Карамахи и чабанмахи 1999

>12 сентября 1999 г. Освобождение сел Карамахи и Чабанмахи от ваххабитов


12 сентября 1999 г. Освобождение сел Карамахи и Чабанмахи от ваххабитов

По воспоминаниям генерала Геннадия Трошева о тех событиях: За сутки (с утра 11 сентября до утра 12 сентября) разведбатальон и отряд спецназовцев преодолели три мощных опорных пункта ваххабитов, подавили несколько групп снайперов и вышли к центру села. Уже в полдень над Карамахи реял российский триколор.

На улицах села валялись трупы бандитов. Уже накануне ваххабиты, по всему чувствовалось, запаниковали, многие хотели сдаться — это мы знали и по радиоперехватам, и по показаниям пленных.

Однако наемники не давали «местным» возможности капитулировать, заставляли драться до конца. Понимали, что если те еще могли как-то избежать суровой кары закона под тем или иным предлогом, то им не было никаких оправданий: руки у них были по локоть в крови еще до прихода в Кадарскую зону.

Одновременно с натиском 22 бригады ВВ в Карамахи продолжили продвижение в Чабанмахи спецназовцы подразделения ГУИН и ОМОН. Особенно храбро сражались дагестанские омоновцы. Они с гордостью вновь водрузили российский флаг над селом. Это случилось 12 сентября в 18.00.

Остатки разгромленных банд скатились в лесистую лощину возле северо-западной окраины Карамахи. Фактически с утра 13 сентября началась «зачистка» обоих сел. Параллельно добивали уцелевших боевиков в «зеленке» между населенными пунктами. Это было непросто.

Двое суток (вплоть до 15 сентября) мы выкуривали бандитов из всех щелей. Побросав оружие, они просачивались из зоны боев поодиночке и мелкими группами. Заворачивались в ковры, ползали на четвереньках между овцами в стадах, в общем, шли на все ухищрения, спасая свои шкуры. Горько признавать это, но, к сожалению, некоторым удалось уйти…

В целом же в Кадарской зоне была разгромлена мощная группировка боевиков — до 1000 человек. Сотни убитых и раненых, захваченных в плен. Разрушен мощный укрепрайон. Ваххабитский анклав Дагестана прекратил свое существование…

По материалам статьи «Штурм Черной крепости» из журнала «Братишка»: В 11.37 бойцами 22 отдельной бригады внутренних войск водружен российский флаг на здании шариатской полиции в селе Карамахи. Полковник Керский докладывает командующему объединенной группировкой федеральных войск: взяты здания больницы, шариатской полиции, бойцы зачищают оставшиеся дома, над селом водружен российский флаг.

Шестнадцатидневная осада села Карамахи завершилась победой. Звучит салют из автоматов. К площади выходят передовые группы 20 отряда спецназа внутренних войск.

В этот же день подразделения федеральных сил заняли селение Чабанмахи. Еще сутки уничтожались отдельные очаги сопротивления боевиков.

Дорогой ценой досталась эта победа.

Только в одной 22-й бригаде вышло из строя около двухсот солдат и офицеров. Бригада совершила подвиг, и ни у кого не возникнет желания оспорить эти слова.

&nbspГорные войны. Эпизод II

Российские власти решили покончить с ваххабитами в Дагестане.

В воскресенье в Буйнакском районе республики начался штурм селений Карамахи и Чабанмахи, в которых около года существует самоуправление ваххабитов. В операции используются как наземные силы, так и авиация. Четверо российских военнослужащих уже погибли, 15 получили ранения. Потери моджахедов исчисляются десятками. Закрепившись на высотах, боевики оказывают ожесточенное сопротивление и ждут помощи от единоверцев как из Дагестана, так и Чечни. Шамиль Басаев и Хаттаб готовятся снова перейти границу.
Разоружат только мертвых
Селения Карамахи и Чабанмахи стали известны всей России в середине 1998 года, после того как лидеры местных ваххабитов объявили об отделении от Дагестана. С тех пор там все решали поселковые советы, которые обычно возглавляют либо местный мулла, либо кады (избранный судья). Правила, регулирующие жизнь в этих селах, представляют собой симбиоз шариата и горских законов, по которым селяне живут испокон веков.
Помимо перехода к самоуправлению почти все местные мужчины вооружились и прошли подготовку в лагерях чеченского полевого командира Хаттаба. Иорданского террориста с Карамахи связывают и семейные узы — одна из его жен, Патимат, родом из этого села.
Чтобы восстановить российские законы, к селам практически сразу после их отделения были стянуты войска. Однако неожиданно в гости к ваххабитам приехал тогдашний министр внутренних дел Сергей Степашин. Побеседовав с их лидерами, он заявил, что не стоит разжигать страсти, а все карамахинцы — «симпатичные и милые люди», которые пообещали сдать оружие. Министр в ответ на этот жест доброй воли пообещал оставить ваххабитов в покое. Естественно, никто разоружаться не стал, но от силовой акции пришлось отказаться.
Все изменилось после августовского вторжения в Дагестан моджахедов Шамиля Басаева и отставки Степашина. Хотя ваххабитские руководители Карамахи и Чабанмахи официально не присоединялись к боевикам и не оказали агрессорам военной помощи, некоторые жители этих сел участвовали в боях с федеральными силами. После окончания боевых действий они, в отличие от других моджахедов, не бежали в Чечню, а вернулись домой.
В субботу днем официальные власти Дагестана предупредили исламский джамаат Карамахи и Чабанмахи о необходимости сдать оружие и выдать лиц, выступивших на стороне Басаева. Ваххабиты ответили отказом, объявив, что оружие можно будет забрать только у мертвых. После этого у военных оказались развязаны руки. Мирным жителям было предложено эвакуироваться, но успели это сделать далеко не все.
В воскресенье, несмотря на сильный туман и низкую облачность, в воздух были подняты самолеты и вертолеты, которые нанесли по селам и прилегающим к ним высотам ракетно-бомбовые удары. А потом на штурм гор бросили спецназ и десант.
Ваххабиты просят огня
Главный бой произошел на высоте, где был установлен телерадиотранслятор боевиков. С его помощью экстремисты передавали в эфир свои репортажи и осуществляли радиосвязь с полевыми командирами в Чечне. Аппаратуру уже несколько раз уничтожали ударами с воздуха, но ваххабиты восстанавливали передачи снова и снова.
После очередного удара объемно-детонирующими авиабомбами, когда казалось, что на высоте не осталось даже травы, был высажен десант, который получил приказ удерживать позиции до прихода основных сил. Но вместо подмоги появились ваххабиты. Четыре часа солдаты и офицеры вели ожесточенный бой. «Когда у нас стали кончаться патроны, ‘духи’ пошли в атаку,— рассказывает один из десантников, доставленный в госпиталь с тяжелейшим ранением.— Кричали ‘Алла акбар’ и едва ли не в полный рост бежали к нашим позициям. Мы их положили десятка два, не меньше. Потом они оттащили раненых и убитых и стали закидывать нас гранатами…» Потеряв четырех человек убитыми и 15 ранеными, десантники оставили высоту. Солдаты считают, что их предали, послав на верную смерть.
Ваххабитами командовал выходец из селения Карамахи Джарулла, называющий себя бригадным генералом. В свое время он принимал активное участие в боевых операциях в Чечне против федеральных сил. После войны вернулся в Карамахи, однако власти Дагестана почему-то не стали преследовать его.
По официальным данным, сейчас под его командованием воюет 500-600 человек. На вооружении у них все виды стрелкового оружия, гранатометы, минометы и даже зенитные установки. В основном боевики укрепились на высотах Чабан, Горкаб, Чакиб и Бакли, а также на перевале Волчьи ворота. Там есть хорошо подготовленные боевые позиции с подземными переходами, складами продовольствия, огневыми точками и т. д. Вчера туда перебрались практически все ваххабиты, без боев оставив Карамахи. В этом селении, кстати, есть и дом депутата Госдумы Надиршаха Хачилаева. Достоверно об его участии в последних событиях неизвестно, но вчера вечером появилась информация, что он получил ранение во время артобстрела.
Как известно, после столкновений с федеральными силами в Цумадинском и Ботлихском районах большинство боевиков ушло в Чечню. И сейчас оказать единоверцам военную помощь — дело чести для Басаева, а тем более Хаттаба. По сведениям из Грозного, лидеры моджахедов призывают своих соратников отправиться на помощь окруженным ваххабитам. Но новое вторжение для обескровленных боевиков сейчас равносильно самоубийству. Возможно, впервые за время кавказской кампании российские генералы переиграли врага в идеологической войне: с каждым днем авторитет лидеров чеченских ваххабитов, беспомощно следящих за уничтожением войск Джаруллы, будет падать. В такой ситуации единственным ответом с их стороны могут стать массовые теракты в республике. Кстати, диверсионная деятельность входит в планы второго этапа «операции по освобождению Дагестана», о начале которого неделю назад объявил Басаев.
С другой стороны, надолго затягивать операцию в Карамахи и Чабанмахи федеральным войскам нельзя. В отличие от боев за ботлихские и цумадинские села, захваченные моджахедами, отношение к нынешним военным действиям у дагестанцев неоднозначное. Не секрет, что большинство жителей республики, особенно в селах, давно вооружились, не надеясь на защиту властей. Так что Карамахи и Чабанмахи не являются исключением. Конечно, все понимают, что разоружение — лишь формальный повод для их штурма. На самом деле федеральные власти просто хотят очистить республику от ваххабитов. Но гарантий, что подобные «зачистки» не начнут в любом другом селе, жители которого чем-нибудь не угодили властям, нет. Видимо, на это и уповают окруженные в горах ваххабиты, призывая к восстанию своих соседей. Пока мятежников никто не поддержал. Напротив, ополченцы, воевавшие на стороне федеральных сил в Ботлихе, снова рвутся в бой.

Амир ибн аль-Хаттаб

Выходец из Саудовский Аравии, участник войн в Афганистане и Таджикистане, полевой командир, возглавлявший отряды иностранных наемников в Первой чеченской войне, организатор вторжения боевиков в Дагестан в августе 1999.

Биография

Амир ибн аль-Хаттаб родился 14 апреля 1966 года (по другим данным, — 1969 или 1970 г.) в г.Арар (Саудовская Аравия). Настоящее имя, по одним источникам — Самир бин Салех ас-Сувейлим, по другим — Хабиб Абдул Рахман. Согласно данным американского еженедельника Newsweek, Хаттаб — выходец из иорданской чеченской диаспоры (хотя официальные иорданские источники это отрицают).
Школьные учителя отзывались о Хаттабе как об очень религиозном и в высшей степени образованном и толковом юноше. Он мечтал стать ученым — физиком или математиком — и в 1986 (по другим данным — в 1987) году семья отправила его на обучение в США. Однако, вскоре Хаттаб стал активным приверженцем идей лидера известной фундаменталистской организации «Братья-мусульмане» (организация запрещена в России судом — прим. «Кавказского узла») Сеида Кутба и отправился в Афганистан, считая своим долгом принять участие в джихаде против советских войск.
По информации «Время MN» Хаттаб окончил военную академию в Аммане (Иордания).

Владел арабским, русским, английским и пуштунским языками.

В Афганистане

В Афганистане Хаттаб занимался военной подготовкой в учебном лагере под Джелалабадом, — в т.ч. и под руководством американских инструкторов. Наряду с другими арабскими добровольцами, Хаттаб проходил интенсивное обучение в одном из лагерей Бен-Ладена на базе «Аль-Каиды», где овладел всеми видами стрелкового оружия и минно-подрывным делом.

В 1993 году в боях за Кабул Хаттаб получил серьезное ранение. После прихода к власти в Афганистане коалиции моджахедов, в 1993-1995 годах он готовил подразделения боевиков, — выходцев из Таджикистана и Узбекистана. Хаттаб принимал личное участие в нападении на 12-ю заставу Московского погранотряда 13 июля 1993 году, в результате которого погибло 25 российских пограничников. В Таджикистане от взрыва гранаты он потерял несколько пальцев на руке, за что и получил кличку «Ахмед Однорукий».

Первая чеченская война

В 1994-1995 годах Хаттаб приступил к формированию двух боевых отрядов, — в основном, из египтян и саудовцев, — для участия в Первой Чеченской войне. В Чечню прибыл в 1994 году в составе двухсот боевиков из стран Ближнего Востока. Хаттаб находился в непосредственном подчинении Зелимхана Яндарбиева и отвечал за финансирование чеченских сепаратистов, а также за военную подготовку.

В 1995 году Хаттаб создал в горных районах Чечни сеть специализированных лагерей (по различным оценкам, — от 7 до 17) по подготовке боевиков. Главная база находилась в районе селения Сержень-Юрт. На основе созданной Хаттабом в селении Харачой школе-медресе был организован «Исламский институт Кавказ», фактически являвшийся филиалом международной организации «Братья мусульмане» (организация запрещена в России судом — прим. «Кавказского узла»). В нем обучалось 80 учащихся, — в основном, аварцев и даргинцев. В распоряжении «Исламского института Кавказ» находился лагерь военной подготовки «Сайд Ибн Вакас», в котором, в рамках широкомасштабной программы «Исламский призыв», студенты занимались военной и религиозной подготовкой.

В апреле 1996 года Хаттаб организовал засаду и расстрел колонны российской бронетехники недалеко от с.Ярышмарды. Расстрел колонны федеральных войск был заснят на видеокассету, которая была растиражирована и продавалась даже на рынках Грозного. По непроверенным данным, летом 1996 года Хаттаб готовил убийство или похищение пророссийского главы Чеченской Республики Доку Завгаева.

Союз с Шамилем Басаевым

После окончания Первой Чеченской войны и присвоения ему звания бригадного генерала, Хаттаб заявил, что продолжит джихад до полной победы над неверными.

В конце 1997 года отряд Хаттаба напал на часть 136-й мотострелковой бригады СКВО в городе Буйнакск — эта акция служила своеобразной пробой сил перед будущим вторжением боевиков в Дагестан.
В середине 1998 года, на почве совместной мечты — создания исламского имамата на территории всего Северного Кавказа — Хаттаб заключил военно-политический союз с Басаевым (до этого их отношения были весьма натянутыми).

Вторжение в Дагестан и Вторая чеченская война

В августе и сентябре 1999 года т.н. «Исламская международная миротворческая бригада» под командованием Басаева и Хаттаба дважды вторгалась на территорию Дагестана. После напряжённых боевых действий с российскими федеральными силами отряды Басаева и Хаттаба были вынуждены отойти обратно в Чечню.

В январе 2000 года Хаттаб заявил агентству «Рейтер», что боевики не только не прекратят сопротивление, но и готовы к диверсиям на территории России.
В марте 2000 года Хаттаб организовал засаду на российские федеральные силы под с.Жани-Ведено. По разным данным погибло от 25 до 40 бойцов ОМОН.
В декабре 2000 года Хаттаб заявил по арабскому телевидению «Аль-Джазира», что будет помогать палестинскому народу.
По данным ФСБ, Хаттаб причастен к похищению американца Кеннета Глака в феврале 2001 года. А по данным генпрокуратуры РФ, Хаттаб являлся заказчиком совершенных 24 марта 2001 года терактов в Минводах, Ессентуках и Черкесске.

Смерть

Амир ибн аль-Хаттаб умер 19 марта 2002 года, после того, как получил письмо из Саудовской Аравии, которое сотрудники российских спецслужб сначала перехватили, а потом обработали сильнодействующим ядом и через своих агентов передали Хаттабу.

Хаттаб награжден тремя высшими воинскими наградами Чеченской Республики Ичкерия: двумя орденами «Кьоман Сий» («Честь нации») и золотой медалью «Доблестный воин». Российским судом он был посмертно признан одним из заказчиков террористических актов в Буйнакске, Москве и Волгодонске.

Семья

Имел нескольких жен, одна из них уроженка населенного пункта Шали. В 1996 г. женился на даргинке из дагестанского селения Карамахи Фатиме Бидаговой. Осталась дочь.

Глава 12

Карамахи. История одного штурма

В мае 1998 года ваххабиты захватили отделение милиции в Карамахи, убили майора, вооружились и установили в селах свою власть. Они пользовались поддержкой Шамиля Басаева, Хаттаба и их бандитов и постоянно получали от них помощь. Во главе боевиков в Карамахах стал полевой командир Джерулла.

27 августа 1999 года представители властей Дагестана потребовали от ваххабитов сдать оружие и пропустить в села представителей законной власти. Те отказались. После этого началась войсковая операция. Ее осуществляли Калачевская бригада внутренних войск, войска спецназа и дагестанский ОМОН. Во время штурма наша съемочная группа находилась на месте событий.

…Наблюдательный пункт на южной окраине села Карамахи. Именно отсюда вчера выдвигалась Калачевская бригада внутренних войск. Бой был очень ожесточенный, и в ходе этого боя есть около десяти убитых. Данные сейчас уточняются. Три человека так и остались лежать на одной из сопок. Как объяснили бойцы из той части, им не удалось вынести тела павших товарищей, потому что противник вел интенсивный огонь: «Снайперы долбили. Так мы их и оставили там».

Калачевская бригада внутренних войск была создана 10 лет назад специально с прицелом на «горячие точки». Один солдатский призыв сменялся другим, неизменным оставалось лишь то, что они постоянно оказывались под прицелом. В Нагорном Карабахе, Душанбе, Ереване, Тирасполе, Осетии… За два года боев в Чечне бригада потеряла 32 человека. За полтора месяца боев в Дагестане погибли 39. Каждому из бойцов бригады есть кого вспомнить. Офицеры называют этих пацанов «золотые мальчики». К сожалению, только на войне, вдали от шумных презентаций, модных дискотек, начинаешь понимать, что именно они, эти чумазые ребята, и есть наш самый главный золотой фонд. Они основа всего.

Когда оказываешься на передовой, кажется, что обстановка здесь меняется непредсказуемо. Кто-то словно потянул за веревочку — и посыпались команды, тишина взорвалась. На самом деле, немного привыкнув, начинаешь понимать, что эта кажущаяся хаотичность, когда все куда-то бегут, что-то тащат, тоже имеет свою гармонию. На военном языке это называется подготовкой к активным боевым действиям. Значит, снова придется идти на штурм села, название которого — Карамахи — здесь переводят как «черное село».

Утром неожиданно наплывший туман расстроил все планы на наступление. Может быть, это и к лучшему. Все вернулись в свои палатки живыми. Вместе с другими я жадно приникаю к экрану в надежде услышать хотя бы частицу правды о том, зачем мы здесь.

Судя по всему, день сегодня будет горячим.

Командир бригады Владимир Алексеевич Керский — бывший командир полка морской пехоты. Он показался человеком жестким, иногда нарочито грубым, но, наверное, иначе на войне и нельзя. От его воли, твердости характера зависит жизнь слишком многих людей. Вот она — дальняя окраина Карамахи, которая на этот час стала прифронтовой зоной. Тишина обманчива. Нет-нет да и выстрелит снайпер, но это мелочь по сравнению с недавним боем за это место, которое военные почему-то ласково прозвали Черемушки. Здесь погибло шесть человек. В одной из машин, спасая раненых, заживо сгорела медсестра Ирина Янина.

Село Карамахи было одним из самых богатых и красивых в Дагестане. Так и осталось загадкой, почему местные жители столь легко приняли ваххабитов, позволив им разогнать местную администрацию, ввести законы шариата, а террористу Хаттабу открыть здесь диверсионную школу и совершать вылазки в глубь страны. Село готовилось к войне, превращая мирные дома в огневые точки. И оно получило эту войну.

От того места, где находилась наша съемочная группа, до ближайших домов, где засели боевики, около 400 метров. Снайпер с такого расстояния не промахивается.

Каждый из домов в селе — маленькая крепость. Сейчас артиллеристы ведут огонь, расчищают дорогу штурмовым группам. Других вариантов сохранить своих бойцов у командира бригады просто нет.

Штурмовым группам нужно войти в центральную часть села и постараться закрепиться в первых домах. Тяжело смотреть на командира батальона — в 27 лет он так не похож на хрестоматийного батяню-комбата, способного запрятать свои чувства подальше.

Продвижение идет медленно, видимо, командиры штурмовых групп опасаются, что боевики специально дают им втянуться в село, а потом ударят с флангов и в спину. Раньше такое случалось нередко. Первые дома заняты, теперь будет полегче.

Внезапно начавшийся сильный дождь внес в продвижение небольшую сумятицу. К счастью, противник не успел воспользоваться неразберихой, а дождь вскоре закончился. Передовому отряду удалось закрепиться в центре села, и теперь ему на помощь идет подкрепление. Солдаты уже догадываются, что на их долю выпадет главная роль в штурме, но никто из них не знает, что ждет их в селе Карамахи.

В этот момент над селом неожиданно вспыхнула радуга, став для наших ребят хорошим знаком. Они сразу сумели закрепиться на передовых рубежах, и эта ночь для них впервые за несколько дней боев прошла спокойно. Чтобы случайно не ударить по своим, замолчала артиллерия, прекратила работать авиация, а мы в своих палатках снова ждали, что приготовит нам следующий день.

Утром снова заработали артиллерия и авиация, по огневым точкам противника били танки и БМП, войска готовились к решающему штурму. Мы продвигаемся в глубь села, на позиции, которые еще несколько часов назад были заняты боевиками. Здесь следы недавнего боя становятся еще более отчетливыми и реальными. В этом доте сидел чеченский пулеметчик.

По всему видно, что боевики отходили отсюда в большой спешке. Мы осматриваем еще несколько домов и в одном из них находим целый арсенал боеприпасов.

…В это же время с другой стороны села начал штурм спецназ. В темноте боевики с трех сторон обрушили шквал огня на штурмовую группу спецназа. Первой же очередью ранило командира группы. Подразделение возглавил прапорщик Сергей Цыганенко. Через три года он погибнет в Чечне.

Группа Цыганенко пробивалась на левом фланге своего отряда, позже выяснилось — это было наиболее уязвимое место в обороне бандитов. Рассказывает Дмитрий, заместитель командира группы спецназа внутренних войск:

«У боевиков была просто патовая ситуация. Они испугались, что у них между карамахинской и чабанмахинской группировками зайдет наше подразделение и создаст угрозу флангового огня в две стороны, по двум группировкам боевиков. Можно будет их рассечь».

Но позиция группы Цыганенко оказалась крайне невыгодна для обороны. Село располагалось на склоне горы, подразделения отряда пробивались снизу вверх. Днем они не смогли дойти до вершины, и на ночь пришлось остановиться практически в центре села. До гребня горы оставалось несколько сотен метров. Что происходит на склоне с обратной стороны — оставалось неизвестным. Этим и воспользовались бандиты.

Рассказывает Павел Ковалев, в 1999 году командир группы спецназа внутренних войск:

«Боевики, используя скот, решили нас контратаковать и сбросить с господствующих высот, с позиций, где закрепились бойцы».

С десяток дагестанских буренок боевики гнали перед собой в качестве живого щита. Бой длился практически до утра. Штурмовой группе грозило уничтожение, если бы не пулеметчик ефрейтор Руслан Честников, чей пулемет практически не смолкал. Позиция Руслана находилась чуть впереди остальных, на нее и пришелся основной удар боевиков. Только утром спецназовцы смогли узнать, что там было.

Рассказывает Дмитрий, заместитель командира группы спецназа внутренних войск:

«Практически он спас положение. Боевик, который потом был обнаружен рядом с погибшим Честниковым, оказался наемником. Он уже лежал возле него либо бросил гранату. Потому что ранение у Честникова было в голову».

Руслан стал первым погибшим в отряде. Утром спецоперация продолжилась. На правом фланге отряда действовала штурмовая группа капитана Павла Ковалева. Им поставили задачу пробиться к мечети. По разведданным, там засела большая группа боевиков в укрепрайоне. До мечети оставалось всего несколько десятков метров, когда по Ковалеву начал работать снайпер боевиков.

Рассказывает Павел Ковалев:

«Снайпер, может, издевался надо мной, я не знаю. Но первые пули были возле ног, фонтанчики, потом я прикрылся — там была скала и кустики. Я за кустик спрятался, прикрылся автоматом, снайпер попадает трассером между ног. Трассер начинает гореть. И я думаю: «Ну, сейчас следующая пуля будет в меня».

Но вместо этого снайпер ранил радиста, который находился рядом с Ковалевым. Продвигаться вперед было невозможно, боевики могли просто расстрелять спецназовцев, как мишени в тире. Чтобы не рисковать напрасно жизнью подчиненных, Павел запросил по рации огонь артиллерии. Позже офицер увидел, из какой хитроумной позиции стрелял по ним снайпер боевиков.

Павел Ковалев продолжает свой рассказ:

«Кажется, что ведут огонь из дома, а на самом деле — метрах в десяти от дома. От него уходила траншея вправо и влево, чтобы безопасно можно было отойти. А визуально кажется, что огонь ведется из дома, соответственно весь упор, все огневые средства были направлены на дом, а боевик спокойно уходил».

До начала боев в кадарской зоне Хаттаб и Басаев заявляли, что превратили этот район Дагестана в неприступную крепость ваххабизма. Признаться — они не хвастали. Судя по уникальным огневым точкам, каждую из которых спецназовцы брали с боем, бандиты подготовились к войне основательно.

Рассказывает Дмитрий, заместитель командира группы спецназа внутренних войск:

«Там был бетонированный подвал возле дома, в некоторых местах под домом, в одном месте был возле дома. Сверху бетонированная плита, бойницы для ведения огня. Ну, бойницы, они были не ярко выражены. То есть плиту приподняли на обычный автомобильный домкрат. Отстрелялся — плиту опустил».

В горах с подобных позиций всего один подготовленный боевик мог остановить и даже уничтожить небольшое подразделение наших бойцов.

Заместитель командира группы спецназа Дмитрий продолжает свой рассказ:

«Вот они, допустим, подстрелили бойца. Дают нам подойти к нему. Подстреливают второго, третьего… И чем больше он настрелял, тем больше нам нужно для их эвакуации. Он прекрасно понимает, что если в горах подстрелили одного — для его эвакуации нужно минимум четверо. То есть четверо для того, чтобы вынести, плюс нужно минимум два человека, чтобы охранять этих четверых».

Штурмовать подготовленные боевиками укрытия в лоб — это напрасно терять людей. Поэтому обнаруженные огневые точки боевиков уничтожали огнем танков и артиллерии, но все равно операция по освобождению села растянулась почти на пять суток. Правда, в последние два дня спецназовцы поняли, что боевики ушли из села. Бойцы штурмовых групп продолжали тщательно осматривать каждый дом и двор, но бандитов не было. Находили лишь фотографии вооруженных людей, боеприпасы и оружие, порой очень мощные — например, пулемет ДШК. Его пули легко пробивают даже бронированную технику. Павел Ковалев нашел очень необычную сумку.

Рассказывает Павел Ковалев:

«В той сумке лежали снайперский прицел, два ножа, гранаты и большое количество патронов, леска — такого болотного цвета, чтобы растяжки устанавливать, зонтик — весь такой грязный. В одну ночь дождик шел, он под ним укрывался. Нательное белье, носки. Так я сразу понял, что это именно сумка наемника. Так как это село считалось ваххабитским, а они не носили ни нательного белья, ни носков».

Похоже, боевики бросали все, что мешало бежать им из села. Они рвались в горы, в леса — там у них давно были оборудованы базы и схроны с оружием, боеприпасами, продовольствием, одеждой. А это означало, что для спецназовцев внутренних войск и их товарищей из других частей эта война закончится еще не скоро.

…В десять часов 12 сентября началась операция по зачистке центра селения Карамахи. Наша съемочная группа оказалась здесь первой. Пока продвижение идет медленно, но командир Калачевской бригады уверен, что через час-полтора мы дойдем до самого центра и сможем водрузить там российский флаг. У меня в руках первый трофей сегодняшнего же дня — это автомат Калашникова.

В одном из подвалов дома в центре села Карамахи солдаты нашли почтенного с виду старика. Старика передали в руки правоохранительных органов. Как выяснилось позже, именно он был духовным лидером местных ваххабитов.

И вот кульминация: впереди центральньная площадь села. Бойцы продвигаются медленно, прячась за танк. Ощущение не из приятных, так и ждешь выстрела снайпера. Винтовки «Магнум», которые применяют боевики, способны бить на 2000 метров.

Подходят к одному из тех домов, которые еще не проверены. Солдаты проверяют каждый двор — именно это и называется зачисткой. Яблоко, сорванное мимоходом, кажется чем-то нелепым, потому что расслабиться, потерять концентрацию в такой ситуации часто означает смерть.

Минут через 15 оказались на центральной площади. Казалось, что прошло не меньше часа. Здесь находится здание, в котором располагалась местная полиция. Здесь могут быть установлены растяжки. Идут с опаской, но цель стоит того.

На крыше командир решил поднять российский флаг. С мая прошлого года здесь, в центре селения Карамахи, висел зеленый флаг с черным волком, чеченский флаг. И вот сегодня, 12 сентября, в 11.40 здесь, в центре села, на здании бывшей полиции мы только что водрузили российский флаг.

Нужно пройти еще несколько сот метров, чтобы соединиться со спецназом, зашедшим в село с другой стороны.

Что дальше? Наверное, окончательная победа наступит лишь тогда, когда люди вернутся в село для мирной жизни. А дома-крепости снова станут обычным жилищем. Но это уже не зависит от солдат. Они сделали все, что могли. Это цена победы: 10 солдат, в свидетельстве о смерти которых будет записано: «Село Карамахи. Республика Дагестан».

В 12 часов 20 минут передовая группа Калачевской бригады соединилась с отрядом спецназа внутренних войск. Теперь можно говорить, что село Карамахи полностью контролируется федеральными силами.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

[ Карамахи: война и капуста ]

Четыре года назад, наверное, самое зажиточное село в Дагестане — Карамахи было подвержено массированному артобстрелу и почти полностью разрушено. Осенью 1999 года федеральные войска v элитные силы Министерства внутренних дел две недели вели ожесточенные бои с ваххабитами, которым в течение пяти леи принадлежала власть в селе. Кому она принадлежит сегодня, как живут и работают местные жители? Об этом специальный репортаж из селения Карамахи.

До войны четырехлетней давности на подступах к селу стояло несколько постов представителей местной шариатской власти. Сегодня автотранспорт задержат лишь при въезде. Проверят документы, и, добро пожаловать, в некогда отдельное государство в государстве.

Еще до войны…

Вспоминают об этом по-разному. Многие рассказывают о том, как жилось «при ваххабитах», рисуя картину воплощенной в жизнь мечты о шариатском государстве: практически все местные жители исповедовали ваххабизм и жили по законам шариата; женщины ходили в хиджабах, мужчины с бородами; в селе царил сухой закон и строгий порядок; отдыхать в лесу в районе пятерки (так местные жители называют окраину села) никому не разрешалось; выпивка, шашлыки и прочие радости жизни — подальше от села… На местном рынке КАМАЗы с тем или иным товаром стояли без продавцов. На каждом товаре была написана цена, покупатель брал то, что нужно и оставлял деньги. Двери в домах никто не запирал, потому что никто не воровал.

Вопрос о том, продолжался бы этот «золотой век» не начни карамахинцы всерьез вооружаться, остается открытым.

Политическая ситуация в селе кардинально» изменилась в результате развала Союза, когда богатые сельчане смогли позволить себе вояж в ту или иную исламскую республику.

Джарулах Гаджимагомедов и Мухтар Атаев, ставшие впоследствии идейными лидерами ваххабитского течения, получили религиозное образование в Саудовской Аравии. Именно после их возвращения оттуда в обыденную речь сельчан вошло слово «ваххабит».

Первым встревожился бывший глава администрации села Карамахи. Именно он открыл глаза руководству республики на ситуацию в селе, просил принять экстренные меры, направленные на пресечение распространения религиозного течения с экстремистским уклоном. В 1995 году он был расстрелян, и главой администрации села стал Гаджимагомед Гаджимагомедов, родной брат Джарулаха. С этого времени село стало жить по законам шариата. Первая чеченская война была в самом разгаре. Как вспоминает Омар Омаров, бывший заместитель начальника РОВД Буйнакска, местные жители начали активно вооружаться. В селе было налажено производство оружия разных видов. К охотничьим ружьям приделывали подствольники, а кардан МАЗа превращали в миномет. Когда после войны такое орудие было продемонстрировано одному из ведущих экспертов российского военного завода, он сказал просто: «Не верю!» В результате, изобретательного мастера оправдали и сняли с него обвинение в изготовлении оружия.

Что касается Хаттаба, то он стал регулярно наведываться в село с 1995 года. В тот же год он взял в жены жительницу села Мадину. «У нас до сих пор хранится квитанция, выданная Хаттабу за нарушение паспортного режима. Тогда его оштрафовали на 10 рублей, — говорит 0.Омаров. — После трех лет безграничной власти ваххабитов к ним в гости приехал Сергей Степашин вместе с руководством республики. Посидели, попили чай, угостились сушенным мясом, Ельцину было доложено, что ваххабиты в Дагестане — очень мирные люди. Нельзя сказать, что взгляды ваххабитов разделяло все село. В 1998 году во время схода ваххабитов в селении Чабанмахи приверженцы традиционного ислама взяли в плен 47 бородачей, которых поместили в 10-тонный контейнер и попытались «поджарить». Чтобы отговорить сельчан от самосуда, из Махачкалы в Чабанмахи один за другим приезжали «большие» люди».

1999

Войсковая операция началась 31-го августа. Более 10 тысяч бойцов МВД РФ, Минобороны РФ при поддержке дагестанских силовиков пытались взять село за сутки. Таков был приказ. Но зеленое знамя ислама над мечетью было сорвано лушь 17-го сентября. Как обычно, операция была бездарной и как следствие — кровавой. Большинство солдат полегло от пуль своих.

«Пьяный старший лейтенант из танка лупанул по дому, в коротом находились бойцы дагестанского ОМОНа, — вспоминает 0.Омаров. — В результате, один человек был убит и несколько ранено. Чтобы танкист выстрелил по ДОТу, мне пришлось «дать на лапу» две бутылки водки и три банки тушенки. Молодые российские солдаты поначалу боялись нас, как огня. Они не могли определить врага, понять с кем же они воюют. С обеих сторон были смуглые люди. Когда раненных солдат привозили в больницу, они сутки отказывались от еды, опасаясь, что их отравят.

Потери среди тех, кто восстанавливал в селе светскую государственную власть (как военных, так и милиционеров), составили около 200 человек. Но в результате боевой операции идеологических лидеров карамахинского государства так и не смогли задержать.

После боя первыми в село вошли саперы. Почти в каждом огороде рядом с трупами животных находили неразорвавшиеся снаряды.

В октябре 1999 года в селе Карамахи был создан поселковый отдел милиции. Если до войны численность сотрудников внутренних дел не превышала десяти человек, то на сегодняшний день стражей порядка в десять раз больше. Сейчас ситуацию контролируют только милиционеры. Прикомандированные подразделения ОМОНа вывезли еще в 2000 году. Сегодняшний день

В кабинете нового здания ПОМ, обшитого дорогим пластиком, о криминогенной ситуации рассказывает инспектор по штабу Шамиль Рабаданов.

«В Карамахи меня направили сразу после войны. Сам я из Дахадаевского района. Жил и даже не знал, что существует такое село. Первые год-два мирной жизни было очень тяжело. Приходилось быть постоянно начеку, часто поднимали по тревоге — то в кустах, то в расщелине скалы видели вооруженных людей. Потом все улеглось, и сегодня служба здесь считается, наверно, самой спокойной. За четыре года в селе ни прозвучал ни один выстрел. Хотя, нет, ошибаюсь. Молодой парень целился в кошку и по неосторожности убил свою соседку. Сегодня самые распространенные правонарушения — это мелкие кражи и хулиганство на бытовой почве. К примеру, на прошлой неделе у местного жителя украли запчасти к трактору. Народ предприимчивый, картошку надо убирать, капусту, некогда слоняться без дела», — резюмировал Ш. Рабаданов.

Действительно, днем в селе можно встретить лишь детей, возвращающихся из школы, или стариков, греющих кости на годекане. Кстати, школа, как и администрация, больница, узел связи, отстроена заново.

Просторному залу и классам позавидовали бы даже городские жители. Но местные неохотно идут за знаниями. Многих детей не отпускают в школу родители — кто по идейным соображениям, кто потому, что решил учить детей сначала зарабатывать деньги. У большинства молодых парней нет даже среднего образования. Все заняты бизнесом. В селе, где проживает около пяти тысяч человек, почти в каждом дворе стоит КАМАЗ. Карамахин-цы практически монополизировали междугородние перевозки грузов. Картошку и капусту возят на продажу даже за пределы республики. Но основной заработок — дальние рейсы. За один рейс из Азербайджана до Москвы можно заработать 3 тысячи долларов. Богатая жизнь сельчан видна невооруженным глазом. Село отстроено заново и почти каждый дом «тянет» на сотни тысяч рублей. Это при том, что за потерю жилья государство выплатило по 40 тысяч рублей каждому члену семьи. Смешные деньги в Карамахи. Что говорить о домах, если участок на новых планах стоит почти 100 тысяч рублей, а магазин в центре села продают за 15 тысяч долларов. «А зарплата милиционера не превышает 3 тысяч рублей, — сетует Ш. Рабаданов. — Поэтому в поселковом отделении не работает ни один местный житель — не позволяют понятия и зарплата».

Кстати, о понятиях. Сегодня, естественно, в селе не встретишь людей с длинной бородой и женщин в чадре. Хотя еще некоторое время после окончания войны женщины ходили в черном. Незамужних не трогали, а у тех, кто состоял в браке, вызывали мужа в райотдел и настоятельно советовали, чтобы супруга не выделялась среди остальных женщин. Все известные лидеры ваххабитов сегодня здесь не проживают, и никто толком не знает, где они. Село также покинули их родственники. Жена Хаттаба, говорят, сейчас живет в Индонезии. Дома «ва-хов», как их зовут милиционеры, так и стоят разрушенные. Их никто не сносит, но никто и не восстанавливает. В руинах также знаменитая мечеть ваххабитов. В центре села отстроена новая. В пятницу село буквально вымирает — практически все жители совершают намаз.

«Что касается нашей жизни, то сегодня она уже налажена, — делится своими впечатлениями Магомед Гадисов, сидящий на годекане со своими друзьями. — Старики жалуются только на то, что НТВ перестал показывать. А из насущных проблем нас волнует одно — когда нам выплатят деньги за потерю сельхозугодий и скота? К примеру, только у меня погибло 3 коровы и 8 баранов. Сколько раз нам обещали решить этот вопрос, но почему-то все время откладывают».

«А как изменилось отношение к вам в России после войны? Ведь многие ваши односельчане постоянно в дороге?» — спросил я у старожила. «Никак не изменилось, — отвечает он. — Как и прежде: даешь деньги — едешь дальше». «Не надо из нас делать пугало для общества, — поддержали беседу другие. — Мы все нормальные люди, только богатые. Но богатство свое мы зарабатываем вот как». И показал в сторону, где из-под КАМАЗа вылез молодой парень, весь перемазанный соляркой и маслом.

«До сих пор освещение военных и довоенных событий либо поверхностное, либо предвзятое. Я думаю, что пройдет некоторое время, и мы сумеем увидеть истинную картину», — резюмировал 0. Омаров, ныне занимающий должность главного инспектора инспекции штаба МВД РД. Когда выезжал из села, навстречу шла машина, груженная стеклопакета-ми. Что еще может красноречивее свидетельствовать о спокойной и богатой жизни…]» ]§[

«Бог бережет нас, а мы высоко находимся»

Разрушенные дома, вспаханные снарядами улицы, вспухшие или растерзанные обстрелами туши коров, огромное количество неразорвавшихся снарядов, а в воздухе — невыносимый трупный смрад — так жители Карамахи описывают село, каким они его увидели после возвращения в сентябре 1999 года. Все пришлось отстраивать заново, но жизнь наладилась не сразу — жители бывшего ваххабитского анклава говорят, что без убийств, стрельбы и контртеррористических операций они живут только последние два года.

Кадарская зона

Карамахи располагается на высоте чуть больше тысячи метров в 30 километрах к юго-востоку от Буйнакска. Местные говорят, что Карамахи около 200 лет, оно возникло вокруг переселенцев из Кадара — древнего села, находящегося восточнее и выше. Севернее находится село поменьше — Чабанмахи. Все проживающие здесь — даргинцы. Три этих села и образовывали Кадарскую зону — автономный исламский или «ваххабитский» анклав.

Идеи салафизма привлекали «очищением» ислама и возможностью избавиться от беззакония, нищеты, коррумпированной власти. При этом села Кадарской зоны всегда были зажиточными: местные выращивают капусту и картофель и развозят их по всей России, из Азербайджана карамахинцы везут фрукты и цитрусы, теперь тут развивается и животноводство. После развала СССР жители Карамахи и Чабанмахи решили расформировать колхоз: земли были разделены между сельчанами, колхозное имущество распродано, а на вырученные деньги провели газ.

В середине 90-х в Карамахи появляется иорданский проповедник салафитского толка Мухаммад Али, который привлекает много сторонников. Во главе ваххабитской общины в Карамахи встали местные жители Джарулла Гаджибагомедов и амир Мухтар Атаев . После этого мусульмане кадарских сел раскололись на два лагеря — приверженцев суфийского, или «традиционного», ислама и сторонников нового, салафитского, течения. В 1996 году убивают главу карамахинской администрации Ахмета Атаева, вступившего в конфронтацию с «новыми» мусульманами. Убийц так и не нашли.

Дагестан. Село Карамахи. Ваххабиты. Июнь 1999 годаФото: Владимир Павленко/PhotoXPress

С 97-го в селе начинают вводить новые правила: запрещено спиртное и табак — нарушителей наказывают палками, отменены все праздники, кроме религиозных, в школах введено раздельное обучение, а местных жителей обязывают носить одежду в соответствии с шариатом. Тогда же надевать хиджабы начинают даже маленькие девочки, даже сегодня многие ученицы младших классов носят строгие платки, а вот взрослые женщины, наоборот, ограничиваются косынкой на голове.

В 1998 году милиция изгнана, в селах патрулируют отряды ваххабитов, на окраинах появляются блокпосты с зелеными флагами и надписями: «Вы въезжаете на территорию, где действуют законы Шариата».

В том же году в Карамахи приезжает глава МВД России Сергей Степашин. Он заявляет, что не нужно навешивать ярлыки «ваххабиты» или «экстремисты», и обещает, что «с мирным населением никто воевать не будет».

В августе 1999 года в Дагестан из Чечни вторгаются боевики и захватывают несколько селений в Ботлихском и Цумадинском районах Дагестана. Карамахи и Чабанмахи отказываются поддерживать чеченских боевиков — у них с властями договоренность о нейтралитете, однако после изгнания отрядов Басаева силовики решают, что пора заканчивать и с исламским анклавом. 28 августа начинается операция в Кадарской зоне. По официальным данным, российским войскам противостояло с полтысячи человек, местные жители говорят, что боевиков было меньше двухсот. 12 сентября исламский анклав перестал существовать. 95% домов в селах на территории Кадарской зоны были полностью разрушены. Какие потери понесли обе стороны — неизвестно.

Чабанмахи

«В этих селах даже участковых не оставляли, мусора боялись соваться», — говорит о кадарцах тех времен таксист Магомед, который везет нас в бывшую Кадарскую зону из Буйнакска.

Когда в Дагестан вошли боевики из Чечни, Магомед вступил в ополчение — патрулировал улицы и охранял подъезды.

«Оружие было как в российских войсках, может, даже лучше. Значит, были поставки, и об этом знали. Значит, кому-то выгодно было».

По слухам, говорит он, боевики оставили в селах небольшой отряд, большинство ушло в Чечню. «Но боевики бешено отражали . А там и авиацией бомбили, и дороги в селе установками почистили, и градом. Даже вакуумные бомбы хотели закинуть туда. Много разных военных было, местные и федеральные», — говорит он.

Въезжаем в Чабанмахи, расположенное у самого входа в Кадарское ущелье. Выходим на пятачке у продуктового магазина, слева виден минарет, справа дорога под большим уклоном ведет вниз. Идем по ней и упираемся в дом у неглубокого оврага, ко дну которого вырезает в земле ступени мальчик лет десяти.

К дому подъезжает отец мальчика, мужчина лет пятидесяти. Он рассказывает, что после войны (а местные называют события августа-сентября 1999 года именно так) от Чабанмахи тоже остались одни руины.

Самолеты федеральных сил наносят по селу Карамахи ракетно-бомбовые удары.Фото: Валерий Матыцин/ТАСС

«Этот дом заново построил, там дом родителей заново построил, — показывает он. — Я был в рейсе, когда война началась. Семья тут была, родители, по радио услышал , развернулся и домой поехал».

По его словам, под бомбардировками погибли и мирные жители: «Мой дядька погиб под обстрелом, когда скот выгонял вниз к речке, и с ним еще один». Отец мужчины и двое его родственников неделю оставались в селе под обстрелом — думали, все закончится через пару дней, а потом уже не могли выйти. «В подвале сидели, кушали одну буханку хлеба на троих, а когда туман опустился, потихоньку ушли».

Он везет нас на возвышающуюся над ущельем гору Чабан, отсюда видны все села, входившие в Отдельную исламскую территорию. Тут до сих пор сохранились окопы, вырытые российскими военнослужащими.

— А много у вас приверженцев ваххабизма было?

Мужчина задумывается:

— Хозяйств пятьдесят, наверно.

Большинству жителей порядки ваххабитов не нравились — пытались жаловаться, но без толку. Он указывает на капустные и картофельные поля, раскинувшиеся за селением. До войны многие не успели собрать урожай — он пропал.

Карамахи

В Карамахи сначала доходим до центральной мечети. Здание сильно пострадало во время штурма: минарет был разрушен, а стены повреждены снарядами. Сначала жители не хотели восстанавливать «ваххабитскую» мечеть, построили новую, но в 2012 году ее подожгли боевики, убив сначала имама и прихожанина, а за год до этого прямо во время молитвы был расстрелян предыдущий имам.

Когда встал вопрос, какую мечеть ремонтировать, решили, что «ваххабитскую»: дыры в стенах заделали, часть из них облицевали новым камнем, а вот от минарета так и торчит одно основание.

Мечеть в селе Карамахи, поврежденная во время боевых действий в 1999 годуФото: Ильяс Хаджи

У мечети к нам подходит мужчина лет пятидесяти, представляется Расулом. 20 лет назад он был одним из двух муэдзинов и 29 августа как раз созывал людей на намаз.

«Абсолютно не ожидали . Под утро гром такой. Люди собрались около мечети, чтобы понять, что происходит и что делать. Старейшины поехали , чтобы договориться мирно, ничего не получилось, уходить, не будем же оставаться под бомбежкой», — рассказывает Расул.

Неожиданно начинает завывать сирена воздушной тревоги, но люди никак не реагируют. Оказывается, так оповещает о своем приезде мусоровоз, появляющийся в селе раз в неделю.

— А беженцам обеспечили коридор?

— Абсолютно да. Мы загрузились вместе с соседями в «Камаз» односельчанина и уехали в Махачкалу. Абсолютно ничего с собой не забрали, только документы. На выезде всех проверяли, но абсолютно всех пропускали, — рассказ Расула снова заглушает рев сирены.

Российские военнослужащие сопровождают жителей деревни, возвращающихся в свои дома. Карамахи, 15 сентября 1999 годаФото: Reuters

Домой карамахинцы попали в конце сентября-начале октября 99-го, большинство домов оказалось разрушено, многие сожжены. Расул вспоминает: все, что могло уцелеть, — бытовая техника, ценные вещи, даже ковры — стало поживой мародеров. Многие карамахинцы утверждают, что мародерствовали солдаты: выносили все, что сохранилось, вплоть до одежды.

Расул пять лет восстанавливал свой дом, мечеть карамахинцы восстанавливают тоже самостоятельно, поэтому дело идет неспешно. Во второй, сожженной, говорит Расул, будет медресе.

Страх

Из мужчин откровенно о тревоге говорит только замглавы Карамахинского сельсовета — Алимирза Кадиев. Про войну он почти ничего не знает, ему было десять лет. В должность замглавы он вступил весной 2015 года, а спустя полгода был похищен и убит глава села Мигитин Джавадов, до этого, в 2012 году, в окрестностях Махачкалы вместе с телохранителем расстреляли предыдущего руководителя Абакара Сулебанова.

После убийства Джавадова Алимирза стал исполняющим обязанности главы Карамахи. По настоянию родителей он поехал к главе Буйнакского района с заявлением об увольнении, но тот бумагу порвал и бросил: иди работай.

Администрация сельсовета села КарамахиФото: Ильяс Хаджи

Нынешний глава Карамахи живет не в самом селе, а в Буйнакске. Из Буйнакска же, а иногда и из Махачкалы, приезжают сотрудники полиции. Местные жители говорят, что раньше в Карамахи не было своего отделения — его открыли незадолго до объявления независимости Кадарской зоны, а во времена шариатского правления оно было закрыто. Отделение окружает высокий забор с колючей проволокой, рядом КПП с вооруженными сотрудниками перед входом на территорию: на полицию несколько раз уже нападали.

Рядом со входом слоняется истощенный котенок со сломанным хвостом.

— Что это с его хвостом? — интересуюсь у полицейских.

— У этого-то? Воевал двадцать лет назад, — смеется один из них.

Местных сотрудников в Карамахи по-прежнему нет. Полицейские каждый день приезжают утром из дома, а вечером уезжают обратно и никогда не остаются тут ночевать. Говорят, спокойно только последние два года, но за последние 10 лет убили шесть полицейских. Снова долго воет сирена.

«Каждый что-то хотел»

У отдела встречаемся с местным жителем, отсидевшим 16 лет за участие в становлении независимого анклава и последующем мятеже.

«Здесь всегда были религиозные люди, в советские времена мечети не закрывались, как в соседних селах, хотя и выпивали, — говорит он. — После развала Союза все развалилось. Каждый что-то хотел, кто-то хотел меняться в лучшую сторону, кто-то хотел использовать «.

В 96-м его, как и многих других, увлекли идеи салафизма. Мужчина вспоминает, как начал ходить в маленькую квартальную мечеть у дома и «пытался найти правду»: «Я думал, если за ислам, — это правильно, но потом увидел, что под лозунгами ислама каждый мутит, что хочет». Смущало, что сами руководители анклава не во всем подчинялись шариатским правилам.

Вид на село КарамахиФото: Ильяс Хаджи

По его словам, он решил отойти от товарищей и сосредоточился на бизнесе. В день начала штурма он отправил семью из села, а сам выехал в Буйнакск. Его арестовали через несколько месяцев после штурма Кадарского анклава, и в родное село он попал только после освобождения из колонии, в 2016 году. Единственной своей виной считает тайный уход из джамаата: надо было открыто заявить, что он больше не с этими людьми.

— Вы никого не убивали?

— Нет.

Дом, в котором он жил с женой и ребенком, так и не восстановили, его семья только пять лет назад смогла купить новый.

«Видишь, выжили»

Единственное, что осталось в селе почти нетронутым, — местная больница. В выходной день тут только дежурные сестры Мадина и Фатима.

В 1999 году Мадине было 22 года, у нее был шестимесячный малыш, Фатима незадолго до войны похоронила мужа. Убегая, взяли с собой только небольшие сумки, вспоминают они. «Мы даже деньги забыли», — вздыхает Фатима.

После возвращения в преддверии зимы люди остались без крыши, воды, света, газа, с заваленными обломками домов и фактически заминированными улицами.

«Перед керосинками, буржуйками сидели. Казалось, что мы вернулись во времена, как наши родители жили»,— рассказывает Фатима. Мадина вспоминает, что во дворе ее родителей сохранилась комнатка четыре на пять метров и там разместились 16 человек. На вопрос о компенсациях женщины только машут руками: выдали 50 тысяч рублей за потерю имущества и по 39 тысяч на каждого члена семьи за потерю дома.

Женщины признаются, что поначалу отношения между родственниками ваххабитов и остальными жителями были напряженными. Сейчас они склонны винить в произошедшем власти.

Развалины села Карамахи, декабрь 1999 годаФото: Александр Чиженок/Интерпресс/PhotoXPress

«137 семей к относились, а всего около двух тысяч семей. Разве нужно было из-за этого все село разносить? — зло говорит Мадина. — Помню, когда бежали из села, плакали. И какой-то военный говорит: “Надо было плакать, когда ваши мужья в сено прятали и в село завозили оружие”. Я ему отвечаю: “Если вы знали, что они его прячут и возят, почему разрешили?”»

Историческое государство

Отдельная исламская территория

Флаг

Столица

село Карамахи

Религия

Ислам

Денежная единица

Российский рубль

Форма правления

исламское государство

История

• 15 августа 1998

Изгнание Карамахинской администрации

• 18 августа 1998

Создание «отдельной исламской территории» в Кадарской зоне

• 7 августа 1999

Вторжение боевиков в Дагестан

• 12 сентября 1999

Ликвидация Кадарской зоны

Кадарская зона, известная также как Отдельная исламская территория — ваххабитский непризнанный автономный анклав, существовавший на территории Буйнакского района Дагестана в конце 1990-х годов. В анклав, располагавшийся в Кадарском ущелье, входило крупное село Карамахи с населением около 5000 человек, где находилась местная мечеть, а также селения Чабанмахи, Кадар и Ванашимахи. Военным лидером анклава был полевой командир, называвший себя «бригадным генералом» Джайрулла (В СМИ его имя упоминалось как Джерулла, или Джейрулла). «Отдельная исламская территория» была ликвидирована в рамках подавления ввода ваххабитских формирований в ходе спецоперации федеральных сил 29 августа — 13 сентября 1999 года. Большинство жителей Дагестана были на стороне федеральных властей, вторжение боевиков Басаева в республику не было ими поддержано и отбито федеральными войсками и местным ополчением.

Предпосылки

Первый ваххабитский джамаат в Дагестане появился ещё в конце 1970-х годов по инициативе Багаутдина Магомедова и Аббаса Кебедова из села Сантлада Цумадинского района Дагестана. Амиром джамаата был богослов-самоучка Ахмад-Кади Ахтаев (1940—1998 гг.) из села Кудали Гунибского района. В республике существовали нелегальные группы молодежи, в которых велось обучение арабскому языку, основам ислама и идеологии исламского радикализма. Подобные группы существовали в селениях Кокрек, Новососитли (Хасавюртовский район), Нечаевка (Кизилюртовский район), Ясная Поляна (Кизлярский район). КГБ СССР и милиция в 1982—1984 сумели подавить это движение, однако никто из организаторов не был осужден. Дело свелось к административным штрафам и профилактическим беседам. Впоследствии ваххабитские джамааты появлялись в Цумадинском и Гунибском районах. В 1989 году Багаутдин создал ваххабитский джамаат в Кизилюрте, а к середине 1990-х годов стал лидером бандформирования, занимавшимся похищением людей с целью выкупа. В конце 1999 года он бежал из России. По данным газеты «КоммерсантЪ» на 2004 год, его судьба неизвестна, Магомедов — Кебедов объявлен в розыск.

По мнению обозревателя газеты «Известия» Юрия Снегирёва:

Магомедали Магомедович Магомедов, председатель Госсовета Дагестана, как занял первое кресло в 1994-м, так с него и не слезал до 2006-го.(…) Дагестан превратился в самую главную дотационную республику. Опять наступил застой. Но не сытый, как при Брежневе, а голодный. (…) Все сферы экономики были жестко поделены между основными национальностями (…) Борьба с коррупцией сводилась к тому, чтобы заменить заворовавшегося чиновника своим, не менее вороватым. Экономика пришла в упадок

В 1992 году в соседней Чечне появились первые ваххабитские джамааты. Идейный руководитель ваххабитов Дагестана Багаутдин Кебедов выступал по местному телевидению, собирал группы молодёжи на свои лекции.

В 1995 году в Чечне, где у власти были сепаратисты, появился иорданец чеченского происхождения по имени Фатхи. По данным духовного управления мусульман России, он был эмиссаром и советником по работе с мусульманскими общинами зарубежных стран саудовского террориста Усамы бен Ладена.

В 1996 году на территории Чечни появились первые шариатские суды.

По данным главы сельской администрации Ибадуллы Макаева, в те годы в крупнейшем селе анклава Карамахи проживало около 5000 человек, из них было около 250 активных радикалов-ваххабитов.

История

1996

  • В Карамахи несколько раз приезжали религиозные проповедники из Иордании, которые призывали жить по шариатским законам.
  • Руководитель лагерей по подготовке террористов в Чечне полевой командир Хаттаб женился на даргинке из Кадарской зоны Фатиме Бидаговой.

1997

  • Местный джамаат, сплотившийся вокруг мечети в Карамахи придерживается идеологии ваххабизма. В Кадарскую зону из других районов Дагестана и регионов Северного Кавказа стекается мусульманская молодежь, наслышанная о «чистом» и «настоящем» исламе, который исповедуют в этих краях.
  • В апреле 1997 года премьер-министр Ичкерии, террорист Шамиль Басаев был избран председателем так называемого Конгресса народов Чечни и Дагестана. В том же году он заявил о необходимости объединения Дагестана с Чечней с целью создания единого исламского государства на Кавказе.

1998

  • В ночь с 20 на 21 мая в Махачкале сторонники Председателя союза мусульман Дагестана, лидера Лакской общины Надира Хачилаева и его брата Магомеда захватили здание Госсовета Дагестана. В ту же ночь ваххабиты села Карамахи впервые захватывают местное отделение милиции, забирают оттуда оружие и изгоняют из села милиционеров. Лидер местной общины Мухтар Отаев заявляет, что впредь порядок в селе будет поддерживаться силами самой общины, а не милиции. Несколькими днями позже в окрестностях села был убит майор милиции
  • 5 июля на совете местной общины в селе Карамахи побывали представители Конгресса народов Чечни и Дагестана — организации, которую возглавлял Шамиль Басаев, а также полевого командира Хаттаба, которые призвали к созданию единого исламского государства на Северном Кавказе.
  • 15 августа — ваххабиты Карамахи изгнали местную администрацию, закрыли отделение милиции и выставили вооружённые блок-посты на въезде в населённые пункты Кадарской зоны.
  • В середине августа на въезде в мятежные села появляются блок-посты с зелёным исламским флагом и надписи на русском и арабском языках: «Вы въезжаете на территорию, где действуют законы Шариата».
  • Военным лидером мятежного анклава стал полевой командир Джарулла (или Джерулла)
  • 18 августа — ваххабиты объявили о создании «отдельной исламской территории» в Кадарской зоне. Высшим руководящим органом стала «Шура», избранная из числа местных религиозных авторитетов.
  • В селе вводится запрет на употребление любых спиртных напитков. Нарушителю полагаются 40 ударов палкой. Появляются первые наказанные.
  • 22 августа — чеченский террорист Шамиль Басаев объявил о том, что введет свою «Исламскую международную миротворческую бригаду» в Дагестан, если будут применены силовые меры против жителей Кадарской зоны со стороны российских властей.
  • 3 сентября — глава МВД РФ Сергей Степашин побывал в Карамахи и сделал ряд заявлений: «…Я бы предостерег всех от навешивания ярлыков „ваххабиты“, „экстремисты“. У нас свобода вероисповедания. …все мирно будем вам помогать, я вам даю честное слово. С мирным населением никто воевать не будет…»

1999

  • По словам главы сельской администрации Ибадуллы Макаева, в селе Карамахи шла активная подготовка к возможной осаде со стороны федеральных вооруженных сил: рылась система подземных ходов, строились укрепления, оборудовался госпиталь и тюрьма..

Боевые действия

  • 27 августа — представителей ваххабитов села Карамахи позвали на встречу с главой администрации Буйнакского района Алхалаевым и руководителем Налоговой полиции Республики Дагестан А. Сулеймановым. Встреча прошла в селе Атлан-аул в 15 часов. На ней от ваххабитов в ультимативной форме потребовали пропустить на территорию села Дагестанский ОМОН для проведения обыска домов и конфискации огнестрельного оружия. Ваххабитам дали время на раздумье до 8 часов утра следующего дня.
  • 28 августа — в 3:30 утра начались обстрелы села Карамахи реактивной артиллерией и авиацией Федеральные силы приступили к захвату Кадарской зоны, которую обороняли, по официальным данным федеральных сил, более 500 боевиков под командованием амира Джаруллы. Около 7 утра в село вошли БТРы со спецназом и Дагестанским ОМОНом, где попали в засаду. Почти все спецназовцы и милиционеры, вошедшие в село, убиты. Из села начался исход беженцев, которым удалось добраться до села Нижний Джунгутай.
  • 29 августа в Кадарской зоне разворачивается крупномасштабная войсковая операция. Используется реактивная артиллерия и боевая авиация. Ракетно-бомбовые удары наносятся по селу Карамахи и его окрестностям. При высадке на гору Чабан близ села погибло 4 и ранено 15 сотрудников внутренних войск и милиции.
  • 30 августа стало известно, что ранение получил бывший депутат Государственной думы, объявленный в федеральный розыск — Надиршах Хачилаев, который укрывался на территории анклава. В тот же день большинство из ваххабитов, оборонявших анклав, перебрались из села Карамахи на высоты Чабан, Горкаб, Чакиб и Бакли, а также на перевал Волчьи ворота, где имелись хорошие боевые позиции и боевые точки.
  • 31 августа в ходе зачистки села Карамахи погибла медсестра, сержант Внутренних войск РФ Ирина Янина — она не успела выбраться из бронемашины, в которую попала граната.
  • 8 сентября — подразделения внутренних войск МВД полностью заняли село Карамахи. По данным главы сельской администрации, погибло 6 мирных жителей и не менее 50 вооружённых ваххабитов.
  • 12 сентября — бои в Кадарской зоне прекратились. «Независимая исламская республика» перестала существовать. Часть боевиков-ваххабитов ночью покинула село.
  • По данным газеты «Известия», полностью бои прекратились лишь к середине октября.
  • В результате боевых действий в селе Карамахи 95 % строений — 1850 домов были практически полностью разрушены. 150 ваххабитов бежали из Кадарской зоны.

После ликвидации «Отдельной исламской территории»

  • Четверо уроженцев села Карамахи в 2001 году предстали на скамье подсудимых, ещё семеро были объявлены в розыск по обвинению в нападении на автоколонну Пермского ОМОНа, которое произошло 28 марта 2000 года в Веденском районе Чечни. В результате нападения погибли 43 силовика. По версии следствия, большинство из нападавших являлись ваххабитами из дагестанского села Карамахи.
  • В самом крупном селе Кадарской зоны — Карамахи на 2009 год насчитывалось 1600 домов местных жителей, практически у каждой семьи есть подсобное хозяйство, у четверти семей есть скот численностью до восьмидесяти голов. Мужское население занято грузовыми автоперевозками — в селе около 700 автомобилей типа «КамАЗ».
  • 12 июля 2009 года около полудня двое военнослужащих горно-стрелковой бригады российской армии погибли близ села Карамахи в результате вооружённого нападения. Неизвестные обстреляли из автоматического оружия военную автоколонну, состоявшую из двух грузовиков «Урал».
  • Журналист газеты «Известия» Юрий Снегирёв, посетивший село Карамахи в 2009 году приводит слова местной жительницы:

Ваххабиты затаились! Кругом безработица, а служить в милицию ни один местный не идёт. Даже водителем. Правда, служил тут один парень в прошлом году. Из местных. Так его отца-учителя убили. Сейчас он перевёлся подальше от Карамахов. Так и ездят милиционеры на службу из Буйнакска или даже самой Махачкалы. Обстрелы ПОМов это такая мелочь! Как бы не было войны.

Примечания

  1. 1 2 9 лет нападения на Дагестан: что сегодня происходит на юге России (ВИДЕО) — 29 сентября 2008
  2. 1 2 Доступ ограничен
  3. Исламская радикальная элита в Дагестане
  4. Судьба лидеров дагестанских ваххабитов. Коммерсантъ № 141 (2980) (4 августа 2004). Дата обращения 13 августа 2010. Архивировано 18 февраля 2012 года.
  5. 1 2 Известия. Ру: Кавказский болевой круг. Часть первая
  6. 1 2 Вахид Акаев. Кто и зачем экспортировал ваххабизм в Чечню. — 12.12.06 — портал allnews.ru
  7. Санобар Шерматова. Чечня и Россия: общества и государства
  8. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Известия. Ру: Родина войны
  9. Журнальный зал | Отечественные записки, 2003 N5 | Михаил Рощин — Фундаментализм в Дагестане и Чечне
  10. Басаев об объединении Чечни и Дагестана. Коммерсантъ № 82 (1485) (12 мая 1998). Дата обращения 13 августа 2010. Архивировано 18 февраля 2012 года.
  11. 1 2 3 Исламская революция в Дагестане. Коммерсантъ № 150 (1553) (18 августа 1998). Дата обращения 13 августа 2010. Архивировано 18 февраля 2012 года.
  12. Дагестанский излом
  13. Терроризм в рамках «международных стандартов»
  14. 1 2 Портал Алексея Ситникова
  15. ПОЛИТ.РУ \ АНАЛИТИКА \ Танго над пропастью
  16. 1 2 3 4 Горные войны. Эпизод II. Коммерсантъ № 156 (1800) (31 августа 1999). Дата обращения 13 августа 2010. Архивировано 18 февраля 2012 года.
  17. Спецназ России | Горячие точки | Вторжение
  18. Gazeta.ru: «Спецназ разоружает ваххабитов»
  19. Известия. Ру: Логический конец
  20. На пермских ОМОНовцев напали дагестанские ваххабиты. Lenta.ru (3 августа 2000). Дата обращения 13 августа 2010.
  21. Известия. Ру: При обстреле автоколонны в Дагестане погибли два солдата

Ссылки

  • Дагестан 1999
  • Ваххабиты и власть: анатомия конфликта
  • Кадарская зона
  • Война в Дагестане продолжается
  • Мониторинг событийно-информационной ситуации второй чеченской войны

В настоящий момент террористическое подполье на юге нашей страны продолжает проявлять активность. Регулярно в российских СМИ появляются сообщения о введении режима контртеррористической операции в тех или иных районах северокавказских республик. Так, по оценке независимых СМИ, за 2014 год в Дагестане было ликвидировано 163 человека, причастных к деятельности вооружённого подполья. Масштабные спецоперации по ликвидации боевиков проводятся на обширных территориях, охватывающих тысячи километров, что свидетельствует о широкой распространённости подполья.
Чтобы понять, кто стоит сегодня за этим подпольем, следует приглядеться к тому, откуда оно вообще возникло на Северном Кавказе. Для этого нам необходимо вернуться в начало 1990-х годов. Именно тогда в регионе начали формироваться различные структуры «демократической» ориентации вроде «Народного фронта» и «Зелёного движения». Была создана видимость народного движения за независимость, в результате чего под видом «демократических» ополченцев в период августовского путча 1991 года были легализованы боевики.
Очень быстро политическая повестка перешла на сепаратистско-националистическую платформу Джохара Дудаева и Зелимхана Яндарбиева. Их становление активно поддерживали представители чеченской эмиграции за рубежом. Ислам Сайдаев утверждает, что за всеми ними стояли ЦРУ и западные фонды.
Зелимхан Яндарбиев на митинге памяти Джохара Дудаева
Очень быстро регион стал заполняться эмиссарами Аль-Каиды, ведущими свою пропаганду среди молодёжи,а также людьми «Братьев-мусульман» (одним из их сторонников внутри республики был уже упомянутый нами Мовлади Удугов). Изначально контакт с «Братьями-мусульманами» на предмет спонсорства и поддержки был налажен представителями турецкой, сирийской и иорданской диаспор чеченцев.
Совершенно новый этап начинается с появлением в Чеченской Республике шейха Фатхи Аль-Шишани, уроженца Иордании, воевавшего против советских войск в Афганистане. Шейх Фатхи, являвшийся доверенным лицом Усамы Бен Ладена, быстро сталдуховным авторитетом среди молодёжи. Именно под воздействием его проповедей был создан «Исламский Джамаат Чечни», который, в отличие от «Братьев-мусульман», ориентировавшихся на политические методы, «грезил» о новом «всекавказском» эмирате и придерживался стратегии захвата власти силовым путём. Именно «Чеченский джамаат» стал точкой притяжения террористических сил со всего мира.
Фатхи Аль-Шишани
Позиции «Джамаата» значительно усилились в 1995 году, с появлением в Чечне ваххабитского проповедника из Саудовской Аравии Амира ибн аль-Хаттаба, который организовал лагеря подготовки боевиков в чеченских горах. По словам Ислама Сайдаева, при прибытии Хаттаба из Таджикистана в Дагестан его сопровождал лично Усама Бен Ладен, уехавший оттуда после переправки Хаттаба в Чечню.
Амир ибн аль-Хаттаб
Пройдя подготовку в лагерях Хаттаба, новобранцы начинали разделять идеи «Джамаата». В результате своей сплочённости и фанатичности ваххабиты завоёвывали всё больше позиций. В лагерях Хаттаба был собран террористический интернационал со всего мира. Очень скоро в районе Сержень-Юрта образовался целый район под властью Аль-Каиды: там располагались несколько лагерей, самым известным из которых был хаттабовский»Кавказ».
О дальнейшей ликвидации власти террористического интернационала, вызванной усилением российской государственности и разочарованием рядовых жителей в «ичкерийском проекте» мы уже рассказывали.
Продолжение следует…