Литва лесные братья

В лесах и болотах

Образ «лесного брата» своими корнями уходит в легенды о благородных разбойниках, которые присутствуют в фольклоре практически всех европейских народов. Действительность, как обычно, мало походит на миф. Отряды «лесных», впервые массово появившиеся в Прибалтике во время Первой русской революции 1905-06 годов, за неполные 2 года сожгли 57 помещичьих усадеб, убили десятки царских чиновников и присвоили несколько миллионов рублей в ходе экспроприаций (проще говоря — ограблений банков). С подавлением революции их разгул также сошёл на нет.

Куда более массовый характер движение приняло по окончании Великой Отечественной войны как реакция на не всегда гармоничную интеграцию прибалтийских республик в социалистическую систему. При легко доступных в местах недавних боёв запасах оружия, лесистые болотистые местности на стыке Литвы, Латвии и Белоруссии с немногочисленными уединёнными хуторами — стали питательной почвой для всевозможных парамилитаристских формирований. В их составе были и бывшие «национальные кадры» из территориальных батальонов СС, понимавшие, что после установления личности в лучшем случае ждёт отправка в Сибирь; и зажиточные крестьяне, согнанные со своих мыз в ходе коллективизации; и представители интеллигенции, у которых были достаточные основания считать приход Красной Армии оккупацией.

Тактика «Лесных братьев» весьма характерно описана в одноимённой народной песне. В предрассветном тумане пятеро вооружённых автоматами партизан приходят на хутор. Ни красноармейцев, ни милиционеров нет (да и не приставишь их охранять каждую избу). «Братва» демонстративно расстреливает сначала председателя колхоза, потом — русского комсомольца-агротехника, командированного для подъёма сельского хозяйства. А кто это спрятался в стоге сена? Деревенский почтальон. Свой, литовец, но — осведомитель МГБ. Что ж, никто из крестьян завтра не получит писем… Местные (из страха или по доброй воле) снабжают «лешаков» продовольствием, и с восходом солнца те уходят, чтобы залечь в чащобе ещё на несколько недель.
Как видим, «братский» террор был направлен не только против коммунистов и военнослужащих, но часто — и против рядового населения, что отнюдь не добавляло боевикам симпатий со стороны среднего прибалта.

>«Самые кровавые и страшные преступления»: почему в современной Литве героизируют «лесных братьев»

Ответ троллям

Героизация членов антисоветского подполья в Литве идёт с момента выхода республики из состава СССР. Последний раз литовские «лесные братья» напомнили о себе атакой в виртуальном пространстве. Литовские тролли по призыву журналиста Андрюса Тапинаса пытались понизить рейтинг страниц МИД России и посольства РФ в Литве в социальной сети Facebook, оставляя негативные комментарии с хэштегом #Кремльнашуисториюнеперепишешь.

Журналиста и его единомышленников возмутила негативная реакция российского МИД на появившийся 11 июля в сети ролик НАТО, который прославлял латышских «лесных братьев». Официальный представитель МИД России Мария Захарова тогда назвала их «организацией, созданной на основе фашистских недобитков».

  • Мария Захарова
  • РИА Новости
  • © Валерий Мельников

14 июля МИД России опубликовал на своих страницах в соцсетях данные о жертвах антикоммунистического подполья в трёх республиках Советской Прибалтики в 1944—1953 годах. Среди бесславных деяний «братьев» значилось и убийство 53 человек в разгар зимних праздников в 1947 году в Литве. Пятеро убитых были детьми.

В свою очередь, литовское внешнеполитическое ведомство 13 июля заявило, что «Советы воевали на стороне нацистов», обвинив СССР в поддержке нацистской Германии на начальных этапах Второй мировой войны. Кроме того, литовский МИД на своей официальной странице в Twitter подчеркнул, что «лесные братья» не могли быть нацистскими пособниками, так как война с фашизмом закончилась в 1945-м, а антисоветское сопротивление в Литве добили только в 1950-х.

Через два дня с акцией в поддержку странной аргументации своего МИД выступил Тапинас. Впрочем, его сторонники также не затрудняли себя попытками привести хоть какие-то доказательства, опровергающие данные российской стороны. Тексты, как правило, копировались друг у друга и состояли из антироссийских лозунгов. МИД Литвы поддержал действия интернет-вандалов.

В ответ МИД России начал размещать под тем же тегом — #Кремльнашуисториюнеперепишешь — информацию о тех, кого пытаются героизировать власти Литвы. Так, литовцам напомнили, что один из наиболее прославляемых в их стране деятелей антисоветского подполья — Йонас Норейка (Генерал Ветер) — возглавлял во время немецкой оккупации администрацию Шяуляйского уезда и отдал приказ согнать местных евреев в гетто и отобрать у них имущество.

«В 2016 году журналистка Рута Ванагайте выпустила в Литве книгу «Наши» об участии литовцев в массовых убийствах евреев. Литовское правительство объявило книгу «проектом Путина» и «угрозой национальной безопасности», самой Ванагайте поступали угрозы физической расправы», — приводит МИД России пример того, как воспринимаются руководством Литвы факты, подрывающие его националистическую мифологию.

  • Книга «Наши»
  • © Wikimedia Commons

Убийцы или борцы за свободу?

«Цель понятна: вымарать из национальной истории тот неприглядный факт, что в 1944—1952 годах одни литовцы (откровенные душегубы и террористы, называвшие себя «лесными братьями») с животным остервенением, не жалея ни детей, ни стариков, резали по хуторам других литовцев, которые всего лишь хотели спокойной, мирной жизни в составе СССР», — объяснило российское внешнеполитическое ведомство действия литовской стороны по защите имиджа «лесных братьев».

Преступления тех, кого в Литве сейчас называют героями, кому ставят памятники, мемориальные доски, в советское время были тщательно задокументированы. Продолжались исследования и в постсоветский период.

Согласно опубликованной в 2011 году Книге памяти жертв партизанского террора, от рук литовских «борцов за свободу» погибли не менее 25 тыс. человек, из них около 1 тыс. — дети, 50 — младенцы.

  • Жертвы бойни в Каунасе 25—27 июня 1941 года
  • © Wikimedia Commons

«На мой взгляд, отрезать голову живому человеку или забить представителей другой национальности ломом и гордиться, обсуждать с соседями, у кого какой счёт, — это не борьба за свободу и уж тем более не достижение демократии», — прокомментировал RT методы литовских «лесных братьев» президент Российской ассоциации прибалтийских исследований Николай Межевич.

Также по темеПространство для манёвров: с какой целью НАТО отрабатывало в Прибалтике блокаду российских территорий Вооружённые силы НАТО сымитировали блокаду Калининградской области России в случае военного конфликта. Это лишь один из эпизодов…

По его словам, именно в Литве действия антисоветских партизан отличались особой жестокостью.

«Самые кровавые, страшные и жуткие преступления, находящиеся за пределами всего человеческого, — это именно Литва, а не Эстония и Латвия», — заявил политолог.

Литовские «лесные братья» были хуже, чем латышские, отметил в интервью RT директор фонда «Историческая память», научный сотрудник Института российской истории РАН Александр Дюков.

«Они были в меньшей степени связаны с нацистами, зато по масштабам террористической деятельности по отношению к мирному населению превосходят всех других «лесных братьев» прибалтийских республик», — пояснил историк.

Соучастники холокоста

По мнению Межевича, одна из причин особой жестокости именно литовских «лесных братьев» заключается в том, что в Литве антисоветские националисты не были оформлены в легионы СС, как в Латвии и Эстонии. Парадоксально, но эсэсовская дисциплина ограничивала преступное рвение коллаборантов, отмечает эксперт.

В СС литовцев не брали, считая недочеловеками, и литовские коллаборанты служили в полицейских частях или на мелких должностях в местной администрации.

Сильны были антисемитские и антипольские настроения. Частично они находили выход в сотрудничестве местного населения с немцами, особенно в деле уничтожения евреев. Всего за годы войны погибло 96% еврейского населения Литвы. Однако и без немцев литовские партизаны-националисты уничтожали евреев и поляков.

«В Литве ещё до прихода немецких войск начались мятежи, имевшие как антисоветский, так и антиеврейский, и антипольский характер. По принципу уничтожения всех чужих. К свободе это не имеет никакого отношения», — подчеркнул Межевич.

Речь идёт об июньском восстании 1941 года. 20 июня 1941 года подготовленные в Германии формирования националистического Фронта литовских активистов начали мятеж в Литовской ССР. Они же 22 июня 1941-го провозгласили независимость Литвы. В 2000-м году парламент Литвы признал эту декларацию правовым актом современной Литовской Республики, тем самым подтвердив свою приверженность установившемуся тогда режиму националистов. Ещё до вступления в Литву немецких войск Фронт литовских активистов начал казни и грабежи еврейского и польского населения.

«Ещё в 1940-м году литовские подпольные националисты просили немцев дать им деньги, чтобы начать резню евреев, — рассказал RT научный сотрудник Центра североевропейских и балтийских исследований МГИМО Владислав Воротников. — Литовские наци бежали впереди паровоза и предлагали свои услуги ещё до того, как немцы были к этому готовы».

Также по темеРезня по-скандинавски: 75 лет массовому убийству в концлагере Бейсфьорд Ровно 75 лет назад в оккупированной Норвегии местные коллаборационисты жестоко расправились почти с тремя сотнями югославских…

Эксперт отметил, что коллаборационисты составили значительную часть будущих «лесных братьев».

«В основном это были уклонисты и дезертиры, среди дезертиров было много тех, кто поучаствовал в неблаговидных делах во время войны, были ещё и те, кто участвовал в подпольном восстании Союза польских активистов 20 июня 1941 года», — пояснил Воротников.

Офицерство было настроено довольно скептически по отношению к немцам, часть его даже оказалась в немецких концлагерях — правда, в сравнительно неплохих условиях, подчеркнул эксперт, однако тренировали партизанские отряды против наступающей Красной армии именно немцы.

«Лесные братья» начинались как подготовленные немцами диверсионные подразделения», — отметил историк.

Выстрелы в своих

Если сравнивать то, как литовские «лесные братья» боролись с советской властью и немецкими оккупантами, разница заметна сразу, заявляют эксперты.

«Литовское сопротивление можно разделить на три этапа, — рассказал Межевич. — Первый — момент вступления в Литву в июне 1941 года немецких войск и ухода Красной армии. Тогда действительно имело место незначительное сопротивление немецким оккупантам, которое быстро закончилось, потому что в Литве коллаборанты поняли, что легче присягнуть Гитлеру. Затем — незначительное виртуальное сопротивление немцам до конца 1944 года. И третий — долгий, кровавый и страшный этап — послевоенный».

По мнению эксперта, те, кто действовал в 1940-х — начале 1950-х годов в Литве, — не борцы за свободу.

«Большинство жертв литовских бандитов — это литовцы, причём как раз те, кто не имели при себе ППШ и не могли ответить выстрелом на выстрел, — утверждает Межевич. — Практически это были элементы гражданской войны, потому что в ответ другие литовцы — «красные литовцы» — убивали так называемых борцов за свободу».

Воротников отметил, что отношение к советской власти раскололо литовскую деревню. Местная беднота поддерживала Советы, так как надеялась получить землю и улучшить своё социальное положение. Из этих людей и создавались «истребительные отряды».

Нос по ветру

По словам экспертов, прибалтийские «лесные братья» ориентировались на бывших союзников СССР во Второй мировой войне — Великобританию и США. Они получали инструкции из Лондона и Вашингтона.

«Стабильная ситуация и стабильное развитие Советского Союза не устраивали наших заокеанских соседей и бывших союзников», — объяснил Межевич мотивы помощи Запада антисоветским вооружённым формированиям в СССР.

Сейчас, по мнению аналитиков, образы борцов за свободу необходимы националистическим режимам Прибалтики для мобилизации собственного населения и постоянного напоминания Западу о «русской угрозе».

«Есть категории малых стран, которые хотят стать большими не за счёт достижений в науке, искусстве, культуре, на худой конец экономике, а за счёт постоянного педалирования, позиционирования своих исторических бед, проблем, комплексов — гипотетических и реальных», — утверждает Межевич.

Также по темеПространство для манёвров: с какой целью НАТО отрабатывало в Прибалтике блокаду российских территорий Вооружённые силы НАТО сымитировали блокаду Калининградской области России в случае военного конфликта. Это лишь один из эпизодов…

По мнению Воротникова, новая волна антироссийской истерии в Прибалтике и поднятие темы «лесных братьев» связаны с рядом факторов. Один из них — стремление напомнить о себе Западу за счёт конфронтации с Россией и выбить какие-то преференции, субсидии. Именно использование мифа о «российской угрозе» помогло прибалтам затормозить принятие квот на перераспределение беженцев в рамках ЕС. Другой фактор — психологический. В 1940 году, когда все эти страны вошли в состав СССР, они фактически сдались без боя. Теперь этот исторический комплекс поражения даёт о себе знать в постоянном страхе перед Россией. Страны Балтии «готовятся к прошедшей войне», подчёркивают в своих доктринах необходимость ухода в леса в случае оккупации, постулируют незыблемость основных положений своих Конституций, как будто бы на дворе 1940 год. Наконец, третий фактор — «циничная эксплуатация» комплексов, из которых современные правящие элиты Литвы, Латвии и Эстонии извлекают политические дивиденды.

«Их армия в 1940-м ничего не сделала, и теперь они ищут какие-то положительные образцы», — объяснил Воротников причины обращения к образам «лесных братьев» в Литве.

В сочетании с антироссийской медийной кампанией в западных СМИ прославление «героев»-головорезов ведёт к тому, что градус враждебности к России растёт.

«Всё это перешло в фазу национальной истерии, возгонки, — отметил эксперт. — Они уже ментально с нами воюют».

Союз литовских националистов

Союз литовских националистов

лит. Lietuvių tautininkų sąjunga

Лидер

Сакалас Городецкис

Дата основания

1924
1989
2011

Дата роспуска

1940
2008

Штаб-квартира

Вильнюс

Идеология

Литовский национализм
Национальный консерватизм

Количество членов

2122 (2017)

Сайт

Союз литовских националистов, «таутининки» (лит. Lietuvių tautininkų sąjunga) — националистическая крайне правая политическая партия в Литве. Основана в 1924 году после объединения Партии национального прогресса и Союза литовских фермеров. Союз был правящей партией Литвы с момента военного переворота в Литве в декабре 1926 года и до вхождения на её территорию советских войск в июне 1940 года. Партия была восстановлена после провозглашения Литвой независимости в 1990 году.

Предыстория

История Союза литовских националистов берёт начало в конце XIX века, когда начала выходить газета «Колокол» (лит. Varpas). После закрытия газеты сотрудничавшие с ней Антанас Смятона и Юозас Тумас-Вайжгантас стали издавать газету «Надежда» (лит. Viltis). В 1916 году в Петрограде Юозас Тумас-Вайжгантас стал одним из основателей Партии национального прогресса (лит. Tautos pažangos partija, TNP). Члены партии активно участвовали в провозглашении независимости Литвы осенью 1917 года. Первым президентом Литвы стал Антанас Смятона, а первым премьер-министром — Аугустинас Вольдемарас, оба члены Партии национального прогресса. Но литовцы не оценили заслуг прогрессистов. На выборах в Литовский учредительный сейм в апреле 1920 года партия набрала всего 4 288 голосов (0,6 %), не сумев завоевать ни одного места в парламенте. На выборах в Сейм в 1922 году Партия национального прогресса выступила лучше, получив 14 131 голосов (1,7 %), но вновь оставшись без мандатов. В ходе выборов 1923 года прогрессисты ухудшили свои показатели, набрав всего 10 568 голосов (1,2 %).

1924—1940

17—19 августа 1924 года прошла объединительная конференция Партии национального прогресса и Союза литовских фермеров (лит. Lietuvos žemdirbių sąjunga), на которой было принято решение создать новую партию — Союз литовских националистов. Своим названием учредители партии хотели продемонстрировать желание создать новую политическую силу, которая вместо того, чтобы разделять людей (на латыни слово партия означает «часть») объединит литовскую нацию, ставя национальные интересы выше конфессиональных и классовых.

Новая партия не пользовалась поддержкой населения и в мае 1926 года на парламентских выборах ей удалось завоевать только три места в парламенте из 85. Тем не менее, её лидеры Сметона и Аугустинас Вольдемарас были влиятельными политиками. Партия придерживалась идей консерватизма и национализма, выступая за сильную армию и сильного лидера во главе Литвы.

Весной 1926 года новое правительство впервые в истории Литвы сформировали левые партии — Литовский крестьянский народный союз и Литовская социал-демократическая партия. В декабре 1926 года военные, опасавшиеся усиления левых сил, свергли демократически избранное правительство и предложили Смятоне стать новым президентом Литвы, а Вольдемарасу новым премьер-министром. Националисты сформировали новое правительство при участии христианских демократов. Тем не менее, отношения между двумя партиями вскоре стали напряженными, так как христианские демократы считали переворот временной мерой и хотели бы провести новые выборы в Сейм. В апреле 1927 года Смятона распустил Сейм и в мае христианские демократы вышли из правительства, а позднее были запрещены. Националисты оставались единственной правящей партией ещё 13 лет.

Несмотря на симпатии и контакты с режимом Муссолини, таутининки в 1932 году осудили фашизм и дистанцировались от фашистов. Неодобряли литовские националисты и немецкий национал-социализм, во многом из-за немецких пронацистских организаций Мемельского края, ставивших перед собой цель отделить от Литвы Мемельланд и воссоединиться с Германией. В 1937 году правительство литовских националистов провело первый в Европе антинацистский судебный процесс.

В 1940 году Литва вошла в состав СССР, Союз литовских националистов был запрещён, а многие его члены эмигрировали или были репрессированы.

После 1989 года

14 марта 1989 года Римантас Матулис, руководитель клуба народной песни Raskila, объявил о возрождении Союза литовских националистов. 23 февраля 1990 года Совет Министров Литовской ССР зарегистрировал Союз как политическую партию. В сентябре 1990 года председателем союза был избран дальний родственник А. Смятоны — Римантас Смятона. 29 октября 1990 года несколько депутатов Верховного Совета Литвы — Восстановительного Сейма, избранных от Саюдиса, образовали Фракцию националистов (лит. Tautininkų frakciją).

После того как Союз литовских националистов был восстановлен он не играл большой роли в литовской политике. На выборах в Сейм в 1992 году Союз литовских националистов выступая в союзе с Партией независимости и Литовским союзом фермеров получил 36 916 голосов (1,99 %), не сумев преодолеть четырёхпроцентный заградительный барьер. По округам партии удалось провести 3 своих представителей в Сейм. На муниципальных выборах 25 марта 1995 года таутининки получили 49 мест.

В выборах в Сейм в 1996 году националисты приняли участие в коалиции с Демократической партией Литвы, получив 28 744 голоса (2,09 %) и вновь не преодолев заградительный барьер. В округах Союз сумел одержать всего одну победу, добившись избрания в парламент своего лидера Римантаса Смятоны. На выборах в муниципальные советы 23 марта 1997 года за кандидатов националистов проголосовали 169 822 избирателей, что позволило избрать 23 депутата, двое из которых стали мэрами.

Неудачными оказались для таутининков выборы в муниципальные советы в марте 2000 года. Партии удалось получить всего 13 мандатов и добиться переизбрания одного из двух своих мэров. В выборах в октябре того же года националисты участвовали вместе с Лигой свободы Литвы. Собрав всего 12 884 голосов (0,88 %), партия провалилась и в одномандатных округах, оставшись без представительства в парламенте. 22 декабря 2002 года таутининкам удалось улучшить свои показатели на выборах в муниципальные советы, завоевав 14 мандатов.

Выборы в Сейм в октябре 2004 года стали для Союза националистов самыми неудачными в его истории. Партия набрала всего 2482 голоса (0,21 %), не преуспев также и в мажоритарных округах. Провальными стали для таутининков и муниципальные выборы 2007 года, на которых они взяли всего 3 места.

11 марта 2008 года Союз литовских националистов вошел в «Союз отечества», образовав внутри союза фракцию националистов. Благодаря этому таутининки смогли вернуться в Сейм. В 2008 году по списку Союза отечества были избраны два представителя Союза литовских националистов, Казимерас Уока и Гинтарас Сонгайла. Впрочем альянс с консерваторами оказался недолгим, уже в 2011 году таутининки объявили о восстановлении партии.

Начиная с 14 января 2017 года лидером и председателем партии является Сакалас Городецкис.

> Примечания > Ссылки

  • (лит.) Lietuvių tautininkų sąjungos istorija. Lithuanian Nationalists Union. Дата обращения 25 февраля 2008.

Литература

  • Тау́тининки // Большая российская энциклопедия : / гл. ред. Ю. С. Осипов. — М. : Большая российская энциклопедия, 2004—2017.
  • Таутини́нки // Татары — Топрик. — М. : Советская энциклопедия, 1956. — С. 10. — (Большая советская энциклопедия : / гл. ред. Б. А. Введенский ; 1949—1958, т. 42).

Литовское общество летит в пропасть, героизируя нацистов и националистов

Литва оказалась в числе 55 стран, которые воздержались в момент голосования в ООН по резолюции «Борьба с героизацией нацизма, неонацизмом и другими видами практики, которые способствуют эскалации современных форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости». Документ поддержало 121 государство. США и Украина высказались против.

Позиция Литвы выглядит, мягко сказать, странно. В 1941—1944 годах от рук нацистов страна потеряла около 200 тыс. своих граждан еврейской национальности, 70 тыс. литовцев немецкие оккупанты угнали на работы в Германию и Австрию. В освободительный 1944 год Литва вступила в обстановке всеобщего страха, с разваленным сельским хозяйством, разрушенной промышленностью и другими отраслями народного хозяйства. Только с фабрик и заводов, которые были как крупными, так и маломощными, на территорию III Рейха вывезли 113 паровых котлов, 30 паро- и гидротурбин, 129 электрогенераторов, 1650 автомашин и 480 тракторов, почти 1200 металлообрабатывающих станков, более 1000 хлебопекарных машин и много других машин и оборудования. Литовскую экономику нацисты насильно возвратили на уровень 1919 года, в совершенную разруху и полную стагнацию.

В 1944—1952 годах не менее 25 тыс. литовцев, как написала экс-президент Литвы Даля Грибаускайте в докторской диссертации, погибли от рук местных неонацистов и националистов во время классовой борьбы в деревне, фактически — в гражданскую войну.

И тем не менее официальный Вильнюс закрывает глаза на факты. Что происходит, почему в стране замалчивают преступления немецких нацистов и литовских националистов? Ответы попробуем найти с помощью Юлюса Дексниса, председателя республиканской организации участников Второй мировой войны, сражавшихся на стороне антигитлеровской коалиции.

— Резолюция ООН осуждает инциденты, связанные с героизацией и пропагандой нацизма, призывает ликвидировать все формы расовой дискриминации всеми соответствующими средствами. В том числе, если этого требуют обстоятельства, законодательно. Уместно ли современному цивилизованному, демократическому и правовому государству, которым называет себя Литва, стоять в стороне?

— Позиция официального Вильнюса не удивляет. Больше возмущает информационный вакуум вокруг истории с голосованием. Литовская пресса молчит, никакой реакции извне тоже нет. Например, в декабре 2017 года посол Государства Израиль Амир Маймон опечалился тем фактом, что литовцы поддержали резолюцию ООН, которая признавала незаконным решение президента США Дональда Трампа считать Иерусалим столицей Израиля. Дипломат назвал такую позицию «постыдным голосованием». Однако он не увидел ничего постыдного в сегодняшней позиции. Молчат и другие государства, чьи народы страдали от нацизма.

Между тем, литовские эксперты в области прав человека, например, соучредитель организации «Литва без нацизма» Альгирдас Палецкис, председатель Союза наблюдателей за правами человека Донатас Шульцас, историк Валерий Иванов, депутат горсовета Клайпеды Вячеслав Титов, социалисты Олег Титоренко и Гедрюс Грабаускас давно указывают: Литва относится к числу тех стран, где при общем молчании политиков и культурной элиты, при эффективной анонимной поддержке правых сил полным ходом идет возрождение нацизма как модернизированной идеологии.

— Можем ли мы утверждать, что укрепление позиций неонацистов началось не сегодня?

— В Литве их позиции никогда не были слабыми. Но с 2011 года силы правого экстремизма при поддержке государственных структур заметно активизировались, проявления агрессивного национализма стали обыденностью. К сожалению, без всякого явного сопротивления гражданского общества и власти. Например, никого в верхах не возмутил расистский лозунг экстремисткой партии Jaunoij Lietuva (Молодая Литва) «Без голубых, черных и цыган!». Юлюс Панка, руководитель национального союза молодежи первым организовал шествие под лозунгом «Литва — для литовцев. Литовцы — для Литвы!». Стоявшие у власти консерваторы оценили инициативу Панки, как глубоко патриотическую. С того раза марши патриотически настроенной, как их называет власть, молодежи стали нормой. Как и лозунги «Коммунистов — на сук!», «Брюссель — вон из Литвы!», «Литва — для детей Литвы, а не для Востока или Запада!», «Гитлер был прав. Juden raus!».

Уличные молодчики в Литве открыто выражают свои националистические взгляды и призывают к насильственным агрессивным действиям. И это не пустые слова. Среди марширующих журналисты левого толка отыскали военнослужащих, которые напоказ позировали в нацистской форме и демонстрировали соответствующие татуировки. Скандал? Возможно, в иной стране случился бы, но только не в Литве. Тогдашний министр обороны консерватор Раса Юкнявичене и главком Арвидас Поцюс никаких мер к этим националистически настроенным юношам не приняли.

— «Поляки уже все повешены, русские зарезаны и лежат под забором, евреи уже горят в печи, живы только настоящие литовцы» — в Европе не забыли эту литовскую песню…

— Европейцы левых взглядов, будем надеяться, не забыли, а приверженцы правых, вероятнее всего, даже не слышали. Или не хотели услышать. Но стоит напомнить — такие песни поют в современном демократическом европейском государстве, которое является отчим домом и культурным центром многих народов с многовековой историей добрососедства и взаимопонимания. Такое с позволения сказать творчество является результатом незнания исторической правды. По этой причине происходит безнаказанное распространение идеологии неонацизма, агрессивного национализма, ксенофобии, антисемитизма разжигание национальной вражды в общественном сознании, особенно в сознании молодежи.

— Нам не могут быть безразличны попытки предания забвению памяти о жертвах нацистских преступлений и героизации их палачей.

— Безусловно, не могут быть безразличны. Еще в 1992 году депутаты Верховного Совета признали законы Нюрнбергского международного военного трибунала. Однако национальные правовые акты в Литве направлены только на то, чтобы возвысить военных преступников и расправиться с противниками таких шагов, которых глубоко оскорбляет возвеличивание гитлеровских пособников.

19 мая 2012 года в Каунасе с государственными почестями был перезахоронен прах Юозаса Амбразявичюса, лидера Литовского фронта активистов. Они в июне 1941 года принимали самое активное участие в еврейских погромах. Сам Амбразявичюс, как глава Временного правительства, подписал и направил телеграмму Адольфу Гитлеру с изъявлениями безграничной любви. К слову, именно люди Амбразявичюса еще до войны создали планы решения еврейского вопроса, а 30 июня 1941 года его кабинет принял решение о создании первого в Литве концентрационного лагеря для граждан еврейской национальности.

— Такие сценарии создают благоприятную почву для укрепления националистических и неонацистских настроений?

— Думаю, такие сценарии катализируют эти настроения.

Лишь несколько соседних стран осудили в 2012 году Литву за перезахоронение преступника Амбразявичюса. В отсутствии международной реакции внутри страны будто шлюзы открыли. Темпы героизации преступников растут. Здесь мы можем вспомнить памятники и мемориальные доски «лесным братьям», убивавшим мирных сельских пахарей, беременных женщин и детей. Такие имена, как Йонас Норейка и Йонас Семашка опутаны паутиной скандалов. Еще больший скандал в Литве разгорелся в связи с незаконным и незаслуженным возвышением Адольфаса Раманаускаса. А обществу подсовывают все новых и новых якобы национальных героев. Буквально на днях стало известно, что найдены останки «лесного брата» Юозапаса Стрейкуса по кличке Стумбрас. Нет сомнений, что и этого преступника торжественно внесут в пантеон национальных героев. Хотя его уместнее бы называть пантеоном пособников гитлеровцев, поскольку там нет ни одного человека, воевавшего против немецких оккупантов за свободную Литву. Даже Герои Советского Союза вычеркнуты из истории, не говоря уже о рядовых.

— Все это очень печальные факты. Что можно противопоставить тенденциям?

— Историческую правду. Ведь большинство официальных историков оправдывают гитлеровских приспешников. Ученые забыли, что немало ими провозглашенных героев во время гитлеровской оккупации Литвы принимали участие в преступлениях против человечности.

Если иметь в виду глобальные выводы, то можно сказать так: современное литовское гражданское общество катится к катастрофе. И докатится, если не прекратит игнорировать тенденции проявлений неонацизма и агрессивного национализма. Если судить по результатам недавнего голосования Литвы в ООН, свет в конце тоннеля пока не виден.

Рената Рейнгольдене, Клайпеда

«Лесные братья»

В наше время широко освещена деятельность антисоветских вооружённых формирований «лесных братьев» в Литве, Латвии и Эстонии. На пике своей активности отряды «лесных братьев» насчитывали до 30 тысяч бойцов в Литве, 20 тысяч в Латвии и 15 тысяч в Эстонии. В это число не входят сочувствующие – те, кто предоставлял убежище повстанцам, снабжал их продовольствием, служил им связными.

«Лесные братья» широко практиковали индивидуальный террор против коммунистов и членов их семей. По данным КГБ, рассекреченным при Горбачёве, только в Литве от рук «лесных братьев» погибло более 25 тысяч человек гражданского населения, тогда как силы НКВД, подавлявшие движение, потеряли во всей Прибалтике менее 4 тысяч человек. Повстанцы имели свою агентуру в органах советской власти, и это были не только те, кто стал сотрудничать с ними из страха за себя и своих близких.

«Лесные братья» имели сетевую горизонтальную структуру. Каждый отряд был совершенно самостоятелен. «Лесные братья» действовали небольшими группами по 5-10 бойцов, совершавшими диверсии и нападения на советских активистов. Это затрудняло централизованную борьбу с ними.

Массовое вооружённое сопротивление на территориях Эстонии и Латвии было подавлено ещё в конце 40-х гг. Дольше всего оно продолжалось в Литве. Только амнистия рядовым «лесным братьям», объявленная Президиумом Верховного Совета СССР в 1955 году, положила конец партизанскому движению, хотя отдельные группы повстанцев в Литве действовали вплоть до конца 60-х гг.

Не остались в стороне от движения «лесных братьев» и районы Латвии и Эстонии с преимущественно русским населением, включённые в 1944 году в РСФСР – Пыталовский и Печорский. Согласно публикации в латвийской газете «Вести сегодня» от 12 июня 2013 года, первые «лесные братья» на территории Латвии были русскими из Пыталовского района.

Меньше широкая публика знает про «лесных братьев» в Белоруссии. Там действовала подпольная централизованная организация «Чёрный кот». Начало ей было положено отступавшими гитлеровскими войсками. В неё влились многие бывшие полицаи, бойцы бригады Каминского и партизанской антисоветской республики Россоно. В вооружённых формированиях «Чёрного кота» принимали участие до 5000 человек, как утверждает белорусский режиссёр Антон Тележников, создатель фильма «Проклятые и забытые». В 1948-1949 гг. органам НКВД удалось ликвидировать руководство белорусских повстанцев.

Говорят, история пишется победителями! Мне кажется это не совсем верным. Властители судеб меняются, даже самые могущественные идеологии рушатся, а границы перекраиваются. То, что казалось чёрным, становится неожиданно кристально белым и наоборот.
История тоже имеет свойство меняться со временем. Всегда потомкам остаются лишь факты, которые каждый волен трактовать, как ему будет угодно. Но не знающие свою историю должны быть готовы к повторению своих собственных ошибок тысячи раз подряд.
Многим теперь кажется смешным государственная самостоятельность Украины, а есть немало людей на полном основании не признающих независимости Прибалтийских республик. Всё это следствие не знания своей истории.
Литовские лесные братья долгое время советской пропагандой представлялись кучкой бандитов и недобитых фашистов. Правда, для того чтобы с ними справиться, потребовались десятилетия напряжённой борьбы и многотысячные депортации местного населений. Погибла уйма народу! Теперь же в Литве относятся к тем повстанцам, как к героям, стараясь не замечать многих неприятных фактов, связанных, к примеру,с массовыми убийствами мирного населения.
Несколько лет назад я уже описывал, как в Каунасе устраивают костюмированные неправдоподобные шоу на эти темы. Истина же всегда прячется где-то по середине…
Совсем не давно я побывал в музее Геноцида Литвы. Очень интересное место, о котором я постараюсь написать отдельно. Здесь я увидел отдельную экспозицию, посвящённую партизанской борьбе Литовской Армии Свободы. Именно так себя наименовали те самые лесные или зелёные браться. Более всего меня поразили здесь фотоснимки. Они и есть самые настоящие факты той истории.
Взглядитесь в эти молодые лица и полные отчаянноё решимости глаза! Эти ребята в большинстве своём родились и выросли в свободной Литве. Возможно, именно этот факт может объяснить их идеализм.
Кто-то посчитает их скрывающимися в лесах нацисткими преступниками, но факты говорят о другом…
До начала Второй Мировой войны Литва обладала современной, почти стотысячной армией. Но растерзанная Германией и СССР за месяц войны Польша показала с какими грозными противниками она будет иметь дело в случае сопротивления. Поэтому вместо войны литовцы выбрали саботаж. Армия была самораспущена. Служить в Красной армии захотели очень не многие.
Тоже самое повторилось и при немецкой власти. Бывшие литовские военные не шли служить ни в структуры СС, ни в другие подразделения на национальной основе. Причиной стал отказ фашистов признать Литву суверенным государством. Литовцев же немцы, вообще, считали неполноценным народом, в отличии от эстонцев и латышей.
При приближении фронта в 1944 году немецкие оккупационные власти пошли на уступки, разрешив создание литовской армии при участии генерала Повиласа Плехавичюса – очень уважаемого тогда человека. Именно её подразделения стали основой Литовской Армии Свободы.
Почти несколько лет после полной победы СССР над Германией в Литве она практически открыто противостояла Красной Армии. У литовцев был свой штаб, единое командование, мощная поддержка населения и немалая свобода действий. Тогда многие верили, что при помощи Америки и Великобритании Литва вот-вот обретёт независимость. Этого не случилось.
В открытой борьбе литовская армия была наголову разбита, а большинство уцелевших подразделений на долгие годы ушли в леса. По фотографиям видно, что даже тогда это не были некие оторвыши и недобитые отморозки, а вполне боеспособные подразделения при полном обмундировании и вооружении.
Себя они именовали литовскими партизанами и было довольно грозной силой. Их задачами было разрушение создаваемой советской властью инфраструктуры, нападения на небольшие гарнизоны, убийства партийных и советских работников. Почти при полной поддержки местным населением и католическими священнослужителями лесным братьям сначала получается неплохо скрываться от преследований. В музее можно было увидеть нарисованные от руки схемы убежищ этих повстанцев в колодцах или тайных бункерах.
Многие из подобных партизан могли быть простыми мирными жителями, превращавшимися ночью в кровавых мстителей. Немало оборотней было и с другой стороны. Отряды лже-партизан местные жители прозвали “стрибай” или истребителями. Их фотографии тоже сохранились.
Казалось бы здесь были те же молодые ребята, готовые глотку друг другу перегрызть за новую власть. Предателей и пособников новой власти партизаны тогда не щадили, убивая сразу и их самих, и их семьи с детьми и стариками. Не менее кровожадны были и советские милицейские отряды, сжигавшие целые деревни и хутора за любые подозрения в пособничестве лесным братьям.
При любом поводе с обоих сторон страдали в первую очередь именно мирные жители. За два десятилетия этой негласной войны погибло более 20 тысяч литовских жителей деревень.
Перелом в этой войнепроизошёл лишь после 1949 года, когда была организована массовая депортация так называемых кулаков в Сибирь. За несколько дней было депортировано около 100 тысяч населения Прибалтики. Именно после этих событий лесные братья стали постепенно из партизан превращатся в озверевших нелюдей, убивающих и грабящих кого попало.
Конечно, оставалось и немало идеалистов, всё ещё во что-то верящих. Продолжали выпускаться подпольные газеты, устраиваться партизанские слёты, но с каждым годом ситуация для партизан ухудшалась, а поддержка местных жителей уменьшалась.
Официально известно, что последний литовский партизан был окружён и покончил с собой в 1965 году. Теперь уже трудно осознать и понять причины той негласной почти 20-летней войны. Та борьба когда-то казалась бесмысленной, но теперь почти в каждой литовской деревне есть памятные кресты и таблички, в лесах восстанавливают партизанские бункеры, а молодое литовское поколение воспитывается на примерах той такой жестокой негласной войне своих со своими же…

НКВД против «Лесных братьев»

О чем же говорят документы, которые шесть десятилетий назад под различными грифами секретности поступали в Кремль и на Лубянку? Говорят о многом, и главное — объективно, так как, в отличие от народа, высшие партийные чиновники и чекисты по рангу должны были знать правду и только правду. Их интересовало одно — как идет восстановление советской власти в молодых прибалтийских республиках.
С ПОМОЩЬЮ «ГЕРМАНСКОГО ШТЫКА»
С 1943-1944 гг., с началом освобождения западных районов территории СССР от фашистских войск, берет свое начало активное националистическое повстанческое движение в Прибалтике (и западных украинских областях). Из «общего» повстанческого движения в Прибалтике можно выделить литовское «сопротивление» 1944-1956 гг. как самое масштабное, ожесточенное и организованное.
В июле — августе 1944 г. вслед за войсками 3-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов на территорию Литвы вступили соединения и части войск НКВД. В республике были развернуты 7 погранполков. В их задачу входила очистка прифронтовой полосы и освобожденной территории от «отставших солдат и офицеров германских частей, мародеров, дезертиров, вражеской агентуры, антисоветских элементов и пособников противника». Пограничники столкнулись с отдельными вооруженными выступлениями местного населения, направленными против вновь образованных органов советской власти, некоторых частей и подразделений Красной Армии и войск НКВД. В республике началось «массовое неповиновение», зачастую выливавшееся в убийства «промосковских» активистов, террор и насилие.
Всеми действиями руководил Верховный комитет освобождения Литвы (ВКОЛ — лидеры К. Белинис, А. Гинейтис и П. Шилас). В его подчинении находилась так называемая Литовская освободительная армия (ЛЛА — Lietuvas Laisves Armia). Эти организации возникли в годы присоединения республики к Советскому Союзу и действовали в подполье. С приходом немцев «националисты» легализовались, надеясь на восстановление былой независимости с помощью «германского штыка». Но в 1943 г. оккупационные власти Германии запретили все политические партии в Литве, что вынудило ВКОЛ вновь перейти на нелегальную работу. Тем не менее, около 40 тыс. литовцев поступили на службу в германскую армию, что позволило немецкому командованию сформировать 23 «вспомогательных немецких батальона», действовавших не только на территории собственно Литвы, но и в Италии, Югославии и Польше. Однако немцам так и не удалось сформировать из литовцев соединения и части СС, как это было сделано в Эстонии и Латвии.
МОЖНО ПОМОГАТЬ, НО ОРУЖИЕ НЕ СДАВАТЬ
В период наступления Красной Армии основной задачей ЛЛА стала борьба с отступающими немецкими частями с целью не допустить разграбления государственного имущества республики. Кроме того, руководство «освободительной армии» стремилось вооруженным путем воспрепятствовать захвату польскими подпольными формированиями г. Вильно и Виленской области.
С приходом Красной Армии ЛЛА переориентировалась на пассивную борьбу против органов советской власти. Националистов активно поддерживало местное католическое духовенство. В первый период (с июля по октябрь 1944 г.) выступления повстанцев были слабо организованными, что позволило органам НКВД при содействии отдельных частей Красной Армии только в декабре 1944 г. — январе 1945 г. ликвидировать 23 отряда литовцев (321 чел.) и арестовать 665 чел., уклонившихся от призыва в армию.
Вооруженные отряды ЛЛА носили название «Ванагай». Общее руководство их боевыми действиями осуществлял главный штаб, разделивший территорию Литвы на округа: Вильнюсский, Паневежисский, Шяуляйский и Ковненский. Настоящим «партизанским» краем была Южная Литва, где издавна проживали более бедные слои крестьянства. Каждому округу подчинялись уездные формирования — батальоны или полки. Волостные формирования — роты или батальоны — подчинялись уездным, а деревенские — взвода или роты — волостным. Деревенские подразделения состояли из 2-3 отделений. В их составе находились как бывшие военнослужащие буржуазной литовской армии, рабочие, служащие, крестьяне, студенты и учащиеся, так и священнослужители (капелланы) и бывшие полицейские, служившие в немецких войсках. Вооружены они были оружием немецкого и советского производства. В начальный период движения большинство бойцов носило военную форму литовской армии. В среднем продолжительность их пребывания в отрядах составляла около двух лет, и лишь немногие прошли более чем десятилетний путь борьбы.
Ксендзы в большинстве приходов оказывали материальную и моральную помощь участникам националистических формирований. В ряде мест они становились непосредственными организаторами «сопротивления». К примеру, в 1945 г. органами НКВД ЛССР был арестован настоятель Валькининского прихода Бардишаускас, руководивший местной организацией «Союз литовских партизан»; в 1946 г. был арестован настоятель Гегужинского прихода Рудженис, являвшийся командиром батальона ЛЛА. Всего с августа 1944 г. по январь 1947 г. было арестовано 103 ксендза.
Сомкнувшись с националистами, католическое духовенство около 10 лет вело «подрывную антисоветскую» пропаганду среди местного населения и «лесных братьев», которых с 1944 г. поддерживали и немецкие спецслужбы, забрасывая в тыл действующей Красной Армии диверсионно-подрывные группы, оружие и боеприпасы. Так, с ноября 1944 г. до середины февраля 1945 г. противодиверсионными формированиями Красной Армии и НКВД было уничтожено 4176 диверсантов и бандитов, при этом только в Литве было ликвидировано 4045 человек. В борьбе с ними советские войска потеряли 177 человек, из которых 151 погиб на литовской земле.
В местах дислокации отрядов ЛЛА организовывались комитеты поддержки. Именно они обеспечивали хозяйственную базу формирований и в случае перехода к вооруженной борьбе должны были обеспечивать административную и тыловую службы.
В приказе главного штаба ЛЛА №4 от 10 декабря 1944 г. перед ее командирами ставились, к примеру, следующие задачи: «Объединить все вооруженные силы, действующие в стране, — и уже объединенными силами вести активную подпольную работу против большевистского террора. При падении оккупационного режима и разгроме Красной Армии перейти в открытую борьбу, мобилизуя для этой цели весь народ». В связи с этим предусматривалось: объединение всех дезорганизованных отрядов, принятие ими присяги, установление связи между ними и создание новых отрядов в тех местах, где их еще не было; организация скрытой активной борьбы против НКВД, шпионов и местных сотрудников администрации. Командирам «Ванагай» особо рекомендовалось без указаний штаба не проводить боевых операций против тех частей Красной Армии, которые не имели задач на ведение борьбы против повстанцев. Не разрешалось также без приказа разрушать коммуникации и военное оборудование, если этого не требовала обстановка, связанная с обеспечением непосредственной безопасности соответствующего отряда. Более того, в приказе содержалось требование помогать войскам Красной Армии, вступившим на территорию Литвы, но списки личного состава и руководителей ЛЛА, как и оружие, передавать запрещалось.
ПОДПОЛЬЕ ЛИКВИДИРОВАТЬ
Для выполнения поставленных задач главный штаб дал указание запугивать местную администрацию, милицию и отдельных активистов и держать их в напряжении, чтобы под угрозой смерти они не могли добросовестно выполнять свои обязанности. Убирать следовало только самых убежденных «сторонников Москвы». Главной целью сопротивления руководство ЛЛА определило «борьбу за имущество и жизнь своего народа».
Следуя этим указаниям, формирования Литовской освободительной армии с декабря 1944 г. активизировали боевые действия. Весной 1945 г. общая численность повстанцев достигла 30 тыс. человек. В целом, в послевоенные годы «партизанило» или скрывалось в лесах около 70-80 тыс. человек. Однако, несмотря на все попытки, националистам так и не удалось добиться полной централизации движения (первое крупное совещание командиров повстанческих округов состоялось лишь летом 1946 г., а последнее — в 1949 г.). Движение продолжало носить в основном разрозненный характер, отличалось большой автономией различных отрядов и их независимостью от руководящего центра. Сопротивление выражалось в форме террористических актов по отношению к партийным и советским работникам на местах, пропагандистам и агитаторам, ответственным за проведение коллективизации, рядовым литовцам, заподозренным в сотрудничестве с новыми властями. Не случайно с 1944 г. до окончательного подавления повстанчества (в 1956) в Литве из 25 108 человек убитыми и 2965 человек ранеными, более 23 тыс. человек были литовцами. Свои били своих.
Для ликвидации повстанцев по указанию заместителя наркома внутренних дел СССР комиссара госбезопасности 2-го ранга С. Круглова в декабре 1944 г. был образован штаб главного руководства во главе с начальником Внутренних войск НКВД Прибалтийского военного округа генерал-майором Головко. Штаб координировал деятельность с командованием тыловых соединений и частей Красной Армии, дислоцировавшихся в республике. Вся территория Литовской ССР была разделена на 9 оперативных секторов. В целях организации и проведения совместных операций и контроля за служебно-боевой деятельностью войск были назначены старшие войсковые начальники. Непосредственными начальниками оперсекторов являлись офицеры госбезопасности и НКВД.
Главную нагрузку в ходе проведения операций против повстанцев несли Внутренние войска. Части Красной Армии выполняли, как правило, вспомогательные функции, в основном привлекаясь для блокирования районов боевых действий.
С начала августа 1944 г. в Литве действовало наиболее укомплектованное и боеспособное соединение войск НКВД — 4-я стрелковая дивизия под командованием генерал-майора П. Ветрова, ранее базировавшаяся на Северном Кавказе и участвовавшая в выселении чеченцев, ингушей и крымских татар. От дивизии ежедневно выделялись розыскно-поисковые и чекистско-войсковые группы, которые прочесывали леса и производили аресты подозреваемых в «бандитизме». Только за июль — декабрь 1944 г. в ответ на 631 «бандпроявление» командованием 4-й дивизии было спланировано и проведено 1243 чекистско-войсковые операции.
Однако войск явно не хватало. Поэтому к борьбе с повстанцами были привлечены и отряды местной самообороны («истребители»), которые в октябре 1945 г. по постановлению ЦК КПЛ и Совета Министров ЛССР были переименованы в отряды «народных защитников». Сначала они находились в ведении НКВД, а с 1947 г. стали подчиняться органам госбезопасности. Отряды формировались из числа активистов и вооружались в основном трофейным оружием. «Истребители» освобождались от военной службы и получали различные льготы. Их формирования были созданы во всех 300 тогдашних литовских волостях. В каждом отряде насчитывалось примерно по 30 бойцов. Всего по всей Литве их число составляло около 8-10 тыс. Указанные отряды участвовали в боевых операциях совместно с оперативными группами войск НКВД и армии.
Применение жестоких репрессивных мер — взятие заложников, аресты родственников, уничтожение домов и имущества — вынуждали часть населения уходить в леса к повстанцам, зачастую целыми семьями. Значительных масштабов достигло уклонение от призыва в Красную Армию. По данным военного комиссариата Литовской ССР, по состоянию на 1 декабря 1944 г. от призыва уклонились 45 648 чел.
В результате усиления оперативно-боевой деятельности войск, дислоцированных в Литве (по имеющимся данным, около 50 тыс. чел.), за декабрь 1944 — январь 1945 гг. ими была проведена 841 чекистско-войсковая операция, в ходе которых были убиты 27 923 повстанца, захвачено в плен — 4177 чел., сдались Красной Армии — 161 чел., были задержаны войсковыми нарядами — 777 чел., явились добровольно в советские комендатуры — 702 чел. При этом было арестовано 2613 «литовских и польских националистов», поймано более 70 «немецких ставленников, предателей, агентов и шпионов», задержано 46 немецких парашютистов и 189 дезертиров Красной Армии. Число задержанных «уклонистов» от призыва составило 15 170 чел. Было изъято большое количество оружия, боеприпасов и «нелегальной литературы». При этом советские войска потеряли 42 чел. убитыми и 94 — ранеными.
В июне 1945 г. по указанию наркома внутренних дел Л. Берии в Литву «для вскрытия и ликвидации контрреволюционных литовских националистических банд» дополнительно были направлены 4 спецподразделения отдельного отряда особого назначения (ОООН) НКВД-НКГБ СССР. Их личный состав был экипирован в трофейное обмундирование, в том числе и власовцев из Российской освободительной армии (РОА). Вооружение состояло как из советского, так и немецкого оружия, включая ротные минометы, пулеметы, автоматы и гранаты. Каждое подразделение было снабжено подробной информацией о положении в уезде, в котором предстояло действовать. Основной задачей командиров ОООН были «обнаружение и ликвидация формирований националистического подполья, баз и штабов ЛЛА».
29 сентября 1945 г. Л. Берия на основании донесений председателя Бюро ЦК ВКП(б) по Литве М. Суслова и секретаря ЦК КП(б) Литвы А. Снечкуса, а также ряда ответственных представителей госбезопасности СССР представил докладную записку И. Сталину, в которой информировал последнего о том, что в республике в соответствии с решениями Центрального комитета от 15 августа и VII пленума ЦК КП(б) Литовской ССР конфисковано имущество семей повстанцев и их пособников. Далее нарком внутренних дел сообщал, что «бандиты» продолжают «распространять среди населения различные антисоветские измышления». В этой связи он предлагал «разрешить органам НКВД-НКГБ выселить 300 семей (до 900 человек) главарей банд и участников антисоветского подполья из пределов Литовской ССР в лесозаготовительные районы Молотовской и Свердловской областей». И. Сталин ответил согласием. К концу 1949 г. число «выселенных и спецпереселенцев» составило 148 079 человек.
По информации председателя Литовского бюро ЦК ВКП(б), представленной на XI пленуме ЦК КПЛ, уже в январе — октябре 1946 г. «было выслежено и ликвидировано 339 партизанских отрядов и 436 антисоветских организаций, убито и арестовано свыше 10 000 партизан, участников подполья и других антисоветских элементов».
В результате проведения целенаправленных противоповстанческих мероприятий войсками НКВД-НКГБ (при содействии соединений и частей Красной Армии) националистическое движение в Литовской ССР стало ослабевать. К примеру, подразделения 4-й стрелковой дивизии ВВ НКВД участвовали в 1944-1954 гг. в 1764 операциях и имели 1413 боевых столкновений. В ходе них было убито и захвачено в плен 30 596 «бандитов» и собрано 17 968 единиц стрелкового оружия. Части дивизии потеряли при этом 533 человека убитыми и 784 — ранеными.
Националистическое повстанческое подполье не ограничивалось только Литвой — оно имело место в Латвии и Эстонии. Всего в республиках Прибалтики только в 1941-1950 гг. формированиями националистов было совершено 3426 вооруженных нападений, в ходе которых погибли 5155 «советских активистов». Органами государственной безопасности и войсками было ликвидировано 878 «вооруженных банд».
По данным 4-го (секретно-политического) управления МВД СССР, в 1953 г. за границей проживало 800 тыс. литовцев, которые оказывали финансовую и материальную поддержку повстанцам. Число репрессированных граждан составляло 270 тыс. человек. Дестабилизации в республике способствовали насильственная коллективизация и разрушение хуторского хозяйства. Все это нашло детальное обсуждение на одном из совещаний в ЦК КПСС.
В 1952 г. командир повстанцев Южного округа Литвы А. Раманаускас издал приказ о прекращении «партизанской войны». Однако «сопротивление» продолжалось вплоть до 1956 г. Отдельные же «патриоты» вели подпольную борьбу вплоть до середины 60-х гг.