Восстание в праге

Пражское восстание (1945)

У этого термина существуют и другие значения, см. Пражское восстание.

Пражское восстание (1945)
Основной конфликт: Вторая мировая война
Дата 5—8 мая 1945
Место Прага, Чехословакия/Протекторат Богемии и Моравии
Итог Освобождение Праги
Противники

Чехословакия
КОНР

Германия

Командующие

С. К. Буняченко

К. Г. Франк

Силы сторон

30 000
18 000

40 000

Потери

более 3500
почти 300
около 1000
4000 нонкомбатантов и гражданских лиц

около 1000

Медиафайлы на Викискладе

Русский коллаборационизм

Вторая мировая война

Основные понятия

  • Коллаборационизм во Второй мировой войне
  • Казачий коллаборационизм
  • Русское освободительное движение

Идеология

  • Непримиримость
  • Пораженчество

История

  • Гражданская война в России
  • Белая эмиграция
  • Коллективизация
  • Политические репрессии в СССР
  • Вторая мировая война
  • Операция «Барбаросса»
  • Смоленская декларация
  • Пражский манифест
  • Комитет освобождения народов России
  • «Апрельский ветер»
  • Пражское восстание
  • Репатриация
  • (Выдача казаков
  • Операция «Килхол»)

Персоналии

  • А. Власов
  • В. Малышкин
  • К. Воскобойник
  • Б. Каминский
  • П. Краснов
  • А. Шкуро
  • В. Науменко
  • К. Кромиади
  • И. Благовещенский
  • С. Буняченко
  • Г. Жиленков
  • Д. Закутный
  • Г. Зверев
  • М. Шаповалов
  • В. И. Мальцев
  • Б. Штейфон
  • А. Туркул
  • Т. Доманов
  • Ф. Трухин
  • М. Меандров
  • В. Штрик-Штрикфельдт
  • С. Клыч

Вооружённые формирования

  • РННА
  • РОА
  • РОНА
  • Казачий стан
  • Отдельный казачий корпус
  • ВВС КОНР
  • 15-й казачий кавалерийский корпус СС
  • 1-я казачья дивизия
  • 30-я гренадерская дивизия СС (2-я русская)
  • 30-я гренадерская дивизия СС (1-я белорусская)
  • Дивизия «Руссланд»
  • Русский корпус
  • Хиви
  • Боевой союз русских националистов
  • 1-я русская национальная бригада СС «Дружина»
  • Первая гвардейская бригада РОА
  • Добровольческий полк СС «Варяг»
  • Русский отряд 9-й армии вермахта

Национальные образования

  • Локотское самоуправление
  • Республика Зуева

Организации

  • Русская национально-трудовая партия

Пражское восстание (чеш. Pražské povstání) — стихийное антигитлеровское восстание, возглавленное Чешским национальным советом (ЧНС) и подпольной комендатурой Праги «Бартош», поддержанное 1-й пехотной дивизией РОА ВС КОНР под командованием генерал-майора Сергея Буняченко. Боевые действия начались 5 мая и продолжались вплоть до 9 мая 1945 года.

Боевые действия

См. также: Пражская операция

Планы восстания против оккупантов чешское подполье вынашивало давно, однако вспыхнуло оно практически стихийно. Толчком к нему стало распоряжение властей протектората Богемии и Моравии, разрешивших вывешивать на улицах национальные флаги. Коллаборантское правительство рассматривало вариант принять власть от немцев и попытаться договориться с США и Англией, чьи войска в последние дни апреля 1945 года уже вступили на территорию Чехии с запада.

Жители Праги не ограничились только национальными флагами, а принялись уничтожать и символы оккупации – немецкие вывески и указатели. Нападениям подверглись немецкие административные учреждения, административный персонал и гражданские лица немецкой национальности. Немецкие власти попытались пресечь беспорядки, что привело к первым перестрелкам и жертвам с обеих сторон. В ответ пражане ещё более активно и массово взялись за оружие.

5 мая пражское радио стало передавать ранее запрещенные музыку и программы. В эфир выходит призыв: «Призываем чешскую полицию, жандармерию и войска немедленно явиться к Чешскому радио!» К зданию на Швериновой (ныне Виноградской) улице прибывают чешские полицейские, поддержавшие восстание. Также туда прибывают и части вермахта и Ваффен-СС. У радио начался жестокий бой, продолжавшийся все четыре дня восстания.

Координировать вспыхнувшее восстание пытается Чешский национальный совет (ЧНС) – подпольная организация, созданная представителями основных политических партий. Возглавил совет профессор Альберт Пражак, партию коммунистов представлял Йозеф Смрковски (в конце 60-х он станет одним из ведущих деятелей «пражской весны»). Совету подчинялась военная структура – командование «Бартош» во главе с генералом Карелом Кутлвашром.

В тот момент на территории Чехии находилась немецкая группа армий «Центр» численностью около 900 000 человек (1900 танков, около 1000 самолетов и 9700 орудий) под командованием 52-летнего генерал-фельдмаршала Фердинанда Шёрнера. Несмотря на то, что Берлин уже капитулировал, а Гитлер был мертв, в 50-70 километрах к востоку от Праги немцы вели упорные бои с советскими войсками. Узнав о восстании, Шёрнер начинает срочную переброску подкреплений в город. В ответ по радио прозвучало обращение к жителям города: «Пражане, мы зовем вас в бой за Прагу, за честь и свободу народа! Стройте баррикады! Будем сражаться! Союзные армии приближаются! Надо выдержать, остаются всего лишь часы. Выстоим! Вперед, в бой!»

В течение 5 и 6 мая в Праге было возведено свыше 1600 баррикад и заграждений, мешавших продвижению немецкой техники, а число восставших вооружённых стрелковым оружием (отнятым у немцев или сброшенным ранее с британских самолетов) достигло 30 тысяч человек. Тем не менее натиск прибывающих на помощь немецкому гарнизону подкреплений только усиливался, в том числе против восставших была применена авиация. Разъярённые сопротивлением, эсэсовцы развязали против населения в городе настоящий террор. Однако, командующий войсками Ваффен-СС в Чехии генерал фон Пюклер с некоторым удивлением докладывал фельдмаршалу Шёрнеру: «Мятежники сражаются, вопреки ожиданиям, хорошо и смело. У них есть фаустпатроны и четырехствольные зенитные пулеметы».

Но неожиданно для немцев, у повстанцев появился союзник: оказавшаяся в районе Праги 1-я пехотная дивизия Русской освободительной армии, под командованием генерал-майора Буняченко, которая уже несколько дней фактически не подчинялась германскому командованию. По имеющимся данным, дивизию под командованием Буняченко пригласил в Прагу для борьбы с немцами член ЧНС, руководитель организации бывших чехословацких военнослужащих «Бартош» генерал Кутлвашр (до германской оккупации он командовал дивизией, а затем служил гражданским чиновником в пражском магистрате). Посланец Кутлвашра капитан Рендл встретился с Буняченко 3 мая.

Утром 6 мая пражское радио передало открытым текстом: «Офицеры и солдаты армии Власова! Мы верим, что вы на последнем этапе борьбы против немецких захватчиков, как русские люди и советские граждане, поддержите восставшую Прагу».

К концу 5 мая 1-я дивизия ВС КОНР, развернувшись в боевые порядки уже вошла в окрестности города. Чины дивизии получили специальные бело-сине-красные повязки для того, чтобы восставшие избежали путаницы между солдатами немецкого гарнизона и солдатами дивизии ВС КОНР. В час ночи 7 мая командование КОНР передало своим частям приказ о переходе в наступление. В приказе говорилось: «Нужно взять Прагу для спасения наших братьев-чехов». Действия войск КОНР были достаточно успешными и заметно воодушевили восставших.

Силы 3-го пехотного полка подполковника Георгия Рябцева блокировали аэродром в Рузине, где располагалась авиачасть «Хогебак», в авиапарке которой находились реактивные истребители Ме.262. 1-й пехотный полк подполковника Архипова, захватив мосты через реку Влтаву, вошел в город и с боями двигался к центру Праги. Артиллерия дивизии Буняченко подвергла обстрелу места скопления эсэсовцев и штаб немецкого командования. Около пятисот немцев сдались им в плен в районе Лобровицовской площади.

2-й пехотный полк подполковника Артемьева преградил подход войск СС с юга. Значительная часть города была полностью очищена от немецкого гарнизона. Но в ночь на 8 мая военнослужащие КОНР покинули Прагу, т.к. не получили никаких гарантий от руководителей восставших относительно своего союзнического статуса при поддержке восстания. Уход войск РОА вновь значительно усложнил положение восставших.

В то же время, днём 8 мая Шёрнер предъявил ЧНС ультиматум: выпустить его войска из города без боя. Вскоре он получил от ЧНС согласие и немецкие войска начали покидать город.

Ранним утром 9 мая в город вступили советские войска под командованием генерал-майора танковых войск Ивана Зиберова. В 16:00 не успевшие эвакуироваться части немецкого гарнизона города капитулировали.

Жертвы

Могила 187 безымянных бойцов РОА

Восстание привело к большим человеческим жертвам. Погибло более 3500 человек, со стороны повстанцев и горожан. Было убито около тысячи солдат немецкого гарнизона и гражданских лиц немецкой национальности, около 300 военнослужащих 1-й дивизии ВС КОНР в сражениях с немцами, а также 187 человек из чинов дивизии было расстреляно советскими солдатами (впоследствии они были похоронены на Ольшанском кладбище). Потери советских войск, прибывших в ночь на 9 мая, составили около тысячи человек.

> Примечания

  1. 1 2 3 4 5 6 Артем Кречетников Би-би-си, Москва. Кто в 1945 году освободил Прагу?. BBC Русская служба. Дата обращения 11 сентября 2017.

Литература

  • Александров К. М. Пражское восстание 5—8 мая 1945 г.: вооружённая борьба и политика // Новый исторический вестник : журнал. — 2010. — Т. 25, № 3.
  • Александров К. М. — «Мифы о генерале Власове».
  • Артемьев В. П. — «Первая Дивизия РОА».
  • Ауски Станислав. Предательство и измена. Войска генерала Власова в Чехии = BETRAYAL AND TREASON. ARMY OF GENERAL VLASOV IN BOHEMIA (CZECHOSLOVAKIA). — 1-е. — San Francisco: Globus Publishers, 1982. Архивная копия от 14 декабря 2013 на Wayback Machine
  • Roučka, Zdeněk. Skončeno a podepsáno: Drama Pražského povstání (Accomplished And Signed: Pictures of the Prague Uprising), 163 pages, Plzeň: ZR&T, 2003 (ISBN 80-238-9597-4).
  • Bartosek, Karel. 1965. The Prague Uprising. Prague, Czech Republic: Artia.
  • Skilling, Gordon H. «The Czechoslovak Struggle for National Liberation in World War II.» Dec. 1960. The Slavonic and East European Review. 39: 174—197. Retrieved March 11, 2009 https://www.jstor.org/stable/pdfplus/4205225.pdf
  • Хоффманн Й. = Die Tragödie der ‚Russischen Befreiungsarmee‘ 1944/45. Wlassow gegen Stalin / Пер. с нем. Е. Гессен. — Paris: YMCA-PRESS, 1990. — 379 p.

Ссылки

  • Антропоид (1942)
  • Отчёт Врбы-Ветцлера (1944)
  • Словацкое национальное восстание (1944)
  • Пражское восстание (1945) (Чешское радио)

Органы власти

  • Константин фон Нейрат, Рейнхард Гейдрих, Курт Далюге, Вильгельм Фрик (рейхспротекторы)
  • Карл Герман Франк (глава полиции)

  • Эмиль Гаха (президент)
  • Алоис Элиаш, Ярослав Крейчи, Рихард Бинерт (премьер-министры)
  • Эммануэль Моравец

Правительство в изгнании
  • Эдвард Бенеш (президент)
  • Ян Шрамек (премьер-министр)
  • Ян Масарик (министр иностранных дел)
  • Франтишек Моравец (глава разведки)
Протекторат Нацисты Чехи
Словацкое государство
  • Йозеф Тисо (президент)
  • Войтех Тука (премьер-министр)
Сопротивление Акции Группы
Армия

Битвы
  • Чаянковы казармы (1939)
  • Восточные Карпаты (1944)
  • Братислава-Брно (1945)
  • Пражская операция (1945) (Сливице)
Военные преступления
  • 17 ноября (1939)
  • Гейдрихиада (1942) (Кобылисы
  • Лидице)
  • Животице (1944)
  • Кремничка и Немечка (1944–5)
  • Плоштина (1945)
Холокост
Подразделения Западные Советские Ось
Связанные темы

Глава 6.

ПРАЖСКОЕ ВОССТАНИЕ

Обстановка накануне восстания в Праге складывалась следующая. 2 мая 1945 г. Красная Армия овладела Берлином. Во второй половине апреля к довоенным границам Чехословакии с запада подошли американские войска, взяли город Аш и в ожидании дальнейших приказов остановились. Однако части и соединения Красной Армии, вступившие на словацкую территорию еще осенью 1944 г., преодолевая упорное сопротивление противника, все еще продолжали ее освобождение. Только 30 апреля они освободили Моравску Остраву, и в этот же день американские части заняли Мюнхен. Чехия же продолжала находиться под немецкими оккупантами. Именно здесь, в окружении, оказалась мощнейшая группировка (около миллиона человек) немецких войск группы армий «Центр» под командованием генерал-фельдмаршала Шернера, который должен был вести упорные бои против Красной Армии до сдачи в плен американцам основных своих сил.

Тем временем войска 1-го Украинского и 2-го Украинского фронтов (1 и 2 мая соответственно) получили директиву Ставки Верховного Главнокомандования для стремительного наступления на Прагу.

Как пишет доктор исторических наук В. Марьина, в условиях такого молниеносного сближения армий союзников по антигитлеровской коалиции, прежде всего, было согласование планов их действий: «Эйзенхауэр посредством союзнической военной миссии в Москве находился в постоянном контакте с советским верховным командованием. С конца марта он регулярно сообщал ему о планах и намерениях продвижения войск, которыми командовал, чтобы избежать возможных коллизий между армиями союзников во время проведения воздушных или наземных операций, в том числе и в Чехии. Поначалу Эйзенхауэр вовсе не планировал здесь никаких военных действий.

24 апреля он получил из Москвы информацию от начальника Генерального штаба Красной Армии генерала А.И. Антонова о том, что советские войска намерены провести операцию по очищению от немецких войск долины реки Влтавы, по обеим сторонам которой, как известно, расположена Прага. Эйзенхауэр принял это к сведению. Несколькими днями позже он сообщал главе американского комитета начальников штабов Дж. Маршаллу: «Советский Генеральный штаб намечает операции в долине Влтавы, результатом которых было бы освобождение Праги. Представляется, что они, несомненно, могут достичь этой цели скорее, чем мы». Тогда советские и американские войска находились примерно на одинаковом расстоянии от Праги, и только последующие события показали, насколько упорным было сопротивление немцев на востоке и слабым на западе, что, естественно, не могло не сказаться на скорости движения обеих союзных армий. 25 апреля У. Черчилль информировал британский комитет начальников штабов о том, что Эйзенхауэр «никогда не планировал идти в Чехословакию» и «никогда не рассматривал Прагу как военную, а тем более политическую цель». Дж. Маршалл тоже высказался против операции в Чехословакии. 28 апреля он сообщал Эйзенхауэру: «Я не хотел бы рисковать американскими жизнями во имя чисто политических целей. Чехословакия должна быть очищена от немецких частей, и при этом мы должны сотрудничать с русскими». В ответном послании Эйзенхауэра от 29 апреля говорилось, что «Красная Армия занимает блестящие позиции для очищения Чехословакии» и что советский генеральный штаб намерен провести операцию в долине Влтавы, результатом которой будет освобождение Праги. При этом он отмечал: «Я не попытаюсь предпринять ни одного шага, который посчитаю неразумным с военной точки зрения, лишь для достижения неких политических выгод, разве что получил бы в этом смысле конкретный приказ от Объединенного комитета начальников штабов». Приказа не последовало. Решение вопроса было оставлено за Эйзенхауэром. Г. Трумэн не стал вмешиваться в решение военных вопросов и поддержал его точку зрения. 30 апреля Эйзенхауэр вновь передал в Москву подробные сведения о планах военных операций союзных войск и указал на возможность их продвижения на линию Пльзень — Карловы Вары — Ческе Будейовице, если позволят обстоятельства. Советское командование приняло это к сведению.

В последние дни войны Чехия приобрела для гитлеровцев особенно важное значение и должна была удерживаться ими любой ценой. В окрестностях Праги располагались крупные бронетанковые части вермахта и СС, артиллерия и авиация.

События на фронтах Второй мировой войны действовали, как катализатор, на настроения населения в еще оккупированной части Чехии. Однако в силу ряда причин движение Сопротивления здесь к маю 1945 г. оказалось значительно ослабленным»{113}.

О взятии Берлина в Праге узнали только в ночь с 4 на 5 мая. А рано утром премьер-министр правительства Эмиля Гахи — Рихард Бинерт по пражскому радио передал заявление о ликвидации протектората и начале всеобщего восстания, в котором призвал чешские войска и полицию присоединиться к восставшим, а немцев капитулировать.

До сих пор можно услышать утверждения некоторых историков, что пражское восстание «стало последней авантюрой в Европе и оно было совершенной глупостью». И с этим трудно не согласиться, так как «накануне окончания войны в чешском народе, причем во всех его слоях, было много сторонников пассивного выжидания, полагающих, что освобождение придет извне и что малому чешскому народу не стоит зря рисковать и проливать напрасно кровь»{114}.

Но что случилось, то и случилось. Факт исторический и бесспорный: стихийное восстание в Праге началось. Рабочие крупнейших в городе заводов «Шкода-Смихов», «Вальтер», «Авиа», «Микрофон», «Эта», «ЧДК» захватили радиостанцию, почтамт, центральный телеграф, центральную телефонную станцию, электроцентраль, большинство мостов через Влтаву, железнодорожные вокзалы с немецкими эшелонами и бронепоездами, а также немецкий штаб ПВО. И хотя оккупанты оказали повстанцам сопротивление, к вечеру 5 мая весь немецкий гарнизон был практически вытеснен из Праги. И тогда немцы попытались обмануть пражан. Начав переговоры о перемирии, они использовали это время для переброски своих войск в восставший город.

В процессе переговоров с обергруппенфюрером СС Карлом Германом Франком и комендантом Праги генералом Рудольфом Туссеном, Чешский национальный комитет (ЧНС) не настаивал на немедленной капитуляции германских войск в окрестностях Праги, а потому время было упущено. В ночь с 5 на 6 в город вошли германские танки, днем 6-го на улицах Праги было построено около 2000 баррикад. Начались ожесточенные уличные бои, в которых около 30 000 повстанцев, вооруженных в основном только стрелковым оружием, сразу же понесли значительные потери. Немецкие части прорвались в центр города, захватив ратушу и мосты через Влтаву Тогда же чешское радио передало призыв повстанцев к частям Красной Армии: «Говорит Прага! Прага говорит! Красная Армия, слушайте нашу передачу! Германские войска в большом количестве танков и самолетов нападают на Прагу! Посылаем пламенный призыв доблестной Красной Армии! Нам нужна ваша помощь! Нам нужна поддержка вашей авиации против германских войск, продвигающихся по направлению к Праге! Прага не сдается оружию! Прага не сдается!»

Итак, восстание в Праге началось стихийно, а это значит, что соответствующей подготовки к нему не было. Отсюда и неравные силы, и недостаточное вооружение, его нехватка, и мольбы о помощи. Однако историк К. Александров на этот счет имеет свою точку зрения: «Важную роль в подготовке восстания сыграла подпольная комендатура Большой Праги «Бартош»… подчинявшаяся чехословацкому генералу К. Кутлваршу Штаб комендатуры возглавлял подполковник Генерального штаба бывшей Чехословацкой армии Ф. Бюргер. Чешский национальный совет (ЧНС) во главе с профессором А. Пражаком выполнял исключительно представительские функции. К деятельности столичной комендатуры ЧСН отношения не имел; отчасти в связи с тем, что ни Кутлварш, ни Бюргер не симпатизировали преобладающим в Совете коммунистам. Однако в структуре ЧНС существовала собственная военная секция (комиссия); руководил ею прибывший из Великобритании капитан Я. Неханский… готовый играть роль посредника между ЧНС и комендатурой «Бартош»{115}.

Однако все было не совсем так: «Планы восстания в тылу нацистов чешское подполье вынашивало давно, — уточняет Я. Шимов. — Находившееся в Лондоне чехословацкое правительство хотело показать союзникам, что движение Сопротивления в стране не дремлет. Но по мере продвижения советских войск эти планы становились менее конкретными. Правительство вернулось на территорию Чехословакии, в освобожденный словацкий город Кошице. Гитлеровский рейх был явно обречен, и чехословацкое руководство, казалось, решило дождаться освобождения Праги советскими или союзническими армиями. К тому же готовность подполья к действиям оказалась невысокой. Капитан Яромир Нехански, посланный в качестве связного в Прагу, докладывал с необычайной резкостью: «Ситуация здесь дерьмовая. С военной точки зрения не сделано почти ничего. Политики ругаются между собой и делят кресла. Оружия не хватает…»

Восстание, однако, вспыхнуло само собой, стихийно. Как ни странно, толчком к нему стало распоряжение властей протектората Чехия и Моравия, разрешивших вывешивать на улицах национальные флаги. Коллаборантское правительство хотело принять власть от немцев и, возможно, договориться с США и Британией, чьи войска в последние дни апреля 1945 г. вступили на территорию Чехии с запада. Жители Праги не только украсили улицы флагами, но и принялись уничтожать символы оккупации — немецкие вывески и указатели. Начались стычки с оккупантами. Во многих местах нацисты открывали огонь по людям, стиравшим немецкие надписи. В ответ пражане взялись за оружие, добытое на складах полиции и военных формирований протектората или сброшенное союзниками с самолетов»{116}.

По мнению В. Марьиной, ЧНС — Чешский национальный совет был весьма разношерстным в политическом отношении органом, в котором важную роль играли коммунисты. Он, безусловно, претендовал на руководство готовившимся в Чехии восстанием, но сформировался только в конце апреля и не успел установить связь с местами. И еще. «Координация действий с войсками союзников тоже не была налажена. Практически ничего не было известно о ЧНС и его планах чехословацкому правительству, которое переехало в освобожденную Братиславу. Скудная информация о ЧНС, имевшаяся у Москвы, порождала ее недоверие к этому органу, которое еще более возросло в связи с действиями ЧНС в ходе восстания»{117}.

Председателем Чешского национального совета, объединившего все демократические силы с 29 апреля 1945 г. был Альберт Пражак (1880—1956). Доктор философии, писатель Пражак работал в Министерстве образования, был профессором чешской и словацкой литературы Братиславского университета, около 30 лет преподавал на философском факультете Карлова университета. С 1928 по 1929 — ректор этого университета. Пользовался большой известностью и авторитетом, как ведущий деятель чешской культуры.

Заместителем председателя Чешского национального совета был коммунист Иозеф Смрковский. Из рабочих (пекарь). Был председателем профкома одного из небольших предприятий. На партийной работе с довоенных времен. Окончил школу Коминтерна в Москве. Во время войны в подполье, с 1944 г. — член подпольного ЦК КПЧ. В 1943 г., когда гестапо полностью уничтожило нелегальное руководство КПЧ и прервало всякую связь с Коминтерном, начал самостоятельно восстанавливать новую подпольную структуру КПЧ в чешских землях.

Совету, как указывает Ярослав Шимов, «подчиняется военная структура — командование «Бартош» во главе с генералом Карелом Кутлваршом»{118}. Бригадный генерал Карел Кутлварш (1895—1961) был командиром 4-й пехотной дивизии до ликвидации Чехословацкой армии после Мюнхенского сговора с Гитлером. В 1939 г. вышел на пенсию и работал гражданским чиновником в пражском магистрате. В 1944 г. он связался с движением Сопротивления, став членом организации бригадного генерала Зденека Новака. Также сотрудничал с подполковником генштаба Ф. Бюргером из командования «Бартош» и с бригадным генералом М. Слунечко из командования «Алекс». Именно Слунечко в конце апреля 1945-го стал подпольным военным начальником «Большой Праги», и был связан с членами лондонского правительства. Что же касается Кутлварша, то в апреле 1945-го он «связался с подпольной организацией «Оборона народа», в мае вошел в штаб «Бартош», 5 мая возглавил этот штаб, а тем самым и руководство восстанием, которое началось в Праге.

Командиром Праги стал тогда капитан Яромир Нехански, который 17 февраля 1945 г. прибыл из Лондона в составе группы парашютистов-десантников… высадившихся близ г. Хрудима. Генерал Кутлварш стал его заместителем. Но поскольку деятельность капитана распространялась на всю территорию Протектората, действительным командиром «Большой Праги» в подпольном штабе «Бартош» был Кутлварш»{119}.

Так что никаким посредником между ЧНС и комендатурой «Бартош» капитан Нехански не был. «Бартош» же, как военная структура, подчинялась ЧНС.

Но вернемся к восстанию… «Бои идут по всему городу — с переменным успехом. На нескольких участках немцы отброшены, несмотря на большой перевес в вооружениях и технике. Командующий войсками Ваффен-СС в Чехии генерал фон Пюклер с некоторым удивлением докладывает фельдмаршалу Шернеру: “мятежники сражаются, вопреки ожиданиям, хорошо и смело. У них есть фаустпатроны и четырехствольные зенитные пулеметы”».

Тем не менее натиск усиливается. Разъяренные сопротивлением, эсэсовцы развязывают в городе террор. Они берут в заложники десятки мирных жителей и гонят их перед бронетехникой в качестве «живого щита». На Устобской улице в районе Панкрац (ныне улица Жертв 6 мая) нацисты совершают зверское и бессмысленное преступление. Ворвавшись в один из домов в поисках повстанцев, они убивают 37 человек, в основном женщин и детей. Затем в саду перед соседним домом расстреливают еще 16 мирных жителей. Один из них, 10-летний мальчик, легко раненный первым залпом, умолял эсэсовца не добивать его. Его забили прикладами винтовок. Другая женщина, жена местного немца, пыталась спастись, крича, что она гражданка Германии. Ее убили вместе с двумя детьми»{120}.

Считается, что первые представители пражского подполья, желавшие выяснить планы и намерения командования 1-й дивизии РОА, появились у власовцев 30 апреля в Козоедах. А 2 мая 1945-го командиру дивизии Буняченко с нарочным был передан приказ коменданта Праги, который гласил: «Если дивизия уклонится от в свое время предписанной дороги, и уклонится от поставленной ей с этим задачи — то против дивизии будет применена вооруженная сила»{121}. Александров называет этот документ важным, предопределившим выступление дивизии на стороне повстанцев: «Власовскому генералу казалось тогда: даже в том случае, если его дивизия продолжит свой несанкционированный германским командованием марш на юг, мимо Праги, она непременно подвергнется нападению со стороны немецкого гарнизона — скорее всего VIII авиационного корпуса или войск СС, расположенных в окрестностях города. У Буняченко — человека эмоционального, обладавшего взрывным характером, — ультиматум Туссена вызвал резко негативную реакцию… Поэтому после отъезда Клейста, пообещавшего ждать ответа, когда в Козоеды вновь приехали делегаты комендатуры «Бартош», Буняченко сообщил им, что готов оказать помощь в случае крайней необходимости. В тот же день дивизия двинулась в Прагу»{122}.

Командир 2-го полка дивизии Артемьев свидетельствует более мягко: «Учитывая настроение солдат и офицеров дивизии, генерал Буняченко был уверен, что, находясь в центре развивающихся в Чехословакии событий, дивизии невозможно будет оставаться безучастной. Если командование организованно не поведет ее в бой на стороне чехов, то дисциплина рухнет, люди сами стихийно вольются в эту борьбу. При этом будет потеряно управление войсками, удержать которое в своих руках командование не будет уже в состоянии… В этом генерал Буняченко был прав. Происходило противоречие психологии и политики — чувства и рассудка… Генерал Власов тоже понимал это. Надо было учитывать настроение и порыв людей в создавшихся условиях. Но ни Власов, ни Буняченко еще не решались сказать свое последнее слово.

Наконец, было решено, что Первая дивизия поддержит восставших чехов, но лишь при крайней к тому необходимости»{123}.

Мотив власовцев Александров объясняет так: «Буняченко, кроме грозного ультиматума от Туссена, в своих решениях руководствовался и стремлением спасти жизни своих подчиненных. Дивизия попала в тиски между нацистами и большевиками. А союз с чешскими повстанцами-антифашистами, совместное с ними изгнание немцев из Праги могли открыть выход из того трагического и смертельно опасного тупика, в котором оказались власовцы. Под влиянием переговоров с «Бартошем» у Буняченко зародилась надежда: если Прагу займут американцы, то все военнослужащие власовских войск наверняка смогут получить политическое убежище в Чехословакии»{124}. То есть, если бы не развал дисциплины в дивизии, если бы не «тиски», если бы не угроза коменданта Праги, то 1-я дивизия ни за что в жизни не помогла бы повстанцам. Она прошла бы мимо.

В книге Ауски есть очень любопытное свидетельство о переговорах командира первой дивизии с повстанцами 3 мая: «С генералом Буняченко встретился капитан правительственного войска Рендл, начальник замковой охраны в Ланах и, как свидетельствуют документы… передал результаты переговоров через чешскую военную комендатуру в городе Кладно, пражской комендатуре «Бартош».

Относительно этих контактов подполковник Тензоров-Ветлюгин приводит несколько интересных подробностей. По его сведениям, в начале мая в Праге находилась часть штаба генерала Власова, имеющая особое задание, цель которого автор книги преднамеренно не указывает… Эта группа вернулась в штаб непосредственно перед началом боев. В городе Лани штаб дивизии посетили два чешских офицера, которые вручили короткое письмо, приглашающее командира дивизии для дальнейших переговоров в город Лани. В качестве связного был уполномочен подполковник Тензоров, который затем, вместе с переводчиком и группой автоматчиков, отправился в договоренное место в город Лани. Там они встретились с двумя чешскими капитанами, один из которых предложил от имени советского командования, чтобы 1-я дивизия ожидала в районе Праги прибытия частей Красной Армии, а затем вместе с ними выступила бы против немецкой армии. Переговоры велись на чешском языке и разговаривал лишь один из двух капитанов. Второй капитан в продолжение всего разговора хранил молчание. Позднее, еще во время переговоров, выяснилось, что второй капитан на самом деле был офицером Красной Армии в чешской военной форме. После того, как Тензоров отказался от какого-либо совместного выступления с Красной Армией, чешский капитан заявил, что в таком случае, военные акции 1-й дивизии на территории Чехии и, в частности, оказание помощи Пражскому восстанию, являются нежелательными. На этом встреча закончилась. Напоминаю, что этот разговор происходил за 3—4 дня до самого начала самого восстания.

Тензоров также указывает, что в районе дивизии появились «русские партизаны». В действительности же, это были советские десантники и их заданием было следить за деятельностью дивизии. Боевых стычек с ними, однако, не было»{125}.

Спустя 24 года, в мае 1969-го, в газете «Руде право» будет опубликована беседа с председателем Национального собрания Чехословакии Йозефом Смрковским. Вспоминая восстание в Праге, он расскажет и такой эпизод: «Советское командование послало к нам весной 1945 г. специальную группу парашютистов, которой командовал полковник Савельев. Сброшена она была в лесном массиве Броды. Савельеву была поставлена задача проникнуть в ряды власовской армии с тем, чтобы она повернула свое оружие против немцев. Советские парашютисты добились своего, хотя следует оговориться, что я этого не знал»{126}.

Многие не знают об этом до сих пор, потому что в отличие от власовцев Петр Степанович Савельев, по самым разным причинам, долгое время молчал. Не оставил он и мемуаров. И только благодаря журналистам, некоторые его отрывочные воспоминания увидели свет. И кто знает, может быть очень скоро, мы увидим совершенно неизвестные до сих пор документы, которые более наглядно поведают нам о тех событиях на территории Чехии весной 1945 г. А пока остановимся на том, что известно…

Петр Степанович Савельев полковником не был. Его воинское звание капитан. Свою диверсионно-разведывательную группу «Ураган» в количестве 12 человек он готовил лично сам. Это разведчики из партизанского соединения Федорова и знающие немецкий язык чехи из дивизии полковника Свободы. Выброска произошла в марте 1945-го. Как и у любого диверсионного отряда, задач у «Урагана» было много, о чем в следующей главе. А пока лишь остановимся на одной, той самой, о которой знали даже власовцы.

Петр Степанович, конечно же, уже был стар, когда им заинтересовались журналисты. Какие-то детали забываются, какие-то путаются. Но в целом человек еще помнит многое. Помнил и капитан Савельев, как перед вступлением 1-й дивизии РОА в Прагу он направил туда разведчика Мишу Роговенко. Вероятно, это и был тот самый капитан, о котором пишет Ауски в своей книге. Петр Степанович утверждал, что назад на базу Роговенко вернулся в сопровождении чинов штаба первой дивизии. Переговоры продолжились уже с самим командиром «Урагана»:

«Парламентеры попытались поставить условие: с них должна быть снята вина за измену Родине.

— Я не имел таких полномочий и отказал им. — Савельев помолчал. — Но даже если бы такие полномочия были, то все равно отказал бы.

Делегация отбыла обдумывать ультиматум. Пал Берлин. Была получена шифровка о начале переговоров о капитуляции. Власовцы решили выторговать индульгенцию у пражан. Представители штаба первой дивизии РОА заявились в Прагу и предложили помощь в обмен на политическое убежище. Руководители повстанческого комитета не поверили карателям. Тогда 2 мая парламентеры Буняченко приехали в лес и заверили Савельева в нейтралитете без всяких условий.

Это событие стало сигналом к распаду РОА.

— К нам шли сдаваться бывшие военнопленные, приходили группами: по 20—30 человек, — рассказы-вает Савельев. — В свое время они предпочли службу в РОА смерти в концлагере. Предав Родину, а теперь немцев, эти люди клялись в верности в третий раз. Я принимал у них присягу и оставлял в отряде с обещанием, что предоставлю возможность искупить вину кровью. Часть перевоспитавшихся я направлял назад к Власову — уговаривать сдаваться дружков. Кроме того мы сформировали из перебежчиков два отряда. Ими управлял мой заместитель Федя Борисов.

Федя Борисов (Хисматулин Фатых Бакеевич), зам. командира группы «Ураган», до конца жизни работал учителем в селе Тюльбяково БА ССР, умер 24 мая 1972 г.

5 мая началось восстание. Отряд НКГБ «Прага», который в последние дни войны был подчинен Савельеву, захватил на несколько часов пражскую радиостанцию. Командир отряда Андрей Броневой подготовил текст обращения к союзникам от имени повстанцев. Призыв о помощи к Сталину, Черчиллю и Эйзенхауэру был передан в эфир на русском и английском языках.

— Американцы и англичане это обращение услышали и записали, о чем я узнал уже после войны, — заметил Савельев, — но на помощь не пришли, хотя были всего в 70 километрах от Праги.

На улицах города, на баррикадах, которых было сооружено более 2000, сражались против эсэсовцев и войск военной полиции чешские повстанцы, бойцы советских диверсионных отрядов и включенные в их состав бывшие власовцы.

— Их было максимум 300—400 человек во всех наших отрядах, — подчеркивает Петр Степанович, — в том числе в моем не более 150″{127}.

Сегодня адвокаты власовцев, по понятным причинам, не верят воспоминаниям таких ветеранов, как Петр Степанович Савельев, прекрасно зная, что в его доме никогда не было и не будет архивных документов, благодаря которым он мог бы подтвердить все свои слова. Потому и, не без издевки, опровергают… Любое же слово власовца, будь то рядовой писарь штаба, как мы уже знаем, у них фиксируется и цитируется в качестве неопровержимого источника. А потому история РОА, сама по себе, какая-то странная. Может быть потому, что тему предательства там аккуратненько заменили на «нестандартное и непривычное поведение человека в экстремальной ситуации». Теперь это называется так! Ну, да Бог с ними, с предателями и их адвокатами. Доктор исторических наук А.В. Окороков, например, один из немногих специалистов, который не просто засомневался во всей этой власовской возне с участием в восстании, а выразился достаточно конкретно и предельно ясно: «Дело в том, что ни в опубликованных исследованиях, ни в доступных автору архивных материалах не было обнаружено ни одного документа, подтверждающего факт призыва руководителей чешского восстания к 1-й дивизии ВС КОНР оказать им вооруженную помощь. Нет ни одного слова о помощи чехам и в протоколах допросов генералов и офицеров РОА: Власова, Буняченко, Николаева, Жуковского и др. В этих документах действия 1-й дивизии объясняются процессом разложения личного состава и потерей контроля над военнослужащими командованием дивизии. Этот факт опровергает распространенную версию авторов воспоминаний — участников событий об устной просьбе о помощи»{128}. Что, собственно, нетрудно заметить в мемуарах Артемьева и в книге Ауски.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Представляю вашему вниманию статью о лидере чешской национал-демократической партии «Свобода и прямая демократия» Томио Окамуре, набравшей 10,64% на прошедших вчера в Чехии парламентских выборах. Сразу сделаю оговорку, что статья опубликована еще в 2012 году и с тех пор политические позиции Окамуры резко усилились, а его авторитет укрепился. Статья написана авторами с явно леволиберальными взглядами, что стоит учитывать при ее анализе.

У меня осталось лишь два варианта – подать в отставку и согласиться с лживыми обвинениями о том, что я фальсифицировал подписи, или же защитить самого себя и десятки тысяч людей, которые выразили мне доверие своей подписью.
У меня нет иных возможностей, кроме как просить Конституционный суд восстановить справедливость… Государство, как я считаю, нарушает основные гражданские права, а его представители очевидно лгут и мошенничают.
Такого заявления от этого человека ожидали. Можно было предсказать и то, что его форма будет такой жесткой. Зато никто не отважится сейчас поручиться за то, что президентские выборы в Чехии пройдут в намеченный срок – 12-13 января. «Бомбу» под них заложил один из кандидатов в президенты, снятый с выборов из-за большого числа недостоверных подписей. Беспартийный предприниматель Томио Окамура, новая звезда чешской политики.

Спекуляции о том, что заместитель главы Ассоциации чешских турагентств, совладелец нескольких компаний, в том числе турагентства для плюшевых игрушек, автор бестселлеров, блогер, ведущий, колумнист, издатель «Пивного журнала», уроженец Токио, выпускник чешского техникума и моравский патриот Томио Окамура вступит в борьбу на первых в тысячелетней истории чешского государства прямых президентских выборах, появились уже несколько лет назад. И вовсе не потому, что он занимался карьерной политической деятельностью, создавал партии, заседал в парламенте. Сама история пути Окамуры к подножию политического Олимпа – в чем-то специфически чешская, а в чем-то – характерная для региона, если не для современной Европы вообще.
Непривычное для чеха имя объясняется просто. Родился Окамура в Японии – на родине его отца, женившегося на мораванке. Затем вернулся с матерью в Чехословакию. В автобиографии Окамура не упускает ни одной трогательной подробности своего детства и юности: жил в маленьком городке, какое-то время провел в детском доме, участвовал в «бархатной революции»… Вернувшись в Токио, продавал попкорн в кинотеатрах. В начале 90-х опять приехал в Чехию, жил в бедности уроками японского языка. «Удача, однако, способствует храбрым и подготовленным. Когда в одном турагентстве заболел гид, водивший по Праге японских туристов, он попросил Томио его заменить. Томио никогда не работал гидом, но попробовал. И…» – по законам жанра, стал самым лучшим японоязычным гидом в Праге, а затем и совладельцем туристических агентств, которые привлекли в Чехию сотни тысяч японских туристов.
Вся биография Окамуры рассказана в духе сбывшейся «американской мечты» – недаром самая популярная из его книг носит название «Чешская мечта». «Если я, человек нечешского происхождения, без каких-либо связей и капиталов смог сделать в Чехии успешную карьеру, что же мешает это сделать другим чехам?» – так можно описать ее главный месседж.
Общественную жизнь Окамура начал комментировать в середине 2000-х. Необычный образ «чешского японца» и резкая критика бюрократии наряду со специфическим «народным юмором» принесли ему первую популярность. Окамура начал активно ездить по стране, встречаться с людьми в режиме town hall meeting, рассказывая людям все на свете: от историй из своей жизни до «соленых» анекдотов, по словам одного из комментаторов, напоминающих творчество подростков в школьных туалетах. Собрал более 50 тысяч «лайков» в «Фейсбуке». Запустил видеоблог, записи которого регулярно набирают по 100 и больше тысяч просмотров… Из всего этого родился Окамура-политик.
Главная особенность как стиля, так и содержания выступлений Окамуры, в которой одни комментаторы усматривают опасность безбрежного популизма, а другие, напротив, верность идеалам свободы слова, – его принципиальный отказ от «политической корректности» (что бы ни понимать под этими словами). Прежде всего это касается вопросов отношения к национальным меньшинствам и мигрантам. Заявляя о себе как о непримиримом борце с расизмом и шовинизмом, Окамура предлагает любопытные методы этой борьбы.
Самая знаменитая запись Окамуры в блоге так и называется – «Будем политически некорректными». В ней он, помимо прочего, назвал осужденным без вины правого экстремиста Властимила Пеханеца, приговоренного к 17 годам за убийство по мотивам расовой ненависти (это дело чем-то похоже на дело Тихонова и Хасис – сторонники осужденного считают, что суд был предвзят, а вина не доказана), и заявил, что не видит ничего экстремистского в предложении «окончательно решить цыганский вопрос» путем создания «независимого цыганского государства» на территории Индии и высылки туда чешских цыган. Вот еще одно высказывание Окамуры: «Пара лесбиянок или геев просто не могут называться полноценной семьей».
Эта запись вызвала шквал негодования в обществе, но и множество восторженных откликов. Большой резонанс получило и обращение Окамуры к чешским цыганам, названное им «рецептом против расизма и ненависти»:
Дорогие цыганушки! Вы хотите, чтобы чехи к вам хорошо относились? Ведите себя так, чтобы ваши соседи были рады, что вы живете рядом с ними… Перестаньте воровать и грабить… Посылайте детей в школу и учитесь с ними вместе. Избегайте игровых автоматов, ищите работу. Работа есть всегда… – и так далее в том же духе.
Помимо резкого ужесточения социального законодательства (лишения пособий тех, кто, по мнению Окамуры, паразитирует на государстве, главным образом тех же цыган), Окамура призывает и к жесткому контролю за миграцией и практически полному отказу от выдачи иностранцам постоянных видов на жительство. Несколько депутатов поддержало эту инициативу и совместно с Окамурой разработало законопроект, которому, впрочем, пока не дано хода.
Еще одно «табу», падения которого добивается Окамура, – отношение к национализму. «Чешский японец» открыто и гордо провозглашает себя чешским националистом. «Гордиться своей нацией, ее культурой и историей – это замечательно, и в этом нет ничего стыдного. Это должна быть святая обязанность каждого. Очень жаль, что у нас национализм – едва ли не ругательство», – кажется, еще немного, и Окамура скажет что-нибудь про «духовные скрепы», однако очевидно, что подобная риторика вполне может понравиться тому самому «маленькому чешскому человеку», о необходимости служения которому говорил бывший президент-националист Эдвард Бенеш.
Неслучайно постоянное обращение Окамуры к идее «прямой демократии», обратной связи с избирателями, возможности отзыва депутатов и самого президента народным голосованием. Приобретя огромный опыт живого общения с людьми, не говоря уже об общении в интернете, он чувствует себя гораздо увереннее в нем, чем большинство профессиональных политиков.
Однако все перечисленное лишь прелюдия к главному «блюду». Речь идет о призывах к бескомпромиссной борьбе с коррупцией, которая, как полагает Окамура, разъела все сферы чешской жизни: от малого бизнеса до высокой политики. Ругать власть, сидя в пивных, – вообще традиционная чешская черта. Окамура нащупал эту «больную мозоль», превратив критику «тех, кто наверху» в верное средство привлечения сторонников. При этом рецепты борьбы с коррупцией, за редким исключением, ограничиваются общими фразами.
Окамура не жалеет резких слов в отношении политического истеблишмента. Один из популярных эпитетов в его выступлениях – gaunery, это слово переводится на русский как нечто среднее между «жуликами» и «ворами». Недаром в начале года известный комментатор, специалист по российской политике Петра Прохазкова сравнила Окамуру с Алексеем Навальным. Оба – «феномены интернета», популярные блогеры. Оба апеллируют примерно к одному сегменту общества – «среднему классу», недовольному коррупцией и косностью политиков. Оба, наконец, являются сторонниками так называемого «цивилизованного» национализма… Тут сходство кончается: Окамура заседает в сенате, имеет шансы дойти-таки до выборов президента, и ему вряд ли грозят обыски в 7 утра и возбуждение уголовных дел.
Впервые публично о возможности выдвинуться в президенты Окамура заявил в начале года, призвав, как всегда, своих сторонников высказаться по этому вопросу.
«Президент может стать моральным и ценностным лидером нашей страны, может указывать путь в будущее». Вероятно, ощутить себя достойным морального лидерства Окамуре помогла победа на осенних выборах в сенат в его родной Южной Моравии. Во втором туре Томио буквально разгромил своего соперника и на следующий день после этого успеха объявил о выдвижении в президенты.
Прямые выборы президента Чехия организует впервые. Многие технические детали, касающиеся сбора 50 тысяч подписей, необходимых для выдвижения кандидата, прописаны в законе неясно. Дошло даже до школьных ошибок при определении процента недостоверных подписей, над которыми потешалась вся страна.
Эта ошибка впоследствии была исправлена Высшим административным судом, и пострадавшего от нее кандидата на выборах восстановили – но не Окамуру. В его подписных листах недостоверных подписей оказалось слишком много. Представитель суда высказался так: «Целые листы были фиктивными, написанными одной и той же рукой».
Еще одним ударом для Окамуры стала оценка Transparency International, назвавшей финансирование его кампании «полной трагедией» с точки зрения прозрачности.
Под угрозу карьеру Окамуры поставило не столько само снятие с выборов, сколько форма, в которой это было произведено. Удар был нанесен по самому дорогому элементу его публичного имиджа – декларируемой честности, порядочности и чистоте рук.
Конституционный суд, очевидно, не успеет рассмотреть жалобу, поданную Окамурой на этой неделе, до назначенной даты выборов. Вполне вероятно, что голосование перенесут. Если же суд поспешит отклонить жалобу и позволит выборам пройти в срок, Окамура наверняка будет апеллировать к тому, что его сняли с выборов по заказу политического истеблишмента, чтобы не допустить опасного конкурента.
Согласно опросам, Томио мог претендовать на 8-10 процентов голосов – это немало в стране с устойчивой партийной системой, но все же недостаточно для выхода во второй тур. Теперь же борьба с очередными «негодяями», на этот раз в судах, отвлечет избирателей от вопроса фальсификации подписей.
Очевидно, что нынешние выборы лишь ступень пути Окамуры наверх. Где он может остановиться?
Подъем «традиционных ценностей 2.0», правого авторитаризма в новой популистской упаковке, заметен в последние годы во многих странах Европы. Мы наблюдаем новый виток национализма – национализм «сетевой». Демократия, в том числе и «прямая», скрывает своих «демонов», особенно в условиях падения доверия к традиционной политике. А это доверие упало в Чехии до критической отметки.
Разговоры «без политической корректности», стремление резать «правду-матку», обвинения в адрес политиков и всей политической системы в коррумпированности, звучащие из уст улыбчивого и успешного «мачо», – все это нравится избирателям, уставшим от экономических проблем, ошибок и коррумпированности «старых» партий. А приверженность сетевым технологиям, нарочитая искренность и юмор привлекают молодежь – сперва к личности, а затем и к провозглашаемым ею идеям. В случае с Окамурой важную роль играет и та крупица экзотического, которая должна быть в любой celebrity: само наполовину японское происхождение будто бы служит Окамуре индульгенцией от обвинений в шовинизме и расизме и позволяет довольно безболезненно нарушать нормы политкорректности.
Появление подобных ярких фигур в демократии и неизбежно, и в чем-то полезно. «Я Томио Окамура, я сейчас ем свинину на сельском празднике (свинина, кстати, очень вкусная) и хочу поговорить с вами о том, что наша страна идет по неправильному пути» – в этом есть свой драйв и свежесть. Но вот «Я, Томио Окамура, президент Чешской республики, и хочу рассказать вам, по какому пути должна идти страна» звучит уже не так весело. А это, несмотря на казус с подписями, вовсе не исключено. Если не сейчас, то в будущем.
https://www.svoboda.org/a/24804491.html

Власовцы вместо маршала Конева: Прага как новый центр русофобии

В Праге думают об установке памятника власовцам, якобы освободившим город от нацистов в мае 1945 года. В сочетании с переносом памятника маршалу Коневу это выглядит плевком в сторону России и русских, надругательством над историей. Руководство Чехии эти действия не поддерживает, но помешать им не в силах. Конечно, считать Чехию столь же антироссийской страной, как Польша, будет неправильно — пока нигде, кроме Праги, такие истории не происходят. Но столица Чехии к статусу русофобского города уже очень близка.

В последние месяцы Прага превратилась в полигон по борьбе с новейшей историей. В сентябре 2019 года совет района Прага-6 постановил перенести памятник командующему освободившего город в мае 1945 года 1-го Украинского фронта маршалу Ивану Коневу в другое место. Мол, монумент напоминает о временах коммунистической диктатуры, а сам маршал Конев после войны подавлял антикоммунистическое восстание в Венгрии 1956 года, а пять лет спустя деятельно участвовал в строительстве Берлинской стены.

И вот, в конце ноября сомнительную эстафету по борьбе с историей перенял староста района Прага-Ржепорые Павел Новотный. Ранее он получил известность, работая в бульварном издании Blesk, где отличился многочисленными скандальными выходками. Но эпатаж и скандалы стали хорошей основой для начала политической карьеры. Новотный вступил в праволиберальную Гражданско-демократическую партию, в 2018 году его избрали старостой района. И тут он развернулся.

Ещё в сентябре Новотный отметился как ярый сторонник переноса памятника Коневу с площади Интербригад в районе Прага-6. А в конце ноября он (к слову, будучи евреем) выступил за создание в районе монумента власовцам. То, что они воевали бок о бок с нацистами, уничтожавшими евреев, Новотного нисколько не смутило.

«Район Прага-Ржепорые освободили власовцы, которые здесь сражались с нацистами уже после того, как с ними сотрудничали», — объяснил он мотивы своего предложения.

Уже 2 декабря Новотный в свойственном ему эпатажном стиле приехал к российскому посольству, где попытался передать «письмо Владимиру Путину». В нём он поведал, что маршал Конев якобы был «глупым убийцей», которому не место в Праге. Напротив, власовцы доблестно сражались за освобождение Праги, и потому именно им должен стоять памятник. Нечто похожее он потом повторил уже в эфире канала «Россия-1», вызвав бурю возмущения у российских телезрителей.

Похоже, Новотный решил пробивать себе дорогу в политику с помощью антироссийских вызывающих жестов. И окружение себе подобрал соответствующее. Среди его советников — историк и однопартиец Павел Жачек, давно занимающийся реабилитацией власовцев и имеющий весьма спорную репутацию в чешском научном сообществе. Как признался сам Новотный, именно Жачек подсказал ему, что в районе Прага-Ржепорые власовцы вели бои с немцами, а потому надо увековечить их память.

Начинающий скандальный политик пытается в бронзе увековечить миф, распространяемый и в России, и в Чехии ещё с начала 1990-х годов. Согласно ему, Красная армия вошла 9 мая в уже опустевшую Прагу, которую чешским повстанцам помогли освободить власовцы. Сегодня, когда отношения России и Запада оставляют желать лучшего, этот миф опять вытащили из нафталина и пытаются сделать из него «правду в последней инстанции». Как бы ни казалось это притянутым за уши.

Обстоятельства же таковы. 5 мая в Праге вспыхнуло антинемецкое восстание. 6 мая к нему присоединилась 1-я пехотная дивизия власовской Русской освободительной армии (РОА) под командованием Сергея Буняченко. Сам Андрей Власов приказ поддержать восстание не отдавал. Власовцы не скрывали, что пошли на это ради того, чтобы сдаться в плен не Красной армии (в таком случае их как предателей ждала бы соответствующая участь), а американцам, и несколько обелить свой образ, выйдя из немецкого подчинения.

Действительно, власовцы на протяжении 7 мая 1945 года вели бои с немцами, но в ночь на 8 мая покинули город, узнав, что его будет освобождать Красная армия. К тому моменту в Праге оставалась огромная группировка немецких войск. Она сдалась в 16.00 9 мая войскам под командованием маршала Конева. В боях за Прагу и окрестности Красная армия потеряла свыше 11 тысяч человек убитыми. Сегодня на Ольшанском кладбище находятся могилы 436 советских воинов.

Излишне говорить, какую реакцию в России вызвали намерения скандалиста Новотного — особенно в сочетании с переносом памятника маршалу Коневу в другом районе Праги. Понятие «власовец» для большинства русских стало синонимом предательства, в то время как Конев — второй маршал Победы. Власовцы воевали бок о бок с нацистами, в числе прочего подавляли Варшавское восстание 1944 года. И участие некоторой (!) их части в освобождении Праги ничего в отношении к ним не меняет. Такая «перестановка памятников» — настоящий плевок в душу всем россиянам, да и гражданам всех республик бывшего СССР.

Реакция МИД России была соответствующей.

«Обычно мы говорим „возмутительная“, „недопустимая“, но сейчас я считаю, что это абсолютно страшная инициатива, направленная не просто на фальсификацию истории, а на реинкарнацию, вытаскивание из исторической могилы неонацизма, фашизма и всего того, что с этим связано. Теперь Власова готовы чествовать в Праге в качестве героя. То есть памятник Коневу нужно убрать, а Власову — поставить», — отметила официальный представитель ведомства Мария Захарова.

Её также особо возмутило отсутствие реакции чешских официальных лиц, но это не совсем так. Президент Чехии Милош Земан ясно высказался против памятника власовцам.

«Оказанием помощи антигитлеровскому Пражскому восстанию „власовцы“ пытались искупить совершенные ими преступления. Встаёт вопрос, могут ли они искупить свою вину продолжавшимися всего несколько дней и можно ли в связи с этим забыть то, что они предали Родину? Думаю, забывать нельзя», — сказал Земан.

Что касается других официальных лиц, то они хранят молчание. Это действительно вызывает возмущение в России, ибо у нас в каждой семье кто-то погиб на Великой Отечественной войне. И это действительно вопрос совести премьера Андрея Бабиша или главы МИД Томаша Петржичека. Однако своими заявлениями повлиять они ни на что не могут. В Чехии муниципалитеты вправе сами решать, какой памятник им устанавливать. Ни президент, ни правительство им в данном случае не указ.

Пока однозначную поддержку старосте Новотному выразила даже не его Гражданско-демократическая партия, а крайне русофобская партия ТОП09, которая инициировала перенос памятника Коневу. Однозначно против появления монумента власовцам высказались коммунисты. Остальные семь партий, представленных в парламенте, пока свою точку зрения не высказали. Решение муниципальные депутаты района Прага-Ржепорые примут 16 декабря.

Нельзя сказать, что большинство населения или политиков в Чехии поддерживает столь грубое переписывание истории. Так, только ТОП09 однозначно высказалась даже не за перенос, а за снос памятника. Три другие партии, которые можно считать антироссийскими, всё же сделали оговорку, что переносить памятник нужно в более-менее достойное место. «Пираты» не сказали ничего определённого, две партии правящей коалиции — скорее против, коммунисты и чешские националисты — против однозначно.

Если глянуть на расклад сил по стране, то получится, что ТОП09 имеет поддержку всего 5,5% чехов, а другие антироссийские партии — ещё чуть более 20%. Однако в Праге эти цифры существенно выше. Именно в столице ТОП09 набирает голосов больше, чем где бы то ни было. И именно в Праге такой деятель, как Новотный, сумел возглавить муниципальный совет района. И большинство пражан как минимум не против того, чтобы как минимум убрали «бронзового» Конева. В других частях страны такие истории пока не случались.

Если Конева уберут, а памятник власовцам воздвигнут, по российско-чешским отношениям будет нанесён существенный удар. Конечно, Чехия едва ли станет подобна Польше или Прибалтике — здесь речь не идёт о государственном заказе на сомнительные снос и установку монументов. Однако столица — лицо страны. И весьма популярную у российских туристов Прагу вполне можно будет считать русофобским городом. Таким же, как Варшава или Рига. И тень от поведения пражских районных властей повлияет на отношения граждан России к Чехии в целом.

Такая «рокировка памятников» является не только прямым оскорблением России и русских, но и грубым переписыванием собственно чешской истории. Весь вопрос в том, насколько власти Чехии сумеют обуздать порыв «русофобов на местах».

Вадим Трухачёв, политолог, доцент РГГУ

5 мая 1945 года

КГБ СССР Юрия Андропова останки были выкопаны, сожжены, а прах развеян.

* * *

За 4 мая на всех фронтах подбито и уничтожено 26 немецких танков. В воздушных боях и огнем зенитной артиллерии сбито 14 самолетов противника.

* * *

Американцы освободили из заключения мюнхенского юриста Йозефа Мюллера, работавшего с 1940 года на британскую разведку и арестованного эсэсовцами в 1943 году. Два года он провел в самых страшных нацистских концлагерях, где его содержали в цепях. От казни его спасло только то обстоятельство, что все документы на него погибли в авиационной катастрофе.

* * *

7-ая американская армия вышла к перевалу Бреннер на границе Австрии и Италии и соединилась с союзными войсками в Италии.

* * *

Адмирал Ганс Георг фон Фрейдебург подписал 4 мая в 18:30 в штабе Монтгомери акт о капитуляции немецких частей в Северной Германии, Голландии и Дании главнокомандующему 21-й группы армий союзников.

Войска 3-го Белорусского фронта вели бои по очищению от противника косы Фриш Нерунг.

Войска 2-го Белорусского овладели городом Свинемюнде.

* * *

В Берлине подавлено сопротивление последних небольших групп немцев, пытавшихся прорваться из окрестностей города на запад.

* * *

От ран умер герой войны, гвардии старший сержант Валентин Александрович Агафонов (1925–1945), наводчик орудия танка 47-й гвардейской танковой бригады (1-й Белорусский фронт). В январе 1945 года при освобождении польских городков Груец, Жирардув, Сохачев и Быдгощ, действуя в разведке, он метким огнем уничтожил 6 пушек, 5 крупнокалиберных пулеметов, 3 БТР и много другой техники и личного состава противника. 27 февраля 1945 года стал Героем Советского Союза. Был ранен в одном из последующих боев и умер за 3 дня до окончания войны.

* * *

К 5 мая 60-я армия 4-го Украинского фронта вышла на подступы к Штернбергу. 68-я армия, наступая вдоль дороги на границе, вела бои юго-восточнее

Фульнека, 1-я гвардейская армия вышла в район Фриштата, а 18-я армия достигла линии Рожнов – Всетин – Визовице. На этом рубеже завершилась Моравско-Остравская операция. Советские войска овладели Моравско-Остравским промышленным районом и двинулись в центральную часть Чехословакии.

Численность войск к началу операции – 317 300 человек, безвозвратные потери – 23 964 (7,6 %), раненые – 88 657, среднесуточные потери – 1976.

* * *

Завершилась Братиславско-Брновская операция войск 2-го Украинского фронта (Маршал Советского Союза Р.Я. Малиновский) при участии Дунайской военной флотилии и румынских войск. Завершено освобождение Словакии.

Операция проводилась 25 марта – 5 мая с целью разгромить группировки противника в районе Братислава, Брно, Зноймо. Братиславско-Брновская операция имела большое политическое и военное значение. В ходе нее войска 2-го Украинского фронта продвинулись на запад до 200 км и разгромили 9 дивизий противника. Было завершено освобождение Словакии и части Моравии, что резко снизило экономический потенциал Германии и ухудшило ее стратегическое положение. Наступавшие в глубь Чехословакии войска 4-го и 2-го Украинских фронтов сковали главные силы немецко-фашистской группы армий «Центр», создав угрозу ее окружения, и не позволили гитлеровскому командованию перебрасывать отсюда подкрепления в район Берлина, таким образом способствовав успешному завершению Берлинской операции и быстрому развитию наступления на Прагу. Численность войск к началу операции – 272 200 человек, безвозвратные потери – 16 933 (6,2 %), раненые – 62 663, среднесуточные потери – 1895.

* * *

В последние дни войны, когда на территорию Чехии уже вступили советские и американские войска, но в Праге еще стояли части СС, Чешский национальный совет, не имея понятия о том, что по соглашению американцы (которые были рядом) должны были остановиться на границе, а Прагу занять советские войска (которые были еще довольно далеко), призвал население города к вооруженному наступлению. Войска СС уже вовсю громили восставших, и Чешский национальный совет, не получая ни от кого помощи, обратился к 1-й дивизии (20 тысяч человек) армии Власова под командованием генерала Буняченко, которая отказалась примкнуть к немцам и появилась на территории Чехословакии еще 28 апреля. Утром 7 мая дивизия в жестоких боях разгромила эсэсовцев. Чехи предложили Буняченко либо дождаться Красной армии и сдаться ей, либо покинуть Прагу. Буняченко предпочел второе, и дивизия отправилась на Запад сдаваться американцам. Американцы потом выдадут освободителей Праги советским властям, и Буняченко будет повешен вместе с Власовым в августе 1946 года, а в чешских и советских учебниках будут писать, что Прагу освободила Красная армия 9 мая.

* * *

5 мая командование Балтийского флота предупредило жителей острова Борнхольм о предстоящих ударах авиации по фашистским кораблям и судам и предложило им для собственной безопасности оставить портовые сооружения и другие здания в портах Ренне, Нексе и уйти в леса.

После того как наши авиаторы нанесли по врагу ряд сокрушительных ударов, советское командование передало открытым текстом радиограмму начальнику островного гарнизона с требованием сложить оружие. Руководители гарнизона генерал Вутман и его заместитель по морской части капитан 1 ранга фон Камец не согласились. Балтийские летчики возобновили атаки…

Свыше 100 тысяч балтийских моряков получили за свои славные боевые дела высокие государственные награды. На знаменах 58 кораблей и частей появились боевые ордена, 23 – присвоено почетное звание гвардейских. 137 балтийцев были удостоены звания Героя Советского Союза.

* * *

Дания и Нидерланды освобождены от гитлеровской оккупации.

* * *

Американский генерал Дж. Деверс принял капитуляцию германских войск, действовавших в Баварии и западной части Австрии.

* * *

Союзные войска освободили австрийский город Линц.

* * *

Освобождены узники концлагеря Маутхаузен.

* * *

Газета «Правда» сообщала: – В Москве произведен салют в честь войск 2-го Белорусского фронта.

– Постановлением Совнаркома СССР, в целях привлечения дополнительных средств на оборону страны, выпущен 4-й государственный военный заем на сумму 25 миллиардов рублей сроком на 20 лет. Страна с величайшим подъемом подписывается на заем. На самолетостроительном заводе, где директором тов. Жуков, в первые же часы общая сумма подписки достигла 101 процента фонда заработной платы. На заводе, где директором тов. Третьяков, многие рабочие подписываются на полуторамесячный заработок и выше. С глубоким удовлетворением встретили работники автозавода имени Сталина выпуск нового займа, с радостью отдают свои средства взаймы государству.

С 1941 по 1944 годы в Фонд обороны и в Фонд Красной армии внесено свыше 16 миллиардов рублей деньгами, 4 миллиарда 500 тысяч рублей облигациями, огромное количество ценностей и продовольствия. Три военных займа (1942–1944) дали 62 миллиарда 984 тысячи рублей, 4 денежно-вещевые лотереи – 12,5 миллиарда рублей.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >


Хроника событий 5 мая 1945 года — 1414 день Великой Отечественной войны.
5 мая 1945 года завершилась Братиславско-Брновская наступательная операция советских войск. За период с 25 марта Красная армия разгромила 9 немецких дивизий, продвинулась на 200 км и завершила освобождение Словакии, Братиславского и Брновского промышленных районов.
Войска 4-го Украинского фронта нанесли поражение немецкой 1-й танковой армии и овладели Моравска-Остравским районом. Юго-западнее города Бранденбург пехотные и танковые части 1-го Белорусского фронта в лесисто-болотистой местности преследовали остатки разгромленных соединений противника. В результате боевых действий заняты несколько городов. Другие наши части овладели крупным узлом железных дорог – городом Рослау.
В этот же день 5 мая 1945 года.
Чехословакия
В Праге вспыхнуло вооруженное антифашистское восстание. Для борьбы с оккупантами жители Праги возвели 1600 баррикад. Им удалось овладеть почтой, центральной телефонной станцией, зданием радио, вокзалами и мостами через Влтаву. Восставшие потребовали от гитлеровцев безоговорочной капитуляции. Немецкое командование согласилось на переговоры, одновременно подтягивая к городу танковые дивизии и части СС.
Район Торгау
Командующий 1-м Украинским фронтом маршал Конев и командующий армейской 12-й группой войск генерал Омар Брэдли подтвердили готовность соблюдать установленную между их войсками линию соприкосновения.
Австрия
В концлагере Маутхаузен вспыхнуло восстание. Узникам удалось захватить склады с оружием и обезвредить охрану. За годы войны в концлагере нацистами было уничтожено более 122 тысяч человек, в том числе 32 тысячи советских граждан. Среди узников находился генерал-лейтенант инженерных войск Дмитрий Карбышев. За отказ сотрудничать фашисты на морозе обливали генерала водой, пока он не погиб. Посмертно в 1946 году Дмитрию Михайловичу Карбышеву было присвоено звание Героя Советского Союза.
Москва
Председатель Антифашистского комитета советских женщин Валентина Гризодубова устроила прием в честь супруги премьер-министра Великобритании госпожи Клементины Черчилль, в котором приняли участие виднейшие мастера искусств столицы.
5 мая 1945 года. До нашей Победы оставалось 4 дня.
(Описание взято с сайта — www.1tv.ru)

Пражское восстание 1945 года

Pražské povstání

Первые майские дни 1945 года, предшествующие освобождению чешской столицы от фашистов, оказались едва ли не самыми драматичными за весь период оккупации. В городе вспыхнуло народное восстание, которое обернулось тысячами жертв и сломанных судеб. Хотя его длительность составила всего четыре дня, ход событий оказался настолько запутанным, что до сих пор существует несколько диаметрально противоположных версий.

Предпосылки

Завершение Второй мировой войны взятием Рейхстага — одно из самых распространенных заблуждений в современном обществе. Несомненно, это событие имело огромный вес в истории, но на самом деле боевые действия на территории Европы вовсе не были завершены. Под контролем армии Гитлера все еще оставались некоторые немецкие, австрийские и чешские регионы.

Территорию Чехии, во время войны переименованную в Протекторат Богемии и Моравии, на тот момент контролировали гитлеровские войска под командованием Шернера и Рендулича. Немецкие полководцы понимали, что тогда для них единственным вариантом с положительным исходом являлось отступление на Запад, где можно было сдаться американцам. И в этом плане Прага, которая находилась под контролем оккупантов, имела для них важнейшее значение: именно через столицу войска планировали отступать.
Внутри самой Праги ситуация была довольно сложной: пражское подполье в лице коммунистов и националистов не могло сойтись в едином мнении. Кроме того, свою политическую игру вело правительство Эмиля Гахи, президента образованного оккупантами Протектората Богемии и Моравии, которое рассчитывало на то, что им удастся заключить договор с союзными силами. С конца апреля 1945 года Гаха вел переговоры c новым правительством Чехословакии, сформированным несколькими неделями ранее в освобожденном городе Кошице.

Восстание, которое не ждали

Большинство чехословацких политиков считало, что восстание в Праге уже не имеет особого смысла из-за того, что в течение нескольких дней в город должны были войти американские или советские войска. Однако восстание началось, и произошло это практически стихийно. Чтобы заслужить симпатию населения, правительство Гахи разрешило вывешивать на улицах города чехословацкие флаги, но пражане пошли дальше и начали уничтожать символику нацистов. В результате по всему городу возникали многочисленные стычки, переросшие в вооруженный конфликт.

Новый эмоциональный всплеск у восставших пражан вызвала новость о падении Берлина в ночь с 4 на 5 мая. На улицах повсеместно шли ожесточенные бои, и повстанцам удалось захватить несколько стратегически важных объектов. Нацистский полководец Шернер приказал использовать против горожан танки, а сами гитлеровцы устраивали зверские расправы над жителями Праги.

Было понятно, что судьба восстания без внешней поддержки предрешена, и все ожидали помощи от американцев или советских войск. Последние двинулись к Праге 5 мая, но до города им оставалось несколько дней пути, американские войска тем временем заняли выжидательную позицию.
К концу 6 мая немцы при помощи многочисленной техники заняли большую часть столицы. В этот момент на помощь пражанам пришли воска Русской Освободительной армии. РОА (или как их еще называли «власовцы») представляла собой вооруженное военное формирование, преимущественно состоящее из русских, которое сотрудничая с немецкими оккупантами, боролись за свержение советской власти и создание так называемого Русского государства. На момент окончания войны власовцы понимали, что им не избежать советского правосудия, поэтому помогая повстанцам, рассчитывали на поддержку нового правительства. В течение двух дней подразделения РОА вели в Праге бои, но уже 7 мая чехословацкое правительство отказалось от их помощи, не желая портить свои отношения с СССР. Кроме того, стало известно, что американцы не собираются входить в Прагу, поэтому власовцы решили отступать на Запад.
К этому времени Чешскй национальный совет, понимая, что повстанцы не смогут сдержать отступающие войска Шернера, согласился не препятствовать их уходу из Праги. Утром 9 мая в город вошли советские войска, которые еще несколько дней подавляли оставшиеся очаги вражеских сопротивлений в столице и ее окрестностях.

Последние жертвы великой войны

Жертвами Пражского восстания стало почти три тысячи чехов (повстанцев и мирных жителей), около тысячи немцев и 300 власовцев. После освобождения города, несмотря на призывы властей, пражане выплеснули свой неконтролируемый гнев на мирных немцев, проживающих в Праге: их выгоняли из собственных домов, изымали имущество, калечили и унижали.

Пражское восстание, бесспорно, заняло особое место в чешском самосознании. До сих пор можно услышать мнения некоторых историков, что оно было неоправданной глупостью и не имело смысла, однако сами чехи так не считают. Ежегодно они собираются у Чешского радио, чтобы почтить память повстанцев, в мае 1945 года героически сражавшихся за свободную Прагу.

Пражское восстание: последние жертвы великой войны

Планы восстания в тылу нацистов чешское подполье вынашивало давно. Находившееся в Лондоне чехословацкое правительство хотело показать союзникам, что движение Сопротивления в стране не дремлет. Но по мере продвижения советских войск эти планы становились менее конкретными. Правительство вернулось на территорию Чехословакии, в освобожденный словацкий город Кошице. Гитлеровский рейх был явно обречен, и чехословацкое руководство, казалось, решило дождаться освобождения Праги советскими или союзническими армиями. К тому же готовность подполья к действиям оказалась невысокой. Капитан Яромир Нехански, посланный в качестве связного в Прагу, докладывал с необычайной резкостью: «Ситуация здесь дерьмовая. С военной точки зрения не сделано почти ничего. Политики ругаются между собой и делят кресла. Оружия не хватает…».

Восстание, однако, вспыхнуло само собой, стихийно. Как ни странно, толчком к нему стало распоряжение властей протектората Чехия и Моравия, разрешивших вывешивать на улицах национальные флаги. Коллаборантское правительство хотело принять власть от немцев и, возможно, договориться с США и Британией, чьи войска в последние дни апреля 1945 года вступили на территорию Чехии с запада. Жители Праги не только с радостью украсили улицы флагами, но и принялись уничтожать символы оккупации – немецкие вывески и указатели. Начались стычки с оккупантами. Во многих местах нацисты открывали огонь по людям, стиравшим немецкие надписи. В ответ пражане взялись за оружие, добытое на складах полиции и военных формирований протектората или сброшенное союзниками с самолетов. Утром 5 мая пражское радио передает музыку и программы, ранее запрещенные оккупантами. На балконе здания радио вывешен чехословацкий флаг и знамена союзных держав. В эфир выходит призыв:

«Призываем чешскую полицию, жандармерию и войска немедленно явиться к Чешскому радио!»

К зданию на Швериновой (ныне Виноградской) улице прибывают полицейские, поддержавшие восстание. Но туда же перебрасываются и части Ваффен-СС. У радио начинается жестокий бой, продолжавшийся все 4 дня восстания. Всё это время повстанческое радио не умолкает. Оно остается информационным центром сопротивления, сообщая пражанам о том, что происходит в городе. Координировать сопротивление пытается Чешский национальный совет (ЧНС) – подпольная организация, созданная представителями основных политических партий. Возглавляет совет профессор Альберт Пражак, коммунистов представляет Йозеф Смрковски – в конце 60-х он станет одним из ведущих деятелей «пражской весны». Совету подчиняется военная структура – командование «Бартош» во главе с генералом Карелом Кутлвашром. В тот момент на территории Чехии находится немецкая группа армий «Центр» численностью около 900 тысяч человек под командованием генерал-фельдмаршала Шёрнера. Хотя Берлин уже капитулировал, а Гитлер мертв, немцы ведут упорные бои с советскими частями в 50-70 километрах к востоку от Праги. Узнав о начале восстания, Шёрнер начинает переброску подкреплений в город.

В ответ повстанцы передают по радио обращение к жителям: «Пражане, мы зовем вас в бой за Прагу, за честь и свободу народа! Стройте баррикады! Будем сражаться! Союзные армии приближаются! Надо выдержать, остаются всего лишь часы. Выстоим! Вперед, в бой!». Призыв и сопровождающая его музыка прерываются звуками стрельбы.

Ночью и утром 6 мая в Праге возникло более полутора тысяч баррикад и заграждений, мешавших продвижению немцев. Нацисты пытаются обмануть повстанцев, начав с ними переговоры о перемирии, но в то же время посылая в Прагу новые войска. Поняв это, Чешский национальный совет отказывается от переговоров. Бои идут по всему городу – с переменным успехом. На нескольких участках немцы отброшены, несмотря на большой перевес в вооружениях и технике. Командующий войсками Ваффен-СС в Чехии генерал фон Пюклер с некоторым удивлением докладывает фельдмаршалу Шёрнеру: «Мятежники сражаются, вопреки ожиданиям, хорошо и смело. У них есть фаустпатроны и четырехствольные зенитные пулеметы».

Тем не менее натиск нацистов усиливается. Разъяренные сопротивлением, эсэсовцы развязывают в городе террор. Они берут в заложники десятки мирных жителей и гонят их перед бронетехникой в качестве «живого щита». На Устобской улице в районе Панкрац (ныне улица Жертв 6 мая) нацисты совершают зверское и бессмысленное преступление. Ворвавшись в один из домов в поисках повстанцев, они убивают 37 человек, в основном женщин и детей. Затем в саду перед соседним домом расстреливают еще 16 мирных жителей. Один из них, 10-летний мальчик, легко раненный первым залпом, умолял эсэсовцев не добивать его. Его забили прикладами винтовок. Другая женщина, жена местного немца, пыталась спастись, крича, что она гражданка Германии. Ее убили вместе с двумя детьми.

И тут у повстанцев появился неожиданный союзник: оказавшаяся в районе Праги 1-я дивизия так называемой Русской освободительной армии (РОА) генерала Власова. Эта дивизия под командованием генерала Буняченко уже несколько дней фактически не подчинялась никому. Поняв, что Германия проиграла, власовцы пытались спастись от советского плена у западных союзников. Как полагает чешский историк Станислав Кокошка, автор книги «Прага в мае 45-го», генерал Буняченко хотел со своими войсками оказать союзникам услугу, которая могла бы потом увеличить шансы власовцев остаться на Западе. Пражское восстание давало такую возможность. Буняченко решил помочь чехам, несмотря на возражения Власова о том, что бывшие солдаты и офицеры Красной армии, перешедшие на сторону немцев, совершили бы уже вторую измену, повернув оружие против Германии.

По согласованию с ЧНС три полка дивизии Буняченко вошли в Прагу, вступив в бой с немцами. Особенно ожесточенная схватка завязалась у аэродрома Рузине, где власовцам даже удалось сбить, по разным данным, от одного до трех «мессершмитов». Солдаты РОА также атаковали немецкие батареи, готовившиеся к обстрелу центра Праги, где продолжали отбиваться повстанцы. Между тем 8 мая в Праге появились американские парламентеры. Они направлялись в штаб фельдмаршала Шёрнера, дабы известить его: во французском Реймсе подписан предварительный протокол о капитуляции Германии, что делает дальнейшее сопротивление немецкой группировки в Чехии бессмысленным. Один из власовских офицеров провел переговоры с американцами. Те сообщили ему, что их войска остановились на линии Карловы Вары – Плзень – Ческе Будейовице, а освобождать Прагу будет Красная армия. После этого Буняченко приказал своей дивизии уходить на запад. В Праге остался лишь один батальон власовцев, перешедший в подчинение повстанческого командования.

8 мая бои в городе продолжались. Шёрнер решил увести бóльшую часть своих войск на запад, чтобы сдаться американцам, а не русским. Восставшая Прага лежала у него на пути. Было ясно, что натиска основных сил немецкой группировки повстанцы не выдержат. Чешский национальный совет решил вступить с немцами в переговоры. Была достигнута договоренность, согласно которой немцы оставляли чехам тяжелое вооружение, получая возможность свободного прохода через город в западном направлении. Пишет российский историк Валентина Марьина: «Это не похожее на безусловную капитуляцию соглашение прежде оценивалось как “военная и политическая ошибка”. Но надо иметь в виду, что пражане почти не имели оружия, а немцы были отлично вооружены и готовы драться до последнего. Повстанцы также не имели точных данных о передвижении частей Красной армии. Поэтому с точки зрения здравого смысла желание избежать напрасного кровопролития и разрушения Праги является вполне понятным».

Большая часть немцев уже покинула Прагу, когда утром 9 мая в городе появились первые советские танки армии генерала Еременко.

Вот запись из дневника пражанина, отставного финансового чиновника Ярослава Вацаты: «9 мая, 12 часов. На улице шумно. Проезжают танки и автомобили славной русской армии. Ребята усталые, запыленные. Всюду ликование. Слышны крики: “Ура!”, “Слава!”, машут сотни рук. При виде каждого танка поднимается буря приветственных криков. Когда колонна останавливается, один из русских солдат начинает играть на гармони, несколько его товарищей пляшут. Танки засыпаны цветами сирени». Впрочем, многим советским солдатам было не до плясок. Очистка Праги и ее окрестностей от оставшихся немецких отрядов и эсэсовских снайперов продолжалась еще не один день. При вступлении в чешскую столицу погибли 30 красноармейцев, всего же потери советских войск в боях за Прагу и окрестности составили примерно 500 солдат и офицеров. Большинство из них похоронено на военном кладбище на Ольшанах. Что касается жертв Пражского восстания, то, по приблизительным данным, с 5 по 9 мая погибло более полутора тысяч чехов (повстанцы и мирные жители), около тысячи немцев (в основном солдаты вермахта и СС) и почти 300 власовцев. Хотя власти призывали граждан соблюдать законность, сразу после освобождения ярость пражан выплеснулась на немцев, в том числе мирных жителей, не повинных в зверствах. Многих линчевали прямо на улицах.

В годы правления коммунистов из истории Пражского восстания были изъяты многие страницы. Замалчивалось участие в боях частей РОА, роль Красной армии в освобождении Праги, наоборот, считалась ключевой. После «бархатной революции» многое в оценках тех событий поменялось. Теперь уже роль власовцев порой преувеличивалась, а решению американского командования по согласованию с Москвой остановить наступление и не идти на Прагу приписывалась роковая роль – мол, если бы чешскую столицу освободили западные союзники, будущее всей Чехословакии могло бы быть иным, да и немцы бы, глядишь, не сопротивлялись. Но только взвешенные оценки истории Пражского восстания помогают понять, как в тех событиях отразилась сложная военная и политическая обстановка, сложившаяся в середине 40-х годов в центре Европы.