Все о шапке мономаха

ОТКУДА ПРИШЛА НА РУСЬ ШАПКА МОНОМАХА?

В наши дни шапка Мономаха — один из древнейших и наиболее ценных экспонатов Оружейной палаты Московского Кремля. Это золотой головной убор, обитый соболиной опушкой и украшенный филигранью и драгоценными камнями — сапфирами, рубинами, изумрудами, шпинелью. Венчает шапку золотой крест с жемчужинами у оснований. Весит убор 993,66 грамма — не так уж и много, чтобы говорить голосом Бориса Годунова из трагедии Александра Пушкина:
«Безумец я! чего ж я испугался?
На призрак сей подуй — и нет его.
Так решено: не окажу я страха, —
Но презирать не должно ничего…
Ох, тяжела ты, шапка Мономаха!»
«Тяжесть» ее заключается статусе: шапка Мономаха — одна из главных царских регалий России наряду со скипетром и державой. Этой короной венчались российские цари с 1498 до 1682 года. Первым, кто надел шапку, был Дмитрий Иванович, внук Ивана III. А для Петра I изготовили дубликат шапки Мономаха — так называемую «шапку второго наряда». Сегодня ее тоже можно увидеть в Оружейной палате.
В 1721 году Петр Великий отменил традицию венчания на царство и ввел обряд коронации. А при Екатерине II появилась новая регалия — Большая императорская корона работы придворных ювелиров Жереми Позье и Георга Фридриха Эккарта. Она оставалась главным торжественным головным убором императорской семьи до 1917 года.
Вопрос, когда и откуда пришла на Русь царская шапка, волновал не одно поколение исследователей. Первое упоминание о ней находится в завещании Ивана Калиты. По одной из версий, ее подарил князю монгольский хан Узбек. Причем некоторые исследователи считают ее женским головным убором, который изначально принадлежал сестре хана Кончаке, жене московского князя Юрия Даниловича. Позднее эту подарочную шапку-тюбетейку, сделанную из добротно спаянных золотых проволок, московские мастера переделали в ту самую «шапку Мономаха».
«А из одежд моих сыну моему Семену кожух красный жемчужный, шапку золотую; а сыну моему Ивану — кожух желтого шелка с жемчугом, епанчу большую с оплечьями; моему сыну Андрею — бугай (верхняя одежда) соболий с наплечниками, с крупным жемчугом, с драгоценными камнями, суконную одежду с оплечьями. <…> А завещаю тебе, сыну моему Семену, братьев твоих младших и княгиню мою с меньшими детьми: после бога ты будешь о них заботиться.
Духовная грамота Ивана Даниловича Калиты
Другая теория о происхождении шапки появилась в политическом трактате XVI века «Сказание о князьях Владимирских». Его создавали во время распространения концепции «Москва — Третий Рим», когда российским самодержцам было важно показать преемственность: первый Рим пал, передав свои полномочия второму — Константинополю, а когда под натиском османов был сломлен и он, настало время третьего — Москвы. Первым царем объединенной после княжеских междоусобиц и монгольских завоеваний Московской Руси был Иван III, который женился на византийской принцессе Софье, племяннице последнего императора — Константина XI Палеолога.
«Сказание» описывало, как русские великие князья произошли от римского императора Августа через легендарного Пруса, якобы родственника Рюрика, а также то, как царские регалии византийского императора Константина IX Мономаха передали его внуку Владимиру Мономаху.
«В то время правил в Царьграде благочестивый царь Константин Мономах и воевал он тогда с персами и латинянами. И принял он мудрое царское решение — отправил послов к великому князю Владимиру Всеволодовичу… С шеи своей снял он животворящий крест, сделанный из животворящего древа, на котором был распят сам владыка Христос. С головы же своей снял он венец царский и положил его на блюдо золотое. Повелел он принести сердоликовую чашу, из которой Август, царь римский, пил вино, и ожерелье, которое он на плечах своих носил, и цепь, скованную из аравийского золота, и много других даров царских. И передал он их митрополиту Неофиту с епископами и своим знатным посланником, и послал их к великому князю Владимиру Всеволодовичу… И с тех пор великий князь Владимир Всеволодович стал именоваться Мономахом, царем великой Руси. И пребывал после того во все время с царем Константином в мире и любви. С тех пор и доныне тем венцом царским, который прислал греческий царь Константин Мономах, венчаются великие князья владимирские, когда ставятся на великое княжение русское».
«Сказание о князьях Владимирских»
В XVI же веке появилось еще одно описание драгоценной шапки. В 1520-е годы в Москву приезжал австрийский дипломат барон Сигизмунд фон Герберштейн. Он записал в своих «Записках о Московии» на латинском языке: «Pileus называется на их языке шапка (Schapka); ее носил Владимир Мономах: она украшена драгоценными камнями и чудно сделана из золотых пластинок, которые извиваются наподобие змей».
В противовес версиям об «иноземном» происхождении шапки Мономаха, в последнее время стало популярно мнение, что изготовили шапку в России. Царская регалия состоит из нескольких частей, и исследователи полагают, что ее первый ярус, состоящий из восьми соединенных золотых пластин с растительными узорами, соорудили в XIII веке из деталей шлемов сыновей Ивана Красного — княжича Ивана и Дмитрия Донского. А вот меховую опушку и множество драгоценных камней добавили позже, в XV веке.

Шапка Мономаха

У этого термина существуют и другие значения, см. Шапка Мономаха (значения). Шапка Мономаха в Оружейной палате, 2013

Ша́пка Монома́ха — главная царская шапка великих князей и царей, символ самодержавия на Руси. Относится к числу древнейших регалий Оружейной палаты Московского Кремля. Внешне представляет собой золотой головной убор с соболиной опушкой, украшенный жемчугом и драгоценными камнями, увенчана крестом. На Руси полусферическая форма шапки с опушкой символизировала небо и солнце. Устремлённый ввысь наконечник «соединял» носившего с предками и легитимизировал его власть через связь с божественным.

Вопрос места и времени создания шапки Мономаха является спорным, историки выдвигают на этот счёт различные гипотезы. Согласно основной современной теории, она была собрана из деталей шлемов сыновей Ивана Красного — Дмитрия Донского и княжича Ивана. Золотые пластины тульи датируются началом-серединой XIII века, единый предмет из них был составлен в 1505—1526 годах.

До середины XIX века за неимением серьёзных аналитических исследований атрибуция шапки Мономаха основывалась на сказании о дарах византийского императора Константина Мономаха. В действительности эта легенда была создана при великом князе Василии III с целью упрочить его права на престол.

Энциклопедичный YouTube

  • 1/1 Просмотров:25 645
  • ✪ Салат Шапка Мономаха. Рецепт салата Шапка Мономаха

Субтитры

  • 1 Характеристики
  • 2 Создание
    • 2.1 Легенда о подарке Мономаха
    • 2.2 Монгольское происхождение
    • 2.3 Византийская теория
      • 2.3.1 Датирование
      • 2.3.2 Формирование легенды
      • 2.3.3 Роль Василия III
    • 2.4 Основная теория происхождения
  • 3 Внешний вид
    • 3.1 Описания
    • 3.2 Конструктивные фазы
    • 3.3 Золотые пластины
    • 3.4 Навершие
    • 3.5 Меховая опушка
  • 4 Шапка в истории России
    • 4.1 XII—XVII века
    • 4.2 XVIII—XIX века
  • 5 В культуре
    • 5.1 Копии и эпонимы
    • 5.2 Упоминания
  • 6 См. также
  • 7 Примечания
  • 8 Литература

Вопреки легендам и мифам, шапка Мономаха – один из символов российского самодержавия – вряд ли имела хоть какое-то отношение к Владимиру Всеволодовичу Мономаху, бывшему великим князем киевским в период с 1113 по 1125 год.

_

Как следует из «Сказания о князьях Владимирских», написанного примерно в 1518 году, этот головной убор был преподнесён императором Византии Константином IX Мономахом князю Владимиру Мономаху, который приходился ему родным внуком.

Однако эта версия крайне сомнительна. Император Константин IX умер в 1055 году, когда Владимиру было всего два года. Кроме того, форма и характер шитья, украшений – всё это не вяжется с происхождением головного убора из Византии. Она в точности соответствует борику, который и ныне является национальным головным убором в Казахстане, имеет популярность в ряде других регионов, населённых народами тюркской языковой группы.

Одной из самых правдоподобных версий реального происхождения шапки Мономаха является предположение о том, что это подарок Узбек-хана Юрию Даниловичу, великому князю Московскому, или Ивану Калите. Таким образом хан Улуса Джучи мог наградить кого-то из московских князей за верность, после чего началось увеличение значимости Московского княжества, которое произошло в начале XIV века.

История же с подарком Византийского императора была придумана в силу появления ориентации на Византию и возникновения концепции наследования Москвой традиций Второго Рима, провозглашения её Третьим Римом.

Только для венчания на царство

Шапка Мономаха получила статус венца и соответствующим образом использовалась. Цари надевали шапку только в момент назначения на царствование. Так было вплоть до венчания на царство Ивана V, который некоторое время был соправителем Петра I. Пётр же венчан на царствие в специально изготовленной шапке Второго наряда, а шапка Мономаха была частью Большого наряда. Первым же царём, который был венчан на правление в этой шапке, был Иван IV.

Что собой представляет шапка Мономаха?

Весит этот головной убор около килограмма, украшен сапфирами, шпинелью, рубинами, изумрудами и жемчугом. Всего 43 камня. Шапка обшита золотыми дощечками, отделана соболиной опушкой, а в верхней части увенчана золотым гладким крестом. В настоящее время она хранится в Оружейной палате, музее Кремлёвского дворца, и является самой древней регалией.

Страсти по Византии

Вне зависимости от версий разных историков, мы имеем основания считать Владимира Мономаха первым русским правителем, при котором начинала формироваться ориентация на Византию. На сохранившихся печатях этого князя уже в те времена был титул «архонт всея земли Русской», традиционный для Греции и Византии. К тому же было бы странно, если бы князь из рода Рюриковичей чисто случайно получил бы прозвище Мономах, по прозванию рода матери. Была ли она дочерью императора Византии, неизвестно, но невозможно отрицать, что являлась его родственницей. Семья же Константина IX была довольно малочисленной, вряд ли он отправил на Русь с посольством какую-то дальнюю родственницу. Имя матери князя Владимира неизвестно, но её появление совпадает со временем правления Константина IX Мономаха.

Правление Владимира Мономаха

Владимир II Мономах был правителем активным, с самых юных лет приобщён к военным походам. Участвовал в столкновениях с половцами, походе в Польшу, где помогал полякам в борьбе с чехами. В 1078 году его отец Всеволод Ярославич становится великим киевским князем, а Владимир занимает Чернигов, который успешно обороняет. В ходе этого периода были ещё и походы против взбунтовавшихся вятичей, тоже победоносные.

В 1093 году отец умер, но Владимир не стал занимать киевский престол, опасаясь семейного конфликта и междоусобицы. Великим князем киевским он становится только после смерти двоюродного брата Святополка Изяславича, у которого великое княжение не оспаривал. Да и то не сразу, а после долгих уговоров и даже угроз со стороны киевского боярства. Угрожали же они Владимиру тем, что народный бунт, который происходил в тот период, станет ещё более яростным, если Владимир не займёт престол и не найдёт способ успокоить холопов. Несколько предшествующих великому княжению лет прошли в постоянных стычках с половцами – русские дружины то одерживали победу, то терпели поражение.

Став великим князем, Владимир II Мономах немного улучшил положение простых людей законодательным образом. Начались годы последнего в истории усиления Киевской Руси. Впрочем, подконтрольными ему были не более 3/4 её территории.

Поход на Византию

Последние годы жизни возможного потомка императора Византии были связаны с войной со Вторым Римом. На Руси появился некто Лжедиоген II. Из политических соображений Владимир сделал вид, что признал его, выдал за него свою дочь и начал поход на Дунай. Русь собрала достаточно большие силы и получила поддержку половцев, с которыми к тому моменту активных боевых действий не велось. Дружину возглавил Лжедиоген. Поначалу она захватывала один город на Дунае за другим, но потом наёмные убийцы, отправленные императором Алексеем I, смогли самозванца убить. Владимир Мономах войну не прекратил и теперь уже действовал в интересах Василия, сына Лжедиогена, своего внука. Война была долгой, к местам сражений отправлялись всё новые и новые дружины. Кончилась же она уже при императоре Иоанне II. Был заключён мир, а внучка Мономаха была выдана за сына византийского императора. С этого момента Русь более никогда не воевала с Византией.

Умер Владимир Мономах 19 мая 1125 в Киеве, в возрасте 71 года, и был захоронен в Софийском соборе. Тяжела или легка шапка Мономаха, князь вряд ли знал, но проявил себя одним из наиболее сильных лидеров на Руси.

Майский образовательный тур «Мир славян»

Калужская область, Боровский район, деревня Петрово

В этнографическом парке-музее «ЭТНОМИР» открывается новый сезон путешествий для групп школьников. Можно пройти дорогами Великого шёлкового пути, через Центральную Азию, горный Непал, легендарную Индию, увидеть Китай, Корею и Японию. Окунуться в мир славянского календаря. Познакомиться с жилищами народов мира, узнать, из каких материалов можно построить жилище, какие по форме и величине бывают дома, как учитываются природно-климатические условия и образ жизни человека.

Образовательный тур «Мир славян» состоит из экскурсии и мастер-класса по рукоделию.

В ходе экскурсии, которая пройдёт в русской избе этнодвора «Музей русской печи», в украинской хате-мазанке и на белорусском хуторе, ребята узнают, как раньше жила семья из 10-12 человек в одной избе площадью 20 кв. м. Как сохраняли лад в семье, где спали, как ели; кто такие «большак» и «большуха» и кто же в семье главнее? Школьники увидят предметы быта наших предков, о которых раньше читали только в русских сказках, а некоторыми предметами смогут воспользоваться: достать чугунок из печи, подправить дрова в топке кочергой, попробовать выгладить ткань рубелем. Под рассказы мастера ребята создадут небольшой сувенир – хатку, украсят её и покроют соломенной крышей.

Период проведения программ: с 1 мая по 15 июня.

Шапка Мономаха – российский имперский символ

В русской имперской традиции существовал ритуал венчания на царство. Непременным атрибутом его было надевание царского венца – короны, символа верховной власти. Она передавалась по наследству от одного царя к другому и завещалась старшим сыновьям, начиная от великого московского князя Ивана III. Он венчал на царство короной своего внука Дмитрия, и с этого времени золотая корона, получившая название Шапки Мономаха, стала символом сосредоточенной в Москве высшей государственной власти. Она являлась свидетельством мощи Русского государства, освободившегося к тому времени от так называемого татаро-монгольского ига. Ею венчались на царство все русские цари до Петра I включительно. Последний, провозгласив Россию империей, в 1721 г. ввел новый обряд коронации, в котором Шапку Мономаха не возлагали на голову императора, как это было раньше, а несли впереди торжественной процессии.
Впервые упоминание о Шапке Мономаха встречается в сороковые годы XIV столетия при перечислении оставленного в наследство имущества московского князя Ивана Калиты. При Василии III появляется легенда о том, что шапку в дар киевскому князю Владимиру Мономаху прислал византийский император Константин Мономах, хотя последний умер за пятьдесят лет до того, как Владимир стал князем. Несмотря на это, русская историографическая традиция, начиная с Н.П. Кондакова, придерживалась версии о византийском происхождении данной шапки. Однако позднее это мнение было оспорено А.А. Спицыным, который отнес шапку к монгольскому времени. По мнению американского ученого Г. Вернадского данная легенда появилась для обоснования версии о преемственности власти русских царей от византийских императоров, а не от чингизидов. Он считал, что шапка Мономаха была передана московскому князю Ивану I золотоордынским ханом Узбеком – внуком Менгу-Тимура, праправнуком Бату-хана и прапраправнуком Чингиз-хана. Современный исследователь М.Г. Крамаровский, придерживаясь мнения Спицына, включает шапку в круг золотоордынских памятников ювелирного искусства. Центрами ее производства он считает Крым или поволжские города начала XIV–XV вв.

Анализ археологических и этнографических материалов, характеризующих искусство Крыма, Северного Кавказа, татар Волго-Уральского региона и родственных им тюркских народов (ногайцев, туркмен, чувашей и башкир) позволил дополнить исследования ученых новыми данными и дать собственную версию, проливающую свет на происхождение и принадлежность данной шапки.

Предыдущими исследователями не были приняты во внимание форма и некоторые детали самой шапки, а также письменные источники, раскрывающие ее наследование русскими князьями. Кроме того, было выявлено, что шапка первоначально имела несколько иной облик, и это было учтено нашей атрибуцией.
Опираясь на письменное свидетельство очевидца – барона Сигизмунда Герберштейна, посла германского императора Максимилиана I к русскому царю Василию III, посетившего Москву в 1517 и 1526 гг., нами была выявлена важная деталь – шапка имела золотые подвески, а опушка из собольего меха и крест в ее завершении появились позднее, на что указывали и исследовавшие шапку сотрудники Оружейной палаты.
Как считает ряд исследователей, например М.Г. Крамаровский, к шапке было добавлено навершие, украшенное драгоценными камнями с жемчугом. По мнению А. Спицына, шапка, возможно, первоначально имела крест по типу «короны Джанибека». Однако свидетельство барона не подтверждает данного мнения: «Наша шляпа, на их языке называется шапкой: ее носил Владимир Мономах и оставил ее, украшенную жемчугом, а также нарядно убранную золотыми бляшками, которые, извиваясь кругом, часто колыхались при движении». В позднейшем переводе «Записок» барона, изданного в 1988 г., дается такая интерпретация последней части текста: «…золотыми бляшками, которые колыхались, извиваясь змейками». Таким образом, такая важная часть завершения шапки, как крест, бароном даже не упоминается, что явно свидетельствует об его первоначальном отсутствии. Зато появляется важная деталь – шапка имела золотые подвески, поскольку только они могли колыхаться при движении.
Материалы Симферопольского клада, хранящегося в Историческом музее в Москве, выявили разительное сходство в деталях женского головного убора из клада с навершием шапки. Аналогичное расположение, а также крепление цилиндрического стержня в навершиях обоих уборов, позволяет сделать вывод (в отличие от М. Крамаровского) об изначальной принадлежности навершия, одетого на более поздний колпачок, шапке. В стержень навершия тюркских женских головных уборов вставлялись перья павлина или филина, в шапке Мономаха в него был вставлен крест.
Мотивы орнаментации – лотос, шестиконечная звезда со вписанной в нее цветочной розеткой и без нее, двухполосная плетенка, листовидные в характерной трактовке ограничиваются кругом памятников волжских булгар домонгольского и золотоордынского времени, а также Крыма XIV в.

Мотив лотоса
Встречаются они и на отдельных уникальных произведениях мамлюкского искусства, например на серебряном инкрустированном барабане XV в., и являются присущим для предметов, принадлежащих знатной кипчакской верхушке золотоордынского общества.

Древнейшая часть – тулья шапки – составлена из восьми золотых пластин, каждая из которых напоминает продолговатый равнобедренный треугольник с отсеченной вершиной. По краям пластин имеются отверстия, к которым закреплялась матерчатая основа. Все пластины украшены сложным сканым узором из тончайшей золотой проволоки.
О том, что шапка была создана золотоордынскими ювелирами, имеется ряд неоспоримых свидетельств. Во-первых, характер орнаментации и технология сканого декора. Шапка создана в технике накладной скани и зерни. Причем зернь в одних случаях применяется в абрисах мотива лотоса, который украшает четыре пластины поверх сканой проволоки. Из них центральная – с красным рубином в круглой оправе и с четырьмя жемчугами; по ее сторонам две пластины с зеленым изумрудом в прямоугольной оправе в композиции с тремя жемчугами; четвертая пластина – с мотивом лотоса – расположена напротив центральной. Композиция декора выделяет главную лицевую часть шапки. В других случаях зернь украшает листовидные мотивы, по абрису гладкой проволоки.
На четырех других пластинах шапки центральным является мотив шестиконечной звезды со вписанной в нее 12-лепестковой розеткой.

Мотив розетки
Каждую из восьми пластин шапки украшают драгоценные камни (зеленые изумруды и красный рубин), вставленные в высокие гладкие гнезда. Шапка окаймлена по абрису мотивом двухполосной плетенки. Выявляется определенный принцип в декорировании шапки: четыре из восьми пластин – с характерным мотивом лотоса, причем три из них лицевой части, четыре другие пластины – с ведущим мотивом шестиконечной розетки.
В создании сканого узора используются два композиционных приема, характерных для сканых украшений, имеющих большую поверхность орнаментации. Это, во-первых, прием заполнения каркасных спиралевидных узоров ритмом одинаковых крупных завитков, закрученных слева направо, и, во-вторых, в виде растительных побегов, имеющих завитки на обе стороны. Ряд исследователей полагает византийские истоки ленточной скани шапки, привлекая к доказательству памятники последней четверти XII в. Однако технология накладной и ажурной скани и подобная ей ремесленная традиция были известны в Поволжье еще в домонгольский период. В частности, к X–XII вв. относится находка сканой серьги грушевидной формы из Болгар, украшенной тонкой накладной сканью на серебряной пластине. К концу домонгольского периода относятся сканые ажурные серьги с орнаментом в виде крупных завитков на обе стороны от сканой проволоки.
В наибольшей мере аналогии в технике скани выявляются в памятниках ювелирного искусства XIII–XIV вв., относящихся к кругу золотоордынских. Это, во-первых, скань на предметах из Симферопольского клада (золотой молитвенный футляр из накладной скани), из раскопок и кладов городов Волжской Булгарии и так называемая Бухарская бляха. Что же касается мотивов, используемых в декоре шапки, таких, как лотосный, шестиконечная звезда со вписанной в нее цветочной розеткой, цветочная семичастная розетка, характерные листовидные мотивы, то они ограничиваются кругом памятников Поволжья, в частности волжских булгар, и Крыма золотоордынского времени. Встречаются эти мотивы на отдельных уникальных произведениях мамлюкского искусства, например на латунном, гравированном и инкрустированном серебром барабане, отнесенном к XV веку.
В оформлении барабана использованы характерный по форме мотив лотоса, шестиконечная звезда со вписанной в нее розеткой и мотив двухполосной плетенки, окаймляющий барабан по периметру – все три мотива в аналогичном композиционном решении используются в декоре шапки. Фон мамлюкского барабана решен в виде орнамента из крупных спиралей с нанесенной на них надписью, которая гласит: «его высочайшее превосходительство, царственный воин». Мотив лотосного помещен в три медальона, украшающих обод барабана и разделяющих надпись. Он окружен узором в виде спиралей из лиственных мотивов. Шестиконечная звезда со вписанными друг в друга розетками расположена на дне барабана, в его центре. Таким образом, в данном памятнике, принадлежащем царственной особе, мы видим тот же комплекс мотивов орнамента, что и в шапке. Учитывая, что данный предмет принадлежал мамлюкско-кипчакской знати, можно сделать предположение о том, что вышеперечисленные мотивы орнаментации были характерными для предметов, принадлежащих кипчакам, отвечая вкусам кочевой верхушки золотоордынского общества.
Мотивы лотосного цветка встречаются в центральноазиатском, как и в булгарском, искусстве золотоордынского времени. Находки золотых колтов со сканым ажурным узором из г. Болгар в виде цветка лотоса являются наиболее близкой аналогией данного мотива в украшении шапки, так же как и изображения лотоса на архитектурных изразцах, найденных в Болгарах. Это же относится и к мотиву шестиконечной звезды, нашедшему применение в орнаментации памятников архитектуры г. Болгара (ханака «Черная палата») и булгарских каменных надгробий XIII–XIV вв.

Мотив шестиконечной звезды
Мотив цветочной розетки в характерной для шапки трактовке присущ булгарскому металлу как домонгольского, так и золотоордынского времени.
Согласно нашему исследованию шапка Мономаха до того, как попала к русским князьям, была женской и принадлежала знатной татарской особе.
Доказательством этого являются, во-первых, существовавшие ранее подвески (свидетельство С. Герберштейна), которые были характерны именно для женских головных уборов тюркских народов, во-вторых, сходство в деталях с женскими головными украшениями из Симферопольского клада. Одно из них состояло из 19 фигурных бляшек, нашитых на некогда существовавшую тканевую основу, и было декорировано, как и шапка Мономаха, жемчугом, а также сапфирами, аметистами, изумрудами. Причем жемчуг, так же как и на шапке, имеет идентичное крепление золотым «гвоздиком» посередине. О сходстве в навершиях симферопольского убора и шапки упоминалось ранее.
Ибн-Баттута – арабский путешественник, побывавший в городах Золотой Орды, сообщает, что «знатные татарские женщины на верхушке шапки носили золотой кружок, украшенный павлиньими перьями и усыпанный драгоценными камнями». Испанский посол Руи Гонзалес де Клавихо, посетивший ставку Тимура, оставил описание головного убора старшей царицы – Сараи — Мульк-ханым. Это был род высокого шлема, красиво убранный разными самоцветами, над которыми была точно «маленькая беседка» с тремя рубинами, откуда исходил белый султан, чьи перья были перевязаны золотой нитью с кистью из птичьих перьев, с каменьями и жемчугами на конце. Описание этого навершия напоминает завершение шапки. Примечательно, что оборотные стороны блях — медальонов симферопольского убора также были украшены изображениями лотоса.

Шапка с подвесками или в виде усеченного конуса полусферической формы соответствует форме тюркских головных уборов, известных у татар под названием такыя, у туркмен – тахъя. Встречается такая форма и у других народов Поволжья – удмуртов, чувашей, башкир, у которых она также носит название такъи или хушпу. Подобная форма головногоубора, с нашитыми монетами и укрепленным на макушке серебряным куполом, была известна ногайцам как девичья шапочка — такъыя.

Чувашская такъя
Основным украшением тахъи туркмен была купба – серебряное навершие в виде куполка с торчащей вверх трубочкой посередине и серебряные подвески. Этот головной убор туркменские женщины носили до выхода замуж и замены его женским головным убором. В трубочку купбы вставлялись перья совы или филина.

Туркменская тахья
Если в девичьей шапочке не было перьев, это означало, что девушка засватана. По мнению исследователей, обычай украшать шапочки перьями совы и филина, известный также казахам, киргизам, полукочевым узбекам, связан с кипчакским этническим пластом этих народов.
С влиянием кипчакской моды связываются и женские головные уборы остроконечной формы с лунницей на стержне навершия и с грушевидными подвесками на цепочках из раскопок Белореченских курганов на Северном Кавказе. Исследователи относят их к XIV–XVI вв.
Таким образом, традиция завершать женские головные уборы навершиями со стержнями, в которые вставлялись перья птиц или лунницы, связана с кипчакским влиянием, хотя сам облик головного убора в виде полусферической шапочки с нашитыми на нее бляшками или монетами и подвесками по ее нижнему краю относится к древней сармато-аланской или скифо-сарматской (по Толстову) культуре. Данная форма получила развитие в салтовской культуре волжских булгар X–XII вв. и сохранилась в этнографических материалах поволжско-приуральских народов – татар-мишарей, чувашей, удмуртов, башкир, ногайских татар, а также у отдельных туркменских племен. Форма шапки является примером синтеза на обширном пространстве территории Золотой Орды элементов салтовской (болгаро-аланской) и кипчакской золотоордынской культуры, что нашло отражение в репрезентативной одежде социальной верхушки, привнесшей новые вкусы и моду в костюм и украшения оседло-земледельческого населения городов Поволжья, Северного Кавказа и Крыма.
У русских князей шапка появилась, вероятнее всего, как результат закрепления брачного союза с представительницей знатного татарского рода. Известны, по крайней мере, две линии родства великих русских князей с золотоордынскими ханами. В 1260–1270-е гг. князь Федор по прозвищу Черный, сын Ростислава Мстиславовича – внук Владимира Мономаха, был в Орде и женился после смерти своей жены – ярославской княжны – на ханской дочери, имел от нее двух сыновей – Давида и Константина. Сын Давида Федоровича – ярославский князь Василий – был женат на дочери Ивана Калиты. Таким образом, генеалогическая связь с Владимиром Мономахом существовала через зятя, являвшегося внуком правнука последнего. Версия о происхождении шапки могла возникнуть по этой линии, если она, доставшись в наследство Василию от матери, через его жену попала к Калите. Однако отношения Ивана Калиты с зятем были враждебными; последний действовал заодно с тверским князем, помогая ему в Орде, за что великий князь московский опустошил тверские земли и, кроме того, зять пережил тестя.
Более достоверной представляется версия о том, что шапка попала в наследство к Ивану Калите после смерти его родного брата –московского князя Юрия Даниловича. Он был женат на Кончаке (в крещении Агафия) – сестра татарского хана Узбека. Юрий московский жил в Орде, «умел сблизиться с семейством хана и женился на сестре его, Кончаке… Ханский зять возвратился в Русь с сильными послами татарскими». Кончака умерла в Твери в 1317 г., попав в плен к тверскому князю Михаилу, где ее, отравили. Юрий Данилович был убит позднее, в 1325 г., тверским князем Дмитрием Михайловичем, который, дабы оправдать себя, сообщил хану Узбеку, что Юрий собирал дань и удерживал ее у себя. Наследником Юрия Даниловича, поскольку у него не было детей, мог быть только его брат – Иван Данилович – Калита.
Таким образом, предположение, впервые высказанное Г. Вернадским, о том, что шапка Мономаха принадлежала хану Узбеку, имеет под собой достаточно веские основания. К сожалению, без внимания исследователей оставались форма шапки и традиции ее художественного оформления, не были привлечены археологические и этнографические материалы тюркских народов Поволжья. Миф о так называемой шапке Мономаха может быть развеян бесстрастными доводами и фактами, и бесспорно одно – она является достоянием Золотой Орды – некогда великого государства.

Что относится к главным регалиям царской, королевской и императорской власти? Корона, скипетр и держава. Все регалии обязаны своим происхождением античному миру. Корона своим предком может считать венок, которым награждался победитель в состязании. Позднее венок стал символом победителя в войне или должностного лица – знаком служебного отличия (императорский венец). Позже появилась корона, которая и стала главным атрибутом власти в раннем Средневековье.

Как появилась шапка Мономаха

Вопрос об истории появления шапки Мономаха до настоящего времени не имеет однозначного ответа. Историки предлагают нам несколько версий, и каждая из них довольно убедительна и представляет большой интерес.

До середины XIX века легенда о появлении шапки опиралась на сказания о том, что она была подарена византийским императором Константином Мономахом. Но, скорее всего, эти сообщения появились при великом князе Василии III, которому такие легенды были очень выгодны для упрочения своих прав на престол.

Другая версия имеет монгольские корни. Некоторые исследователи считали, что это дар Узбек-хана Ивану Калите, который получил его после смерти своего брата Юрия Даниловича в качестве награды за преданность.

Но есть и современные историки, которые полагают, что шапка изготовлена в России. Они считают, что шапка собрана из частей и деталей шлемов сыновей Ивана Красного – Дмитрия Донского и княжича Ивана. Предполагается, что золотые пластины тульи изготовлены в XIII веке, а окончательный вариант шапки появился в 1505–1526 годах. И эта версия является на сегодняшний день наиболее предпочтительной.

Венчание на царство Ивана V и Петра I

История шапки Мономаха

В 1328 году русские летописи впервые упоминают о ней в завещании Ивана Калиты. В нем в перечислении сокровищ названа «шапка золотая», и некоторые исследователи посчитали, что речь идет именно о шапке Мономаха.

Каждый день великие князья в ней не ходили. Украшение было ритуальным и использовалось только один раз, в день восшествия на престол. С окончанием торжеств, в соответствии со всеми необходимыми правилами, шапка Мономаха пряталась до следующего подобающего случая (она хранилась в царской сокровищнице). В обычные дни царь пользовался «ежедневным венцом». В 1682 году шапка по назначению использовалась в последний раз – при восхождении на престол Ивана V. Здесь имелся один нюанс. Вместе с Иваном V на престол возводился и его младший брат Петр Алексеевич, который в дальнейшем стал императором Петром I Великим. Для второго царя была изготовлена шапка-дубликат, или, как ее назвали, «шапка второго наряда». Сегодня эта шапка и шапка Мономаха хранятся в Оружейной палате в Кремле.

Описание шапки Мономаха

Общий вес головного убора составляет 993,66 грамма. В описании говорится, что шапка царская, золотая, сканая выполнена из восьми золотых пластин, украшенных филигранью, жемчугом и самоцветами. Всего на шапке 43 драгоценных камня шести видов, среди них – сапфиры синие, сапфиры желтые, шпинель красная, рубины, изумруды. И, естественно, шапка украшена русскими мехами, в которые в то время были одеты практически все европейские первые лица.

Происхождение Шапки Мономаха

Шапка Мономаха. Одна из главных регалий русских великих князей и царей. Символ самодержавия на Руси. Шапка имела особый статус и функцию. Со времён первой церемонии венчания на престол Дмитрия (внука Ивана III), состоявшейся в 1498 году, регалия использовалась в ритуале венчания московских государей. Ею, кстати, венчали на царство и Ивана IV Грозного в 1546 году. Причём каждый государь надевал Шапку лишь однажды: во время торжественной церемонии её прилюдно возлагали на голову нового царя, а после празднества прятали в сокровищницу. Последний раз Шапка Мономаха использовалась для венчания в 1682-м году во время уникальной церемонии совместной коронации братьев-соправителей Ивана и Петра Алексеевичей. Старшего брата, Ивана V, венчали оригиналом, а младшего, Петра Алексеевича (Первого и Великого), венчали, используя Шапку второго наряда, более простой дубликат, изготовленный специально для этой цели. Ныне Шапка Мономаха хранится в архиве Оружейной Палаты в Москве. Это все известные факты.

А вот происхождение этой реликвии вызывает множество вопросов. И всего существует две версии происхождения Шапки Мономаха, каждая из которых имеет свои более детализированные подверсии. Первая версия — легендарная, византийская, согласно которой Шапка, это дар византийского императора Константина IX Мономаха своему внуку, киевскому князю Владимиру Всеволодовичу (Мономаху). Эта легенда символизирует преемственность власти русских православных государей от византийских императоров. И хотя сам факт подарка вызывает законные сомнения, это, все же, не дает повод автоматически отмести возможность византийского происхождения самого головного убора.

Вторая версия, азиатская. Согласно ей, Шапка была изготовлена восточными мастерами. Подверсии — дар хана Узбека русскому князю Ивану Калите за верную службу и… женская ордынская тюбетейка. Надо ли сомневаться, какая версия выбрана в качестве основной у свидомых историков? Хотя, причем тут версия? Украинские свидомые «історики» не утруждают себя такими понятиями, как версия, гипотеза или предположение. Зачем? В черно-белом свидомом мозгу «ордынская тюбетейка», это догма. А ее наличие в русской истории – яркое свидетельство ордынского происхождения загадочной страны «Московии».

Шапка Монома́ха (корона московських Великих князів) — головний убір (тюбетейка) з соболиним обрамленням, прикрашений коштовним камінням і хрестом (XIV ст.).
Саму корону було зроблено для татарського хана (мабуть, для Узбека) у 1330-х. Найвірогіднішою видається версія, що хан Узбек подарував головний убір московському князю Юрію Даниловичу в 1317 при його одруженні з донькою хана Кончакою.
УкроВики

В очередной раз убеждаюсь, что УкроВики, это, мягко говоря, сборище предвзятых и малограмотных русофобов. Кто ее пишет? Похоже, что те, кому русофобия заменила профессионализм и знания. Корона московских Великих князей? Про русских царей, которых на «Всея Руси» венчали, само собой свидомые позабыли. Да и уверенная последовательность дат впечатляет. «Зроблено для татарского хана в 1330-х» (тут только одно сомнение — «может для Узбека?»), но «вероятно подарено Юрию Даниловичу в 1317-м». Гм…

Уж не знаю, как вам, но лично мне свидомые неоднократно торжествующе предъявляли «научно доказанную» «всеми учеными» версию, что Шапка Мономаха – это, не что иное, как ордынская женская тюбетейка. Хотя какая же это версия? Мне это преподносили именно, как доказанный факт. С доказательствами, правда, у них не очень.

К слову, азиатская, как и византийская теория происхождения Шапки Мономаха имеет своих горячих сторонников и противников и, пока что, речь все же идет о версиях и мнениях. Но вот версия о Шапке Мономаха, как о женской тюбетейке, достаточно нова и исходит от доктора искусствоведения Гюзель Фаудовны Валеевой-Сулеймановой. По крайней мере, я не нашел никого, кто бы говорил об этом до нее.

Нисколько не пытаюсь оспорить профессионализм госпожи Валеевой-Сулеймановой, но все же она пока единственная, кто так считает, хотя, оставаясь профессионалом, и говорит все же о версии и своем мнении.

Желающие могут прочитать ее статью » » полностью, я же выделю лишь пару абзацев, в которых госпожа Валеева-Сулейманова приводит то, что, по ее мнению, доказывает, что Шапка Мономаха – ордынская женская тюбетейка.

По нашему мнению, шапка Мономаха до того, как попала к русским князьям, была женской, принадлежала знатной татарской особе. Доказательством этого являются, во-первых, существовавшие ранее подвески (свидетельство С. Герберштейна), которые были характерными для женского головного убора тюркских народов. Во-вторых, детали золотоордынских женских головных украшений из знаменитого Симферопольского клада, находящегося в фондах Государственного исторического музея в Москве. В кладе были найдены фрагменты золотого женского головного убора и серебряного навершия от головного украшения, декорированные жемчугом и драгоценными камнями. Поражает сходство крепления камней к навершию и в гнезда шатонов, а также орнаментация шатонов скаными завитками в виде кругов на деталях головного убора из клада и шапки Мономаха.

Т.е. доказательств всего два. Первое, это подвески, характерные для «золотордынских женских головных уборов», а второе, это завитки в форме кругов в гнездах шатонов.

Ну что ж, понятно. Если головной убор с подвесками, то он, несомненно, женский. Мне лично непонятно только одно. А почему русский князь Владимир, тот самый, крестивший Русь и живший задолго до золотоордынского периода, изображался в шапке с подвесками? Интересно, он знал, что это тюркская традиция женских головных уборов?

А византийские императоры были в курсе, что они носят тюркские женские тюбетейки?

В общем, мне это доказательство не кажется убедительным. Мне кажется, что госпожа Валеева-Сулейманова все же должна была доказать не то, что подвески носили тюркские женщины, а то, что кроме них никто их не носил. Очевидно, что это не так.

Теперь давайте посмотрим на детали золотоордынского женского головного украшения, на который ссылается Валеева-Сулейманова, из знаменитого Симферопольского клада. Вот они.

А вот «поражающее сходство» орнаментации шатонов «скаными завитками в виде кругов» на деталях головного убора из клада и шапки Мономаха. Специально располагаю рядом, чтобы была возможность сравнить.

Мне одному кажется, что завитки Шапки Мономаха (справа) действительно являются завитками, образующими непрерывный узор вокруг всего шатона, а завитки женского украшения (слева) всего лишь ряд кружков? А зубья держащие камень женского украшения? На Шапке Мономаха их нет. Соглашусь, что похоже, но все же не то. Да и не кажется мне, что орнамент из кружков на украшении из Симферопольского клада является доказательством, что все остальные орнаменты из кружков (или похожие на них) во всем мире являются работой исключительно золотоордынских мастеров. Что-то мне подсказывает, что кружки, завитки и спиральки встречаются на многих древних артефактах. Например, на известной Антиохийской чаше, изготовленной в Византии в 6-м веке.

Да и, вообще, как могут завитки или кружки в орнаменте на одном женском головном уборе доказывать, что все остальные с таким орнаментом тоже женские? Реально, существуют чисто женские орнаменты? А были хоть где-то найдены тюркские женские (и не женские) головные уборы состоящие из восьми пластин, подобных тем, что являются основными элементами Шапки Мономаха? Женский головной убор из Симферопольского клада явно их не имел? А кто, вообще, изготовил эти элементы для головного убора золотоордынской женщины? Точно ордынский ювелир? Пока, увы, я не вижу ответов на эти вопросы.

Что же касается центральноазиатских и булгарских узоров в виде «арабских цветов», лотосов и звезд Давида, на которые ссылается госпожа госпожа Валеева-Сулейманова, то лучше всего об этом сказала доктор исторических наук Наталья Викторовна Жилина — автор двух серьезных исследований — «Зернь и скань Древней Руси XI-XIII вв.» и «Древнерусский сканозерновой убор XI- XIII вв.» в своей труде «Шапка Мономаха. Историко-культурное и технологическое исследование» (издательство «Наука», 2001 год).

При обосновании восточного характера орнаментации «Шапки Мономаха» обычно указывается на широкую распространенность мотива лотоса в восточном искусстве. Эта распространенность неоспорима, но не доказывает принадлежности Шапки восточному искусству, а тем более ее изготовления среднеазиатскими или золотоордынскими ювелирами. Ранняя распространенность мотива лотоса в Византии (с VI–VII вв. н.э.) позволяет утверждать, что этот мотив органичен и византийскому искусству.

О популярности мотива широкого цветка, который получил широкое распространение в XIII–XIV вв., свидетельствует обширный ряд памятников, происходящих из Поволжья, Причерноморья, Крыма и Египта… Одна из находок обнаружена и в Подмосковье, но все они стилистически позже цветка Шапки.

Сравните, ради интереса, лотос под номер 1 (византийская эмаль 12-го века) и под номером 10 (Шапка Мономаха). Они почти идентичны. Другие лотосы, чисто азиатского изготовления, тоже очень похожи, но все же они более позднего изготовления, чем византийская эмаль. Другими словами, наличие «арабских цветков» в узоре не доказывает ордынское происхождение Шапки Мономаха. А что касается техники изготовления? Жилина считает, что и она вполне византийская.

Г.Ф. Валеева-Сулейманова, уверенно ссылаясь на технологические данные, которые, по ее мнению, доказывают золотоордынское изготовление «Шапки Мономаха», имеет в виду лишь общее наличие техники накладной и ажурной скани с X–XII вв. на территории Поволжья и Булгара. За общими постулатами о «ремесленной традиции» не стоит конкретного анализа этой традиции, а именно – изучения технологии изготовления скани, которая может быть различной.

Напомню, Наталья Викторовна — специалист именно по зерни и скани, т.е. в технике, которую и использовали при изготовлении Шапки Мономаха. Думаю, ее мнение достаточно весомо.

Изучение стилистики сканного орнамента и вводных мотивов Шапки Мономаха позволяет рассматривать ее внутри византийского комплекса филигранных произведений. Причем большинство орнаментальных мотивов и элементов находят параллели в византийском искусстве XII–XIII вв. Скань Шапки Мономаха была изготовлена до периода расцвета стиля «клейм», т.е. до конца XIII в.
Исходя из реконструкции первоначального вида Шапки, согласно которой она имела форму митры, возможно отдать предпочтение поствизантийской и Палеологовской части этого периода, поскольку такие головные уборы императоров были распространены именно с 20–30-х годов XIII в. Сохранение старых византийских традиций после захвата Константинополя крестоносцами, может быть, даже несколько усиленное и архаизирующее, отвечало бы тогдашней ситуации.
Технологические данные показывают, что зернь и филигрань Шапки Мономаха изготовлены полностью в византийских традициях, зернь может быть отнесена к византийско-древнерусскому стандарту, скань – к византийскому стандарту XIII–XV вв. (эти технологические параллели также подчеркивают порубежное время создания Шапки, каковым является XIII в.). Ни восточная зернь и скань XIII–XIV вв., ни русская скань XIV–XV вв. не обнаруживают технологических аналогий со сканью Шапки Мономаха, так как относятся к иным технологическим стандартам.

Думаю, достаточно исчерпывающе. И, кстати, по мнению Жилиной существовало три стадии существования Шапки Владимира Мономаха, причем навершие Шапки более позднее добавление.

Золотая шапка завершает ряд княжеских головных уборов-регалий, подражавших византийским императорским венцам. Она характеризуется пластинчатой (дробничной, или диадемной) конструкцией и, возможно, сохраняет реликт венца-стеммы в виде воздушного перекрестья под золотым крестом-навершием. Нижняя часть Шапки, вероятно, состояла также из восьми более коротких золотых пластин, которые своей изогнутостью создавали форму, удобную для охвата головы. Пластины были закреплены по их контуру, следы первоначальных отверстий, фиксирующихся на боковых бордюрах, оказались искажены более поздними отверстиями. Навершием шапки I конструктивной стадии был золотой крест с жемчужинами. Группа кастов имеет трехчленное деление, относится к XV в. и добавлена на Шапку позже.
На II стадии существования, согласно предлагаемой реконструкции, Шапка утратила исконную нижнюю золотую деталь и была дополнена меховой нижней частью, воплощая традиции русского колпака. Нижняя граница пластин стала основной опорной линией, о чем свидетельствуют множественные отверстия по нижнему краю и центральной части пластин. Эту стадию можно относить к XV в., поскольку отверстия пробиты до украшения Шапки вторичным жемчугом и кастами. В таком виде Венец Мономаха открыл ряд русских Царских Венцов и навсегда осталась единственной подлинной Шапкой Мономаха, которой должен был венчаться Царь, чтобы стать законным.

Желающие могут поискать книгу Жилиной и самостоятельно убедиться, что ее, действительно серьезное, исследование убедительно доказывает, что ни «арабские» узоры, ни стилистика, ни техника исполнения не позволяют отнести Шапку Мономаха ни к работе золотоордынских мастеров, ни, тем более, к женским тюбетейкам. Византийская версия наиболее вероятна.

А уж то, что свидомые видят какое-то сходство Шапки с тюркской тюбетейкой, то это их личная проблема с ограничением по зрению, жестко накладываемое русофобией. Что ж поделать, что форма человеческой головы накладывает ограничения на многообразие форм и размеров головных уборов. Хотя, если говорить, конкретно, про тюбетейки… Кто-нибудь видел тюбетейку, сделанную из 8 клиньев, подобных 8 пластинам Шапки Мономаха? Так-то тюбетейки делают из 4-х клиньев, а не из восьми. И на мой выпуклый взгляд шапка на картинке ниже гораздо более похожа на тюбетейку, чем Шапка Мономаха.

А что, чем не тюбетейка, богато инкрустированная драгоценностями? Узоры и мотивы сходятся, четыре клина… Среднеазиатским заводчикам тюбетеек просто не хватает бриллиантов и рубинов для изготовления полноценной короны. Слався, Британия!

Кстати, желающие могут проследить за ходом дискуссии 3-х летней давности российского историка Клима Жукова (он частый гость у Гоблина) с парой свидомых о Шапке Мономаха, а также о разнице между гипотезой и доказанным фактом. Очень поучительно. Наглядно видно, что свидомые явно не видят разницы между этими двумя понятиями. Я же соглашусь с Климом – не важно, чем были части Шапки Мономаха раньше, важно то, что сейчас это уникальный объект, не имеющий аналогов в мире и значимая часть нашей великой русской истории.