Как стать военным корреспондентом?

Дмитрий СТЕШИН предельно честно о профессии военного журналиста

Кому интересны детали — смело задавайте вопросы в комментариях напрямую Дмитрию. Обещаю, он увидит этот пост и, по желанию, ответит всем желающим.

Андрей ХАУСТОВ: Дмитрий, здравствуйте! Прежде всего, хочется узнать, кто выбирает профессию военного корреспондента? И без каких навыков и качеств в этой профессии делать нечего? Это обязательно должны быть люди с боевым прошлым?
Дмитрий СТЕШИН: — Один из моих редакторов любил такой афоризм: «настоящий журналист свою винтовку добывает в бою», в большей степени это утверждение относится и к военной журналистике.
И я, и мой бессменный напарник Саша Коц — вместе мы прошли очень долгий и иногда безрадостный путь, от унылых заметок про ловлю бродячих собак, гречку, автомобильные пробки, реагенты до репортажей из точек, где происходят какие-то исторические процессы.
Было бы желание работать. Желание. Про это очень хорошо сказал наш известный твиттеровод Борисыч @Borisich_glass , который сейчас воюет под Дебальцево.
Он посмотрел на нас со стороны и сделал вот такой вывод: «..понимаешь, что военкор это не профессия, это, прежде всего, состояние души, некий мужской вызов самому себе, потому что, на самом деле тупо за деньги никто заниматься таким не сможет, очень быстро поймет, что жизнь дороже».
Андрей: Насколько важна в этой профессии физическая подготовка и владение самообороной?
Дмитрий: — Физическая подготовка нужна лишь для пробежек с ускорением в бронежилете, там где это необходимо. Не так часто этот навык требуется. Важнее другие навыки — способность засыпать мгновенно в любом положении — сидя или стоя, если есть такая возможность.
Есть раз в сутки, умение организовать свой быт и какое-то подобие уюта и хозяйства там, где это невозможно в принципе. Вымыться полностью с помощью полуторалитровой бутылки воды.
Умение разговаривать с озверевшими от крови или ужаса людьми и умение добиваться от них того, что тебе нужно. Способность говорить с людьми у которых только что погибли близкие, причем так, чтобы им становилось легче от этого разговора.
Умение снимать мгновенно, так, чтобы никто не успел обратить на это внимание.
Знать, как не попасть под «дружественный огонь» или как не влететь на позиции к недоброжелателям. И обязательно чувствовать, когда нужно повернуть назад и прекратить геройствовать. В принципе, все это входит в понятия «самооборона».
Андрей: Имеет ли шанс стать военным корреспондентом журналист, ни разу до этого не освещавший события в зоне боевых действий и не служивший в вооружённых силах?
Дмитрий: — Покойный фотокор Андрей Стенин в 2007 году решил, что будет отныне работать в «горячих точках». И работал, потому что как показывает практика, желающих заниматься ЭТИМ совсем немного, конкуренции внутри журналистского сообщества нет.
Нужно ли служить для этого в ВС? Вряд ли, достаточно лишь интересоваться темой чтобы не путать, например, БМП и танк.
Не стесняться спрашивать у людей. Как правило, тебе все охотно объясънят, покажут, дадут потрогать, сравнить или даже посидеть за рычагами.

Открытых источников информации — море, при наличии желания все можно изучить самостоятельно. Как пример — с середины лета украинская сторона стала активно применять в Новороссии баллистические ракеты малой дальности «Точка». Мы снимали следы их ударов по Донецку (район Текстильщики), Снежному, Саур-Могиле.
За несколько недель я внимательно прочел и изучил все, что имелось по этим «Точкам» на специализированных сайтах. А информации, в том числе, некогда секретной, оказалось море. Я не стал, конечно Вернером фон Брауном, но без ложной скромности скажу — в «Точках» я теперь разбираюсь.
Андрей: И сразу встречный вопрос: когда любитель, допустим, длительно освещающий события в горячей точке (как многие местные на Донбассе), мечтает стать профессионалом, у него есть практический шанс устроиться в издание на внештатной или даже штатной основе?
Дмитрий: — Медиагиганты охотно пользуются услугами стрингеров, и неплохо оплачивают эту работу. На моей памяти, несколько знакомых журналистов начинавшие весной свою работу в регионе на какие-то достаточно средние информ.ресурсы, к осени перешли в штат серьезных телекомпаний.
Если идти по этому пути начинать нужно с ведения собственного блога — заказчики появятся сами. И не лениться собрать собственную базу контактов биль-редакторов и редакторов телеканалов и сайтов, которым можно предлагать свою съемку и материалы.
Андрей: Перед отправкой в горячую точку с военным корреспондентом, оператором подписывается ли какой-то договор? Оформляется ли страховка? Действует ли какая-то повышенная ставка оплаты? Как передаётся в редакцию отснятый/записанный материал, особенно, если есть проблемы с интернетом и электричеством?
Дмитрий: — У нас никаких особых и специальных договоров не заключается. Есть премии, есть суточные-командировочные. Все внеплановые расходы редакция компенсирует. Например из воюющей Грузии и Сирии мы выбирались бизнес-классом, так как других билетов не было. Есть серьезная страховка — в случае моей гибели, мои близкие будут достаточно обеспеченными людьми.
Сейчас нет никаких проблем с передачей материалов — закупаются сим-карты и модемы всех операторов работающих в регионе, ищутся кафе с wi-fi или люди, частные лица, у которых в квартирах есть выделенная линия. Коллеги-телевизионщики не отказывают в передаче материалов — если ситуация безвыходная. Для подстраховки, в том же Славянске, Ливии или Египте мы возили с собой спутниковый модем и телефон. Ну и в Славянск в июне мы заезжали не с пустыми руками — привезли электрогенератор и 90 литров бензина.
Андрей: Выдаются ли внештатникам на обязательной основе средства защиты (каска, бронежилет), а также суточные/командировочные, оплата дороги и проживания? Как происходит пересечение границы? Расскажите об этом на примере работы российских журналистов на Донбассе.
Дмитрий: — Про внештатников мне сложно что-то сказать.
Пересечь границу Новороссии и России сейчас проще простого, при пешем переходе даже в очереди не придется стоять. Некоторые знакомые российские журналисты пытаются делать вид, что они над схваткой и пробуют работать с обеих сторон. Для этого, страшно маскируясь они заезжают на Украину официально, через Киев или Днепропетровск.
В противном случае, без отметки в паспорте или в миграционной карте, которые подтверждают официальное пересечение границы, их задержат и депортируют при первой же проверке документов. Возможно еще придется в яме посидеть или в подвале СБУ.
Но, как показывает практика — украинские военные отказываются общаться с российскими журналистами, и вообще такая беготня через линию фронта всегда заканчивается одинаково — расстрелянными машинами, множественными гематомами на теле или лице, украденными деньгами, разбитой\украденной аппаратурой.
Больше всего журналистам, даже самым «промайдановским» доставалось от украинских военных, но были проблемы и с ополченцами. Часть коллег еще не поняла, что война приобрела тотальный характер, а они все пытаются быть «над схваткой» теша свою «объективность».
Андрей: Расскажите о быте. Где живёте? Если это город, вы снимаете гостиницу или заселяетесь в частном секторе? Как осуществляется обмен валюты в горячей точке? Если это поле, это окопы, шатры? Как питаетесь, как стираете одежду, как заряжаете аппаратуру и т.д.?
Дмитрий: — Если надолго, стараемся жить в квартирах — критерий один, наличие интернета с приличной скоростью и электричество. Все остальное вторично. Так как мы с Сашей Коцем абсолютно дееспособны в быту — сами готовим и стираем, квартиры нас устраивают больше чем казенный уют постоялых дворов. Некоторые коллеги с бытом не могут справиться — питаются в ресторанах, вещи сдают в стирку.
Кто-то живет в гостинице, надеясь, что по ней не будут стрелять украинские артиллеристы. Это иллюзии. На Украине брали в прокат машину, пока это было возможно. Потом, путем естественного отбора находили таксистов по двум критериям: отсутствие чрезмерной жадности и страха.
Как правило, с таксистами-фиксерами у нас устанавливались дружеские и теплые отношения. Старались их беречь и по возможности не подставлять лишний раз под огонь, так как от этих людей зависела наша жизнь.
Когда работали на Ближнем Востоке, деньги привозили в долларах, по возможности в мелких купюрах. На Украине проблем с обменом денег нет, не раз и не два мы расплачивались рублями.
Продолжение — в следующем материале об Украине >>
по теме:
Дмитрий Стешин на Селигере
Поддержи автора — добавь в друзья!
facebook.com/xaustov (хорошо раскрученная страничка с обилием лайков и комментариев, > 7100 читателей (друзья+подписчики), на пост приходится от 5 до 445 лайков / комментов, а в среднем ок. 50-60 того и другого, и от 1 до 5700 репостов).
instagram.com/newreportage (>4800 подписчиков, в среднем около 100 лайков на фото)
twitter.com/newreportage (>2900 подписчиков и до 125 ретвитов на отдельные твитты)
vk.com/xaustov (>1700 друзей, регулярно по 5-20 лайков на пост, в среднем 1-3 репоста, максимум до 1000 репостов)
канал на youtube.com (>130 подписчиков, >143 000 просмотров)
и мой фотоблог с более чем миллионным просмотром на Яндекс.Фото

В России вновь будут обучать профессии военного журналиста

В 2017 году будет открыт набор для обучения на кафедре журналистики Военного университета

О возвращении «в строй» представителей пишуще-снимающего профессионального сообщества сообщило информационное агентство «Национальная Служба Новостей». В этом году откроют набор для обучения на кафедре журналистики Военного университета. Планируется зачислить 20 человек. Выпускники будут направлены на службу в Росгвардию и Минобороны. Решение о возобновлении подготовки военных журналистов было принято главой военного ведомства Сергеем Шойгу. Перед выпуском курсантам будет присвоено первичное воинское звание «лейтенант», а в их дипломах будет значиться специальность «военный журналист».

Нововведение (а точнее – возвращение к «забытому старому») прокомментировал информационному агентству журналист и медиаконсультант Александр Зимовский ( в своё время обучавшийся в Львовском высшем военно-политическом училище, занимавшемся в советские годы подготовкой офицеров-политработников – военных журналистов и руководителей культурно-просветительных учреждений Вооружённых Сил). Он отметил (цитируем по ресурсу): «Когда зарождалась идея специального обучения военных корреспондентов, предполагалось, что военный журналист – это офицер, который владеет навыками работы с журналистской техникой. Эта идея себя оправдала на протяжении существования Советской армии. Уже в постсоветские времена экс-министр Сердюков решил, что с военной журналистикой справятся любые журналисты, окончившие типовой журфак. Он исходил из неверной оценки ситуации. На самом деле в среду профессиональных военных влиться очень нелегко».

Причина небольшой численности курсантов-журналистов Военного университета, как объяснил ситуацию Зимовский, обусловлено появлением высоких технологий. Если «СССР был большой страной с разветвлённой сетью военных газет» (не только центральных, окружных и флотских, но и армейских и дивизионных), то сейчас «их число значительно сократилось, поэтому каждое военное ведомство «заказывает» столько журналистов, сколько сможет обеспечить работой…» По мысли эксперта, возрастание технических возможностей журналистики не требует больших штатов. Что необходимо, по мысли Александра Зимовского, — так это создание информационных блоков при каждом штабе округа, рассчитанных на военнослужащих. Как ценный отметил комментатор зарубежный опыт: «…Все американские виды вооружённых сил и территориальные подразделения имеют свои СМИ и широко представлены в Фейсбуке, Твиттере. Я не думаю, что мы должны отказываться от такого опыта».

По данным «Национальной Службы Новостей», последний выпуск военных журналистов для Российской армии состоялся в 2013 году: «…В дальнейшем обучение прекратилось, так как данная офицерская должность была сокращена во время реформы экс-министра обороны Анатолия Сердюкова, который посчитал, что гражданские вузы вполне справятся с данной профессией. Журналистов готовили Военный университет и Воронежский государственный университет».

Развитие темы получило в публикации «Независимой газеты». Издание отметило «живейший интерес и в медийных кругах, и в российских силовых структурах» к известию о возобновлении подготовки профессиональных военных журналистов. Такая образовательная система стала востребованной в связи с начавшемся формированием в структуре Вооружённых Сил РФ войск информационных операций.

Если глава военного ведомства сформулировал задачи этих войск – стать более эффективными, чем «известное с советских времен управления контрпропаганды» и «отличаться наступательным характером», — возникает проблема с кадрами специалистов, которых прежде называли «бойцами идеологического фронта». Такие кадры, фактически, перестали готовить.

Специальность военного журналиста, по замечанию «Независимой газеты», когда-то «считалась одной из самых престижных в СССР», что подтверждалось статистикой: конкурс на соответствующий факультет Львовского ВВПУ был выше, чем даже на журфак МГУ. С «трудоустройством» выпускников вопрос не возникал: во времена Советского Союза число военных СМИ превышало шесть десятков: «…Тысячи выпускников училища работали более чем в 60 военных изданиях, включая дивизионные многотиражки, армейские, окружные и флотские газеты, пяток радиостанций и телестудий, центральный печатный орган Минобороны газету «Красная звезда» и десяток центральных военных журналов», — отметило издание.

После распада СССР те преподаватели журфака Львовского военно-политического училища, кто не стал принимать украинскую присягу, перевели в экстренном порядке в Москву. Они доучивались в Гуманитарной академии Вооруженных Сил (позднее переименованной в Военный университет МО РФ).

Однако нельзя сказать, что тогда всё «утряслось»: структурные преобразования в Вооружённых Силах привели к резкому сокращению военных изданий – примерно до двух десятков (т.е. более чем троекратному – в сопоставлении с временами Советского Союза). Приход на должность министра обороны Анатолия Сердюкова, которого характеризовала, по выражению «Независимой газеты», «откровенная неприязнь к любым специалистам военного профиля», привела к практически полной ликвидации офицерских должностей и замены их практически во всех военных изданиях гражданскими служащими, имевшими чрезвычайно низкие зарплаты. При отсутствии корреспондентов в погонах отпала надобность и в их подготовке. Так тогда считали. Поэтому-то в 2009 году тогдашний министр обороны России Анатолий Сердюков принял решение о прекращении набора курсантов в Военный университет для обучения по специальности «военная журналистика». Выпуском курсантов 2013 года, казалось бы, была поставлена точка: единственными местами, где могли бы найти применение своим знаниям, навыкам и силам молодые лейтенанты, оставались пресс-службы четырёх российских военных округов и самого Минобороны. А поскольку вакансий было – всего ничего, то «большинству из последнего выпуска военных журналистов просто позволили уволиться в запас». Был понижен и статус окружных газет, они уменьшились в объёме и перестали быть самостоятельными изданиями, став вкладками для «Красной звезды».

Снижение «профессионального уровня сотрудников военных редакций и, как следствие, материалов в самих изданиях» привело к информационному голоду в войсках. Это было во время «крымской весны». К моменту начала событий в Сирии отчасти проблему начали решать: выполнявшие там задачи воины стали получать газеты, появилась возможность приёма телепередач.

«Независимая газета» отмечает и такой аспект информационной работы, как «спецпропаганда». Это слово перестало носить секретный характер и означает работу «среди местного населения и вооруженных формирований противника». Судя по всему, именно о ней говорил министр обороны, ведя речь о наступательном характере будущих информационных операций. Если, как отметило издание, «всё указывает на стремление России играть и в дальнейшем заметную роль в различных военных кампаниях за пределами собственной территории», — значение такой составляющей военной деятельности только будет возрастать.

Бывший ответственный редактор «Независимого военного обозрения» Виктор Литовкин прокомментировал «Независимой газете» согласованное решение министра обороны Сергея Шойгу и главкома Росгвардии Виктора Золотова о возобновлении подготовки журналистов в Военном университете с одобрением. По его словам, «из человека, не имеющего основательной военной подготовки, а то и вообще не служившего в армии, не сделать полноценного военного журналиста, грамотного аналитика по проблемам обороны и безопасности. Пусть он даже неплохо пишет. А вот человека, знающего армию, хорошо представляющего и понимающего происходящие в войсках процессы, обучить хорошему письму – легко. Вы посмотрите, все ведущие военные обозреватели, аналитики, эксперты имеют именно военное образование».

Поэтому «Независимая газета» выразила надежду на восстановление офицерских должностей в военных СМИ…

Источник: ИА “Приморский репортер”

Фотокорреспондент

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.17 Подробности Обновлено: 03.11.2019 12:37 Опубликовано: 08.05.2017 18:04 Сергей Краковский Поделитесь в сети:

Фотокорреспондент – это репортажный фотограф, сотрудничающий с печатным или интернет-изданием (журналом, газетой, новостным сайтом).

О профессионализме свидетельствует не только умение работать с техникой, оборудованием и обрабатывать фото, но и способность передать с помощью снимка настроение и уникальность события или модели.

История профессии

Первое подобное фотографии изображение было сделано в 20-х годах XIX века с помощью камеры-обскура. На экспозицию ушло восемь часов. В 1839 году свет увидел первый дагератип – он уже был ближе к современной фотографии. С этого времени началось бурное развитие фотоискусства, очень быстро оно проникло и в журналистику. Фоторепортаж стал отдельным направлением журналистики.

Фотокорреспондент – это человек, которые отражает происходящее в мире, а во время важных событий его работы становятся частью летописи. В СССР в области фотожурналистики работало большинство профессиональных фотографов.

В настоящее время фотокорреспонденты очень востребованы. Развитие информационных технологий и современная цифровая техника позволяют совершенствоваться и завоевывать известность во всем мире.

Читайте также: Что такое журналистика как профессия?

Особенности профессии

Фотокорреспондент работает в жанре репортажа. Тематика снимков зависит от издания. Это могут быть спортивные, политические, светские события и т.д. Многие фотографы сотрудничают с несколькими изданиями. Фотожурналист должен уметь не только фотографировать, но и работать с фоторедакторами.

Работа фотокорреспондентом нередко бывает опасной. Часто приходится работать в зоне боевых действий, на месте чрезвычайного происшествия, природного бедствия, массовых демонстраций и т.д. Во время командировок иногда приходится жить в походных условиях. Даже съемка мирных событий может быть связана с трудностями: пребывание в толпе, работа ночью, на жаре, в мороз или ливень, агрессивно настроенные или неадекватные люди.

Обязанности

Фотожурналист выезжает на место события, делает фоторепортаж, затем отбирает лучшие снимки, обрабатывает их в программах, подготавливает к печати или размещению на сайте и отправляет в издательство. Все это нужно сделать максимально быстро, чтобы фотографии не утратили свою актуальность.

Профессия фотокорреспондент подходит наблюдательным, внимательным людям с хорошим художественным вкусом и талантом увидеть необычное даже в самом заурядном событии. Также важны уверенность в себе, терпение, упорство, выдержка, общительность, умение работать в команде, быстро адаптироваться к новым условиям. Фотожурналист должен разбираться в том направлении, в котором работает, иметь отличную память на лица.

Как правило, в эту профессию идут люди, склонные к приключениям и авантюризму.

Фотокорреспонденту необходимы хорошее здоровье и физическая форма, ведь приходится носить довольно тяжелую аппаратуру и работать в непростых условиях.

Навыки и знания

Работа фотокорреспондентом не требует профессионального образования. Обязательны знание фототехники и оборудования, умение работать в графических редакторах. Фотограф должен разбираться в основах фотографии. Также ему необходимо уметь выбирать правильный ракурс.

Нередко фотокорреспондентам приходится выезжать за рубеж, поэтому пригодится знание иностранного языка, в частности, английского.

Читайте также: Можно ли выучить язык быстро и без усилий?

Перспективы и карьера

Профессия фотокорреспондент не позволяет построить карьеру как таковую. Можно набираться опыта, развиваться профессионально, завоевывать известность и работать с более крупными изданиями. Ведущие фотожурналисты сотрудничают с известнейшими международными интернет-ресурсами и периодическими изданиями.

Обучение

В принципе, при наличии таланта научиться фотографировать можно и самостоятельно. Но все же лучше пойти на курсы.

Все нюансы, особенности и подводные камни узнаются уже на опыте. Вообще, в профессии фотографа опыт очень важен. Только постоянно снимая можно стать профессионалом.

Любому фотокорреспонденту требуется постоянно самосовершенствоваться: следить за тенденциями и новинками, посещать мастер-классы, семинары и лекции.

«Последняя пленка еще не проявлена». О жизни фотокорреспондентов

Фото Павла Маркина. Павел Садырин. «Зенит» — чемпион. 21 ноября 1984года

Петербургский фоторепортер Павел Михайлович Маркин, заслуженный работник культуры РФ, декан факультета фотокорреспондентов имени Ю. А. Гальперина, председатель секции фоторепортеров при СПбСЖ, член президиума Санкт-Петербургской академии журналистики, победитель VIII ежегодного профессионального конкурса журналистского мастерства «Золотое перо» (Гран-при).

Фото Павла Маркина. Последняя партконференция Михаила Аникушина. 25 апреля 1990 года

Фото Павла Маркина. Прием в пионеры. 11 апреля 1990года

Я стопроцентный фотокорреспондент. И был им всю сознательную трудовую жизнь, отработав четверть века в газете «Смена», 10 лет — в еженедельнике «Ленинградский рабочий», три года — в издательском доме «Калейдоскоп». И сегодня продолжаю трудиться специальным фотокорреспондентом газеты «Россия». Хотя поиск главной профессии в жизни, прямо скажем, был долгим. Я успел поработать портным, закройщиком, грузчиком, художником, воспитателем в пионерском лагере, учителем черчения и рисования в школе, завхозом и даже поваром. Но с фотоаппаратом не расставался никогда. Мне кажется, все эти трудовые навыки не пропали зря. Это расширило мои познания во многих областях нашей жизни и косвенно помогает в повседневной работе.

Если театр начинается с вешалки, то фотожурналистика, как бы это ни странно показалось с первого взгляда, с гардероба. Это фотохудожник или мастер рекламной фотографии у себя в студии или на пленере может одеть все, что заблагорассудится. А попробуй фотожурналист на правительственную съемку прийти в рваных джинсах или кожаной ковбойской шляпе (наподобие той, в которых любят щеголять фотомастера Гильдии рекламных фотографов). Боюсь, для осмелившегося на подобный шаг это будет первая и последняя съемка, скажем, в кремлевском пуле.

Фото Павла Маркина. Визит Иосипа Броз Тито 7 июня 1956 года

Фото Павла Маркина. Митинг против переименования города. 3 мая 1988 года

А представьте подобную картину в театре. Пришел фоторепортер на съемку в привлекающем внимание костюме и во время спектакля начинает дефилировать вдоль сцены в поисках интересного кадра. Спектакль обречен на провал… Все внимание зрителя будет приковано только к репортеру, если его в ту же минуту не выгонят администратор, билетерши или сами зрители. Фоторепортер должен быть незаметен для окружающих. И в то же время постоянно находиться в эпицентре события. Никаких ярких или броских деталей в одежде. Лучше всего для этого подходят черные или серые тона.

Еще долго здесь можно рассуждать об одежде для работы в дождь, снег, в суровый мороз или жару. Причем каждый вариант касается и фотоаппаратуры. Приведу самый простой пример: немыслимо работать, скажем, в Кот-д’Ивуаре с фотоаппаратурой, приобретенной в Москве или Владивостоке. Для этих условий нужен фотоаппарат только в тропическом исполнении… А на полюсе холода фотоаппаратуру перед тем, как забраться в тепло, приходится оставлять на улице, а в помещении снимать второй камерой.

Фото Павла Маркина. «Шальная пуля?» из серии Цхинвал. Малоизвестные войны. Апрель 1991 года

Фото Павла Маркина. Юрий Гагарин. 24 апреля 1963 года

Теперь о фотоаппаратуре. В работе репортера это святое! Это первооснова успешной работы. Да, учиться азам можно и со «Сменой», и с «Зорким», и с «Киевом» (только не с «мыльницей»). А вот профессиональный фотоаппарат должен быть надежным и безотказным. Ни при каком варианте не должно быть сбоя. Наиболее опытные коллеги на самые ответственные съемки всегда берут две камеры. Особенно когда речь идет об экстремальных видах съемки или скоротечных событиях, когда даже некогда поменять объектив.

Сегодня работа фотокорреспондента уже немыслима без знания иностранного языка, а то и двух-трех. Фоторепортер должен быть на ты и с компьютером, и с различными цифровыми технологиями. Фотокорреспондент сегодня — это универсальный солдат, для которого не существует невыполнимых задач. Фотожурналист должен обладать колоссальным запасом знаний в самых различных областях: в политике, экономике, промышленности, сельском хозяйстве, спорте, различных видах искусства… Фотожурналисту приходится работать во многих жанрах: это и портрет, и натюрморт, и пейзаж, и репродукция, и макросъемка, не говоря уже о репортаже. Кроме того, фотожурналисту под силу и художественная фотография (достаточно в качестве примера вспомнить работу фоторепортера Associated Press Дмитрия Ловецкого — ангел Александрийского столпа на фоне луны), и рекламная съемка (например, снимки для различных фирм фотокорреспондента EPA Анатолия Мальцева). А вот чтобы рекламный фотограф или мастер художественной фотографии по заданию редакции смог сделать обычный репортаж из трех кадров с митинга или с заводской площадки — такого не припомню…

Фото Павла Маркина. Рудольф Нуреев. 17 ноября 1989 года

Фото Павла Маркина.Дмитрий Лихачев.16 мая 1988 года

Фотожурналистика — это не каста. Фотокорреспондентом может стать любой человек, если у него есть желание и искорка таланта. Важно рассмотреть ее и развить. Но это немыслимо без колоссальной работоспособности, что, к сожалению, все реже и реже я наблюдаю у современной молодежи. «Ни дня без кадра» — это не просто крылатое выражение, а еще одна аксиома в работе фоторепортера. Один из моих учителей постоянно мне говорил: «Павел, когда ложишься спать, положи фотоаппарат под подушку. Вдруг приснится что-то интересное, а камеры под боком нет как нет…»

Стоит только без фотоаппарата выйти из дома, и тут же видишь: вот он, твой несостоявшийся «кадр века». И нельзя идти на репортажную съемку с супругом, с другом. В самый нужный момент он обязательно влезет в кадр. И никакая дрессура здесь не поможет… И с авоськой ходить фотокору противопоказано — руки должны быть всегда свободны для работы с камерой.

Еще одна сверхзадача — нажимать на спусковую кнопку в нужный момент. Это самый таинственный и кульминационный этап создания любой репортажной фотографии. Можно несколько тысяч раз во время футбольного матча или теннисного турнира нажать на спусковую кнопку и ни в одном кадре не будет ни мяча, ни нужных эмоций. Самое главное для фотокорреспондента поймать то самое неповторимое мгновение. Очень важно научиться нажимать спуск в нужный момент. И никакая автоматика здесь не поможет — ни автофокус, ни серийная фотосъемка. Я называю это «предчувствием праздника». Вот когда где-то под солнечным сплетением накатывается чувство — «Нажимай!» — и ты выполняешь внутреннюю команду, ты на коне!

Фото Павла Маркина. Синеглазки. 14 марта 1993 года

Фото Павла Маркина. 30-летие Победы. 9 мая 1975 года

Необходимо также обращать внимание на уникальность, актуальность и новизну запечатленного события. Самый удачный вариант на съемке, когда ты один становишься свидетелем какого-то события. И никто из коллег не дышит в тебе затылок и не умоляет: «Дай снять, подвинься чуть в сторону…» Немаловажны при этом авторская позиция и уровень воздействия при восприятии той или иной фотографии. Очень важно, если фоторепортеру удалось создать какую-то недосказанность в кадре. Когда зрителю или читателю необходимо самому для себя решить: а что же произошло дальше, после создания кадра. И, наконец, «затрагивает ли фотография за живое».

Фотокорреспондент на то и мастер своего дела, что он может выполнить любое задание редакции. Портрет политика, бизнесмена, академика или простого рабочего, популярного актера, пенсионера только тогда станет шедевром, когда репортер смог найти общий язык со своим героем. И только когда портретируемый становится соавтором вашей работы. Это очень сложная задача. Молодежь сегодня великолепно научилась общаться с компьютером, а в разговоре даже между собой, увы, использует минимальный запас слов: «типа», «короче», «блин», «подфартило»…

Фото Павла Маркина. Лахта. 15 мая 1989 года

Фото Павла Маркина. Пока попутчики. 5 ноября 1995 года

Фоторепортер, даже самый талантливый, на любой съемке нарушает привычный ход события. С его появлением все запланированное Всевышним начинает протекать уже по другим законам, и задача фотокорреспондента сделать так, чтобы этот урон был минимальным. Здесь и одежда должна быть «маскировочной», и поведение неприметным, и срабатывание затвора аппарата практически неслышным, и приплюсуйте сюда еще добрый десяток нюансов, которые следует учитывать.

Нет, я не перечеркиваю композиционное и ритмическое решения кадра, умение использовать глубину резкости (а это важнейшая «краска в палитре» любого фотомастера) и работы с цветом и светом. Только после того как ты сделал кадр в нужном месте и в нужный момент, можно рассуждать о зрительных центрах, о доминантах и технических «наворотах» (сверхдлинная или очень короткая выдержка, съемка с проводкой, зумирование при длительной выдержке, синхронизация по первой или второй шторке…). Это как само собой разумеющееся, впитанное с молоком матери. Все это вырабатывается в ходе повседневной работы и в обсуждениях своих фотографий с самым разным зрителем.

Конечно же, нельзя забывать о точке съемки — верхняя, нижняя, с уровня глаз… Особенно когда мы оцениваем фоторепортаж или фотоисторию. Но в последнем варианте немаловажно и использование «арсенала» объективов с различным фокусным расстоянием. И формат кадра здесь тоже играет роль. И на какую пленку (или файл) ты снял центральный кадр своей фотоистории — на черно-белую или цветную.

Фото Павла Маркина. Акула. 12 апреля 1995 года

Фото Павла Маркина. Евгений Мравинский 9 октября 1984 года

Самое главное достижение сегодняшнего дня — это приход цифровых технологий. Сегодня они позволяют не только моментально проконтролировать качество снимка, но в считанные секунды передать фотоматериал на другой конец земного шара. «Цифра» наступает семимильными шагами. 10 лет назад я был первым в Петербурге фоторепортером, который начинал работать с цифровой камерой. Тогда коллеги смеялись надо мной и утверждали, что никогда не изменят фотопленке.

Но пленка, на мой взгляд, останется навсегда. Особенно черно-белая. Ни один специалист сегодня со стопроцентной гарантией не может сказать, сколько будут храниться файлы на том или ином цифровом носителе. Некоторые диски уже через 10–12 лет начинают «шелушиться», всевозможные накопители вдруг начинают давать сбои. Даже цветные пленки и отпечатки выцветают всего за 15–20 лет. Здесь я всегда вспоминаю фотокорреспондента журнала «Огонек» Николая Ананьева. Еще в начале 1950-х годов он один из первых на берегах Невы начинал осваивать секреты работы на цветных фотоматериалах. К концу жизни у него не было ни одного негатива, ни одного отпечатка: все созданное за полвека бесследно исчезло… Черно-белые же материалы, если они правильно обработаны, хранятся в архивах, музеях и галереях уже более 150 лет.

Фотография — это сильнейший наркотик. Если кто-то на него «подсел», то это уже становится диагнозом. На месте специалистов Министерства среднего и высшего образования я бы ввел предмет «светопись» как обязательный, с первого класса, если не с детского сада. Фотография, если правильно поставить дело, увлекает и становится страстью до последнего вздоха. Сколько можно было бы в этом варианте отвлечь от пагубных привычек наших сыновей и дочерей…

Фото Павла Маркина. Вот к нам Карлсон прилетел…15 августа 1999 года

Фото Павла Маркина. Аварийная ситуация. 25 мая 2003 года

Но это и тяжелейший хлеб. Здесь нужны очень сильные тылы. Не каждому супругу понравится, когда ты работаешь от зари до зари, когда нет выходных, а зачастую и отпуска. И не всякому понятно, когда ты в очередной раз идешь на съемки уникального концерта или спектакля и при этом «не слышишь», что творится в зале или на сцене. Все твое внимание там — в видоискателе, в поисках очередного кадра. И только когда рассматриваешь готовые отпечатки или оцениваешь съемку на экране ноутбука, начинаешь ощущать и переживать увиденное.

И еще один очень важный момент, на который молодежь почему-то не обращает внимания. Фоторепортер должен постоянно творчески подзаряжаться. В привычку должно войти посещение не только новых фотовыставок, но и самых различных музеев и вернисажей. Везде, в любом произведении искусства, даже самом авангардном или футуристическом, можно найти толчок к чему-то новому в своем творчестве. Нет, я не призываю кому-то подражать. Поэтому постоянно твержу своим студентам прозорливое четверостишие Владимира Маяковского:

Дорогие поэты московские,

Я вам заявляю любя,

Не делайте под Маяковского,

А делайте под себя.

Самая высокая оценка лично для меня, когда кто-то из коллег узнает мои работы, «замаскированные» литературным псевдонимом. Да, на первых порах учебы можно дать несколько заданий по созданию фоторабот в подражание великим фотомастерам. Но не более того. Повседневно изучать творчество величайших фотомастеров всего мира (сегодня это стало гораздо проще с помощью Internet) — это одно, а поиск своего собственного изобразительного языка — это уже сверхзадача в учебном процессе.

Фото Павла Маркина. Андрей Петров. 14 мая 1966 года

Фото Павла Маркина. Чебурашкин папа — Эдуард Успенский. 16 июня 1983 года

Сегодня интерес к профессии фотожурналиста возрос. Особенно это заметно в последние годы (ведь деканом фотофакультета я работаю уже без малого четверть века). Каждый год мы принимаем 150 абитуриентов на первый курс. А самое странное в этой истории, что большинство желающих сегодня — девушки. Пока я не могу найти объяснения этому феномену. Совсем еще недавно на слуху в нашем профессиональном цехе было только одно имя — Майя Скурихина. А сейчас их сотни, если не тысячи представительниц прекрасной половины человечества. Причем очень талантливых. Достаточно назвать несколько наших выпускниц: Александра Деменкова («Лучший фотокорреспондент 2006 года»), Аня Майсюк, Татьяна Котова, Елена Бледных, Ольга Миркина (неоднократные победители всевозможных фотоконкурсов), Мадина Астахова (призер I Международного фотоконкурса имени Карла Буллы), рекламный фотограф Светлана Петрова, бильд-редактор газеты «Нью-Йорк Таймс» Людмила Кудинова. А какие у нас преподаватели: бильд-редактор газеты «Деловой Петербург» Анна Федотова, бессменный куратор и организатор всевозможных фотопроектов Солмаз Гусейнова!

Вы, конечно, сразу спросите, а зачем, к примеру, Санкт-Петербургу такое количество фоторепортеров каждый год. Но все дело в том, что уже к концу первого года обучения у нас в лучшем случае «выживает» половина студентов, а к окончанию факультета их остается и того меньше. В конце концов, в большую фотожурналистику приходят только пять-десять выпускников (Сергей Максимишин, Анатолий Мальцев, Замир Усманов, Дмитрий Соколов, Александр Николаев, Евгений Асмолов, Сергей Куликов, Елена Пальм). Большинство остаются отличными фотохудожниками (Евгений Раскопов, Дмитрий Конрадт, Марианна Мельникова, Дмитрий Горячев) или рекламными фотографами (Светлана Петрова, Игорь Смольников). Иные уходят в тележурналистику (Дмитрий Запольский, Игорь Ленкин), а кто-то находит себя в качестве главных редакторов (Николай Донсков, Юрий Сунцов). Хотя на факультете пока нет кафедры бильд-редакторов, но наши выпускники заполняют и эту нишу.

Фото Павла Маркина. Авария. 21 марта 1983 года

Фото Павла Маркина. Туман. 14 апреля 2002 года

В первую очередь не выдерживают «говоруны» — специалисты-энциклопедисты, которые знают все и обо всем, но когда дело доходит до конкретного задания или экспресс-съемки, они тут же находят тысячи причин, чтобы не выполнить учебное задание. Уходят люди необязательные, непунктуальные и жадные. Эти три качества неприемлемы в фотожурналистике. Попробуй фотожурналист опоздать, скажем, на спуск нового корабля. Что он сможет снять? Как он будет оправдываться в редакции? Раз не выполнил ты задание, два, и с вами тут же расстанутся.

А жадность при чем, спросите вы? Жадность эта особого рода. Пришел молодой фотожурналист на премьеру спектакля, хорошо поработал, а на следующий день возвращается в труппу и начинает… продавать свои фотографии артистам. С полной ответственностью могу сказать, что на следующую премьеру его вряд ли пригласят, какими бы гениальными его фотографии ни были. Очень многое в работе репортера значат связи, которые нарабатываются десятилетиями.

Очень большую роль в учебном процессе играет и само общение между студентами. Это сообщество по интересам. Люди знакомятся, обмениваются опытом и знаниями, становятся коллегами, друзьями (и даже супругами). Окончив факультет, они уже не могут существовать без этой ауры, и вновь и вновь приходят на практические занятия, на зачеты, лекции, мастер-классы, на фотовыставки, фотоконкурсы, а то и на экспресс-съемки, чтобы еще и еще раз потягаться в мастерстве с более юными коллегами.

В конце мастер-класса хочется пожелать будущим фотокорреспондентам, и особенно молодым, только одного: ни дня без съемки! И самое главное, чтобы у каждого из вас был свой творческий почерк, чтобы ваши снимки были узнаваемы и каждый специалист мог сказать: это снял великий Иванов, Смирнов или Сидоров.

Фото Павла Маркина. Метростроители. 18 октября 1979 года

«Война выбирает тебя»: особенности работы журналиста в горячих точках

Самая опасная работа среди журналистов — военные корреспонденты. Они идут под пули, рискуя собственной жизнью, чтобы добыть информацию. Почему журналисты выбирают такое рискованное направление работы? Мужской и женский взгляд опытных и начинающих военных корреспондентов на профессию обсудили в программе «Открытый эфир».

— Зачем ездить на войну?

Дмитрий Стешин, специальный корреспондент ИД «Комсомольская правда»: «Я хотел стать военкорром. Мне очень не понравилось освещение моими коллегами первой войны в Чечне. Потом много лет пришлось оправдываться перед военными, что мы уже не такие журналисты и все изменилось. Донбасс еще показал, что журналистская среда, занимающаяся войной, себя осознала, поняла, что невозможно быть одновременно на двух сторонах линии фронта, нужно выбирать свою сторону и, желательно, там, где твоя родина. Многие поняли, где кончается сенсация и начинается измена родине. Что нужно показать людям, а что-то нужно забыть сразу, как увидел».

Екатерина Габель, корреспондент телеканала «Звезда»: «Война выбирает тебя не за красоту и не за пол. Лично у меня были потрясающие примеры коллег. Во-вторых, тут дело, наверное, в правде. Видимо, что-то было заложено отцом-военным. Многое шло из семьи».

Антон Степаненко, военный корреспондент, ведущий телеканала «Россия 24»: «Согласитесь, если бы нам не нравилось то, чем мы занимаемся, мы бы туда не ездили. Поэтому первопричина всего этого, что мы туда едем — нам там интересно, мы самореализуемся».

Алексей Самолетов, военный обозреватель «Звезды»: «Войну я начал снимать 27 лет назад. Нас тогда было четыре человека. Из нас четверых я остался один. Журналисты ездят на войну, чтобы войны не было. Я не знаю ни одного журналиста, который любит войну».

— Тяжело ли психологически?

Антон Степаненко: «Какая-то деформация все-таки происходит. Мне на самом деле было два раза плохо, не по себе, я долго себя найти не могу: после новогодних боев за Грозный во вторую чеченскую и после Цхинвала. Когда я выехал с оператором во Владикавказ, у меня в ноздрях еще дня три стоял трупный запах и постоянно раздавался в ушах телефонный звонок».

Алексей Самолетов: «Самое страшное, что мне довелось пережить — это когда на твоих глазах люди, только что работавшие, попавшие под серьезный замес, сходят с ума. Вот был человек, ты с ним разговаривал. Он попал в зону ковровой бомбардировки, 94-й год, Грозный — и через мгновение это человек, который ушел в себя, и все, он не возвращается. Мы грузили другого человека и отправляли его за границу, это был зарубежный корреспондент. А на моих глазах у меня оператор сошел с ума в Душанбе. Я вынужден был его отправить в Россию и на 1,5 года остался один и как оператор, и как корреспондент».

Дмитрий Стешин: «Я, когда возвращаюсь, я никуда не выхожу неделю из дома. При этом надо уточнить: я не пью».

Екатерина Габель: «Только дурак не боится. Нужно понимать, что за тобой твоя съемочная группа. В конце концов ты отвечаешь за этих людей, которых ты сюда привезла. Во-вторых, от того, что мне будет страшно под обстрелом — а мы попадали в Коминтерново под обстрел, попадали в Старомихайловке под обстрел — от того, что тебе будет страшно, ты растеряешься, ты подставишь собственную группу. И поэтому ты либо здесь соберешься, либо не надо туда ехать».

— В чем секрет поиска информации?

Антон Степаненко: «Как таковых секретов нет. Мне кажется, тут большую роль играют просто случай, удача и везение».

Алексей Самолетов: «Колоссальная подготовка к каждой командировке».

— Удается ли сохранить объективность?

Антон Степаненко: «Объективностью здесь и не пахнет, потому что, по большому счету, мы пропускаем увиденное, услышанное, снятое через себя и выдаем через какую-то свою призму ощущений и впечатлений от того, что мы наблюдали, свидетелями чего мы были. С точки зрения классической журналистики это необъективно. Для себя я решил: для меня главным критерием будет, смогу ли я посмотреть в глаза главным героям своих репортажей, когда они выйдут».

Екатерина Габель: «Наверное, каждый человек должен сделать в своей жизни какой-то решающий для себя выбор, занять какую-то сторону. Я поездкой в Донбасс свою сторону заняла».

Дмитрий Стешин: «Нам в 90-е внушили очень много ложных ценностей, в том числе то, что касалось журналистики. Когда первые российские журналисты оказались во время «Бури в пустыне» в Ираке, и вдруг их согнали в один ангар, а через час к ним вышел пресс-офицер и зачитал какое-то коммюнике. А где лихие поездки на тачанках? Нет, вам все расскажет пресс-офицер. Вот вам цена западной объективной журналистики. И так везде. Только мы, дурачки, 10 лет пытались действовать по их лекалам, пока не поняли, что у нас вообще-то есть своя родина, что у этой родины есть свои интересы и, если ты вещаешь на гигантскую аудиторию своих сограждан, ты должен их интересы учитывать».

— Можно посоветовать кому-то такую профессию?

Алексей Самолетов: «Врагу не пожелаю. Ни врагу, ни другу подобной работы».

Антон Степаненко: «Я бы не стал ни помогать, ни отговаривать. Если человек решил, значит, найдет возможность».

Военный корреспондент

Основная статья: Корреспондент Газета «Фронтовая иллюстрация» времён Великой Отечественной войны.

Вое́нный корреспонде́нт — журналист, сопровождающий армию, авиацию и флот во время военных действий и освещающий события войны в прессе.

История

Военная журналистика берет начало с возникновением коммуникативных технологий. Довольно рано значение военных сообщений осознал Александр Македонский. В походах его сопровождали специально обученные люди, которые фиксировали его военные успехи и увековечивали их в истории.

Ситуация изменилась с изобретением Иоганном Гутенбергом в 1450 году печатного станка, что позволило оповещать широкую публику о событиях на войне. Одним из первых таких упоминаний было взятие острова Лесбос французскими и венецианскими войсками. Далее войны стали основным сюжетом для газет.

Первая британская газета Weekly news своим появлением обязана Тридцатилетней войне (1618—1648).

Доминиковски приводит такую историческую ретроспективу военной журналистики:

Время Особенности военной журналистики
Античность Сообщения о героях сражений, специально обученные люди.

Цели: прославление подвигов, дезинформация противника, подстрекательство мирного населения воюющих сторон.

Начало XIX века Возникновение медиа, ориентированных на массы — развитие глобальной прессы и глобальных конфликтов.

Первый независимый военный корреспондент. Цель — рост тиражей за счет военных репортажей. Крымская война (1853—1856) — первая информационная война. Первый цензурный прецедент во время Крымской войны (1855).

«Золотой век» 1860—1914 Развитие военной журналистики как профессии.

Внедрение новых технологий (фотосъёмка, телеграф), изменение «границ актуальности». Война в изображении большинства газет представляется как далекое, неизведанное приключение.

Первая мировая война Формирование расширенного пропагандистского аппарата.

Жесткая и навязчивая цензура.

Вторая мировая война Расширение финансирования пропаганды и расширение механизмов управления медиа.

Переход от цензуры и контроля над СМИ к управлению военными сообщениями. Массовое внедрение радио и кино в качестве новых медиа.

Война во Вьетнаме Первая так называемая A living-room war (дословно: война в гостиной).

Телевизионные ежевечерние новости с репортажами о войне во Вьетнаме. Практически единственная война без цензурного регулирования. Резкая смена общественных настроений после появления фотографий и видеоматериалов, отражавших ужасы войны.

От Фолкленд до Косово Медиа практически не освещает боевые действия.

Войны проходят без репортеров-очевидцев. «Военные сообщения в реальном времени» за счет спутниковых технологий.

Война в Персидском заливе Развитие управления в СМИ.

Ориентированная на массу подготовка и сопровождение военных действий. Информационная война. Информация и управление СМИ становятся неотъемлемой частью ведения войны. «Вживление» журналистов в ряды войск.

Хотя война давно вызывала интерес журналистов и писателей, первые профессиональные военные корреспонденты появились во время Крымской войны. Н. Берг отправился в Севастополь, откуда писал для журнала «Москвитянин» М. П. Погодина. С английской стороны осаду Севастополя освещал приобретший большую известность корреспондент В. Х. Рассел.

Хотя уже во время Крымской войны передача данных посредством телеграфа была возможна, она редко использовалась из-за недостатка инфраструктуры. Военные сообщения передавались при помощи обычной почты. К этому времени фотография также применялась. Английский журналист Роджер Фентон сопровождал британские войска в Крыму с передвижной фотолабораторией. Однако его фотографии не отражали подлинную картину войны. Они не показывали сцены битв или убитых, а только изображения солдат. Работа Фентона финансировалась британским правительством, с той целью, чтобы «показывать скорректированную картину войны» и перекрывать наблюдения Рассела.

Филипп Найтли (англ.)русск. обозначил период между Крымской войной и Первой мировой войной как «Золотой век» военной журналистики.

Во время Русско-турецкой войны 1878 года при русской армии было уже более двух десятков русских и иностранных корреспондентов, а во время русско-японской войны в маньчжурских армиях побывало 102 русских корреспондента и 38 иностранных.

В войнах XX века значение военных корреспондентов значительно возросло, так как исход войн зачастую существенно зависит от общественного мнения воюющих стран.

В России «Временное положение о военной цензуре» было подписано на следующий же день после начала Первой мировой войны, 20 июля 1914 г., то есть оно готовилось заранее. 20 января и 12 июля был обнародован «Перечень» сведений, которые запрещалось помещать в печати по военным соображениям, вторая его редакция была дополнена новыми запретами. «Временное положение о военной цензуре» учитывало опыт «чрезвычайной охраны». По нему военная цензура устанавливалась в «полном объеме» в местах военных действий и «частично» — вне их. 20 июля 1914 г. по распоряжению начальника Генерального штаба в Петрограде была учреждена военно-цензурная комиссия, хотя здесь, как в городе, находившемся на театре военных действий, уже существовала военная цензура. В марте 1915 г. военная цензура была введена и в Москве, несмотря на то, что вторая столица не находилась в прифронтовых условиях. Военная цензура быстро становится всеобъемлющей, включая в себя и политическую цензуру. В секретном письме от 14 декабря 1915 г. на имя начальника Генштаба председатель Совета министров И. Л. Горемыкин, вновь назначенный на этот пост, подчеркивал: «Военная цензура, просматривая предназначенный к выпуску в свет газетный материал, должна оценивать последний не с одной лишь узковоенной точки зрения, а и с общеполитической».

В начале войны русская пресса растерялась, её деятельность не удовлетворяла даже собственных сотрудников. B.C. Мельгунов — многолетний автор провинциального отдела газеты «Русские ведомости» в докладе, прочитанном в обществе деятелей периодической печати 28 февраля 1916 г. (позже он был опубликован под заголовком «О современных литературных нравах»), говорил: «Наша печать за самым малым исключением повинна в тяжком грехе распространения тенденциозных сведений, нервирующих русское общество, культивирующих напряженную атмосферу шовинистической вражды, при которой теряется самообладание и способность критически относиться к окружающим явлениям». И дальше: «Война оказала разлагающее влияние на значительную часть нашей печати — она лишила её морального авторитета».

С вступлением США в Первую мировую войну в апреле 1917 года резко усилилась антигерманская пропагандистская деятельность американского правительства. Это было в русле подходов к информации со стороны других стран — участниц Антанты, которые придавали этому направлению своей деятельности исключительно большое внимание. Как отмечает С.И. Беглов, «союзники по Антанте стремились держать в поле зрения все цели: противника и его тылы, собственную и союзную аудиторию, а также нейтралов».

Были созданы специальные правительственные органы по управлению прессой. Комитет общественной информации (Си-Пи-Ай) при правительстве США с мая 1917 года публиковал правительственный орган информации «Оффишиэл буллетин», тираж которого к концу войны составлял 118 тыс. экземпляров.

Правительство США оказывало и прямое давление в нужном ему направлении на журналистику внутри страны. И хотя в принципе идея цензуры глубоко чужда американской журналистской традиции, а сборники основных американских законов не содержат этого слова вообще, американское правительство пошло в годы Первой мировой войны на введение прямой официальной цензуры. Под особо жесткий цензурный контроль были поставлены любая информация военного характера и все её источники, включая солдатские письма. Военное министерство регулировало все вопросы, связанные с деятельностью военных корреспондентов, хотя за ними в принципе сохранялось право «правдиво» информировать народ о фактах, касающихся операций армии, но категорически запрещалось выдавать врагу «сведения».

В условиях мировой войны в США были задействованы «Закон о шпионаже» от 15 июня 1917 года, предусматривавший привлечение к уголовной ответственности за «подрыв правительственных кампаний», и принятый в мае 1918 года «Закон о подстрекательстве к мятежу». Тогда же была введена цензура зарубежной почты. Осенью 1917 года был лишен почтовых привилегий и, по сути, закрыт левый общественно-литературный журнал «Мэссиз» («Массы»).

Опыт, приобретенный в годы Первой мировой войны, использовался американским правительством и в последующих войнах и конфликтах. Он стал предметом всестороннего изучения и обобщения, показал плюсы и минусы организации правительственной пропаганды внутри страны и за рубежом.

Французский корреспондент Би-Би-Си Пьер Лефевр ведёт репортаж в Нормандии во время Второй мировой войны

Особенностью военной журналистики СССР было то, что освещением военных конфликтов с непосредственным пребыванием на местах событий занимались, как правило, журналисты, являющиеся военнослужащими. Их репортажи подвергались жёсткой цензуре.

Начиная с 1992 г. военные конфликты на постсоветском пространстве массово освещали уже гражданские журналисты, представляющие огромное разнообразие СМИ.

Взаимоотношения военного командования с журналистами довольно часто характеризуется несовпадением стремлений той и другой стороны. В частности, военное командование предлагает, как ему кажется, наиболее удобные формы сотрудничества с прессой, а они по тем или иным причинам не устраивают журналистов. Прессе хотелось бы видеть в лице командования, прежде всего доступный, надежный, достоверный и своевременный источник информации по темам, волнующим широкие слои общественности. Военные же, как правило, устанавливают свои нормы поведения или функционирования журналистов в зонах их ответственности во время ведения боевых действий. Они могут заставить журналистов получить пропуска, аккредитации, потребовать от них находиться в одном месте. Все это может оправдываться необходимостью сохранения военной тайны, либо обеспечением безопасности работы репортёров. Решение о том, как себя повести в такой ситуации, остается за журналистом. Он может покинуть зону ответственности армии и действовать по своему усмотрению, либо попытаться добыть информацию вопреки запретам. Во многом свобода действий военного журналиста зависит от уровня демократичности государства, в котором он работает и живёт .

Мнения

Значение военной журналистики не раз признавалось различными политическими деятелями, хотя и не раз подвергалась критике.

Наполеон:

Четыре враждебные газеты могут нанести более чувствительный урон, чем 100 тыс. солдат в открытом поле.

Клеменс фон Меттерних:

Трёхсоттысячное войско не сможет завоевать страну и её пределов быстрее, чем дюжина перьев наполеоновских журналистов.

Роберт Капа:

Я надеюсь остаться безработным военным фотографом до конца своей жизни.

Филипп Найтли:

Читателям в Лондоне или Нью-Йорке, далекие сражения в необычных местах, должно быть, казались нереальными, а стиль Золотого Века военной журналистики — где залп орудий, гнев борьбы, генерал храбр, солдаты галантны, и их штыки быстро справляются с врагами — только подпитывает иллюзию о том, что это сплошной волнующий приключенческий роман.

Оригинальный текст (англ.) “To readers in London or New York, distant battles in strange places must have seemed unreal, and the Golden Age style of war reporting – where guns flash, cannons thunder, the struggle rages, the general is brave, the soldiers are gallant, and their bayonets make short work of the enemy – only added to the illusion that it was all a thrilling adventure story”.

Критике, однако, подвергается деятельность современных армейских пресс-центров в период войны в Персидском заливе: «Многие журналисты страдали от нехватки информации и выражали неудовлетворенность деятельностью армейских пресс-центров. Корреспондент BBC Питер Хант жаловался в эфире: «Мы ждем здесь, в этом безликом ангаре в Катаре, новостей о текущих операциях». Его коллега Пол Адамс назвал тесную комнату, в которой проводились брифинги, «неадекватным рабочим пространством». Особенно возмущали журналистов брифинги невозмутимого бригадного генерала Винса Брукса. После них американские журналисты «рвали на себе волосы в связи с отсутствием информации».

В международном праве

Ст. 13 2-й главы Гаагской международной конвенции установлено, что «газетные корреспонденты и репортёры… в том случае, когда будут захвачены неприятелем и когда последний сочтёт полезным задержать их, пользуются правами военнопленных, если только имеют удостоверение от военной власти той армии, которую они сопровождали».

8 июня 1977 года были приняты Дополнительные протоколы к Женевским конвенциям. В них указано: «Как таковые, они пользуются защитой в соответствии с Конвенциями и настоящим Протоколом при условии, что они не совершают никаких действий, несовместимых с их статусом гражданских лиц, и без ущерба праву военных корреспондентов, аккредитованных при вооруженных силах, на статус, предусмотренный статьей 4 третьей конвенции».

То есть журналисты приравниваются к гражданскому населению, пользуются его правами, в том числе правом на защиту, в то же время, попав в плен, корреспонденты приравниваются к военнопленным.

> В произведениях культуры

  • х/ф Ради нескольких строчек (1985, СССР)
  • х/ф Военный корреспондент (2014, Россия)

Известные военные журналисты

  1. 1 2 3 Dominikowski: Massenmedien und Massenkrieg. 1993
  2. Dominikowski: Massenmedien und Massenkrieg.
  3. Dominikowski: Massenmedien und Massenkrieg
  4. Г. В. Жирков. История цензуры в России XIX—XX вв
  5. Мельгунов B.C. О современных литературных нравах
  6. Михайлов С. А. Журналистика Соединенных Штатов Америки
  7. Беглов С. И. Внешнеполитическая пропаганда. Очерк теории и практики. М., 1980. С. 67.
  8. 1 2 Михайлов С. А. Михайлов. Журналистика Соединенных Штатов Америки
  9. 1 2 С. А. Михайлов. Журналистика Соединенных Штатов Америки
  10. А.Князев. Журналистика конфликта
  11. Когда журналист сильнее солдата / / Независимая газета
  12. IV конвенция о законах и обычаях сухопутной войны (Гаага, 18 октября 1907 г.)
  13. Нормы международного гуманитарного права о журналистах в зонах конфликтов

> См. также

  • Прикомандированные журналисты
  • Информационная война

Ссылки

  • Газетов В. И. Когда журналист сильнее солдата. Западная модель взаимодействия вооруженных сил и гражданских СМИ в зонах военных действий // НВО НГ, 4.04.2014
  • Симоньян призвала дать четкое определение термину «военкор» // РИА Новости, 2.10.2019

Литература

  • s:ВЭ/ВТ/Военный корреспондент // Военная энциклопедия : / под ред. В. Ф. Новицкого . — СПб. ; : Тип. т-ва И. Д. Сытина, 1911—1915.
  • Роберт Капа. «Скрытая перспектива». Клаудберри, 2001
  • Михайлов С. А. Журналистика Соединенных Штатов Америки — СПб.: 2004. — 448 с.

на других языках

Словари и энциклопедии

Нормативный контроль

NDL: 00575083

Профессия — военный фотокорреспондент

Сразу после начала Великой отечественной войны сотни тысяч молодых людей добровольно пошли в военкоматы. Среди них были представители самых разных профессий, включая и фотографов. В первые дни войны, когда было не до увековечивания событий, когда все думали только о том, чтобы дать врагу достойный отпор, многие из них оказались на фронтах в качестве пехотинцев или сапёров. Но уже к началу второй половины 1941 года представителей узких специальностей или спортсменов стали отзывать от линии фронта и направлять на выполнение воинского долга сообразно своей специальности. В мирное время всё, что связано с использованием каких-то технических средств может показаться определённой синекурой. Но вряд ли такая характеристика уместна для деятельности фронтового фотокорреспондента, или фотокора.
Сотрудники центральных газет или небольших дивизионных или полковых многотиражек рисковали своими жизнями не менее, а то и более обычных бойцов. В отличие от них — в руках у корреспондента не было винтовок или автоматов. Всё вооружение составляла камера «ФЭД» или легендарная «лейка» (Leica — от немецкого Leitz Camera).
Как бы впоследствии не критиковали работу фронтовых фото и кинооператоров люди обиженные советской властью, но именно с «лейкой» и блокнотом тысячи наших соотечественников несли свою службу на фронтах войны. Кто же они — эти представители советской интеллигенции, сотрудники центральных газет столицы и провинциальные фотографы Самары, Мариуполя или Сталинграда? Это Дмитрий Бальтерманц, который снимал строительство оборонительных укреплений на подступах к Москве для газеты «Известия». Это Наталья Боде, ушедшая на фронт добровольцем и всю войну снимавшая для небольшой газеты Юго-Западного фронта «Красная Армия». Это Роберт Димент, выполнявший задачи начальника фотобюро Политического управления флота. Эммануил Евзерихин, Андрей Зукка, Георгий Зельма, Марк Редькин и сотни других офицеров Красной, впоследствии — Советской армии.
Конечно на съемках фотокорреспондентов далеко не всегда присутствовали сюжеты боевых действий. Это могли быть бытовые сцены, портреты красноармейцев для публикации в газетах и даже фотосъемка свадеб или дружеских застолий. Война не смогла убить в людях естественную потребность любить, наслаждаться жизнью.
В наши дни нам трудно представить себе все характерные особенности выполнения заданий фотокоров. Во-первых, все снимки должны были отвечать нормам политической корректности того времени. Во-вторых, не спали и особый отдел и армейская контрразведка СМЕРШ. Человек с фотоаппаратом у линии фронта может оказаться и врагом. Поэтому корреспонденты просто не могли снимать всё и работали с постоянной оглядкой на допустимость фотографирования тех или иных событий или техники. Тем не менее он создали объёмную и красноречивую летопись событий страшных лет войны. Эти материалы ещё долгие годы будут будоражить воображение представителей не одного поколения.
Не утратила своей значимости профессия военного корреспондента и в наши дни. С той лишь оговоркой, что на один снимок сотрудника военной газеты приходится 20-30 фотографий военных папарацци. Особенно ярко это проявилось в ходе проведения военных операций в Чечне. Трудно себе представить человека на войне, который всегда выглядит как герой агитационного плаката. Любой бой — это предельное нервное напряжение, страх, прилив агрессии. Оказываясь материалом для фотосетов такие сюжеты становились настоящим идеологическим оружием, направленным на подрыв авторитета армии России. Однако это смещение акцента не смогло дискредитировать работу настоящего фронтового фотокорреспондента.

В прошлый раз, говоря о довоенной советской фотографии, мы познакомились с мирными работами классиков. Сейчас же нам представляется возможность сравнить те лёгкость, пафос и безоблачность с образами, навеянными ужасами войны и мужественной борьбы, направленной на торжество мира и жизни. Фотокорреспонденты, чья работа подчас была не менее опасной, чем солдатская, сумели донести до нас не только яростные бои на передовой, разрушения и жертвы на оккупированных территориях, но и быт тыловых рабочих, отдающих всё фронту.

Вот бывалый ветеран улыбается вполне залихватски в камеру, вот робко смотрит мимо новобранец из ополчения, которому не досталось пока что ничего кроме винтовки. Вот устремляются к цели истребители, а вот морские конвои ползут вдоль обманчиво мирных полярных снегов. Танкисты, сапёры, партизаны, санитарки, регулировщицы, работники полевой кухни, поэты, музыканты и певцы, поднимающие боевой дух солдат – каждый вносит свой вклад в общую победу. Как и сами фотокорреспонденты, конечно.

Макс Альперт

Три ордена и несколько медалей получил за труд фотокора Макс Альперт. Работая в тылу, на фронте и на освобождённых территориях он создал несколько важнейших фотодокументов эпохи. Как утверждают критики (и трудно с ними не согласиться), если бы Макс Альперт снял только своего «Комбата», то и тогда его имя навсегда было вписано в историю советской документальной фотографии.


Комбат (1942)


В родное село (1943)


Затишье на переднем крае (1942)


Витя Черевичкин


Пехота Красной Армии бежит по полю в атаку (02.04.1942)

Советские разведчики преодолевают водную преграду (1943)

Парад Победы (1945)

Дмитрий Бальтерманц

С первых дней войны Бальтерманц был направлен в ряды армии и стал свидетелем отступления в Крыму, а впоследствии обороны Москвы и Сталинграда. Из-за ошибки газетного редактора, который подбитые англо-советские ленд-лизовские танки принял за немецкие и под таким заголовком дал в тираж, Бальтерманц был отправлен в штрафбат, где получил тяжёлое ранение в ногу в 1943 году. Восстановившись, насколько это было возможно, к концу войны неукротимый Бальтерманц вновь вернулся на фронт, но на этот раз уже в лице фотографа.

Атака (ноябрь 1941)

Горе. Керчь (январь 1942)

Охраняя небо Родины (Попытка собрать урожай первого года войны) (1941)

Парад 7 ноября 1941

Рытье противотанковых рвов под Москвой (октябрь 1941)

Ближний бой

Чайковский (1945)

Эммануил Евзерихин

Ещё один всемирно известный снимок времён Великой Отечественной и Второй мировой принадлежит Эммануилу Евзерихину. Фонтан с танцующими фигурами детей посреди разрушенного, разделённого напополам Сталинграда, стал одним из мрачных символов войны. Сюжеты Евзерихина вообще максимально нетипичны, если так можно выразиться. Да, среди них есть и мастерские батальные фотографии, но, выбирая самые яркие снимки, волей-неволей обратишь внимание на их символизм, многозначительность; будь то кладбище гитлеровских солдат в освобождённом только Сталинграде или убранный крестьянками, словно сошедшими со вчерашних мирных фото, в сено самолёт, напоминающий огромный кукурузный початок или колос.

Фонтан «Детский хоровод» в Сталинграде после налета немецкой авиации (1943)

Женщины маскируют советский истребитель Як-1 на аэродроме (1941)

Красноармейцы проходят по улице Фаворитенштрассе в Вене (1945)

Немецкое кладбище в селе под Сталинградом (1942)

Подбитое в Кенигсберге штурмовое орудие StuG III и убитый немецкий солдат. Германия (1945)

Жители Ростова-на-Дону во дворе тюрьмы опознают родственников, убитых немецкими оккупантами (1943)

Батарея советских 152-мм гаубиц Д-1 ведет огонь по немецким войскам в Белоруссии (1944)

Советский сборный пункт трофейных велосипедов в городе Бишофсбург. Польша (1944)

Экипаж бронеавтомобиля БА-10 с овчаркой Джульбарс (1943)

Семён Фридлянд

Тяготевший к бытовым сюжетам Фридлянд, вполне профессионально снимал на театре военных действий, но именно фотографии тыла,сродни тем, накоторых дети учатся в полуразрушенной школе или трудятся наравне со взрослыми на заводе, кажутся наиболее личными и эмоциональными его работами.

Колонна советских мотоциклистов во время остановки на шоссе на Можайском направлении (1941)

Красноармейцы-связисты Западного фронта прокладывают телефонную линию в поле (1941)

Переправа через Днепр на подручных средствах в сентябре (1943)

Расчет советских казаков-бронебойщиков с ПТРС-41 на боевой позиции

Советские солдаты в поле во время наступления на Харьковском направлении (1942)

Бои в Сталинграде Дата съемки август (сентябрь 1942)

Евгений Халдей

Евгений Халдей – один из немногих фотографов, кто был, кажется, всюду. Вот он на крайнем севере снимает оленьи упряжки (тема животных на войне проскальзывает у многих авторов, но не всегда так метафорично), вот взмывает к небу вслед за истребителями, а вот уже бороздит океан на подводной лодке. И, помимо этого, успевает идти вслед за атакующими частями в бой. Эталонная фотография водружения Знамени Победы, однако, не стала точкой или восклицательным знаком в карьере военного фотокора – он один из немногих отправился в августе 1945 в Манчжурию, где Красная Армия, выполняя обязанности перед союзниками, освобождала от японцев территорию Китая…

Знамя Победы над Рейхстагом (02.05.1945)

Истребители «Харрикейн» 151-го британского авиакрыла пролетают над оленем в Заполярье (1941)

Санинструктор полка морской пехоты Н.С. Буракова перевязывает раненого бойца в Заполярье (1942)

Истребители Як-9Д над Севастополем (май 1944)

Группа советских солдат идет вдоль берега Кольского залива (1941)

Советская регулировщица Мария Шальнева в Берлине (02.05.1945)

Советский бронетранспортер M3A1 в бою на улицах Вены (апрель 1945)

Стальные шлемы и оружие немецкой армии, сложенные в освобожденном Севастополе (09.05.1944)

Транспортировка советского 45-мм орудия на вершину сопки

Командир подводной лодки К-21 капитан 2 ранга Н.А. Лунин на своем корабле (1943)

Красноармейцы бегут по лестнице на Графской пристани во время боев по освобождению Севастополя (май 1944)

Нацист расстрелял свою семью (апрель 1945)

Потсдамская конференция. Групповой портрет лидеров (июль-август 1945)

Японские солдаты сдают свое оружие советскому офицеру (28.08.1945)

Поэт Евгений Долматовский в Берлине (май 1945)

Гужевой транспорт во время войны (1941)

Юнга крейсера «Красный Кавказ», награжденный орденом Красной Звезды (1944)

Яков Халип

Яков Халип акцентировал своё внимание на рабочих тыла, кующих советский меч – технику и снаряды для армии, культбригадах, поднимающих дух раненых в госпиталях и солдат на фронте, как будто не желая отходить от духоподъёмной мощи довоенной советской фотографии.

Советские бойцы слушают выступление музыкантов (март-апрель 1943)

Бойцы на мото М-72 и САУ СУ-100 движутся к Красной Площади для участия в Параде Победы (24.06.1945)

Бригада братьев Зайцевых ремонтирует танки, уходящие на фронт, в мастерской в Одессе (сентябрь 1941)

В центральном посту советской подводной лодки Щ-311 (1940)

Корреспондент К.М. Симонов читает стихи раненым бойцам на Орловско-Курском направлении (июль-август 1943)

Яков Халип. 9 мая, Красная площадь. Москва (1945)

Борис Игнатович

С 1941 года Борис Игнатович неотступно следовал за частями Красной Армии, некоторое время был прикомандирован к партизанскому отряду. Он снимал операции профессора Бурденко, тайные визиты Черчилля к Сталину, освобождение Освенцима, Потсдамскую конференцию, словом – был неотступным свидетелем войны во всех её проявлениях.

Советский солдат рядом с лошадью (1944)

Главный врач Красной Армии Н.Н. Бурденко во время операции (1943)

Освобожденных оставшихся в живых узников концлагеря Освенцим выводят из лагеря (1945)

Переправа советской кавалерии (1944)

Немецкий военнопленный на Курской дуге у разбитой пушки (1943)

Советские партизаны после успешной операции (1943)

Собачья упряжка везет раненого советского бойца в госпиталь. 1-й Украинский фронт 1944

Георгий Липскеров

Георгий Липскеров был свидетелем освобождения Сталинграда, сумел снять пленение фельдмаршала Паулюса, но неизбежно возвращался к теме жизни, которая может цвести даже там, где правит бал смерть. Встреча возлюбленных в разрушенном Сталинграде, щенок, свернувшийся клубком между спящих солдат, или диковинные гордые верблюды посреди зимней равнины прямо говорят внимательному зрителю об этом.

Немецкие военнопленные у верблюдов, запряженных в сани. Сталинград (1943)

Бойцы 2-го Украинского фронта преследуют отступающего противника

Встреча старшего лейтенанта РККА и девушки в Сталинграде (1943)

Пусть солдаты немного поспят. Чехословакия (1945)

Снайпер Петр Алексеевич Гончаров на огневой позиции под Сталинградом (июль-август 1942)

Советские бойцы в маскхалатах продвигаются в развалинах Сталинграда (1943)

Фельдмаршал Паулюс пленен (31 января 1943)

Георгий Петрусов

Петрусов, которого судьба побросала от фронта к фронту, проявил себя талантливым баталистом, создавая полные движения и скрытой силы фотографии, на которых часто уделялось внимание технике, но одна из самых запоминающихся и красочных его серий посвящена портретам победителей, как торжествующим в центре Берлина, так и только вернувшимся в родную столицу.

Истребительный отряд на аэросанях РФ-8-ГАЗ-98 отправляется в поход (1942)

Танк Т-34 идет в атаку при поддержке 45-мм противотанковой пушки 53-К (1941)

Генерал-лейтенант И. Конев с писателями М.А. Шолоховым, А.А. Фадеевым, Е.П. Петровым (1941)

Партизанский отряд уходит в тыл врага (1942)

Танки Т-26 советской 105-й танковой дивизии атакуют немецкие позиции (1941)

Возвращение (1945)

Лидия Русланова выступает с концертом перед советскими воинами на ступенях рейхстага (1945)

Встреча победителей на Белорусском вокзале в Москве (1945)

Иван Шагин

Иван Шагин, помимо эффектных и пронзительных батальных картин поздних лет войны, запечатлел жителей Москвы, которые только узнали о приключившейся беде, ещё не понимая как ей противостоять. Они внимают голосу Молотова, проходят экстренные курсы бойца в городском парке и в штатской одежде становятся в ряды ополчения. Именно на снимках Шагина отчётливо видна пугающе тонкая грань между вчерашним миром и сегодняшней войной.

22 июня. Москвичи слушают выступление В.Молотова по радио (1941)

На танковом заводе (1943)

Обучение московских ополченцев в городском парке (1941)

Политрук продолжает бой (1944)

Снайпер РККА младший лейтенант Людмила Павличенко в маскировочном костюме (июль-август 1942)

Советская САУ СУ-76М переправляется через реку рядом с разрушенным мостом

Солдат из советского минометного расчета подает командиру мину

Убит в последнем бою (1945)

Салют Победе. Берлин (1945)

Женщины на производстве снарядов на советском оборонном заводе (1941)

Колонна советских ополченцев на марше (1941)

Аркадий Шайхет

Аркадий Шайхет не только прошёл всю войну с фотоаппаратом в руках, но, по свидетельствам очевидцев, даже участвовал в боях. Удостоен боевого ордена Красного Знамени за то что в 1944 году под Кёнигсбергом вместе с шофёром на редакционной машине Шайхет вывез раненых с поля боя. Такая вовлечённость лишь помогала фотокору схватывать на лету самые неожиданные сюжеты, превращая их в культовые снимки.

Переправа через Днепр (1943)

Радиопедвижка с пропагандистами на передовой призывающими немецких солдат сдаваться в плен (1943)

Политрук. Сталинград (1942)

Залп гвардейских реактивных минометов БМ-13 «Катюша» (1944)

Советский лыжный батальон выдвигается на передовую (1941)

Вид с воздуха на продвигающиеся по полю танки Т-34 и кавалерию (01.07.1944)

Освобождение из концлагеря. Германия (1945)

Белые флаги. Берлин (1945)

Парад на Красной площади (7 ноября 1941)

Советская девушка-партизан О. Мехеда (1942)

Взятие Мюльхаузена. Германия (1945)

Сергей Шиманский

Сергей Шиманский, и до войны буквально не расстававшийся с Севером, оставил для потомков вполне экзотические кадры войны около полярного круга. Холодное море, медведи, укрепления из снега и бескрайние пустоши подают войну такой, какой мы не привыкли её видеть.

«Слухачи». Аэроакустики противовоздушной обороны Северного флота прослушивают небо 1942

Охота за подводной лодкой противника. Северный флот (1942)

В полярных широтах. Медвежонок Маша – воспитанница краснофлотцев (1941-1943)

На передовую за раненым (1941-1942)

Переправа пехоты через реку Шпрее. Краснознаменная Днепровская флотилия (1-30 мая 1945)

Пулеметный расчет перед отражением налета фашистской авиации (1941-1942)

Связисты (1941-1942)

Шторм в Баренцевом море (1941-1943)

Георгий Зельма

Георгий Зельма едва не больше других остался верен довоенному стилю фотографии. Некоторые его снимки кажутся вполне авангардными, некоторые почти нарочито художественными. Пафос движения, с каким прежде снимали первые поезда, переносится на танки, карабкающиеся в гору солдаты походят на альпинистов, а портретная игра света и тени на лице целящегося автоматчика и вовсе сравнима с постановочными студийными фото. Если бы только не знать, что снимки эти были сделаны посреди капкана смерти, поставленного тут войной…

Танк Т-34 с именем собственным «Родина» на площади Павших Борцов в Сталинграде (1943)

Советские мирные жители тушат зерно, подожженное отступившими немецкими войсками (1944)

Советские бойцы производят доставку горячего питания на передний край в Сталинграде (1942)

Дети бегут по дороге за танком Т-34 под Сталинградом (1942)

Красноармеец ведет огонь из пистолета-пулемета ППШ через пролом в стене здания в Сталинграде (1942)

Подразделение хорунжего Лютика ведет бой у реки Висла (1942)

Советские солдаты в бою в Сталинграде

Советские военнослужащие и мирные жители у сбитого немецкого истребителя Мессершмитт

Бойцы 3-го Украинского фронта строят переправу через реку Ингулец во время наступления на Одессу (1944)

Моряки на палубе советского сторожевого корабля у фоне легкого крейсера «Червона Украина» в районе Одессы (1941)

Портрет бойца Сталинградского фронта, вооруженного пистолет-пулеметом Томпсон М1928 (1943)

Александр Житомирский

Листовки Александра Житомирского пусть и не являются фотографией, но относятся к мастерству коллажа, в котором, как известно, советские художники преуспели. Простота образов, их доходчивость и психологизм наверняка не раз подрывали боевой дух гитлеровской армии.

Бисмарк: этот ефрейтор ведёт Германию к катастрофе. Листовка (1941)

Гитлер отнял у тебя счастье. Листовка

Отсюда не уйти живым. Листовка (1942)

Согреет ли это тебя? Листовка (1941).