избежать лишних убытков. Шелехов давно вел дела в этом регионе и был хорошо осведомлен о логистических трудностях, сопровождавших местную коммерцию. Его предприятие стало одним из основателей в 1799 г. знаменитой Русско-Американской компании, занимавшейся колонизацией и освоением территорий на Аляске и в северной Калифорнии.
Не только Россия исследовала северную часть бассейна Тихого океана. С некоторых пор там стали проявлять обычную для себя предприимчивую активность английские мореплаватели. В связи с возросшей возней иностранных предпринимателей и для поддержки собственного пушного промысла в 1786 г. президент коммерц-коллегии граф А. Р. Воронцов и фактический руководитель внешней политики империи граф А. А. Безбородко решили обратиться к Екатерине II за способствованием официального объявления прав на территории в Северной Америке. Такой указ императрицей был подписан в декабре того же 1786 года. Одновременно вышел еще один указ, где было отмечено возросшее вмешательство английских коммерческих деятелей в русский пушной промысел и прописаны меры по предотвращению такой угрозы.
Поскольку «просвещенные мореплаватели» не отягощали себя излишней вежливостью и тактом, было принято решение направить на Дальний Восток военную эскадру из четырех кораблей. Командиром этой эскадры, окончательная численность которой была определена не четырьмя, а пятью кораблями, был назначен капитан 1-го ранга Григорий Муловский. Главной задачей ему ставилась защита интересов России между Камчаткой и Аляской. Фактически это должна была быть первая Тихоокеанская эскадра русского флота. Однако начавшаяся вскоре война с Османской империей, а позже и с другим извечно «доброжелательным» соседом, Швецией, нарушила эти планы. Сам Муловский погиб в одном из сражений, так и не успев возглавить русскую тихоокеанскую эскадру.
Реализация идей адмирала Головина и других подобных ему инициативных людей по налаживанию устойчивого морского сообщения с Дальним Востоком и русскими владениями в Америке была осуществлена лишь во время первой русской кругосветной экспедиции Крузенштерна и Лисянского на шлюпах «Нева» и «Надежда» и в дальнейших плаваниях русских кораблей в этот отдаленный регион. Один из таких походов в 1806 году совершил шлюп «Диана».
Корабль и его командир
В 1806 г., после благополучного возвращения из почти трехгодичного плавания шлюпов «Надежда» и «Нева», русским правительством было принято решение направить в Тихий океан корабль для проведения географических исследований еще не изученных и не отмеченных на карте земель и островов. Районы для этого были заранее определены: северо-западное побережье Америки, русское тихоокеанское побережье и Восточная Азия. В качестве дополнительной задачи посылаемый в плавание корабль должен был доставить в Охотск, являвшийся в ту пору главным тихоокеанским русским портом, предметы снабжения, в том числе якоря, несколько орудий и другое оборудование. Командир корабля должен был нанести открытые территории и острова на карту, определить их координаты, осуществить промеры глубин. Особо выделялась задача по изучению уклада жизни местного населения, возможности экономических связей и торговли.
В качестве экспедиционного корабля был выбран построенный в 1805 году на Лодейнопольской верфи транспорт-лесовоз «Диана». Тщательный осмотр лесовоза, выполненный корабельными мастерами И. В. Курепановым и Мелеховым, показал, что в таком состоянии, как сейчас, он к океанскому плаванию не приспособлен и нуждается в существенной переделке. Работы осуществлялись зимой 1806–1807 гг. под руководством мастера Мелехова в Петербурге, а потом, в конце весны, в Кронштадте.

«Диана» получила статус военного корабля и была переклассифицирована в шлюп – на ней теперь имелось 16 пушечных портов, борта были существенно укреплены. На вооружении «Дианы» было 14 шестифунтовых орудий, 4 восьмифунтовых каронады и 4 фальконета. С фрегата «Эммануил» были переданы медные орудия, поскольку они были легче чугунных. В качестве балласта на шлюп были погружены габаритные грузы для Охотска. Водоизмещение корабля составляло 300 тонн, длина – 27,8 метров, ширина по миделю – 7,6 метров.

Василий Михайлович Головнин
Еще 23 августа 1806 г. по высочайшему повелению на «Диану» был назначен командир – лейтенант российского флота Василий Михайлович Головнин. Назначение в таком низком звании на должность командира корабля, который должен был не только покинуть пределы Балтики, но и обойти вокруг света, было в то время случаем отнюдь не рядовым. Но Василий Головнин имел совершенное право на это назначение, поскольку был незаурядным офицером.
Родился Василий Головнин 8 (19) апреля 1776 года в небогатой дворянской семье. В девять лет мальчик лишился родителей и оказался на попечении у родственников. Когда Василию исполнилось 13 лет, попечители отправили его на учебу в Морской кадетский корпус. В 1790 г. юноша был произведен в гардемарины и получил назначение на корабль «Не тронь меня». В это время шла русско-шведская война, и новоиспеченный гардемарин не замедлил получить свое боевое крещение. Он принял непосредственное участие в сражениях – у Красной Горки и Выборгском – и за проявленные качества был награжден медалью.
Спустя два года, в 1792-м, Головнин успешно закончил теоретическое обучение. По принятому тогда регламенту он не мог быть выпущен из Морского кадетского корпуса и произведен в офицеры, пока не достигнет семнадцатилетнего возраста. Поэтому гардемарин был оставлен в стенах этого учебного заведения еще на год. Это время Головнин не потратил зря, а сделал упор на углубленное изучение различных наук, в первую очередь физики, естествознания, истории и иностранных языков. В будущем все эти знания оказались весьма кстати. В 1793 г. юноша, наконец, закончил Морской кадетский корпус и был произведен в мичманы.
Головнин начал ходить на кораблях Кронштадтской эскадры. В 1795–1796 гг. проходил службу на фрегате «Рафаил», входящем в состав эскадры вице-адмирала П. И. Ханыкова, которая находилась в походе у берегов Англии и в Северном море. Головнина приметили как подающего надежды офицера и через некоторое время его, хорошо владевшего английским языком, назначили флаг-офицером у вице-адмирала М. Х. Макарова, который осуществлял командование эскадрой, крейсировавшей у острова Тексел и в Северном море.
В 1802 г. Головнин в числе двенадцати лучших молодых офицеров был направлен на стажировку в Англию. Почти четыре года он служил волонтером на различных кораблях британского флота, осуществив на них плавания в Карибское и Средиземное моря. Головнин пересек экватор, участвовал в блокаде испанских кораблей в Кадисе и французского флота в Тулоне. В составе экипажа фрегата «Фисгард» принял деятельное участие в ночной абордажной схватке и произвел своим поведением во время боя впечатление на командира. О волонтере Головнине лестно отзывался даже скупой на похвалу знаменитый адмирал сэр Горацио Нельсон.
В 1806 г. офицер вернулся в Россию, где им в Морское министерство был представлен объемный доклад, в котором был произведен сравнительный анализ русского и английского флотов. На базе полученного опыта и знаний Головниным был создан также свод «Военных морских сигналов», которым пользовались почти двадцать пять лет. В Министерстве высоко оценили заслуги офицера и ходатайствовали перед императором о поощрении Головнина. Александр I наградил его именным перстнем и крупной суммой денег. В 1807 г. за участие в многочисленных морских кампаниях Василия Михайловича Головнина наградили Орденом Святого Георгия 4 степени – об этом награждении лейтенанту стало известно лишь в 1809 году, по прибытии шлюпа «Диана» на Камчатку. Так что назначение лейтенанта командиром уходящего в кругосветное плавание корабля было вовсе не случайным – этот офицер в свои 30 лет уже имел за плечами огромный опыт длительных океанских плаваний, пригодившийся ему при командовании «Дианой».
Большое внимание было уделено кадровому вопросу. В экипаж набирались добровольцы, но такие, которые были уже опытными моряками. Их численность составляла 60 человек. Старшим офицером на шлюп Головнин выбрал способного и талантливого человека – лейтенанта Петра Ивановича Рикорда. Он, как и его командир, проходил службу на эскадре вице-адмирала Ханыкова в Северном море, а после был волонтером в английском флоте.
В мае 1807 г. шлюп перешел из Санкт-Петербурга в Кронштадт для завершающего этапа подготовки к плаванию. При снаряжении экспедиции, особенно в вопросе заготовки провианта, был учтен опыт плавания шлюпов «Надежды» и «Невы» – подрядчики в этот раз были те же. Вся провизия была осмотрена Головниным и Рикордом лично. «Диана» получила двойной запас пороха. Первоначально планировалось отправить этот шлюп вместе с вновь уходящей на Дальний Восток «Невой». Последняя перевозила грузы в интересах Русско-Американской компании. Однако переоборудование «Дианы» затянулось – «Нева» ушла одна в октябре 1806 г. и, совершив благополучный переход, прибыла в средине сентября 1807 г. в Ново-Архангельск. 25 июля 1807 г. шлюп «Диана», имея на борту экипаж в 64 человека, покинул Кронштадт и отправился в самостоятельное плавание. «Диана» вошла в историю как первый корабль собственно русской постройки, перешедший из Балтики на Камчатку. «Нева» и «Надежда» были английской постройки и были куплены Русско-Американской компанией.
Одиссея лейтенанта Головнина
Поход «Дианы» начался в неблагоприятных политических условиях: после поражения под Фридландом, где генерал Беннигсен уступил поле боя императору Наполеону, Россия была вынуждена заключить весьма не престижный для себя мир, и отношения с недавним союзником, Великобританией, стали стремительно охлаждаться и неуклонно приближались к войне. По дороге зайдя в датский порт Хельсингёр, в сентябре «Диана» прибыла в Портсмут. Там от местных властей и из вездесущих английских газет Головнин узнал о неутешительном состоянии международных отношений России и Британии. Отчетливо понимая, что теперешнее положение и далее будет усугубляться, командир шлюпа отправился в Лондон, чтобы получить от английского правительства своего рода охранный документ, согласно которому «Диана» признавалась бы научно-исследовательским кораблем. Тем самым командир пытался предотвратить возможный и часто практикуемый захват шлюпа бывшими союзниками. На выправление соответствующих бумаг ушло целых три недели – в Адмиралтействе не склонны были проявлять даже имитацию какой-то деятельности ради русского корабля.

Карта походов Головнина
Наконец, документы были готовы, но тут перед Головниным встало не менее трудно преодолимое препятствие. Перед отходом лейтенант планировал закупить на шлюп дополнительное продовольствие – впереди был нелегкий переход через Атлантику. Британская таможня и тут не подкачала. Согласно предварительной договоренности русского посла с местным торговым департаментом, последний должен был снабдить шлюп всем необходимым. Тем не менее островные таможенники потребовали выплаты огромной таможенной пошлины, как будто «Диана» являлась коммерческим кораблем, – не иначе как англичане собирали пожертвования для отражения будущего французского десанта. Лишь после подключения посольства удалось унять аппетиты английских таможенников, которых Головнин назвал «самым бесчеловечным классом людей на земле», и 27 октября 1807 г. необходимый провиант был закуплен. «Диана» покинула негостеприимный Портсмут как раз вовремя – вскоре между Россией и Англией началась война, и стоявшие в этом порту фрегат «Спешный» и транспорт «Вильгельмина» были попросту конфискованы со всем грузом.
Атлантику пересекли без происшествий, и 8 января 1808 г. шлюп прибыл на принадлежавший португальской Бразилии остров Святой Екатерины. После десятидневной стоянки и пополнения запасов «Диана» направилась к мысу Горн. В этом районе корабль попал в полосу непрерывных жестоких зимних штормов и почти месяц не мог продвинуться на запад. Экипаж был измучен постоянной непогодой и непрекращающейся работой с парусами – негде было высушить все время мокрую одежду. Появились первые признаки цинги. 29 февраля (високосный год) 1808 г. Головнин принял решение об изменении маршрута следования. Он решил идти на Камчатку восточным маршрутом – через мыс Доброй Надежды.
Через полтора месяца плавания «Диана» достигла южной оконечности Африки. Тут стояла на якорях британская эскадра вице-адмирала Барти, который не замедлил задержать русский корабль. Барти довел до Головнина сведения о войне между Англией и Россией и заявил, что не может позволить «Диане» продолжить плавание. Бумаги из Лондона не произвели на адмирала должного впечатления, но он обещал послать соответствующий запрос в Адмиралтейство. Корабль застрял в Южной Африке. В ожидании ответа на запрос Головнин занялся изучением флоры и фауны этого края, нравов и обычаев местного населения и его экономического развития.
Недели складывались в месяцы, а столь ожидаемый ответ всё еще не был получен. Начали подходить к концу запасы провизии. Не проявляющие радушия англичане отказывались выделять русским провиант. Более того, вице-адмирал Барти предложил Головнину присылать своих матросов на его корабли для проведения ремонтных работ, обещая в обмен на это кормить их. Командир «Дианы» категорически отверг это издевательское предложение. Уяснив, что шлюп может простоять тут вообще неопределенное время, Головнин принял решение вырываться из английского плена.

Евгений Валерианович Войшвилло. Шлюп «Диана» уходит из Саймонстауна
16 мая 1809 г. (прошло уже больше года после прибытия в Южную Африку) над гаванью задул сильный юго-западный ветер, погода начала портиться. С наступлением сумерек налетел дождевой шквал, небо стало пасмурным. Когда наступила темнота, Головнин приказал обрубить якорные канаты и, подняв штормовые стаксели, вышел в море. С английского флагмана последовал приказ немедленно задержать дерзкого беглеца, однако ни один из кораблей эскадры к выходу в море готов не был. Беспрепятственно покинув опостылевший Саймонстаун, «Диана» скрылась в Индийском океане.

Стремясь избегнуть встречи с рыщущими тут и там английскими кораблями, Головнин пошел сначала на юг, до 40-й параллели южной широты, а потом повернул на восток, чтобы обойти Австралию с юга. Лейтенант не хотел заходить в порты этого континента, поскольку рисковал вновь оказаться задержанным вместе со своим кораблем. 25 мая «Диана» подошла к острову Танна в архипелаге Новые Гебриды. Убедившись, что прибывшие совсем не похожи своим миролюбивым поведением на привычных уже европейцев, островитяне наладили с экипажем шлюпа приветливые отношения. Местный вождь получил подарки, а в обмен корабль снабдили свежей провизией и пресной водой.
31 мая шлюп покинул гостеприимный остров и двинулся на север. Через несколько месяцев, 23 сентября 1809 года, с борта «Дианы» увидели берега Камчатки. Через два года напряженного плавания и пребывания фактически в плену у просвещенных мореплавателей русские моряки вновь увидели свою землю. 25 сентября корабль вошел в гавань Петропавловска-Камчатского. Тут-то Головнин и узнал о награждении его орденами: Святого Георгия 4-й степени и Святого Владимира 4-й степени – «За совершение многотрудного путешествования», как значилось в приказе. Тут натруженный после долгого похода корабль и его экипаж зазимовали. Неутомимый Головнин все это время собирал сведения о местном крае, его природе. Отношения с местными жителями были благоприятными.
На Тихом океане

Карта Сахалинского моря с описью Южных Курильских островов, составленная Головниным
Весной 1810 г. шлюп «Диана» отбыл к берегам Северной Америки, чтобы оказывать содействие Русско-Американской компании. Он должен был сначала прийти в Ново-Архангельск, а потом доставить продовольствие в ряд русских поселений. Параллельно с этим выполнялась и главная задача плавания: Головнин начал подробную опись Курильских островов и в дальнейшем планировал подобную работу проделать и в отношении Алеутских островов. В подобных исследованиях и рейсах к американскому побережью прошла навигация 1810 года. Были составлены точные карты ряда островов Курильской гряды, открыт и нанесен на карту остров Средний.
В следующем году исследовательская работа шлюпа «Диана» и его экипажа продолжилась. 25 апреля корабль, прорубив лед, перешел в Авачинскую бухту, а 4 мая вышел в море. В этом году планировалось продолжить изучение Курил, точнее, южной их группы, расположенной ближе к Японии. 4 июля 1811 года «Диана» бросила якорь в виду острова Кунашир. На Кунашире имелась японская крепость, и располагался гарнизон. Головнин собирался вступить в сношения с японскими властями: закупить у них необходимое продовольствие и запастись пресной водой и дровами. Однако японцы всячески избегали общения. Дело приняло анекдотический оборот: русские моряки забирали на берегу приготовленное японцами продовольствие и оставляли вместо него деньги. Там же удалось запастись пресной водой и дровами.

Гравюра Е. О. Бургункера. Головнин с моряками на Курильских островах
Через неделю такого безличного общения японский комендант крепости все-таки решился пригласить Головнина к себе. 11 июля 1811 г. Головнин вместе с двумя офицерами, четырьмя матросами и переводчиком-курилом направились в крепость. Из оружия при них были только сабли и небольшой пистолет у Головнина. В самой крепости кроме ее любезного коменданта моряков встретили не менее предупредительные вооруженные воины, которые не замедлили взять гостей под стражу. С Кунашира задержанные были направлены на остров Хоккайдо в город Хакодате, а после их перевезли в Фукуяму.
Головнина посадили отдельно в темную камеру, но командир «Дианы», к тому времени уже капитан-лейтенант, не потерял присутствия духа. Он наблюдал за японцами во время ежедневных прогулок в тюрьме, стараясь запечатлеть в памяти самое важное. Для этого лишенный письменных принадлежностей офицер вел своеобразный дневник, отмечая важные события узелками из ниток. Чтобы разделить запоминаемые данные по категориям, он использовал нитки разных цветов. Тем временем в отсутствие капитана командование «Дианой» взял на себя старший офицер лейтенант Рикорд. После нескольких тщетных попыток добиться освобождения Головнина и его спутников он направился в Охотск, чтобы оттуда добраться до Санкт-Петербурга и там хлопотать об освобождении Головнина.
Все дело было в том, что на японцев сильное впечатление произвели действия в 1806–1807 гг. судна Русско-Американской компании: «Юноны» и 8-пушечного тендера «Авось», которые по приказу камергера и посла Российской империи в Японии Николая Петровича Резанова разорили японские поселения на Сахалине и южной части Курильских островов. Резанов действовал по собственной инициативе, не имея соответствующих санкций из Санкт-Петербурга. Поэтому, когда вблизи Кунашира появился русский военный корабль, японцы не на шутку испугались и подумали, что против них вскоре будут предприняты враждебные действия. Этим и объяснялся арест Головнина и его спутников. Добравшийся до Иркутска лейтенант Рикорд получил приказ возвращаться в Охотск, а русские власти начали думать, как освободить пленников.
Генерал-губернатор Сибири И. Б. Пестель в своем донесении в Петербург предлагал направить в Японию специальную делегацию для переговоров с японскими властями. В самой Японии чиновники неоднократно допрашивали Головнина с целью выяснить его причастность к событиям, связанным с кораблями «Юнона» и «Авось». Капитан-лейтенант последовательно доказывал им свою невиновность в этом инциденте, но ему не верили. Не надеясь на освобождение, русские моряки совершили весной 1812 г. побег, однако, обессиленные от голода, не смогли достигнуть одного из островов вблизи японского побережья и были пойманы.
22 июля 1812 года Петр Иванович Рикорд получил указание отправиться к Кунаширу и навести справки о Головнине и его спутниках – вместе с «Дианой» в этот поход отправился и бриг «Зотик». 28 августа корабли прибыли к крепости Томари на Кунашире. Японские власти ожидаемо отказались вступить в переговоры с русскими, однако Рикорду удалось задержать идущее в гавань японское торговое судно, от членов экипажа которого были получены сведения, что капитан-лейтенант Головнин и его спутники живы и здоровы и находятся в тюрьме в Хакодате.
В октябре 1812 г. «Диана» вернулась в Петропавловск-Камчатский. Бриг «Зотик» по пути потерпел крушение, однако его экипаж и большая часть груза были спасены. На следующий 1813 год «Диана» покинула Петропавловскую гавань и через 20 дней вновь прибыла на Кунашир. Через дружественно расположенных японских посредников состоялся обмен данными с японской стороной – было получено письмо от капитан-лейтенанта Головнина, в котором сообщалось, что с заключенными все в порядке. Губернатор Хоккайдо (тогда этот остров назывался Мацмай) согласился отпустить пленников в обмен на официальные извинения русской стороны в отношении действий кораблей «Юнона» и «Авось». 9 июля Рикорд на «Диане» отправился в Охотск за соответствующими бумагами, откуда вернулся через 15 дней. В конце сентября, встретив по пути жестокий шторм, шлюп прибыл в Хакодате, туда же 5 октября 1813 г. были доставлены капитан-лейтенант Головнин и его товарищи. Они провели в японском плену два года и три месяца. 3 ноября с освобожденными моряками на борту «Диана» прибыла в Петропавловск. Из Петропавловска Головнин сначала на собачьих и оленьих упряжках добрался до Иркутска, а потом летней дорогой в июле 1814 г. прибыл в Санкт-Петербург, который оставил 7 лет тому назад.

Шлюп «Диана» остался на Дальнем Востоке и был сдан в конце 1813 г. на хранение в Петропавловский порт в качестве плавучего склада. В октябре и декабре 1815 г. команда шлюпа по частям прибыла в Иркутск, а оттуда была отправлена в Петербург. Губернатор Сибири Пестель ходатайствовал о денежном награждении членов экипажа «Дианы», указывая на важность их трудов для Отечества. Писал он и о плачевном состоянии славного корабля, корпус которого после многочисленных плаваний и штормов пришел в ветхость и не годился для дальнейшей эксплуатации. Узнав о такой участи маленького заслуженного корабля, император Александр I приказал изготовить его модель и направить в музей при Адмиралтействе.
В 1816 г. Василий Михайлович Головнин издал о своих путешествиях и приключениях на шлюпе «Диана» книгу, которая практически сразу была переведена на французский, немецкий и английский языки. Впереди его ждало новое кругосветное путешествие. А Тихий океан вновь понесет на своих водах корабль под названием «Диана» в середине XIX века. Но это уже другая история.

Головнин, Василий Михайлович

В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Головнин.

Василий Михайлович Головнин
Дата рождения 8 (19) апреля 1776
Место рождения село Гулынки, Переяслав-Рязанская провинция, Московская губерния
Дата смерти 29 июня (11 июля) 1831 (55 лет)
Место смерти Санкт-Петербург
Принадлежность Российская империя
Род войск Флот
Звание вице-адмирал
Командовал шлюп «Диана»
шлюп «Камчатка»
Сражения/войны Русско-шведская война 1788—1790
Награды и премии
Медиафайлы на Викискладе

Васи́лий Миха́йлович Головни́н (8 апреля 1776, село Гулынки, Пронского уезда, Рязанской губернии — 29 июня 1831, Санкт-Петербург) — русский мореплаватель и мемуарист, вице-адмирал, руководитель двух кругосветных экспедиций. Отец статс-секретаря А. В. Головнина.

Биография

Родился в рязанском имении родителей. Головнины — дворянский род, предположительно происходящий от новгородского боярина Никиты Головни (1401). Мать адмирала, Александра Ивановна (ум. 1785), происходила из богатого рязанского рода Вердеревских. Отец и дед служили в Преображенском полку, куда, согласно существовавшему тогда обычаю, на 6-м году от рождения был записан сержантом и Василий. Потеряв родителей в юном возрасте, был определён в Морской кадетский корпус.

Произведенный в гардемарины, участвовал на корабле «Не тронь меня» 23 и 24 мая и 22 июня 1790 года в сражениях против шведов и был награждён медалью. Окончив курс в корпусе в 1792 году, Головнин был по малолетству оставлен ещё на один год и воспользовался этим для изучения словесности, истории и физики. В январе 1793 года был произведён в мичманы и с тех пор беспрерывно находился в походах и за границей. В 1799 году участвовал в высадке десанта и бывших при том сражениях на берегах Голландии.

Время с 1801 года по 1805 год провёл в Англии, куда был послан для службы на судах английского флота и где находился под начальством адмиралов Корнвалиса, Нельсона и Колингвуда. По возвращении составил книгу «Военные морские сигналы для дневного и ночного времени», которой русский флот пользовался в течение 24 лет.

Кругосветное плавание «Дианы»

Шлюп «Диана»

В 1806 году в чине лейтенанта назначен командиром шлюпа «Диана». «Диана» была обычным транспортом-лесовозом, который под руководством В. М. Головнина перестроили на Олонецкой верфи в шлюп — небольшой трехмачтовый парусный корабль.

В истории русского флота не отмечено другого такого факта, чтобы лейтенанту доверили командование кораблём, «коль скоро надлежало плыть далее пределов Балтийского моря; однако, по уважению к опытности и познаниям Головнина морское министерство отступило от этого общего правила», писал позднее адмирал Ф. Врангель.

Русское правительство решило направить шлюп «Диана» в кругосветную экспедицию, главной целью которой были географические открытия в северной части Тихого океана, преимущественно в пределах России. Экспедиции было также поручено доставить разные материалы в Охотск.

Плавания В. М. Головнина на шлюпе «Диана» (синий маршрут) в 1808—1811 годах и шлюпе «Камчатка» (красный маршрут) в 1817—1819 годах.

25 июня 1807 года «Диана» отправилась в плавание. 27 февраля 1808 года «Диана» прошла мимо островов Тристан-да-Кунья, а на рассвете 18 апреля 1808 года русские моряки увидели берега мыса Доброй Надежды. Через два дня шлюп вошёл в Саймонстаун, принадлежавший англичанам. Несмотря на то что «Диана» имела специальное разрешение английского правительства, командующий английской эскадрой вице-адмирал Барти, объявив В. М. Головнину о войне, начавшейся между Россией и Англией, задержал русский корабль до получения соответствующего распоряжения из Англии.

В романе Патрика О`Брайена «Миссия на Маврикий» упоминается, что английский адмирал Берти, будучи неуверенным в своих действиях, не взял на себя ответственность объявить экипаж «Дианы» военнопленными после ареста шлюпа, поскольку в этом случае ему пришлось бы выделить деньги на их питание. Если бы правительство Англии не утвердило его решение, все потраченные деньги он был бы вынужден компенсировать из своих средств. Поэтому адмирал взял с капитана шлюпа слово, что тот не сбежит, запретил выдавать ему провизию и оставил шлюп стоять в бухте, никак более ему не препятствуя — в расчёте на то, что когда Головнину всё это надоест, он нарушит своё слово и сбежит, и, таким образом, проблема его ареста решится сама собой.

Более года проведя в плену, Головнин на «Диане» 16 мая 1809 года предпринял побег. Корабль успешно вышел из бухты на глазах нескольких английских кораблей и благополучно прибыл на Камчатку. Описание этого путешествия напечатано Головниным в 1819 году.

В плену у японцев

Основная статья: Инцидент Головнина

В 1811 году на В. М. Головнина было возложено описать Курильские и Шантарские острова и берег Татарского пролива; результаты этих трудов он также напечатал в 1819 году. Здесь, во время работ у острова Кунашира, Головнин был обвинён в преступлении принципов сакоку и захвачен японцами в плен вместе с мичманом Муром, штурманским помощником Андреем Ильичом Хлебниковым и 4 матросами; плен продолжался более двух лет; описание его, изданное в 1816 году, переведено на многие европейские языки.

Кругосветное плавание «Камчатки»

Жители Аляски на зарисовке М. Т. Тиханова (1818)

В 1817—1819 годах В. М. Головнин совершил новое кругосветное путешествие, описанное им в 1822 году. На этот раз, для путешествия был специально построен военный шлюп «Камчатка». В этом плавании первую серьёзную практику получили будущие выдающиеся русские мореплаватели Фердинанд Врангель, Фёдор Литке и Фёдор Матюшкин.

О том, что видели путешественники, можно судить по серии из 43 рисунков, выполненных за время плавания художником Михаилом Тихановым. Во время этого путешествия, в 1818 году, Головнин был избран членом Петербургской академии наук.

Служба в Петербурге

В 1821 году в чине капитан-командора был назначен помощником директора Морского корпуса; в 1823 году назначен генерал-интендантом флота, а в 1827 году получил в своё ведение департаменты: кораблестроительный, комиссариатский и артиллерийский. За время 8-летнего управления Головниным интендантской частью на флоте (1823—1831) было построено 26 линейных кораблей, 21 фрегат, 2 шлюпа, 10 пароходов (первых в России) и многих других мелких судов общим количеством свыше 200.

Адмиралу Головнину принадлежало не менее 205 томов книг по географии и морскому делу. В 1921 году это книжное собрание в разрозненном виде поступило из имения Головниных в Московский университет, впоследствии оно было выделено из общего и обменно-резервного фондов и сейчас хранится в отделе редких книг и рукописей Научной библиотеки МГУ.

Смерть

Головнин умер в 1831 году от холеры во время вспыхнувшей в столице эпидемии. Похоронен на Митрофаниевском кладбище Санкт-Петербурга.

Вскоре после упразднения Митрофаньевского кладбища в 1927 году родовой склеп Головниных был разрушен.

13 июня 2017 года, в ходе выездного заседания рабочей группы Законодательного Собрания Санкт-Петербурга по вопросам увековечения памяти и в присутствии прямого потомка Петра Андреевича Головнина, установлены были точные координаты захоронения (по адресу: Санкт-Петербург, Митрофаньевское шоссе, д. 15, лит. А), на месте которого планируется установка памятника мореплавателю.

Семья

В браке с Евдокией Степановной Лутковской (1795—1884) имел сына Александра (1821—1886) и дочь Поликсену (1824—1909), которая вышла замуж за П. И. Саломона.

Тесть адмирала, тверской помещик Степан Васильевич Лутковский (ум. 25.11.1840), отставной поручик лейб-гвардии Преображенского полка, воспитал 7 сыновей и 6 дочерей. Все четыре взрослых брата Евдокии Степановны служили на флоте — двое из них, Пётр и Феопемпт Лутковские, стали адмиралами. Её сестра, Екатерина, была замужем за контр-адмиралом Максимом Максимовичем Геннингом (сыном М. М. Геннинга), а сёстры Анна и Глафира приняли постриг в одном из тверских монастырей.

Память

Памятник русско-японской дружбе в Госики

Именем Головнина названы вулкан Головнина на Кунашире, посёлок и порт Головнино там же, пролив Головнина между Курильскими островами, река Головнина, гора Головнина на Камчатке, залив, лагуна и город Головин (ранее Головнин) на Аляске, а также ряд более мелких объектов.

Список эпонимов

  • река Головнина
  • гора Головнина — на Новой Земле
  • самолет аэробус А-319 В. Головнин, бортовой номер VQBBD
  • Дизель-электроход «Василий Головнин» Открытого акционерного общества «Дальневосточное морское пароходство»
  • улица Головнина в Нижнем Новгороде и в р.п. Старожилово Старожиловского района Рязанской области.
  • МБОУ «Средняя общеобразовательная школа № 19 имени вице-адмирала В. М. Головнина» г. Рязань (2012 г.)

Памятники Головнину установлены в Старожилове Рязанской области и в столице республики Вануату — городе Порт-Вила. В 1992 году в России выпущена почтовая марка, посвящённая Головнину.

Океанографическое исследовательское судно «Василий Головнин» проекта 850 Балтийского и Черноморского флотов СССР и России в 1964—1994 годах.

Сочинения

  • Записки флота капитана Головнина о приключениях его в плену у японцев в 1811, 1812 и 1813 годах. С приобщением Замечаний его о Японском Государстве и народе. — СПб., 1816. — Ч. 1
  • Головнин В. М. Сочинения. Путешествие на шлюпе «Диана» из Кронштадта в Камчатку, совершенное в 1807, 1808 и 1809 гг. В плену у японцев в 1811, 1812 и 1813 гг. Путешествие вокруг света на шлюпе «Камчатка» в 1817, 1818 и 1819 гг.: С приложением описания примечательных кораблекрушений в разные времена претерпенных русскими мореплавателями. — М.; Л.: Изд-во Главморпути, 1949. — 506 с.
  • Головнин В. М. Путешествие вокруг света, совершенное на военном шлюпе «Камчатка» в 1817, 1818 и 1819 годах флота капитаном Головниным. — М.: Мысль, 1965. — 383 с.: ил., табл., карт.
  • Головнин В. М. Путешествия вокруг света. — М.: Дрофа, 2007. — 896 с. — (Серия «Библиотека путешествий»).
  • Головнин В. М. Записки флота капитана Головина о приключениях его в плену у японцев (рус.) / Захаров. — Серия «Биографии и мемуары». — М., 2004. — 464 с.

Примечания

  1. 1 2 Ныне — Старожиловский район, Рязанская область, Россия.
  2. Шульговская Н. И. Личная библиотека В. М. Головнина (опыт реконструкции) // Из коллекций редких книг и рукописей Научной библиотеки Московского университета. — М., 1981. — Вып. 3. — С. 5—23.
  3. Научная Библиотека МГУ | О библиотеке | Редкие книги и рукописи Архивировано 20 октября 2013 года.
  4. Выявлено место склепа вице-адмирала В. М. Головнина и его семьи // Некрополь России.
  5. Река Головнина. Государственный водный реестр.
  6. VQ-BBD Aeroflot — Russian Airlines Airbus A319-111 — cn 3838 — Planespotters.net Just Aviation
  7. В Старожилово открыт первый в России памятник Василию Головнину (недоступная ссылка). 7info.ru. Дата обращения 4 сентября 2015. Архивировано 4 марта 2016 года.

Литература

  • Греч Н. И. Жизнеописание Василия Михайловича Головнина: разные сведения о роде его и собрание фамильных старинных актов дворян Головниных. — СПб., 1851. — 153 с.
  • Иванян Э. А. Энциклопедия российско-американских отношений. XVIII-XX века. — М.: Международные отношения, 2001. — 696 с. — ISBN 5-7133-1045-0.
  • За правых — провиденье: Материалы научно-практической конференции, посвящ. 230-летию великого русского моряка и путешественника В. М. Головнина (Рязань, 6 сентября 2006 года) / Рязанский историко-архитектурный музей-заповедник. — Рязань: Изд-во РИАМЗ, 2007. — 296 с. — 950 экз. — ISBN 5-902096-20-0., ISBN 978-5-902096-20-7
  • Фраерман Р. Плавания В. М. Головнина / Под ред. проф. Н. Н. Зубова. — М.: Географгиз, 1948. — 118 с.: портр.
  • Фраерман Р., Зайкин П. Жизнь и необыкновенные приключения капитан-лейтенанта Головнина, путешественника и мореходца. — М.: Мол. гвардия, 1950. — 499 с.: ил.
  • Муратов М. Капитан Головнин. — М.; Л.: Детгиз, 1949. — 287 с.
  • Давыдов Ю. В. Головнин. — М.: Молодая гвардия, 1968. — 208 с. — (Жизнь замечательных людей. Вып. 451). — 65 000 экз.
  • Дивин В. А. Повесть о славном мореплавателе: (К 200-летию со дня рождения В. М. Головнина) / Худож. Г. Валетов. — М.: Мысль, 1976. — 112, с. — (Замечательные географы и путешественники). — 25 000 экз.
  • Лаппо С. Д. Плавания Василия Михайловича Головнина: Стенограмма публичной лекции, прочитанной в Центральном лектории Общества в Москве. М.: Издательство «Правда», 1950. — Всесоюзное общество по распространению политических и научных знаний
  • Фирсов И. И. Головнин: Дважды плененный: Исторический роман. — М.: АСТ, 2002. — 464 с.: ил.

В Викицитатнике есть страница по теме: Василий Михайлович Головнин

  • Головнин, Василий Михайлович // Военная энциклопедия : / под ред. В. Ф. Новицкого . — СПб. ; : Тип. т-ва И. Д. Сытина, 1911—1915.
  • Н. М. Сергеев. Головнин, Василий Михайлович // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Большая советская энциклопедия : / гл. ред. А. М. Прохоров. — 3-е изд. — М. : Советская энциклопедия, 1969—1978.

«Богини отечественного производства»: крейсеры типа «Диана»

Александр Плеханов 25 марта 2019 14:18

Крейсеры типа «Диана» сложно отнести к выдающимся достижениям отечественного судостроения. Скорее наоборот — после введения их в строй все три корабля стали иронично называть «богинями отечественного производства». Кто понимает значение фразы «китайская сборка», тот легко поймет сарказм столетней давности.

Крейсеры строились в рамках большой судостроительной программы, утвержденной в 1895 году, и должны были, в случае обострения отношений с Англией, нарушать морские коммуникации британцев. Эта идея настолько прочно овладела умами российских морских стратегов, что привела к появлению не только вполне «продвинутых» крейсеров типа «Рюрик» и «Россия», но и к такому недоразумению как броненосцы-рейдеры «Пересвет», «Ослябя» и «Победа». Корабли типа «Диана» были им под стать — неплохая задумка и неважное исполнение. Если посмотреть на проект крейсеров, разработанный Балтийским заводом, то на первый взгляд все выглядело неплохо: водоизмещение 6731 тонн, мощность машин — 11 610 л.с., броня палубы — 63 мм, рубки — 152 мм. Вооружение — восемь 152-мм орудий и 24 орудия калибра 75 мм. Смущала скорость в 20 узлов. Строящиеся в те же годы в Англии и Германии бронепалубные крейсеры могли развивать на 3−4 узла больше, но, по меркам конца XIX века, и это было не так уж плохо. Двадцати узлов вполне хватало для того, чтобы настигнуть в океане какого-нибудь «купца» и убежать от броненосца.

Строительство всех трех крейсеров началось в 1897 году. «Диана» и «Паллада» были спущены на воду в 1899 году, а «Аврора» — годом позже. К 1903 году все корабли серии вошли в строй, первые два отправились в Порт-Артур, а третий остался на Балтике, попав в состав Второй Тихоокеанской эскадры.

О том, что «отечественные богини» оказались посредственными крейсерами, стало ясно после первых ходовых испытаний. Ни один из них не смог развить контрактные 20 узлов, что говорило об ошибке в проектировании. Причем промах оказался серьезным, так как мощность машин неожиданно превысила контрактную на 690 л.с. следовательно, скорость должна была быть больше 20 узлов. Однако корабли развивали лишь 18,7−19,1 узла, что было сопоставимо со скоростью броненосцев и совершенно недопустимо для новейших бронепалубных крейсеров. Командующий отдельным отрядом судов Балтийского флота контр-адмирал Кашерининов в своем отчете по испытаниям прямо указал на то, что при проектировании обводов корпусов кораблей была допущена ошибка, что и сказалось на потере скорости.

Особенно невыгодно смотрелись новинки на фоне появившихся в русском флоте бронепалубных «крейсеров-иномарок» «Варяга», «Аскольда» и «Богатыря», которые могли ходить на пять узлов быстрее «отечественных богинь». Да и вооружены они были лучше. Впрочем, начавшаяся вскоре русско-японская война окончилась одинаково плачевно для всех русских кораблей вне зависимости от скорости и количества пушек. Из трех «богинь» войну не пережила лишь одна «Паллада», погибшая на внутреннем рейде Порт-Артура от огня японской артиллерии. Японцы подняли крейсер, отремонтировали и ввели в состав своего флота под именем «Цугару». Хотя корабль физически остался «в живых», он пополнил список безвозвратных потерь Российского императорского флота.

После боя в Желтом море 28 июля 1904 года «Диана» не стала прорываться во Владивосток, а предпочла ему Сайгон, где разоружилась и простояла до окончания сражений. «Аврора» в составе Второй тихоокеанской эскадры приняла участие в Цусимском бою, после которого тоже интернировалась в Маниле. По врагу «Аврора» выпустила более трехсот шестидюймовых снарядов, которые не принесли особого ущерба японцам. Сама же она получила в ответ 18 попаданий, что привело к гибели 15 человек, включая командира крейсера. Можно по‑разному оценивать факт интернирования «Дианы» и «Авроры», однако итог этих действий один: два корабля стоимостью 6,4 миллиона рублей каждый были спасены, как и сотни жизней русских моряков. Повлиять на исход безнадежно проигранной войны корабли никак не могли, как и нанести врагу сколь-нибудь серьезный урон.

После войны оба крейсера служили на Балтике, принимали участие в Первой мировой войне, прошли перевооружение. «Диана» в революционных событиях участия не принимала, а вот «Аврора», выстрелив 25 октября 1917 года из носовой шестидюймовки, возвестила о приходе в Россию нового социального строя. С мая 1918 года «Диана» находилась в небоеспособном состоянии, ее пушки были демонтированы и отправлены на фронты Гражданской войны, а в 1922 году крейсер был пущен на слом.

«Авроре» пришлось повоевать не только в Первой мировой войне, но и в Великой Отечественной. Правда, сражались в основном демонтированные орудия корабля и его экипаж, отправленный на сухопутный фронт, сам крейсер отбивался в основном от немецких самолетов. По мере того как сжималось кольцо вокруг Ленинграда, корабль стал целью немецкой артиллерии, которая потопила его 30 сентября 1941 года. Вернее, «Аврора» села на грунт и всю войну не спускала флага, чем очень раздражала немецких артиллеристов.

20 июля 1944 года крейсер подняли, отправили в ремонт и 17 ноября 1948 года он был поставлен на вечную стоянку в Ленинграде, где и находится до сих пор. «Аврора» стала одним из двух дореволюционных кораблей, которому довелось служить в царском, советском, а с 1992 года и в российском флоте. Вторым таким кораблем остается спасательное судно «Коммуна», в момент своего рождения в 1915 году носившее имя «Волхов». В 1984—1987 годах «Аврора» пережила серьезный ремонт, в результате которого она лишилась оригинальной подводной части корпуса, некоторых механизмов, после чего корабль вполне заслуженно называют и считают новоделом. Можно с этим не соглашаться, но аутентичность крейсера из-за слишком капитального ремонта безвозвратно утрачена. Впрочем, даже в таком виде он является без всяких оговорок памятником и единственным дожившим до наших дней кораблем русского флота, строительство которого началось в конце XIX века.