Ножевой бой кистень

>Александр Михайлович Кистень: биография, личная жизнь

Закрытая личность

Александр Михайлович Кистень очень закрытый человек. Он не общается с прессой, не дает интервью. На его тренировки может попасть далеко не каждый человек. Обычно, это сотрудники специальных подразделений, такие как «Витязь», «Альфа», спецназ и им подобные.

Александр Михайлович родился в Йошкар-Оле. Но биографию его можно отследить по скупой информации в СМИ только с периода учебы в Рязанском десантном училище. Это училище было одним из двух учебных заведений в СССР, которые готовили спецназовцев.

Он окончил факультет иностранных языков. Получив диплом, в 1985 году был отправлен в Афганистан. Проходил там службу в течение двух лет (1985-1987). Вернувшись с Афганистана, Александра направили в бригаду спецназа республики Беларусь. Место, где он служил, называлось Марьина горка. Затем попадает на службу в Альфу. Служит на должности минера-подрывника. В то время штат Альфы был небольшой. Внештатно работал инструктором по рукопашному бою: проверял новых сотрудников, которые приходили в Белорусскую Альфу.

Боевые искусства

Прежде чем стать инструктором по рукопашному бою, Александр Михайлович прошел долгий и нелегкий путь. Начинал с классической борьбы. Сейчас этот вид борьбы называется греко-римским. Было это до поступления в военное училище. В училище Кистень стал заниматься карате. Но наступили времена, когда это боевое искусство в Советском Союзе запретили. И тогда Александр со своими единомышленниками стали практиковать рукопашный бой. В то время делать это было достаточно сложно. Для занятий борьбой не было даже защитной экипировки. Им приходилось делать ее самим. Параллельно с борьбой стал заниматься тхэквондо.

Преподавание ножевого боя

В 1995 году Александр Михайлович уходит из Альфы. Будучи вице-президентом Федерации русского боевого искусства, в одной из командировок в США, он знакомится с английским инструктором морской пехоты, который отлично владел ножом. Вдохновившись его умением, он решил организовать такое направление у себя на Родине. До него в подразделениях никто этим не занимался. Кстати, и по сей день, в Армии нет системной подготовки ближнего боя, которому учит Кистень.

Филиппинская система

На Филиппинах развиты ножевые бои. Их преподаватели считаются самыми сильными в мире. Филиппинские военные, кроме огнестрельного оружия, снабжены еще ножом и коротким мечом. Система ножевого боя этой страны стала основой, с которой начинал Александр Михайлович. Постоянно совершенствуя, он вносил в нее свое.

Александр Михайлович Кистень фанат своего дела. У него есть фраза: «Против ножа мышцами не прикроешься». Он считает, что умение владеть ножами нужно не только для защиты или нападения. Нож – это лучший помощник для развития скорости и реакции. Кистень работает двумя ножами, а это вдвойне сложно. Бой двумя ножами заставляет человека по-другому думать, так как при борьбе надо следить и уходить от обоих ножей.

Простому человеку очень сложно все это понять, пока не покажет опытный специалист-инструктор, коим и является Александр Михайлович.

Сильный человек

Чтобы заниматься тем, чем занимается Кистень, надо иметь большие физические данные. По утверждению мастера, нужна воля, физическая выносливость, хорошая «шарнирность», отличная скорость и реакция. Занимаясь этим видом боя, надо хорошо знать физиологию. Чтобы вывести противника из строя, надо уметь наносить противнику укол или порез там, где он не защищен бронежилетом. Александр одинаково хорошо владеет обеими руками, работая двумя ножами сразу. Этому же он обучает своих подопечных.

Методика мастера

Александр Михайлович большой мастер своего дела. Готовя военных и телохранителей, он учит их по своей, выработанной годами методике. Методику его можно назвать стрессовой. Для человека вид ножа – это уже стресс. Методика Кистеня заключается в том, что его подопечные, работая ножами, привыкают к ним. Они уже не являются для них стрессовым фактором. Методика мастера очень интересна и неспециалисту в этой области понять ее нелегко. Но в том и суть, что Кистень преподает не обычным людям, а особым профессионалам.

О ноже

В 2017 году в Москве проходила Международная выставка охотничьего и спортивного оружия. На ней была представлена новинка – нож «Кистень». Нож получил свое имя благодаря своему разработчику и специалисту по ножевому бою Александру Михайловичу Кистеню. Сам автор отнес его к армейским ножам и ножам, пригодным для выживания. На выставке он был представлен как многофункциональный нож. Этот предмет непременно понравится мужчинам, которые любят находиться на природе (охота, рыбалка, путешествие).

Кистень сейчас

Александр Михайлович Кистень в настоящее время работает в коммерческих службах безопасности. Кроме основной своей работы он занимается писательской деятельностью. Им написано несколько книг. Одна из них называется: «Методы спецназа для руководителей». Эта книга вышла в 2002 году. Она хорошо известна читателю, который знает автора и то, чем он занимается. Печаталась не только в России, но и во многих странах мира. На основе книг Кистеня созданы фильмы, которые не менее интересны и популярны.

Личная жизнь (семья, жена, дети) Александра Михайловича Кистеня остается тайной, которую раскрывать он пока не торопится.

Александр Кистень: «От ножа мышцами не прикроешься»

Эксклюзивное интервью с известным инструктором по ножевому бою, сотрудником спецназа А.М. Кистенем. Обычно Александр Михайлович не выступает в средствах массовой информации, а на его тренировки могут попасть только сотрудники таких структур как ФСО, Альфа, Витязь, Спецназ Госнаркоконтроля и им подобных, но для Военного Обозрения он сделал исключение.


— Сначала хотелось бы узнать вашу биографию. Где вы учились, служили?
— Заканчивал Рязанское десантное училище. Учился на факультете иностранных языков — это спецназ. В Советском Союзе было 2 училища, в которых готовили спецназ — Рязанское и Киевское. Получил диплом референт-переводчика. Служил в Афганистане (1985-1987 гг.). В 1987 году попал в бригаду спецназа в Марьиной горке (Беларусь). Потом служил в белорусской Альфе на штатной должности минера-подрывника, а внештатно был еще и инструктором по рукопашному бою. Совмещал, так как штат там был меньше, чем в московской Альфе. Сейчас там уже есть такая штатная должность, а тогда я проверял всех новоприходящих сотрудников — бился с ними.

— Афганистан был полигоном для спецназа?
— Да, через Афган прогоняли весь спецназ.
— Чем вы занимались из единоборств?
— Начал с классической борьбы (сейчас это греко-римская). В училище стал заниматься советским карате. Бились в полный контакт. Когда запретили карате, стали практиковать рукопашный бой. Сами делали защитную экипировку. Потом у нас сменился тренер — стал давать еще и таэквондо.
— Рукопашный бой был каким? Какое направление?
— Направления не было, просто бились в защите — взяли пластины, связали их стропами. Получилась достаточно гибкая защита, типа бронежилета. При этом она была прочной.
— Перейдем к теме нашей беседы. Почему преподаете именно ножевой бой?
— В 1995 году я уволился из Альфы и был вице-президентом Федерации русского боевого искусства. Поехал в США на семинар Международной федерации джиу-джитсу — Карнеги-холл, 12 татами, 1500 человек… Там я увидел инструктора англичанина. Он был из морской пехоты. Очень хорошо владел ножом. Сейчас я понимаю, что ничего необычного в его технике не было, но тогда меня это впечатлило.
— Неужели в ГРУ не было ножевого боя?
— Не было. Были комплексы РБ-1, 2. И НФП. И были энтузиасты в каждом подразделении — кто-то владел боксом, кто-то борьбой. Соответственно и в данном подразделении был акцент на бокс или борьбу. А такого никто не знал.
— У нас был богатейший опыт после войны, были фронтовые разведчики. Они же знали, как пользоваться ножом.
— Системы не было.
— То есть, кто-то где-то служил, кто-то кому-то что-то показал?
— Абсолютно. Системного ничего не было. Это странно, но, тем не менее, это так. И ничего с тех пор не изменилось. Нет системной подготовки к ближнему бою. Кстати, ближний бой – это не только бой с ножом, это весь диапазон воздействия на противника на дистанции до 5 метров. У меня тренируются ребята из разных ведомств, могут подтвердить. Один дает так, другой так. А государственной программы — хотя бы для какого-то подразделения — нет. Нет ни наставлений, ни руководства. А современные боевые действия показывают, что во время боя в городе или на объектах инфраструктуры именно такие навыки и нужны.
Поэтому когда я это увидел, то понял, что надо заниматься. В Федерации русского боевого искусства был прикладной раздел работы с оружием — на тогдашнем уровне. Но такую работу с ножом я до того момента не видел. У Ретюнских мне нравились некоторые техники отбора ножа, но работа с ножом против вооружённого противника там недоработаны. Я патриот, но главное — эффективность, а не то, что наше это, коренное, или нет.
— Чем вас заинтересовала филиппинская система?
— Через Ретюнских я узнал о Брэме Фрэнке, который является признанным на международном уровне мастером. Так вот, его учитель — филиппинец. Когда я начал заниматься этим вопросом, то выяснил, что основные инструкторы в мире по НБ — это филиппинцы, или их ученики. Сейчас даже южные корейцы показывают — причем на хорошем уровне — филиппинские техники. И это естественно, так как для филиппинцев — это традиция. На Филиппинах до сих пор есть кровная месть. Конечно, их программу надо адаптировать под нас. Корпус морской пехоты Филиппин часто ведёт боевые действия в джунглях и у них в снаряжении бойца кроме винтовки, пистолета и ножа есть короткий меч. Они много работают с палками. Мы работаем с палками только как с тренажером. Обычно нож на нож.

— Должны ли основываться работа с палкой, ножом и голыми руками на одной биомеханической модели?
— Да.
— Для чего нужно уметь работать с двумя ножами?
— Хороший вопрос. Нож может вообще никогда не пригодиться в жизни, ни разу. Но лучше, чем нож для развития скорости, реакции, умения быстро реагировать на предложенные вам ситуации ничего нет. Можно накачать большие мышцы, но от ножа ты ими не прикроешься. У тебя два ножа, у меня два ножа. Я должен контролировать и твои ножи, и свои. Если что-то упущу, то для летального укола, достаточно усилия в 4 килограмма. Ребенок может сделать. Пресс от ножа тоже не накачаешь.
Поэтому я должен контролировать все удары. Это огромная скорость, это деконцентрация — потому что я не могу отслеживать каждый нож. Я должен контролировать оба ножа одновременно. Это совершенно другое восприятие. Когда работаешь с двумя ножами, даже думать по-другому начинаешь. В схватке может включиться тоннельное зрение, и ты не увидишь удар ножом сбоку. Такие занятия помогают этого избежать. Сначала такое состояние появляется через 10 минут после начала тренировки, через месяц занятий — через 8, потом 3, а потом начинаешь биться — и оно сразу же появляется.
Со стороны этого не понять, пока инструктор не покажет.
Помню, в Афгане мы специализировались на налетах. Засады устраивали только в зоне действия другого батальона. Часто работали в горах, подходишь очень близко. А в кишлаке противник может показаться буквально «из-за угла». Кстати, рукопашных схваток у нас никогда не было. И представь, какая должна быть скорость идентификации (свой-чужой) и реагирования на изменение ситуации. Бывало, что противник находился на расстоянии двух метров. Я живой, потому что реакция у меня была лучше. А нож еще больше улучшает реакцию.
— Нужна ли масса для занятий ножевым боем?
— Нужна — и масса, и сила, и скорость, и развитие «шарнирности». Разные есть упражнения. «Физуха», скоростная и силовая выносливость нужны. Чтобы выдавать в определенный промежуток времени большую скорость и силу. Противников может быть несколько, и если ты продержишься на 5 секунд дольше, то ты победил.
Также я даю упражнения на обе руки, чтобы стать обоеруким и успешно работать двумя руками. Начинаем на медленной скорости, потом нарабатываем.
— Бывают споры насчет эффективности укола или реза. Что на ваш взгляд лучше?
— Одинаково хороши. Их лучше комбинировать. Укол легче перенаправить в порез. Порез в укол труднее.
— Есть мнение, что современные солдаты носят бронежилеты, поэтому укол эффективнее пореза.
— Да, но есть маленький нюанс — режешь бицепс (который броником не закрывается) и рука становится вот так. Или режешь трицепс, и рука становится вот этак. И ногу можно резать так же — она подворачивается и человек падает на колено. Главное — знать физиологию. Режешь пальцы и из них выпадает все — пистолет, автомат…
— Согласны ли вы с высказыванием, что прием — это сумма технических элементов?
— Немного по-другому, я приведу пример: в «Лего» кирпичики, из которых можно сделать все, что угодно — дом, корабль. Это незыблемые кирпичики, «база». Их можно миксовать, складывать. Мы учим работать по принципам, а не по приемам. Все по ситуации. Если же человек работает приемами, может возникнуть ситуация, в которой этот прием не сработает. И что тогда, кризис жанра?

— Наверное, этот принцип — по ситуации — должен отражаться в методике?
— Мы так и делаем. Сначала кирпичики. Потом тренируем комбинации на основе определенных комплексов. Я ввел для своих подопечных из телохранителей следующее упражнение. Два человека стоят напротив друг друга. У одного пистолет, у другого нож (реальный). Я стою за спиной того, кто с пистолетом и показываю напарнику с ножом, в какой сектор бить — по сигналу таймера. Удар может быть в любой сектор, любой рукой. Тот, кто с пистолетом, не знает куда. Он должен выполнить определенное техническое действие — например, выстрелить за 3 секунды. Я как инструктор смотрю на правильность выполнения. У нас есть 2 мишени — на расстоянии 2 метра и 5 метров. Первая мишень — это как бы человек, который на тебя нападает, и вторая — дополнительная (если моделируем ситуацию с несколькими противниками). 3 секунды, 4 выстрела.
— То есть, вы положительно относитесь к стрессовой методике?
— Конечно. Нож сам по себе вызывает стресс. Если мы учим человека по этой методике, нож на улице не будет для него стрессовым фактором, так как он привык к этому на тренировке.
Если работать штампами, клише, то человеку трудно потом адаптироваться к реальной, быстро меняющейся ситуации. А стрессовая методика помогает ему в этом.
— Судя по видео, у вас перемещения только на 6 сторон, «снежинка». А вперед-назад нет. С чем это связано?
— Наш принцип — атака и контратака. Защиты у нас нет. Перемещение назад у нас имеется, но психологически мы формируем у человека стремление двигаться вперед. Блок рукой рождает блок в голове. Человек к этому привыкает и потом в случае опасности отходит назад. Такое часто бывает у спортсменов, которые разрывают дистанцию, отскакивая назад. Вот что закладывается, когда подразделение обучают спортивным навыкам. Я уважаю бокс и борьбу, но я понимаю, что это формирует. Первое движение должно быть атакующим, встречным, а не отскоком назад. Соответственно этому мы тренируем и передвижения.
— Как относитесь к спортивному ножевому бою?
— Хорошо, положительно. Это как Федерация практической стрельбы — формирует культуру обращения с огнестрельным оружием. Это не то, что применяется в бою, но вырабатывает скорость и меткость попадания. Единственное, что нет тактики для реального боя. То же и со спортивным ножевым боем. Просто надо понимать, что это не для реальности.
— Согласны ли вы с тем, что для того, чтобы использовать нож, нужно уметь перешагнуть через «психологический порог»?
— Это важно, но не самое главное. Ты можешь переступить через порог, но если ты технически не подготовлен, недолго проживешь. На мой взгляд погибает быстро не только трусливый — злой оптимист тоже долго не живет. Духа может хватать, а умения недостаточно.
А с другой стороны бывает, что навык есть, а готовности применить нет. Мне рассказали такой случай – стояли двое охранников с оружием, на них бежали шесть человек с расстояния пятнадцать метров. Они этих двоих зарезали, потому что охранники не были готовы психологически применить оружие.

— А как преодолеть этот порог?
— Опять же – наши тренировочные ножи из металла, а потом мы тренируемся с реальными ножами.
— Согласны ли вы, что нужно уметь работать против трех предметов: палки, цепи и ножа?
— Несколько категорично. Необязательно против трех, но я понимаю, что у них разные траектории и воздействие. В этом плане я согласен, по тем качествам, которые такая работа формирует. Когда тренируешься, немного по-другому все оцениваешь. Например, цепь: замахиваться ей долго, она имеет свою инерцию.
Нужно быть как вода. Не идти в лоб — всегда может найтись противник, который сильнее и здоровее тебя. Один раз на Филиппинах попросили провести занятие, хотя, я приезжал туда как ученик. Я им сказал, что вы бьетесь лицом к лицу, а мы заходим сбоку или сзади — это тактика. Конечно, это легко сказать — на самом деле никто меня просто так не пустит за спину, надо тренироваться. Мы всегда пытаемся тактически выиграть. Зайдешь к противнику сбоку — ситуация уже изменится. И неважно, чем человек владеет. Здесь другие категории.
— Спасибо за ответы!

Специальная Тактическая Система Ближнего Боя была разработана Александром Кистенем, ветераном спецназа ГРУ и подразделения «Альфа». С 2003 года преподает технику ножевого и рукопашного боя для подразделений спецназа различных силовых структур, таких как Управление «А» ЦСН ФСБ, спецподразделение Госнаркоконтроля «Гром», а также для ФСО и армейской разведки. Главная причина создания Системы — отсутствие опыта работы в технике боя «нож на нож» и в целом техники работы с ножом в российской армейской подготовке. Однако, это было необходимо внедрять, так как практика работы с ножом, во-первых, является самым эффективным методом ведения ближнего боя; во-вторых, такая система подготовки развивает бойца, так как формируются навыки действовать не только по инструкции, но и самостоятельно развивать и вести бой, а также совершенствует его координацию, скорость и способность ориентирования в пространстве; в-третьих, практически все высококвалифицированные армии в мире уже освоили этот вид оружия, и отсутствие полноценной подготовки в данном направлении снижает уровень профессионализма российской армии. UPD: В связи с появлением неконструктивного флейма, комментарии отключены.

Грамотный боец, будет избегать уличной драки. По одной важной причине, того что все аспекты не предусмотреть. Пример простой, слово за слово, и понеслась, и человеку хорошему бойцу из подтишка в почку ткнули шилом во время драки, он даже не заметил сразу в пылу, да отпиздил трех человек а потом умер истекая мочой и кровью. При этом мораль такова, что начало ссоры вообще нистоило ни гроша, но амбиции и комплексы играют роковую роль как и эмоции. Научить бить в голову или в пузо, можно почти любого. Научить оценивать ситуацию с возможностью прогнозирования и умения наблюдать за деталями очень сложно. Поскольку это выходит за рамки обычного обучения, да это образ жизни и подчинение своего функционально состояния как на физическом плане так и на психическом, это умение подключать свой интеллект на решение подобных задач. И тут не важно есть ли рациональное зерно в этом видео или нет. Важен практический навык и способность применять свои знания на практике. И вам сейчас открою величайшую тайну и секрет. Что бы овладеть необходимыми навыками, запишитесь на Самбо, желательно на Самбо Советской школы, тут надо потрудится и найти хорошую школу. Да и звучит и выглядит не так красиво как танцульки и заломы, да там надо пахать до седьмого пота. Но зато это даст базу.Где так же научат психологии боя. И уличный бой самый лучший который не состоялся. Драка всегда непредсказуема, масса примеров этому есть, когда люди гибли почем зря, или садились в тюрьму по глупости убив совершенно незнакомого человека. В общем не гонитесь за понтами, даже понтами красивыми. Жизнь то и здоровье не многоразовое, как ваше так и чужое. А уметь быстро и долго бегать, вообще вещь не переоценимая! Как для здоровья так и вообще во всех смыслах. p/s А тут еще на ножах! При том что толпам людей втирают дичь с ХО, особо одаренные таскают с собой железки эти.