Белосток 1941 год

Тимур Муцураев — Реконкиста текст песни

По меньшей мере войны шли лет триста
И кафиры захват чужих земель
Прозвали христианской реконкистой
Стеля убийств багровую постель
Куда не глянь кровавые потоки
И виселиц и пыток череда
Любовь к пути последнего пророка
Виной безвинных жертв всегда была
Пересекая времени границы
С небес примчится меченосный вождь
Иначе превратиться мир в гробницы
И будет литься реактивный дождь
Покуда льют дожди из глоток града
Привычка смерти закалит бойцов
В свирепой бойне с кафирской армадой
Опять растут отряды удальцов
И мы отринув лживые химеры
К божественной стремимся чистоте
Хотя так часто истинная вера
Распятою бывала на кресте
Серца давно пылают чувством мести
Идет война столетия подряд
И вот уже как минимум лет двести
Народ чеченский свой ведет джихад
Мы воины исламской реконкисты
Чьи помыслы за праведный возврат
К истокам веры бесконечно чистой
Сметающей губительный разврат
Двуличье Сатаны пустило корни
По миру разрослась соблазна тень
Наш славный Бог, храни себе покорных
И нас поставь на райскую ступень
Мы как и прежде ринулись на встречу
В объятья изнурительной войны
Ведь этот мир изрядно искалечен
От бесконечных козней Сатаны
От гнусных козней тянущих к соблазну
Иллюзией губительных утех
А тот кто стал на путь раздоров грязных
Получит воздаяние за грех
В реальность воплотили изуверы
Жестокий арсенал своих затей
Кощунствуя прозвали делом веры
Они убийство женщин и детей
Безжалостное пламя инквизиций
Лизалось к потухающим кострам
Столетиями дьявольской десницей
Искоренялась вера и ислам
Мы воины священного джихада
Познавшие божественного вкус
Для всех муслимов подлинной наградой
Явился бы посланник Иисус

В чечне пока идет война предтеча
Предтеча очистительной войны
Которая в итоге всех излечит
От бесконечных козней Сатаны

ДОБАВИТЬ ТЕКСТ В ЛИЧНЫЙ СПИСОК

Навеянно этим вот постом:
http://pikabu.ru/story/_830456#comments
Мне ужасно надоело читать очередной бред Резуновского разлива, поэтому я представляю вашему вниманию эту статью.
Написанна не мной, автор Serb1982 с форума WoT. За статью огромная благодарность.
22 июня 1941 года — Черный день календаря
22 июня 2011 года мы отмечаем скорбную дату — 70 лет с начала Великой Отечественной Войны.
Войны, которая унесла 26,6 млн. жизней наших предков.
Войны, которая разделила нашу историю на до и после.
В нашей истории нет более черной даты, нежели 22 июня. И надеюсь, что никогда уже не будет.
Поэтому очевиден тот огромный интерес, который события этой войны вызывают до сих пор.
Надо понимать, что нельзя 22 июня 1941 объяснить какой-то одной причиной, как это часто пытаются делать отдельные индивиды. Так не бывает. Все эти попытки объяснить произошедшее либо «глупым» Сталиным, который «не верил» или же иными причинами по степени идиотизма напоминают попытки объяснить уничтожение СССР в Холодной войне какой-то одной причиной. Отсутствие комплексных анализов событий 1941 года, где причины поражений и ростков будущих побед разбирались бы в рамках единой системы координат, приводит к непониманию частью наших сограждан событий 1941 года. Информационный шум велик, смысла мало.
Представляется очевидным, что события лета 1941 были вызваны к жизни целым комплексом объективных и субъективных причин, которые одновременно предопределили поражения Советского Союза в начальный период войны, но в тоже время предопределили конечное поражение Третьего Рейха.
Попробую вкратце остановится на этих причинах.
Сразу уточню, что порядок изложения этих причин вызван не их важностью, для меня они важны одинаковы — не вижу смысла выделять «более важное» и «менее важное», ибо от этих попыток разит субъективизмом.
Причины обусловившие поражения СССР летом-осенью 1941 года.
Военно-стратегические факторы.
1. Армии вторжения превосходили войска приграничных округов в численности.
2. Армии вторжения превосходили войска приграничных округов в моторизации.
3. Армии вторжения превосходили войска приграничных округов в вопросах военной логистики.
4. Армии вторжения превосходили войска приграничных округов в вопросах организации связи и ее защиты.
5. Армии вторжения превосходили войска приграничных округов в вопросах общей организации управления войсками.
6. Танковые группы вермхата были более эффективным средством ведения войны, нежели советские мех.корпуса, несмотря на то, что по численности танков, СССР в приграничных округах превосходил Германию и ее сателлитов в 2-2,5 раза.
7. Вермахт обладал в массовом масштабе опытом боев в Европе 1939-1941 годов, в отличие от большинства соединений РККА, лишь некоторые из которых имели ограниченный опыт локальных конфликтов. Полученный вермахтом опыт был распространен практически на все части, что привело к исправлению ряда ошибок и детских болезней роста. Красная Армия занималась этим же уже в ходе начавшейся войны.
8. Армии вторжения к 22 июня 1941 года были полностью отмобилизованы. Советские войска, находились в состоянии скрытой мобилизации, значительная часть соединений встретила войну по сокращенным штатам мирного времени.
9. Общая масса советских войск в Европейских районах СССР была разорвана на три эшелона, которые вступали в бой по частям, что облегчало немцам решение вопроса разгрома значительных группировок советских войск.
10.Оборонительные сооружения на новой границе к началу войны не были завершены, в то время как боеспособность оборонительных сооружений на старой границе резко снизалась. Уже законченные укрепленные районы имели недостаточную плотность, действовали вне связи с оперативной обстановкой и зачастую даже не успевали оказать хоть какое-то влияние на ход боевых действий.
11.Оперативное и стратегическое планирование Красной Армии не соответствовало реалиям июня 1941 года. Планы развертывания и прикрытия границы ставили раздерганные на эшелоны войска Красной Армии в заведомо невыгодное оперативное положение. Несмотря на то, что действия немцев случившиеся в реальности частично прогнозировались Генштабом, общая конфигурация войск приграничных округов по факту оказалась ошибочной. Налицо серьезная ошибка Генерального Штаба и командования округов, которые согласно директиве Генштаба разрабатывали планы прикрытия государственной границы.
12. Командование приграничных округов в полной мере не обеспечивало проведение в жизнь даже этих планов, осуществляя в том числе и действия, которые в 1941 году трактовались как вредительство и измена. Имели место серьезные ошибки в организации управления войсками округов, в осуществлении оперативной разведки, в организации секретности связи.
13. Высшее военное руководство в лице Наркома обороны Тимошенко и начальника Генштаба Жукова не соответствовало занимаемым должностям, что война показала со всем беспощадностью. Налицо управленческая ошибка Иосифа Сталина. Переконфигурация структур управления войной осуществлялась уже после ее начала, что говорит о том, что кадровая политика политического руководства страны привела к тому, что некоторые по настоящему талантливые люди оказались не на своих местах. Это так же сфера ответственности Сталина и Политбюро определявших персональный состав военного руководства страны, которое отвечало за непосредственное планирование и подготовку к войне.
14. Взрывной рост численности Красной Армии привел к нехватке подготовленного старшего и среднего командного состава, который было невозможно подготовить за столь короткий срок. Так же определенную роль на состояние офицерского состава оказал заговор Тухачевского и последовавшие за ним репрессии. Обучение офицерского корпуса и отсев неспособных осуществлялся уже в ходе войны. Этот фактор имел долговременный характер и был преодолен лишь к 1943 году.
15. Тактически и оперативно командиры вермахта к началу войны были подготовлены лучше, нежели офицеры Красной Армии. В теоретическом отношении, вермахт был вооружен современной стратегией блицкрига уже проверенной и отработанной на практике, а так же разнообразными элементами современной тактики применения пехоты, танковых войск и авиации. Концпеция глубокой операции, которая была визитной карточкой Красной Армии в сражениях 1944-1945 годах, в 1941 году еще не завоевала должного признания, многие передовые приемы тактического плана, так же приобретались Красной Армией в ходе войны.
Часть командиров РККА продолжали мыслить категориями Первой мировой войны, Гражданской войны и локальных конфликтов. Налицо теоретическое отставание высшего военного руководства от немцев и не полное понимание реалий современной механизированной войны значительной частью офицерского корпуса. Этот фактор оказывал серьезное влияние вплоть до 1943 года.
Военно-политические факторы.
1. Советский Союз на 22 июня 1941 года находился в состоянии внешнеполитической изоляции. Полноценные союзники у СССР отсутствовали.
2. Часть западного истеблишмента была заинтересована в нападении Германии на Советский Союз, прямо или косвенно этому пособничая.
3. Разведывательные органы СССР фактически вводили в заблуждение высшее руководство страны, которое регулярно получало донесения о тех или иных датах нападения, которые впоследствии не оправдывались, создавая атмосферу неопределенности и недоверия к органам разведки.
4. Население присоединенных к Советского Союзу территорий, не было к началу войну в должной мере приведено к лояльности.
5. Несмотря на договор о ненападении с Японией, СССР был вынужден значительную часть своих сил держать вдали от основных театров военных действий.
6. Органы Госбезопасности не смогли в должной мере воспрепятствовать разведывательной и диверсионной деятельности вражеской агентуры в приграничной полосе.
Экономические факторы.
1. По большинству экономических показателей, Третий Рейх и его сателлиты, чьи экономики функционировали в состоянии военного времени имели преимущество перед экономикой СССР функционировавшей в состоянии мирного времени. Фактически в экономическом отношении, СССР противостояла объединенная вокруг Германии экономика континентальной Европы.
2. СССР встретил войну находясь в стадии перевооружения танковых и авиационных частей новой техникой и был вынужден продолжать этот процесс уже в ходе войны. Проблемы перевооружения так же затрагивали вопрос нехватки времени для подготовки квалифицированных кадров для этой техники.
3. Запланированная эвакуция мобилизаванной промышленности в тыловые районы фактически лишала СССР возможности использовать часть своего военно-промышленного потенциала в начальный период войны. План Барбаросса фактически затрагивал основные узлы советской индустриальной мощи. Время которое предстояло затратить на их сохранение было значительным.
4. С началом войны неизбежно возрастала зависимость от поставок ряда специфичных ресурсов и товаров из-за рубежа, а так же зависимость от линий сообщения с Западом.
И тем не менее, несмотря на все эти факторы, немцы проиграли. Проиграли в том же 1941 году.
Как же так получилось — столько неблагоприятных факторов для СССР, целая серия тяжелейших поражений, большие потери — военные, территориальные, демографические, экономические, имиджевые — и тем не менее к концу того же года, когда все это случилось, Германия в стратегическом отношении проиграла Вторую мировую войну. Все остальное, включая поход на Сталинград было попыткой избежать неизбежного.
Часто забывают, что начавшись целой серией катастроф, Великая Отечественная Война в 1941 году подвела итог первому этапу войны целой серией побед, а именно поражениями всех трех немецких групп армий — группы армий Север под Тихвиным, группы армий Юг под Ростовым и наконец смертельному для будущего Третьего Рейха поражению под Москвой.
Получилось так, что уже в 1941 году, Советский Союз начал преодолевать воздействие всех указанных выше негативных факторов переламывая титаническими усилиями ход

Всего на западных границах СССР от Черного до Балтийского морей к началу войны оказалось сосредоточено 3 061 160 человек из 5 744 211 — такова была общая численность личного состава РККА. Германия вместе с союзниками к этому времени сконцентрировала у наших рубежей группировку в 4 329 005 военнослужащих. То есть, по численности войска вермахта превосходили силы Красной Армии в 1,4 раза. Для сравнения, по самолетам у нас было двукратное превосходство перед противником, а по танкам — четырехкратное.

Концентрация советских и немецких войск у линии соприкосновения была неравномерной. На Северо-Западном направлении германским частям группы армий «Север» противостояли войска Прибалтийского особого военного округа. При этом непосредственно возле границ находилось только 8 советских дивизий, 10 располагались на 80-120 километровом удалении от них. Всего в Прибалтике было сосредоточено 348 863 бойцов Красной Армии, им предстояло сдерживать натиск почти 793 тысяч немецких солдат.

На Западном направлении сошлись германская группа армий «Центр» и войска Западного особого военного округа. По плану «Барбаросса», именно здесь должен был быть нанесен главный удар, поэтому у границ Белоруссии германское командование сосредоточило до 40% своих дивизий. Общее соотношение сил на этом направлении: 1 453 200 немецких военных против 791 445 красноармейцев.

Юго-Западное направление – место столкновения группы армий «Юг» и частей Киевского особого и Одесского военных округов. Согласно планам советского командования, это направление являлось ключевым для нанесения удара по противнику, поэтому на Украине была наибольшая концентрация войск: 1 412 136 у РККА против 1 556 100 у вермахта.

Очевидно, что на всех главных направлениях у Германии был ощутимый численный перевес перед Советским Союзом в живой силе, однако не это определяло тотальное превосходство вермахта в первые месяцы войны. Важно помнить о том, что германские войска к 22 июня 1941 года были полностью развернуты для начала боевых действий, тогда как части Красной Армии находились в процессе передислокации. Высшее советское руководство несмотря на неоднократные сообщения разведки было совершенно неготово к нападению Германии в июне 1941-го.

Белостокско-Минское сражение

Белостокско-Минское сражение
Основной конфликт: Белорусская стратегическая оборонительная операция
Великая Отечественная война

Руины Минска (июль 1941)
Дата 22 июня–8 июля 1941
Место БССР, СССР
Причина Советская защита и Агрессия Вермахта
Итог Победа Третьего Рейха
Разгром советского Западного фронта
Противники

Германия

СССР

Командующие

Ф. фон Бок
А. Кессельринг
Г. фон Клюге
А. Штраус
Г. Гот
Г. Гудериан
М. фон Вейхс

Д. Г. Павлов #†
В. Е. Климовских#†
В. И. Кузнецов
К. Д. Голубев
А. Т. Григорьев#†
А. А. Коробков#†
П. М. Филатов†

Силы сторон

1,45 млн. человек
15,1 тыс. орудий и миномётов
2,1 тыс. танков
1,7 тыс. самолетов

790 тыс. человек
16,1 тыс. орудий и миномётов
3,8 тыс. танков
2,1 тыс. самолётов

Потери

1278 убитых;
3456 раненых;
1 11 пропали без вести

341 073 безвозвратные потери
76 717 санитарные потери

Медиафайлы на Викискладе

Белостокско-Минское сражение — приграничное сражение на центральном участке советско-германского фронта во время Великой Отечественной войны 22 июня — 8 июля 1941 года. В результате сражения основные силы советского Западного фронта оказались в окружении и были частично разгромлены, частично дезертировали, частично ушли в партизаны, частично попали в плен. 28 июня немецкие войска взяли Минск.

Планы и силы сторон

Германия

Немецкое командование наносило основной удар на Московском направлении силами группы армий «Центр» (командующий — генерал-фельдмаршал Ф. фон Бок) и 2-го воздушного флота (генерал-фельдмаршал А. Кессельринг). На 22 июня 1941 общая численность 1 453 200 солдат и офицеров (50 дивизий), 1700 танков, 910 самолетов, 3000 орудий.

  • 3-я танковая группа (2 армейских и 2 моторизованных корпуса, всего 4 танковые, 3 моторизованные и 4 пехотные дивизии), наступавшая из района Сувалок.
  • 2-я танковая группа (3 моторизованные и 1 армейский корпуса, всего 5 танковых, 3 моторизованные, 1 кавалерийская, 6 пехотных дивизий и 1 усиленный полк), наступавшая из района Бреста.

План заключался в нанесении удара сильными фланговыми группировками при относительно слабом центре. 2-я и 3-я группы должны были соединиться и окружить советские войска западнее Минска. Одновременно пехотные соединения (всего 7 армейских корпусов, 20 пехотных дивизий), сведённые в две армии, вели наступление на окружение и должны были соединиться восточнее Белостока.

  • 4-я армия наступала из района Бреста
  • 9-я армия наступала из района Сувалки.

Создание «двойных клещей» было излюбленной тактикой вермахта в течение всей кампании 1941 года.

В задачи люфтваффе входил разгром советской авиации в первые же дни войны и завоевание полного господства в воздухе.

СССР

Советский Западный Особый военный округ, преобразованный в Западный фронт (командующий — генерал армии Д. Г. Павлов), насчитывал в своём составе три армии:

  • 3-я армия под командованием генерал-лейтенанта В. И. Кузнецова (4 стрелковые дивизии и мехкорпус в составе 2 танковых и 1 моторизованной дивизии) занимала оборонительный рубеж в районе Гродно
  • 10-я армия под командованием генерал-майора К. Д. Голубева (самая мощная, насчитывала в своем составе 2 стрелковых и 2 механизированных корпуса, один из них в полной боевой готовности, а также 1 кавалерийский корпус, всего 6 стрелковых, 2 кавалерийские, 4 танковые и 2 моторизованные дивизии) располагалась в Белостокском выступе
  • 4-я армия под командованием генерал-майора А. А. Коробкова (4 стрелковые, 2 танковые и 1 моторизованная дивизии) прикрывала район Бреста.
  • Вновь созданная 13-я армия под командованием генерал-лейтенанта П. М. Филатова должна была принять полосу обороны на южном фасе Белостокского выступа, но её штаб только начал выдвижение на запад.

Противовоздушную оборону наиболее важных объектов в границах военного округа осуществляли войска Западной зоны ПВО. Всего в составе округа было 44 дивизии (24 стрелковые дивизии, 2 кавалерийские дивизии, 12 танковых дивизий, 6 мотострелковых дивизий, 3 воздушно-десантных бригады, 8 укрепленных районов. На 1 июня 1941 года округ имел на вооружении 2900 танков, в том числе новых, не бывших в эксплуатации — 470 машин, требующих среднего ремонта — 385, требующих капитального ремонта — 323. В танковом парке основу составляли легкие Т-26 различных модификаций и около 600 танков семейства БТ (402 БТ-7, 149 БТ-5, 56 БТ-2), а также 479 бронеавтомобилей (343 средних и 136 легких). Также имелось 117 тяжелых танков КВ и 266 танков Т-34 (в 6-м и 11-м механизированных корпусах). В подчинении командования округа находились 4-й и 8-й дивизионы бронепоездов. К 1938 году были построены дополнительно 3 укрепрайона. Полоцкий, Минский, Мозырский и Слуцкий укрепрайоны имели 876 долговременных сооружений, а Гродненский, Осовецкий, Замбрувский и Брестский укрепрайоны имели около 200 полностью вооруженных долговременных огневых сооружений, 193 бронированных огневых точки (закопанные танки МС-1), 909 оборонительных сооружений полевого типа на 1 июня 1941 года.

Войска второго эшелона Западного ОВО начали выдвижение к границе. Так, перед самой войной штаб 2-го стрелкового корпуса прибыл из-под Минска в район Бельска на южный фас Белостокского выступа, где должен был войти в подчинение штаба новой 13-й армии; в состав этой же армии из-под Смоленска перебрасывался 44-й стрелковый корпус в составе трёх стрелковых дивизий (соответственно из Смоленска, Вязьмы и Могилёва).

21-й стрелковый корпус в составе трёх стрелковых дивизий начал движение из Витебска в район Лиды и был подчинён штабу 3-й армии.

47-й стрелковый корпус начал движение из Бобруйска в район Обуз-Лесьна, где перед самой войной было развёрнуто полевое управление Западного фронта.

Кроме того, на территорию Западного ОВО начата переброска 22-й армии из состава Уральского военного округа (к началу войны в район Полоцка прибыло 3 стрелковые дивизии) и 21-й армии — из состава Приволжского ВО (к началу войны в район Гомеля также прибыло несколько стрелковых дивизий). Эти войска не принимали участие в Приграничном сражении, однако сыграли большую роль на следующем этапе войны.

Действия сторон

Начало немецкого наступления

Наземному наступлению вермахта предшествовало мощное воздушное нападение, которое в считанные часы привело к разгрому советской авиации.

См. также: Группа РовеляБои на Белостокском выступе 22-25 июня 1941

Немецкая 3-я танковая группа (командующий — генерал-полковник Г. Гот) наносила основной удар в Литве, с тем чтобы разгромив находившиеся там советские войска, зайти в тыл советскому Западному фронту. В первый же день моторизованные корпуса вышли к Неману и захватили мосты в Алитусе и Мяркине, после чего продолжили наступление на восточном берегу. Сражение за Алитус между боевыми отрядами немецкого 39-го мотокорпуса и советской 5-й танковой дивизией оказалось одним из самых тяжёлых за всю войну для 39-го мотокорпуса.

Действовавшая южнее немецкая 9-я армия (командующий — генерал-полковник А. Штраус) атаковала с фронта советскую 3-ю армию (командующий — генерал-лейтенант В. И. Кузнецов), отбросила её и на следующий день заняла Гродно. Контратака советского 11-го механизированного корпуса под Гродно в первый день войны была отбита.

На фронте советской 10-й армии противник вёл отвлекающие действия, однако на южном фасе Белостокского выступа тремя корпусами (в первом эшелоне) немецкая 4-я армия (командующий — генерал-фельдмаршал Г. фон Клюге) нанесла сокрушительный удар в направлении Бельск. Оборонявшиеся здесь три советские стрелковые дивизии были отброшены и частично рассеяны. В полдень 22 июня в районе Браньска с немецкими войсками вступил в бой советский 13-й мехкорпус, находившийся в стадии формирования. К исходу дня советские войска были выбиты из Браньска. Весь следующий день за этот город шёл бой. После отражения советских контратак 24 июня немецкие войска продолжили наступление и заняли Бельск.

В районе Бреста советская 4-я армия подверглась удару 2-й танковой группы (командующий — генерал-полковник Г. Гудериан). Два немецких моторизованных корпуса форсировали р. Буг севернее и южнее Бреста, непосредственно на город наступал 12-й армейский корпус в составе трёх пехотных дивизий. В течение короткого времени советские соединения, располагавшиеся в самом Бресте, крепости и военных городках вокруг Бреста (2 стрелковые и 1 танковая дивизии), были разгромлены в результате артиллерийских ударов и авианалётов. Уже к 7:00 22 июня Брест был захвачен, однако в Брестской крепости и на вокзале сопротивление советских подразделений продолжалось ещё в течение недели.

Начало немецкого наступления. Перевязочный пункт под Августовом. 22 июня 1941 года

Советские контрудары

Вечером 22 июня командующим Северо-Западного, Западного и Юго-Западного фронтов поступила «Директива № 3» за подписями наркома обороны СССР маршала Тимошенко, начальника Генштаба СССР Жукова и члена главвоенсовета Маленкова: «нанеся мощный контрудар», уничтожить наступающего противника и к 24 июня занять польские города Сувалки и Люблин. 23 июня в штаб Западного фронта вылетели представители высшего командования маршалы Б. М. Шапошников и Г. И. Кулик, затем маршал К. Е. Ворошилов.

23 июня части советского 14-го мехкорпуса и 28-го стрелкового корпуса 4-й армии контратаковали немецкие войска в районе Бреста, но были отброшены. Немецкие моторизованные корпуса продолжили наступление на Барановичи и на Пинском направлении и заняли Пружаны, Ружаны и Кобрин.

Советский контрудар под Гродно 24-25 июня 1941 года.

24 июня начался советский контрудар в районе Гродно силами сформированной конно-механизированной группы (КМГ) под командованием заместителя командующего фронтом генерал-лейтенанта И. В. Болдина. К контрудару привлекли боеготовый 6-й мехкорпус (более 1000 танков) генерал-майора М. Г. Хацкилевича и 6-й кавкорпус, однако господство в воздухе немецкой авиации, плохая организация удара, атака на подготовленную противотанковую позицию и разгром тылов привели к тому, что немецким войскам удалось остановить войска КМГ Болдина. Отдельно действовал 11-й мехкорпус 3-й армии, которому удалось даже выйти к пригороду Гродно.

Немецкий 20-й армейский корпус был на время принуждён занять оборону, однако остальные немецкие корпуса 9-й армии (8-й, 5-й и 6-й) продолжили охват основных сил советской армии в Белостокском выступе. Ввиду неудачи контрудара и фактического начала окружения к 20:00 25 июня И. В. Болдин отдал приказ прекратить атаки и начать отступление.

Белостокский котёл

Белостокский выступ, в котором располагались советские войска, имел форму бутылки с горлышком на восток и опирался на единственную дорогу Белосток—Слоним. При этом все штабы соединений 10-й армии к началу войны находились западнее линии Белостока:

  • 1-й стрелковый корпус — Визна
  • 5-й стрелковый корпус — Замбрув
  • 6-й механизированный корпус — Белосток
  • 13-й механизированный корпус — Бельск
  • 6-й кавалерийский корпус — Ломжа.

К 25 июня уже стало ясно, что охват немецкими войсками Белостокского выступа грозит войскам советского Западного фронта полным окружением. Около полудня 25 июня советские 3-я и 10-я армии получили приказ штаба фронта на отступление. 3-я армия должна была отступать на Новогрудок, 10-я армия — на Слоним. 27 июня советские войска оставили Белосток. Чтобы сохранить пути отхода, они вели бои в районе Волковыска и Зельвы.

28 июня 1941 года немецкими войсками был занят Волковыск. «Белостокский котёл» был рассечён надвое в районе Волковыска. В результате противник окружил часть сил 10-й армии восточнее Белостока. В западной части «котла», ближе к Белостоку, оказались в основном соединения и части 10-й армии. В восточной части «котла», в районе Новогрудка, оказались преимущественно соединения 3-й и 13-й армий Западного фронта. Некоторые немецкие дивизии перешли к обороне «перевёрнутым фронтом» на рубеже Слоним, Зельва, Ружаны. Таким образом, пути отхода 3-й и 10-й армий были перерезаны, а войска, сумевшие отойти из Белостокского выступа, оказались в окружении в нескольких «котлах» между Большой Берестовицей, Волковыском, Мостами, Слонимом и Ружанами. Бои в этом районе достигли особого напряжения 29–30 июня. Ожесточённые бои, по словам начальника германского Генерального штаба Ф. Гальдера, сковали весь центр и часть правого крыла немецкой 4-й армии, которую пришлось усилить 10-й танковой дивизией. В своём военном дневнике он привёл впечатления немецкого генерал-инспектора пехоты Отта о боях в районе Гродно:

Упорное сопротивление русских заставляет нас вести бой по всем правилам наших боевых уставов. В Польше и на Западе мы могли позволить себе известные вольности и отступления от уставных принципов; теперь это недопустимо.

1 июля 1941 года части 4-й немецкой армии вошли в соприкосновение с частями 9-й армии, завершив полное окружение советских войск, отступавших из Белостокского выступа.

3 июля командование над пехотными дивизиями 4-й армии принял штаб 2-й армии (командующий — генерал-полковник М. фон Вейхс, который наряду с командующим 9-й армией А. Штраусом возглавлял немецкие войска на завершающем этапе сражения). 4-я армия генерал-фельдмаршала Г. фон Клюге, которой были оперативно подчинены 2-я и 3-я танковые группы, продолжила наступление на восток.

До конца июня продолжались бои в Брестской цитадели. 29 июня немецкая авиация сбросила на Восточный форт (последний очаг сопротивления советских войск) две 500-килограммовые бомбы и одну бомбу весом 1800 кг. Утром следующего дня штаб немецкой 45-й пехотной дивизии доложил о полном взятии Брестской крепости. Дивизия объявила о захвате 7000 пленных, включая 100 офицеров, при этом её собственные потери составили 482 убитых (в том числе 32 офицера) и более 1000 раненых (более 5 % от общего числа убитых на всём Восточном фронте к 30 июня 1941 года).

Оборона Минска и Минский «котёл»

Прорыв немецкой 3-й танковой группы к Минску
24-28 июня 1941.

Тем временем продвигавшиеся на восток немецкие моторизованные корпуса 24 июня натолкнулись на второй эшелон советского Западного фронта. 47-й мотокорпус немецкой 2-й танковой группы столкнулся с тремя советскими дивизиями в районе Слонима, которые задержали его на сутки, а 57-й мотокорпус 3-й танковой группы — с 21-м стрелковым корпусом в районе Лиды.

В это время немецкий 39-й мотокорпус, продвигаясь в оперативной пустоте, 25 июня вышел на подступы к Минску. К столице Белоруссии прорвались три танковые дивизии (7-я, 20-я и 12-я), всего до 700 танков, на следующий день к ним присоединилась 20-я моторизованная дивизия. 26 июня были заняты Молодечно, Воложин и Радошковичи. 7-я немецкая танковая дивизия обошла Минск с севера и направилась к Борисову. В ночь на 27 июня её передовой отряд занял Смолевичи на шоссе Минск — Москва.

Минск оборонял 44-й стрелковый корпус комдива В. А. Юшкевича, занявший позиции Минского укрепрайона, а также 2-й стрелковый корпус (командир — генерал-майор А. Н. Ермаков); всего в районе Минска находилось 4 советские стрелковые дивизии. 27 июня командование над войсками, оборонявшими Минск, принял штаб 13-й армии (командующий — генерал-лейтенант П. М. Филатов), который только что вышел из-под удара в районе Молодечно. Нарком обороны СССР маршал С. К. Тимошенко отдал приказ: Минск ни в коем случае не сдавать, даже при условии полного окружения войск, его обороняющих. В этот же день советская 100-я стрелковая дивизия провела контратаку на Острошицкий Городок севернее Минска, но та была отбита.

Тем временем 26 июня немецкий 47-й моторизованный корпус 2-й танковой группы занял Барановичи, подходя к Минску с юга. 27 июня он захватил Столбцы, а 28 июня — Дзержинск.

28 июня около 17:00 части немецкой 20-й танковой дивизии ворвались в Минск с северо-запада. Две дивизии 44-го стрелкового корпуса остались удерживать позиции западнее Минска, в то время как 2-й стрелковый корпус отошёл восточнее Минска на рубеж реки Волма.

В результате охватов немецких 2-й и 3-й танковой групп в Налибокской пуще оказались окружены остатки 3-й, 10-й и части 13-й и 4-й армий. К 8 июля бои в Минском «котле» были завершены.

Последствия

Колонна советских военнопленных и разбитый автомобиль ГАЗ-4 на улицах Минска. 2 июля 1941 года

В ходе наступления противник добился серьёзных оперативных успехов: нанёс тяжёлое поражение советскому Западному фронту, захватил значительную часть Белоруссии и продвинулся на глубину свыше 300 км. Только сосредоточение Второго Стратегического эшелона, занявшего позиции по рр. Западная Двина и Днепр, позволило задержать продвижение вермахта к Москве в Смоленском сражении.

Из состава советской 3-й армии были полностью разгромлены 4-й стрелковый и 11-й механизированные корпуса, в 10-й армии оказались уничтожены все соединения и части армии.

Всего в Белостокском и Минском «котлах» были уничтожены 11 стрелковых, 2 кавалерийские, 6 танковых и 4 моторизованные дивизии, погибли 3 комкора и 2 комдива, попали в плен 2 комкора и 6 командиров дивизий, ещё 1 командир корпуса и 2 командира дивизий пропали без вести.

11 июля 1941 года в сводке немецкого Главного Командования подведены итоги боёв группы армий «Центр»: в двух «котлах» — Белостокском и Минском взято в плен 324 тыс. человек, в том числе несколько старших генералов, захвачено 3332 танка, 1809 орудий и другие многочисленные военные трофеи.

Немецкий историк В. Хаупт пишет о 287 704 пленных, захвате 2585 танков, 245 неповреждённых самолётов и 1449 орудий, но это данные из приказа Ф. фон Бока от 8 июля 1941 года.

Официальные российские данные по потерям Западного фронта учитывают все потери Вооружённых сил с 22 июня по 9 июля, включая контрудары на борисовском и лепельском направлениях, но не учитывают потери пограничных войск, войск НКВД и других служб, не относящихся к наркомату обороны СССР. Они составляют 341 021 человек безвозвратных потерь и 76 717 санитарных, итого 417 729 человек.

Моральный эффект

Поражение под Минском оказало сильное психологическое воздействие на советское руководство. 28 июня И. В. Сталин сказал членам Политбюро

Ленин оставил нам великое наследие, а мы, его наследники, всё это просрали…

Советское Информбюро о сдаче Минска не сообщило.

Судьба генералов

30 июня командующий Западным фронтом генерал армии Д. Г. Павлов и другие генералы были арестованы. После недолгого следствия Д. Г. Павлов был осужден Военной коллегией Верховного суда СССР, лишён воинского звания и всех наград и приговорён к расстрелу. Вместе с ним были осуждены и 22 июля расстреляны начштаба фронта генерал-майор В. Е. Климовских и начальник связи фронта генерал-майор А. Т. Григорьев. Начальник артиллерии фронта генерал-лейтенант Н. А. Клич и командир 14-го механизированного корпуса генерал-майор С. И. Оборин были арестованы 8 июля и впоследствии расстреляны. Командующий 4-й армией генерал-майор А. А. Коробков 8 июля был отстранён от должности, на следующий день арестован и расстрелян 22 июля вместе с Павловым, Климовских и Григорьевым. Был арестован и несколько позже (23 февраля 1942 г.) расстрелян заместитель командующего ВВС Западного фронта генерал-майор авиации А.Таюрский. Командующий ВВС Западного Особого Военного Округа генерал-майор авиации И. И. Ко́пец, узнав о потерях ВВС округа в течение первого дня войны, застрелился. Командир 9-й смешанной авиационной дивизии, потерявшей в первый день войны 347 самолетов из 409, генерал-майор авиации С. А. Черных 8 июля 1941 года был арестован и вскоре расстрелян.

После смерти Сталина все расстрелянные военачальники были посмертно реабилитированы и восстановлены в воинских званиях.

> См. также

  • Белорусская стратегическая оборонительная операция
  • Контрудар под Гродно (1941)

Примечания

  1. Мельтюхов М. И. Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: 1939—1941 (Документы, факты, суждения). — М.: Вече, 2000.
  2. Великая Отечественная война 1941-1945 гг. Кампании, стратегические операции и сражения. Сталистическое исследование. Книга 1: Летне-осенняя кампания 1941. Москва, 2004. — Стр. 34.
  3. Гриф секретности снят: Потери Вооружённых Сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах: Стат. исслед./ Г. Ф. Кривошеев, В. М. Андроников, П. Д. Буриков. — М.: Воениздат, 1993. Архивировано 22 июля 2010 года. Однако в этом исследовании учтены все потери Вооружённых сил с 22 июня по 9 июля, включая контрудары на борисовском и лепельском направлениях.
  4. Ленский А. Г. Сухопутные силы РККА в предвоенные годы. — СПб: Б&К, 2000. — С. 98. — 193 с.
  5. Д. Хазанов. Начало воздушной войны.
  6. В. Ю. Мартов. Белорусские хроники. 1941 год. Глава 1. Белостокско-Минское сражение со ссылкой на воспоминания П. В. Яхонтова
  7. 1 2 3 Военная литература. Мемуары. Макензен Э. От Буга до Кавказа III танковый корпус в кампании против Советской России 1941—1942 годов (недоступная ссылка)
  8. ВОЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА — Гальдер Ф. Военный дневник
  9. Митчем С. Фельдмаршалы Гитлера и их битвы. — Смоленск: Русич, 1998
  10. В. Ю. Мартов. Белорусские хроники. 1941 год. Глава 1. Белостокско-Минское сражение
  11. Гриф секретности снят: Потери Вооружённых Сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах: Стат. исслед./ Г. Ф. Кривошеев, В. М. Андроников, П. Д. Буриков. — М.: Воениздат, 1993. Архивировано 22 июля 2010 года.
  12. Микоян А. И. Так было. — М.: Вагриус, 1999, ISBN 5-264-00032-8:
  13. Герой Советского Союза Павлов Дмитрий Григорьевич
  • Егоров Д. Июнь 41-го. Разгром Западного фронта. — М.: Яуза; Эксмо. 2008. — ISBN 978-5-699-27810-7
  • Дриг Е. Механизированные корпуса РККА в бою. — М.: АСТ, 2005. — ISBN 5-17-024760-5
  • Мартов В. Белорусские хроники. 1941 год
  • Хаупт В. Сражения группы армий «Центр». — М.: Яуза; Эксмо, 2006.
  • Митчем С. Фельдмаршалы Гитлера и их битвы. — Смоленск: Русич, 1998. — ISBN 5-88590-866-4

Дополнительные источники

Об этой трагедии 1941 года знают мало

Зельва: в истории войн такого не было
Давным-давно все это закончилось и изрядно уже подзабыто. Помнят разве что очень въедливые историки да… Впрочем, уже никаких «да». Ну разве что еще письма да редкие воспоминания сохранились тех, кто прошел через этот ад – ад первых дней войны…
Всемирно известная оборона Брестской крепости затмила (в силу ряда причин) другие не менее яркие и значимые подвиги советских солдат в первые дни Великой Отечественной войны.
В конце июня 1941 года на стратегическом шоссе Белосток-Волковыск-Слоним разыгралась еще одна героическая трагедия, по трагизму, жертвенности и мужеству равнозначная Бресту, а по масштабу и боевому эффекту, превосходящая его. Это – Зельва, зельвенская переправа, зельвенский прорыв.
Зельва – старинное местечко на древнем тракте, ведущем из глубины Польши в недра России, через Белосток, Слоним, Барановичи, Минск – к Смоленску и Москве. Зельва стоит на западном берегу неширокой, но очень болотистой реки Зельвянке.
Когда говоришь о Зельве, как рефрен повторяешь – никогда доселе в истории войн не было такого… Никогда доселе в истории войн не было такой массы войск, двигавшихся по одной дороге. Полки, дивизии, корпуса трех армий заполняли шоссе так, что немецкие воздушные разведчики не видели начала этого исхода даже с высоты авиаполета. «Это намного превышает шестьдесят километров», – с тревогой сообщали они в своих донесениях. Это был великий кровавый исход из стратегической западни «Белостокского выступа».
Немецкие пикирующие бомбардировщики совершенно безнаказанно налетали волна за волной. Спасения от них не было ни в кюветах, ни в придорожных кустах, ни в перелесках. На сто километров обочины этой дороги были едва ли не сплошь устланы телами погибших, завалены остовами сожженных машин, сгоревшими танками, искалеченной техникой.
Вермахт попытался перекрыть путь этому человеческому потоку, используя Зельвянку, как естественную преграду. Из «белостокского мешка» был только один выход – через «горловину» Зельва-Слоним. И эту горловину немцы изо всех сил пытались затянуть потуже.
Никогда доселе в истории войн не было такой ярости, с какой брошенные на произвол судьбы войска прорывали вражеские заслоны. Немецкие врачи, обследуя трупы своих солдат, с ужасом отмечали, что у некоторых были перегрызены горла. Зубами!
Никогда доселе в истории войн не было и такой кавалерийской атаки: сабельные эскадроны мчались на пулеметный батальон немецких мотоциклистов. Лавина огня в пятьдесят (50!) пулеметных стволов встретила казачью лаву. Конники рубили мотоциклистов, а всадники механических «коней» косили все живое, что попадалось в их прицелы. Пулеметы молотили со скорострельностью 600 выстрелов в минуту.
«Страшнее никто ничего не видел. – писал в дневнике немецкий офицер. – Ржанье лошадей. Нет, это не ржанье – лошади кричат, кричат от боли рвущейся на куски плоти.
Падают, давя, сбивая с ног друг друга, усаживаются на прошитые пулеметами зады, судорожно молотя воздух передними копытами. «Огонь!» Надо кончать это дело. Кончать.
Тем, кто находится у противотанковой пушки, легче – танки, по крайней мере, не вопят».
Публичное молчание о Зельве, о зельвенском прорыве длилось семь десятилетий. Историки знали об этом, но партийные идеологи не усмотрели в боях под Зельвой ничего героического; посчитали ее черным пятном в летописях победоносной Красной Армии. Но это далеко не так. Подвигом, равнозначным обороне Брестской крепости было то, что войска в, казалось бы, безвыходном положении – без связи и общего командования, находясь под постоянными ударами с воздуха, сумели сплотиться и провести комбинированный удар по немецкий заслонам, собрав в единый кулак пехоту, танки, кавалерию и даже два бронепоезда.
Ценой огромных потерь обреченные бойцы все же сумели вырваться из стянутой горловины «белостокского мешка». Разгромили 107-й немецкий пехотный полк и потрепали другие части и вышли, пусть без тяжелой техники, к своим, приняли потом участие в последующих боях. А полегший казачий полк сумел сохранить свое знамя. Спрятанное под мостом через Зельвянку, оно сохранилось до наших дней, было найдено и передано в Минский музей Великой Отечественной войны.
Итак, Зельва… Это было своего рода Бородинское сражение, исход которого каждая сторона до сих пор трактует по-своему.
Бесспорно то, что Зельвинское сражение значительно задержало продвижение танковых клиньев к Москве. И если бы не оно, то возможно, не было бы потом ни Сталинградской битвы, ни Курской дуги, ибо все было бы, как изначально планировал Гитлер – закончить войну в три месяца.
Но там на Зельве, в Бресте, под Гродно наши солдаты, безвестно полегшие в белорусских полях и лесах, сделать ему это не позволили.
«Белостокский балкон»
«Белостокский выступ» или, как его называли немцы «белостокский балкон», вторгшийся перед войной в силу своей географии на сотни километров вглубь территории Германии (генерал-губернаторства), конечно же, соблазнял советских стратегов возможностью нанесения удара прямо по Варшаве. Всего сто километров от границы. Отсюда же открывалось стратегически выгодное направление и в Восточную Пруссию.
Вобрав в себя самую мощную в Западном Особом Военном округе 10-ю армию, куда входили и самый боеспособный 6-й мехкорпус, и самый лихой – тоже 6-й – казачий кавалерийский корпус имени И.В. Сталина «белостокский выступ» нависал над вероятным противником, как занесенный кулак, облаченный в стальную перчатку с шипами.
Разумеется, советское командование понимало, сколь уязвим этот кулак, ведь его легко было перехватить в запястье, то есть у самого основания выступа – южного (Брест) и северного (Гродно). Тогда бы дверь на «балкон» была напрочь захлопнута. А если охват танковыми клещами произойдет еще глубже, то была бы блокирована и вся «квартира».
В высоких штабах рассматривали два варианта – охват выступа и всех входящих в него сил в районе Слонима или Барановичей (это малый котел), или же второй вариант: немцы сомкнут свои клещи под Минском. Это большой котел. Полагали все же, что немцы решатся только на малый котел. Поэтому заблаговременно усиливали фланги выступа, отчего войск на «балконе» становилось еще больше. Считали, что приграничные войска не позволят немцам окружить белостокский выступ, а его главные силы сами собой выйдут из него на оперативный простор, устремившись в атаку на Варшаву, как это предписывал план, спущенный из Москвы.
При этом бралось в расчет то, что, во-первых, перед началом войны будет пусть и небольшой, но некий временной интервал, так называемый «угрожаемый период», когда можно успеть привести войска в полную боевую готовность и, во-вторых, то, что когда вся огромная масса советских войск, сосредоточенная близ западной границы, начнет активные действия, немецкие войска непременно увязнут в приграничном сражении. Возможно, не надолго, на два-три дня, но этого хватит, чтобы подтянуть мощные резервы из тыла и нанести удар с прорывом на вражескую территорию.
Именно эта вера в непременный «угрожаемый период» и в непременное «приграничное сражение» и стала роковым стратегическим просчетом Наркомата обороны и Генерального штаба.
Сталин считал, что война не начнется без внешнего повода, которым может послужить любая провокация (отсюда и этот энергичный посыл – «не поддаваться на провокации!»).
Возможно, так бы оно и было, если войска и в самом деле, оказались бы в роковой день и час на назначенных рубежах. Но советские войска в роковую ночь, как известно, оказались в казармах, летних лагерях, на строительных работах, и танковые клинья, не встречая особого сопротивления, которое должно было бы обречь их на затяжные приграничные бои, оставив опасную зону за кормой своих бронированных машин, ринулись в «междустенное пространство» – между бетонной стеной «линии Молотова» (недостроенной) и стеной «линии Сталина» (разоруженной). Сразу два ударных танковых кулака (2-я танковая группа генерал-полковника Гудериана и 3-я танковая группа генерал-полковника Гота), обе шли кратчайшим путем к Москве, одна по варшавскому шоссе – Брест-Барановичи-Минск-Смоленск, другая прокладывала себе путь севернее – Гродно-Волковыск-Слоним-Барановичи-Минск-Смоленск.
Танковые клещи сомкнулись вовсе не там, где предполагали советские генералы – под Слонимом или Барановичами, они пошли на большой охват и соединились под Минском. Потому что не было никакого «угрожаемого периода» и соответственно не успели завязаться упорные приграничные сражения. Это был стратегический просчет номер два. Первый же стратегический просчет состоял в том, что ни Тимошенко, ни Жуков, ни Сталин, ни весь штабной генералитет (кроме маршала Шапошникова) не смогли правильно оценить место главного удара немецкой армии и время, в которое он будет нанесен.
Нанес там, где его меньше всего ждали. Да еще там, где московское направление прикрывала самая малочисленная из всех трех армий Западного фронта – 4-я армия генерала Коробкова.
Трудно винить штабистов, что они не угадали направление главного удара. Гитлер в своих решениях был непредсказуем даже для своих генералов. Направление главного удара он менял несколько раз, как и дату нападения на СССР. Но от этого не легче.
«Белостокский балкон» рухнул на третий день войны. Точнее, его просто оставили, чтобы не остаться в нем навсегда. Белостокский выступ, в котором располагались советские войска, имел форму бутылки с горлышком на восток и опирался на единственную дорогу Белосток–Слоним. От Волковыска и начиналось это спасительное «горлышко», в которое устремились все пять корпусов 10-й армии, самой крупной и мощной на Западном фронте.
К 25 июня уже стало ясно, что охват немецкими войсками Белостокского выступа грозит войскам советского Западного фронта полным окружением. Около полудня 25 июня советские 3-я и 10-я армии получили приказ штаба фронта на отступление. 3-я армия должна была отступать на Новогрудок, 10-я армия – на Слоним. 27 июня советские войска оставили Белосток. Чтобы сохранить пути отхода, они вели бои в районе Волковыска и Зельвы.
Однако 28 июня немецкие войска заняли Волковыск. Некоторые немецкие дивизии перешли к обороне «перевернутым фронтом» на рубеже Слоним, Зельва, Ружаны. Таким образом, пути отхода 3-й и 10-й армий были перерезаны, а войска, сумевшие отойти из Белостокского выступа, оказались в окружении в нескольких «котлах» между Берестовицей, Волковыском, Мостами, Слонимом и Ружанами….»
Белостокский кровосток
Зельва… До июня 1941 года этот старинный живописный городок жил своей самобытной жизнью, о которой ничего не знали в Москве, и о которой ничего не хотели знать в Берлине. Но уже 25 июня Гитлер вынужден был отыскать на карте это загадочное название – Зельва. Именно здесь, на берегах реки Зельвянки, намечалось совершенно незапланированное им сражение.
В Зельве накапливались огромные силы РККА, уходившие из «белостокского выступа» и готовые вот-вот прорвать мощный заслон вермахта. Фронт зеркально повернулся: русские наступали с запада, а немцы обороняли восточное направление.
Зельва стала плотиной, где стихийно сбивались в одну безначальную толпу прибывавшие с запада красноармейцы всех родов войск, а также множество грузовиков с ранеными.
Измотанные угрюмые люди подчинялись только своим ротным или батальонным командирам, а некоторые и вовсе сбивались в свои ватаги, где собирались сослуживцы рассееянных полков.
Таким войском особенно не покомандуешь. Опасно было призывать к порядку, размахивать наганом, орать, требовать. В смельчака могли пальнуть из толпы, и не только озлобленные солдаты, но и немецкие диверсанты, переодетые в красноармейские гимнастерки с петлицами.
Их немало было вброшено в отступающие колонны. Однако рисковые командиры все же находились. Сегодня известны их имена. Самым первым попытался придать переправе организованный вид майор госбезопасности Сергей Бельченко. Он запомнился многим, в том числе и военинженеру 3 ранга Петру Палию, который так описал его в своем дневнике: «У выхода на мост была сильная охрана под командой какого-то полковника, смелого и решительного человека, установившего строгий контроль и очередность в пропуске на мост желающих перебраться на другую сторону. Полковник, моложавый, высокий и удивительно красивый человек, сказал: «Мост немцы уничтожать не намерены, для себя его сохраняют, это ясно. Если бы хотели разрушить мост, могли бы это сделать при первом же налете. У них другая тактика, каждые 15–20 минут, во всяком случае по вчерашнему опыту, налетает пара “мессершмитов” и обстреливает из пулеметов. Там, под мостом, и дальше, по ту сторону, много уже и машин покалеченных, и людей побитых. По этому мосту переправиться можно, даже ЯЗ’ы и ГАЗ’ы проходят по шпалам, но нужно в ритм их налетов попасть. Днем мало желающих. Если хотите рисковать, могу пропустить вашу колонну, начиная с десяти утра…» Этим «полковником» и был майор госбезопасности Бельченко, у которого в петлицах был «ромб», как у армейского комбрига.
Впрочем, Бельченко и сам спустя много лет рассказал о зельвенской переправе: «Война – жестокая штука. На одной из дорог я увидел мертвую женщину. По ней ползал живой годовалый ребенок. Машины проезжали мимо, и никому не было дела до этой трагедии. Я приказал своему водителю остановиться. Ребенок плакал. Увидев санитарную машину, следовавшую на восток, я вышел на дорогу и поднял левую руку. В правой руке держал маузер так, чтобы шофер «санитарки» видел его.
Это была крайняя мера, но иначе я поступить не мог.
Машина оказалась забита ранеными красноармейцами. Я попросил шофера взять ребенка. Однако он наотрез отказался. Тогда я сказал ему, что, не сходя с места, расстреляю его, как не выполнившего приказ старшего по званию. Поглядев мне в глаза и поняв, что я, несомненно, исполню свою угрозу, он молча подошел к ребенку, взял его и разместил в кабине водителя. Дальнейшая судьба этого малыша мне неизвестна.
На реке Зельва буквально в 100 метрах друг от друга находились железнодорожный и шоссейный мосты. Последний был взорван гитлеровскими диверсантами. Железнодорожный мост немцы не бомбили, так как, видимо, хотели использовать его в своих нуждах. Около него скопилось огромное количество автотранспорта и живой силы в расчете на переправу и по причине личной безопасности.
Я… создал группу по переброске людей и транспорта через железнодорожный мост. Что самое удивительное, на этом мосту стоял эшелон с арестованными поляками из числа врагов Советской власти, отправленный из Белостока а не этихли поляков потом немцы расстреляли в Катыни? — М1). Оказалось, что машинист и его помощники сбежали. Все они были поляками. И теперь этот эшелон мешал эвакуации на другой берег реки.
Я встал на кузов полуторки и громким голосом крикнул в толпу, что мне нужны машинисты паровоза. Образовалась тишина. Я повторил сказанное. Ко мне подбежали 3 человека. Один оказался капитаном Красной Армии, остальные рядовыми. Я им приказал завести паровоз и немедленно начать движение. Капитан спросил: «А куда ехать-то?» Я ответил: «На восток!»
После этого, со второй половины дня и до полуночи, было переброшено огромное количество людей и автотранспорта на левый берег по шпалам. Машины, которые от прыжков по железнодорожным шпалам выходили из строя, я приказал сбрасывать в реку. Моя машина также была выведена из строя и сброшена в реку с середины моста. Пришлось пересесть в машину начальника НКВД по Белостокской области Фукина, которая благополучно пересекла этот злосчастный мост».
Все это было 23 июня. Бельченко благополучно переправился через Зельву, но и в последующие дни войска прибывали к переправе, как талые воды подступают к плотине.
И снова проблема: кто на сей раз возьмется командовать вооруженной ордой окруженцев? На сей раз взвалил на себя эту опасную ношу начальник разведки 10-й армии полковник Смоляков. Вместе с ним был и генерал-лейтенант инженерных войск Дмитрий Карбышев.
О Смолякове известно немногое, но все же. Заметка из зельвинской газеты представляет его так: «Александр Смоляков родился в 1898 году в Ростовской области. Участник гражданской войны, дважды ранен. В 1933 году в военной академии руководил курсами по тактике разведывательной работы, а вскоре был направлен в Белорусский военный округ. Накануне войны жил с семьей в Белостоке, был начальником разведотдела штаба 10-й армии. Дружил с военным инженером генералом Дмитрием Карбышевым. Незадолго до войны они вместе инспектировали строительство укреплений на западной границе. Тогда Карбышев бывал в белостокской квартире Смоляковых.
В первые дни войны полковник получил задание руководить отходом войск и беженцев через речку Зельвянку, на которой уцелел лишь железнодорожный мост. По свидетельству очевидцев, после нескольких дней изматывающих боев командир отряда дал приказ уцелевшим бойцам отступить, а сам остался обеспечить прикрытие. И погиб в бою предположительно 28 июня…
Но вернемся в Зельву 1941 года… Войска прибывали, накапливались, прорывались под водительством какого-нибудь лихого командира и снова накапливались и очередной смельчак вел их на прорыв.
Теперь прорываться стало намного труднее: немцы поставили мощный заслон, захватив Слоним.
С самого момента перехода советской границы между штабом Главнокомандующего сухопутных войск и командующим группы армий «Центр» Фон Боком шел спор о глубине охвата танковых клещей. Лишь 25 июня был окончательно утвержден план действий: танковым группам как и прежде было приказано двигаться к Минску, 4-й и 9-й армиям приказано было осуществить малые клещи в районе Белосток – Волковыск. Этот план вызвал ярость Фон Бока, так как танковые группы лишались пехотного прикрытия со стороны полевых армий, тем самым ставились под угрозу их фланги…
И грянул бой. Да не один, а один за другим – три яростных прорыва. Первый бросок в сторону Слонима совершили бойцы разрозненных полков, которых объединил криком, матом, наганом комбриг Сергей Бельченко. Через сутки на второй прорыв сводный батальон повел начальник разведки 10-й армии полковник Смоляков, вместе с ним прорывались и остатки штаба армии вместе с легендарным генерал-лейтенантом Дм. Карбышевым.
И, наконец, в самый главный бой – 27 июня – повел свои войска полковник А.Г.Молев. Это была крупная общевойсковая операция, в которой кроме пехоты, поддержанной артиллерией, участвовали танки, кавалерийский полк и бронепоезд, пришедший в Зельву из Белостока. Ожесточенность этого боя вызвала шок у немецких врачей, которые осматривали трупы своих соотечественников. Они отмечали в своих актах «случаи, когда противник перегрызал солдатам горло»… Прорыв удался лишь отчасти. Немцы сумели перекрыть единственную для 10-й армии трассу, ведущую на выход из окружения.
Поля сражений на военном языке – театры военных действий. На этих «театрах» разыгрывались порой жесточайшие, невиданные в истории войн трагедии. Едва ли не самая первая из них разыгралась между Зельвянкой и Щарой, между Зельвой и Слонимом.
Три прорыва… Как вспоминал военный инженер Палий: «Когда наша колонна подошла к окраине Волковыска, начался налет. Сперва были сброшены осветительные ракеты, которые повисли над городком на парашютах, освещая все как днем. Свет был настолько сильным, что можно было бы без труда читать. Дорога была в поле, и скрыться колонне было негде, началась паника. Инженер-генерал-майор Пузырев приказал всем машинам повернуть прямо на распаханные поля и по возможности разъехаться подальше одна от другой, а сам, в ватной куртке, надетой поверх шинели, и в шлеме, отбежал от дороги и лег у кустов.
Самолеты сбрасывали бомбы и еще что-то, что медленно, как блестящие в свете ракет хлопья, оседало на землю. В городе сразу начались пожары. Сразу во многих местах. Самих самолетов видно не было, так как они были выше осветительных ракет.
Потребовалось много времени, пока снова удалось собрать на дорогу машины. Несколько грузовиков пришлось бросить на полях, так как они безнадежно застряли в песке и грязи. Людей перегрузили, слили бензин и поснимали запасные колеса. К Зельве подошли под утро»…
***
Сегодня это образцовая шоссейная трасса, идущая из Белостока через Волковыск, Зельву, Слоним в Барановичи. Касивая, ухоженная, живописно ныряющая с горки на пригорок с великолепным краснолесьем по сторонам.
О тех судьбоносных боях напоминает нынче разве что памятный камень, поставленный в Зельве. На нем имена генерала Карбышева и полковника Смолякова. Жаль, нет имен полковника Молева и многих других героев тех забытых боев.
Благодаря стараниям зельвинских краеведов и минского поисковика Александра Дударёнка, возникают из небытия все новые и новые имена, лица, факты. Но в целом покров тайны и завеса молчания все еще висят над болотистыми берегами Зельвянки.
Есть еще одна историческая переправа: Соловьевская. Спустя месяц после Зельвенской там разыгралась подобная военная трагедия. Но сегодня там сооружен полноценный воинский мемориал и поставлен храм в память погибших воинов.
Соловьевская переправа – это под Смоленском. Зельвенская – в Белоруссии. Но солдаты погибали за общую Родину и справедливость требует равного к ним отношения, достойного увековечивания памяти и тех, и других… Вот они – ожили в бронзе: бегут в атаку с винтовками наперевес, выставив штыки, которые сами собой превращаются в клювы журавлей, а полы плащпалаток – в крылья тех самых прекрасных птиц, воспетых в песне-реквиеме – «…А превратились в белых журавлей». Этот великолепный памятник (пока он существует только в эскизе) создала заслуженный художник России Елена Безбородова.
А я уже вижу, как маячит этот памятник над теми берегами, над тем полем, где солдаты сорок первого года превращались в белых журавлей…
Он обязательно там встанет. И не только в Зельве.
Те бойцы поступили так, как пелось в песне – «мы за ценой не постоим». За ценой не постояли. Победа осталась за нами. Будем благодарны тем, кто за нее постоял в сорок первом.
https://mywebs.su/blog/war/42272/
http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/zelva_v_istorii_vojn_takogo_ne_bylo_448.htm

10-я армия (СССР)

У этого термина существуют и другие значения, см. 10-я армия.

10-я армия
10 А

Эмблема ВС СССР

Годы существования

1939—1944

Страна

СССР

Подчинение

Белорусский особый военный округ (БОВО)
Белорусский фронт
Западный особый военный округ (ЗапОВО)
Западный фронт

Белорусский фронт

Тип

армия

Войны

Вторая мировая война

Участие в

Командиры

Известные командиры

К. Д. Голубев
Ф. И. Голиков
В. С. Попов

10-я армия — оперативное общевойсковое объединение (армия) в составе Вооружённых Сил СССР до, во время и после Великой Отечественной войны.

Сокращённое наименование — 10 А.

Первое формирование

Сформирована в 1939 году в Белорусском Особом военном округе. В сентябре 1939 года участвовала в Польском походе РККА.

Окружение советских войск Западного фронта в Белостокском выступе, 22 — 27 июня 1941 года.

К лету 1941 года располагалась в Белостокском выступе и входила в состав Западного фронта. 21 июня 1941 года в составе армии было управление, два (6-й и 13-й) механизированных (количество танков — 1 021 и 282 соответственно), один (6-й) кавалерийский и два (1-й и 5-й) стрелковых корпуса, одна отдельная (155-я) стрелковая и одна (9-я) смешанная авиационная дивизия (409 самолётов). Всего в 10-й армии 15 дивизий. В том числе стрелковых — 6, танковых — 4, моторизованных — 2, кавалерийских — 2 и авиационных — 1. Таким образом 10-я армия была на тот момент второй по мощности (после 9-й) из всех армий, принимавших участие в отражении агрессии.

С началом войны с Германией участвовала во фронтовом контрударе в районе Гродно и в оборонительных боях в Белоруссии на белостокском направлении. К концу июня немецкие войска группы армий «Центр» окружили 3-ю, 4-ю и 10-ю армии в Белостокско-Минском «котле». В итоге все соединения и части 10-й армии были разгромлены. 30 июня при попытке пересечь шоссе Барановичи-Минск управление армии было уничтожено, вышедшие из окружения остатки войск были обращены на доукомплектование 4-й армии.

Командующий 10-й армией генерал-майор К. Д. Голубев и начальник артиллерии армии генерал-майор М. М. Барсуков вышли из окружения в составе сводной группы 86-го Августовского пограничного отряда НКВД СССР, в конце июля Голубев был назначен командующим 13-й армией, участвовавшей в тот момент в битве под Смоленском.

Состав армии на 22.06.1941

  • управление
  • 1-й стрелковый корпус (генерал-майор Ф. Д. Рубцов, Белосток)
    • 2-я стрелковая дивизия (полковник М. Д. Гришин, Осовец)
    • 8-я стрелковая дивизии (полковник Н. И. Фомин, Стависки)
  • 5-й стрелковый корпус (генерал-майор А. В. Гарнов, Бельск)
    • 13-я стрелковая дивизия (генерал-майор А. З. Наумов, Замбров)
    • 86-я стрелковая дивизия (полковник М. А. Зашибалов, Цехановец)
  • 6-й механизированный корпус (генерал-майор М. Г. Хацкилевич, Белосток)
    • 4-я танковая дивизия (генерал-майор А. Г. Потатурчев, Белосток)
    • 7-я танковая дивизия (генерал-майор С. В. Борзилов, Хорощ)
    • 29-я моторизованная дивизия им. Финляндского пролетариата (генерал-майор И. П. Бикжанов, передислоцировалась из Слонима в Белосток)
    • 4-й мотоциклетный полк
    • 185-й отдельный батальон связи
    • 41-й отдельный мотоинженерный батальон
  • 13-й механизированный корпус (генерал-майор П. Н. Ахлюстин, Бельск)
    • 25-я танковая дивизия (полковник Н.М. Никифоров, Лапы)
    • 31-я танковая дивизия (полковник С. А. Калихович, Боцьки)
    • 208-я моторизованая дивизия (полковник В. И. Ничипорович, Гайновка)
  • 6-й казачий кавалерийский корпус имени И.В.Сталина (генерал-майор И. С. Никитин , Ломжа)
    • 6-я кавалерийская дивизия (генерал-майор М. П. Константинов, Ломжа)
    • 36-я кавалерийская дивизия (генерал-майор Е. С. Зыбин, Волковыск)
  • 113-я стрелковая дивизия (генерал-майор Х. Н. Алавердов, Семятичи)
  • 155-я стрелковая дивизия (генерал-майор П. А. Александров, Барановичи)
  • 64-й Замбровский (Замбрувский) Укреплённый район (сейчас Замбрув, Польша, комендант — полковник Н. А. Бердников, начальник штаба — полковник Шитов, Михаил Васильевич)
  • 66-й Осовецкий Укреплённый район (комендант — полковник С. Н. Дролин)
  • 6-я противотанковая артиллерийская бригада
  • 124-й гаубичный полк РГК
  • 375-й гаубичный полк РГК
  • 311-й пушечный артиллерийский полк РГК
  • 10-й инженерный полк
  • ряд отдельных частей
  • 9-я смешанная авиадивизия (командир — генерал-майор C. А. Черных). Базировалась на аэродромах Белосток, Себурчин, Высоке-Мазовецке, Долубово, Тарнава. Штаб дивизии размещался в Белостоке. В состав дивизии входили:
    • 41-й иап (Себурчин)
    • 124-й иап
    • 126-й иап (базировался на аэродроме Долубово (сейчас Dołubowo, Польша) в 22 км от границы)
    • 129-й иап (базировался на аэродроме Тарново (сейчас Tarnowo-Goski, вблизи г. Белостока, Польша) в 12 км от границы)

Перед войной лётчики переучились на самолёты МиГ-3 На аэродромах находились и старые самолёты И-16, И-15 бис. В 41-м иап насчитывалось 100 самолётов МиГ-3 и 19 И-15 бис, в 124-м иап — 78 МиГ-3 и 29 И-16, в 126-м иап — 68 МиГ-3 и 23 И-16, в 129-м иап — 57 МиГ-3 и 61 И-16. Всего в 9-й сад насчитывалось 435 истребителей.

Командование

  • Командующий армией — генерал-майор Голубев К. Д.
  • Начальник штаба — генерал-майор Ляпин П. И.
  • Член Военного совета — бригадный комиссар Дубровский Д. Г.

Второе формирование

Образована 1 октября 1941 г. на основании директивы Ставки ВГК от 30 сентября 1941 г., на юго-западном направлении (на Южном фронте) с непосредственным подчинением Ставке ВГК. Из-за напряжённой обстановки формирование не было закончено и войска были переданы в другие воинские соединения. 17 октября 1941 г. армия была расформирована.

  • Командующий армией — генерал-лейтенант Ефремов М. Г. (сентябрь — октябрь 1941 г.)
  • Начальник штаба — генерал-майор Иванов И. И. (сентябрь — октябрь 1941 г.)
  • Член Военного совета — корпусной комиссар Николаев Т. Л. (октябрь 1941 г.)
  • Командующий ВВС армии — полковник Нестерцев Виктор Ефимович (октябрь — ноябрь 1941 г.)

Третье формирование

Образована 1 ноября 1941 г. на основании директивы Ставки ВГК от 21 октября 1941 г. № 004038 (ЦАМО ф.148а оп.3763 д.93 л.77) в Приволжском военном округе. В состав армии включались: 326-я стрелковая дивизия — Пенза; 324-я — Пенза; 322-я — Кузнецк; 330-я — Сызрань; 323-я стрелковая дивизия — Петровск. Кроме того, две стрелковые бригады должны были прибыть из Уральского военного округа. Штаб армии развертывался в городе Кузнецк. 29 ноября 1941 года части этой армии (согласно директивы от 24 ноября 1941 года № оп/2995) были передислоцированы в следующие пункты: 328-я стрелковая дивизия — Турлатово, Выгородок; 322-я стрелковая дивизия — Рыбное; 330-я стрелковая дивизия — Рязань; 323-я стрелковая дивизия — Спасск-Рязанский; 326-я стрелковая дивизия — Шилово; 57-я кавалерийская дивизия — Канино (северо-восточнее Ряжска); 75-я кавалерийская дивизия — Рязань. Штаб армии и части связи находились в Шилово. Входила в непосредственное подчинение Ставке ВГК, впоследствии передана в подчинение Западного фронта, принимала участие в битве за Москву. Далее до августа 1943 года вела оборонительные бои в районе Кирова (Калужская область), в августе-октябре принимала участие в Смоленской операции 1943 года.

23 апреля 1944 года армия была расформирована на основании директивы Ставки ВГК от 19 апреля 1944 г. На базе управления армии было создано полевое управление 2-го Белорусского фронта, а войска и занимаемая армией полоса обороны переданы в 49-ю армию.

Состав

  • управление
  • 322-я стрелковая дивизия
  • 323-я стрелковая дивизия
  • 324-я стрелковая дивизия
  • 325-я стрелковая дивизия
  • 326-я стрелковая дивизия
  • 328-я стрелковая дивизия
  • 330-я стрелковая дивизия
  • 57-я кавалерийская дивизия
  • 75-я кавалерийская дивизия
  • ВВС 10-й армии
  • артиллерийские, инженерные и другие части

Основная статья: ВВС 10-й армии

ВВС 10-й армии состояли из авиационных частей:

Период Наименование
01.02.42 — 28.02.1942 20-й истребительный авиационный полк
25.01.1942 — 10.02.1942 32-й истребительный авиационный полк
25.01.1942 — 30.03.1942 66-й истребительный авиационный полк
02.12.1941 — 25.01.1942 706-й ночной бомбардировочный авиационный полк
07.01.1942 — 22.05.1942 681-й ближний бомбардировочный авиационный полк
25.01.1942 — 30.03.1942 685-й ночной бомбардировочный авиационный полк
09.05.1942 — 01.03.1943 880-й смешанный авиационный полк
28.02.1942 — 28.05.1942 359-я отдельная авиационная эскадрилья

Командующие

Первого формирования

  • Черников, Александр Никифорович (С 1939 года по 26.07.1940 года), генерал-майор
  • Голубев, Константин Дмитриевич (03.1941 — 5.07.1941), генерал-майор, армия расформирована

Второго формирования

  • Ефремов, Михаил Григорьевич (01.10.1941 — 17.10.1941), генерал-лейтенант, армия расформирована

Третьего формирования

  • Голиков, Филипп Иванович (01.11.1941 — 01.02.1942), генерал-лейтенант
  • Попов, Василий Степанович (02.02.1942 — 04.1944), генерал-майор, с июня 1942 генерал-лейтенант.
  • Крючёнкин, Василий Дмитриевич (04.1944 —), генерал-лейтенант

Начальники штаба

  • Ляпин, Петр Иванович
  • Иванов, Иван Иванович
  • Дронов, Николай Сергеевич
  • Любарский, Степан Иванович

Члены Военного Совета

  • Дубровский, Дмитрий Георгиевич
  • Николаев, Тимофей Леонтьевич
  • Карпенков, Даниил Авдеевич
  1. 1 2 3 Анохин В.А. Быков М.Ю. Все истребительные авиаполки Сталина. Первая полная энциклопедия. — Научно-популярное. — Москва: Яуза-пресс, 2014. — 944 с. — 1500 экз. — ISBN 978-5-9955-0707-9.

Литература

  • Михеенков, Сергей. Тайна безымянной высоты. 10-я армия в Московской и Курской битвах. От Серебряных Прудов до Рославля. 1941-1943. — М.: Центрполиграф, 2014. — 318 с. — (Забытые армии. Забытые командармы). — 3000 экз. — ISBN 978-5-227-05443-2..

Ссылки

В Викитеке есть тексты по теме: «Категория:Документы 10-й армии»