Бой у острова самар

Бой у острова Самар: идущие на смерть

В октябре 1944 года прежде казавшийся непобедимым Японский императорский флот уступал своим противникам во всём — количестве кораблей и самолётов, технической оснащённости, уровне подготовки моряков и пилотов. Когда наступило время обороны Филиппинского архипелага, японским стратегам пришлось идти ва-банк. В бой пошли самые ценные корабли флота — уникальные суперлинкоры типа «Yamato». Но главным оружием японцев должна была стать не техника, а «дух Ямато» — абсолютная преданность императору и презрение к смерти.

Японский план обороны Филиппин

К осени 1944 года неудачный для Японии ход войны на Тихом океане уже давно стал очевидным. Надежды на генеральное морское сражение, состоявшееся у Марианских островов 19-20 июня 1944 года, не оправдались — более того, оно практически лишило Японский императорский ВМФ палубной авиации. «Оборонительный периметр» оказался прорван, и теперь японские стратеги столкнулись с необходимостью защиты островов Филиппинского архипелага — наиболее вероятной цели следующего удара американцев. Количественное и качественное превосходство ВМС США (в частности, подавляющее господство в воздухе) вынудило японское морское командование пойти на экстраординарные меры.

План обороны Филиппин (известный под названием Sho-Go-1 или «Победа-1») обладал весьма сложным замыслом и предполагал разделение сил японского флота на четыре группы. Остатки ударного авианосного соединения вице-адмирала Дзисабуро Одзавы (тяжёлый и три лёгких авианосца, «авианесущие» линкоры «Ise и «Hyuga»), имевшие всего 80 истребителей, 29 торпедоносцев и 7 пикирующих бомбардировщиков, должны были служить приманкой для противника на севере Филиппин. В южной части архипелага находились два слабых соединения вице-адмиралов Сёдзи Нисимуры и Киёхиде Симы, ядро которых составляли два старых тихоходных линкора («Fuso» и «Yamashiro») и три тяжёлых крейсера. Предполагалось, что они, в зависимости от хода событий, либо отвлекут внимание американцев, либо смогут участвовать в ликвидации десанта.

Действия двух флотов у Филиппин 24-26 октября 1944 года. Цифрами обозначены: 1) Северное соединение Одзавы; 2) Центральное соединение Куриты; 3) Южные соединения Нисимуры и Симы; 4) 3-й флот Хэлси; 5) 7-й флот Кинкейда.
ibiblio.org

Главными силами японского флота на Филиппинах стало 1-е диверсионное соединение вице-адмирала Такэо Куриты. Формально разделённая на два отряда, группа Куриты должна была действовать в центральной части архипелага и теоретически могла как разгромить морской десант, так и вступить в бой с главными силами американского флота. Впервые с начала войны японским стратегам пришлось сделать ставку на линкоры и рискнуть самыми мощными и ценными кораблями этого класса, имевшимися в их распоряжении. Состав Центрального соединения был следующим:

  • линкоры «Yamato», «Musashi» и «Nagato»;
  • линейные крейсера «Kongo» и «Haruna»;
  • тяжёлые крейсера «Atago» (флагман), «Takao», «Maya», «Chokai», «Haguro», «Myoko», «Kumano», «Suzuya», «Tone», «Chikuma»;
  • лёгкие крейсера «Noshiro» и «Yahagi», 15 эсминцев.

Корабли 1-го диверсионного соединения в Брунее, октябрь 1944 года. На переднем плане «Nagato», за ним видны силуэты «Yamato» и «Musashi».
history.navy.mil

Японские армейские и морские ВВС располагали на Филиппинах примерно шестью сотнями самолётов, чего было явно недостаточно для успешного противостояния американской мощи (особенно с учётом недостаточно высокой подготовки лётчиков). В таких условиях командующий 1-м воздушным флотом ВМС вице-адмирал Такедзиро Ониси приказал сформировать отряд специального назначения из пилотов-добровольцев, которые должны были таранить вражеские корабли без надежды на спасение. Первую группу смертников на 24-х самолётах возглавил лейтенант Юкио Сэки. Название этого отряда «Божественный ветер» (Shinpu, в другом прочтении иероглифов — Kamikaze) позднее стало собирательным для японских сил «специальных атак».

Силы американцев

В десантной операции на Филиппинах ВМС США были представлены двумя своими сильнейшими флотами на Тихом океане. Ядром 3-го флота адмирала Уильяма Хэлси являлось Быстроходное авианосное соединение вице-адмирала Марка Митшера, насчитывавшее 8 тяжёлых и 8 лёгких авианосцев, 6 быстроходных линкоров, 6 тяжёлых и 9 лёгких крейсеров, 58 эсминцев. Оперативное соединение 38 делилось на четыре относительно автономных оперативных группы:

  • TG 38.1 — 173 истребителя, 95 пикирующих бомбардировщиков, 72 торпедоносца;
  • TG 38.2 — 84 истребителя, 28 пикирующих бомбардировщиков, 36 торпедоносцев;
  • TG 38.3 — 143 истребителя, 55 пикирующих бомбардировщиков, 55 торпедоносцев;
  • TG 38.4 — 123 истребителя, 65 пикирующих бомбардировщиков, 53 торпедоносца.

Всего: 523 истребителя, 243 пикирующих бомбардировщика, 216 торпедоносцев.

Пилоты торпедоносной эскадрильи лёгкого авианосца «San Jacinto» после боевого вылета. Филиппины, октябрь 1944 года.
history.navy.mil

3-й флот мог рассматриваться в качестве главной морской силы американцев в предстоящем сражении, об этом прямо говорилось в директиве главнокомандующего Тихоокеанским флотом адмирала Честера Нимица:

«Силы Западной части Тихого океана (Третий флот) уничтожат вражеские воздушные и морские силы в районе Филиппин, либо угрожающие району, и защитят воздушные и морские коммуникации по оси центральной части Тихого океана. В случае если возникнут или будут созданы обстоятельства для уничтожения главных сил неприятельского флота, их уничтожение становится основной задачей».

7-й флот вице-адмирала Томаса Кинкейда обеспечивал непосредственную поддержку морского десанта и защиту плацдарма. В составе флота были сконцентрированы транспорты, десантные суда и высадочные средства. Главной ударной силой выступало соединение огневой поддержки 77.3 контр-адмирала Джесси Олдендорфа: 6 линкоров, 5 тяжёлых и 5 лёгких крейсеров, 29 эсминцев (4 корабля были австралийскими). Также имелось соединение воздушной поддержки 77.4 контр-адмирала Томаса Спрэгью из 18 эскортных авианосцев, 9 эсминцев и 13 эскортных миноносцев. Состав авиагрупп 7-го флота был следующим:

  • TG 77.4.1 — 116 истребителей, 58 торпедоносцев-бомбардировщиков;
  • TG 77.4.2 — 94 истребителя, 69 торпедоносцев-бомбардировщиков;
  • TG 77.4.3 — 97 истребителей, 72 торпедоносца-бомбардировщика;

Всего: 307 истребителей и 199 торпедоносцев-бомбардировщиков.

Истребитель-бомбардировщик FM-2 пролетает над эскортным авианосцем «Santee». Залив Лейте, октябрь 1944 года.
history.navy.mil

Таким образом, американцы имели подавляющее превосходство как над силами японского флота в целом, так и над Центральным соединением Куриты в частности. Однако, как показали последующие события, «туман войны» и отсутствие координации действий различных групп и соединений оказали существенное влияние на ход сражения. Формально 3-й и 7-й флоты имели двух разных главнокомандующих — адмирала Нимица и генерала Макартура соответственно. Руководство морской фазой десантной операции находилось в компетенции Нимица, но согласно его директиве Хэлси и Кинкейд должны были договариваться о взаимодействии самостоятельно:

«Необходимые меры для согласованного взаимодействия между Силами Западной части Тихого океана и Силами Юго-Западной части Тихого океана будут приняты их непосредственными командующими».

Бой в проливе Палаван

Американская десантная операция на острове Лейте (южная часть Филиппин) стартовала 17 октября 1944 года, высадка главных сил пехоты прошла 20 октября. Действия японской базовой авиации в первые дни сражения не оправдали возложенных на них надежд — были повреждены лишь два американских крейсера (тяжёлый и лёгкий) 7-го флота, которым пришлось покинуть поле боя. Развёртывание сил японского флота в рамках операции «Победа» явно запаздывало, что лишало его даже гипотетического шанса сорвать американский десант. 18 октября Центральное соединение покинуло секретную базу Лингга к югу от Сингапура и 20 октября прибыло в Бруней. Поход к Филиппинам начался лишь 22 октября, когда американская армия довольно прочно закрепилась на плацдарме, а силы флота блокировали Лейте.

Линкор «Musashi» покидает Бруней, 22 октября 1944 года.
history.navy.mil

Ранним утром 23 октября корабли Куриты были обнаружены двумя американскими подлодками в проливе Палаван. Дальнейшие события в очередной раз убедительно продемонстрировали слабость японской противолодочной обороны. В 5:33 флагманский тяжёлый крейсер «Atago» получил попадания четырёх торпед с субмарины «Darter» (командир — коммандер Кевин Макклинток) и затонул за 20 минут. 360 человек погибли, адмирала Куриту и его штабистов подобрал из воды японский эсминец. Подлодка «Dace» (командир — лейтенант-коммандер Блэйден Клаггет) в 5:57 добилась четырёх торпедных попаданий в тяжёлый крейсер «Maya», который затонул за 8 минут (498 погибших). В 6:34 тяжёлый крейсер «Takao» получил попадания двух торпед с «Darter» и был вынужден возвращаться в Бруней в сопровождении двух эсминцев.

Днём 23 октября Курита перенёс флаг на линкор «Yamato», японское соединение продолжило поход. Тем временем Макклинток (позднее удостоенный за свои действия Военно-морского креста) преследовал «Takao», шедшего на скорости всего 10 узлов, пытаясь добить «подранка». Удача отвернулась от коммандера, и вскоре после полуночи с 23 на 24 октября шедшая в надводном положении субмарина «Darter» наскочила на риф. К счастью для американских подводников, всю команду в полном составе подобрала подошедшая субмарина «Dace». На «Darter» сняли или уничтожили ценное оборудование, но затопить находившийся на мели корпус не удалось. Днём 24 октября брошенную подлодку осмотрели японцы, и лишь 31 октября её корпус разрушила огнём из 152-мм орудия американская субмарина «Nautilus».

Корпус субмарины «Darter» на рифе. Хорошо видны попадания снарядов, которыми добивали подлодку. Окончательно корпус был взорван только в 1952 году.
navsource.org

Бой в море Сибуян

24 октября в 8:10 Центральное соединение было обнаружено разведывательными самолётами 3-го флота США в море Сибуян, на подходе к проливу Сан-Бернардино в центральной части Филиппин. Многочисленная авиация, имевшаяся у Хэлси, позволяла ему одновременно решать несколько задач. Утром 24 октября самолёты 3-го флота атаковали южное японское соединение, повредив линкор «Fuso». Параллельно с этим утром и днём оперативное соединение 38 подверглось ударам японской базовой авиации и немногочисленных палубных самолётов Одзавы — итогом стала гибель лёгкого авианосца «Princeton» (повреждён пикирующим бомбардировщиком, затоплен в 17:50). Тем не менее штаб Хэлси организовал серию мощных воздушных атак на Центральное соединение, известных как бой в море Сибуян.

Удары по кораблям Куриты начались в 10:20 и продолжались до 15:30, в них участвовали около 260 американских самолётов. Основную роль в сражении сыграли оперативные группы 38.2 контр-адмирала Джеральда Богана (тяжёлый авианосец «Intrepid», лёгкие авианосцы «Independence» и «Cabot») и 38.3 контр-адмирала Фредерика Шермана (тяжёлые авианосцы «Essex» и «Lexington», лёгкий авианосец «Langley»). Центральное соединение поочерёдно атаковали шесть ударных волн, воздушного прикрытия корабли Куриты так и не получили. Численное преимущество американцев в воздухе и слабая подготовка большинства японских пилотов сделали своё дело. Попытки взаимодействия с армейской авиацией не предпринимались флотским командованием в принципе, после войны Курита заявил на допросе:

«Обращений к армии не делалось; я не знал вообще, имелись ли там армейские самолёты или нет».

Японские корабли шли строем ПВО и активно вели заградительный огонь (в том числе главным калибром линкоров) с использованием шрапнельных зажигательных снарядов Тип 3, но потери американцев оказались минимальными — в качестве наибольшей цифры называется 18 сбитых самолётов. Американские лётчики сконцентрировали атаки на линкоре «Musashi» — это не планировалось изначально, и было лишь совпадением. Точное количество попаданий в «Musashi» подсчитать невозможно, но оно оказалось гигантским даже для новейшего линкора. Старший офицер линкора капитан 1-го ранга Кенкити Като вскоре после войны описал происходившее:

«В первой атаке, около 10:30, «Musashi» получил попадания трёх торпед в правый борт. Вторая атака состоялась через 15-20 минут. Мы получили пять торпедных попаданий в левый борт. С 13 часов мы отставали от строя и в 14:30 значительно отдалились от других кораблей. Нас сопровождал только «Tone». Около 15:30 состоялась самая сильная за весь день атака на наш корабль. Всего мы получили попадания примерно 30 бомб и 26 торпед».

Линкор «Musashi» под ударами американских самолётов, 24 октября 1944 года. Хорошо видны попадания в корабль и ближние разрывы.
history.navy.mil

Современные историки Владимир Кофман, Боб Хакетт и Сандер Кингсепп говорят о попавших в линкор 19 торпедах и 17 бомбах. «Musashi» продемонстрировал впечатляющий запас прочности, медленно погружаясь носом и теряя ход. Гигантский линкор пытались довести до берега и выбросить на отмель, но времени на спасение уже не оставалось. Команду покинуть корабль дали в 19:15, а уже в 19:36 «Musashi» перевернулся и затонул. На нём погибли 1023 человека, включая добровольно оставшегося на борту командира — контр-адмирала Тосихиро Иногути. Суперлинкор в некотором смысле принёс себя в жертву, став единственной безвозвратной потерей японского флота в море Сибуян.

Тонущий линкор «Musashi», вечер 24 октября 1944 года. Виден сильный дифферент на нос.
history.navy.mil

В ходе авианалётов «Yamato» получил семь бомбовых попаданий и набрал 3000 т воды, но сохранил боеспособность (крен удалось выровнять контрзатоплением). «Nagato» получил два прямых бомбовых попадания и несколько близких разрывов, уничтоживших ряд противоминных и зенитных орудий. Оба линкора остались в строю. Тяжёлый крейсер «Myoko» был повреждён авиаторпедой, снизил скорость до 15 узлов и был вынужден возвращаться в базу. Кроме того, чтобы доставить полторы тысячи выживших моряков с крейсера «Maya» и линкора «Musashi» в Манилу, пришлось выделить два эсминца, которые не участвовали в дальнейших событиях.

Приблизительная компьютерная реконструкция боя в море Сибуян с использованием графики игры «World of Warships»

Адмиралы принимают решения

После завершения воздушных атак 24 октября Курита некоторое время маневрировал и был готов выйти из боя. Тем не менее после 17 часов он продолжил движение к проливу Сан-Бернардино. Его американским оппонентам также пришлось делать сложный выбор. Для командующего 3-м флотом адмирала Хэлси ситуация выглядела следующим образом. Утром он обнаружил слабое южное соединение из двух тихоходных линкоров и эскорта, с которым наверняка могли справиться находившиеся у Лейте корабли 7-го флота. Днём был замечен несравнимо более серьёзный противник — японские авианосцы в северной части Филиппин, которые даже попытались атаковать американцев. В 17:49 американский командующий получил сообщение, что японские корабли в море Сибуян идут на запад — то есть отступают. Доклады лётчиков позволяли считать, что вражеские боевые единицы тяжело повреждены и небоеспособны. В 18:05 солнце склонилось к закату, и разведывательная активность американцев практически прекратилась.

В сложившейся ситуации Хэлси принял решение утром 25 октября нанести удар по северному соединению японцев. Наличие в нём авианосцев говорило о том, что это и есть главные силы вражеского флота, которые могли представлять наибольшую угрозу — именно их уничтожения требовала директива Нимица. Нерешённым оставался вопрос о защите пролива Сан-Бернардино, открывавшего японцам проход в залив Лейте. Его могло перекрыть мощное оперативное соединение 34 (6 быстроходных линкоров, 2 тяжёлых и 5 лёгких крейсеров, 7 эсминцев), но после долгих размышлений Хэлси в 20:22 приказал всем силам 3-го флота собраться в 150 милях к северу от пролива Сан-Бернардино и двигаться далее на север, оставив проход полностью открытым. Причиной тому назывались нежелание дробить флот перед лицом потенциально наиболее опасного вражеского соединения и уверенность в том, что залив Лейте находится под защитой 7-го флота.

Попадание авиабомбы в линкор «Yamato», сфотографированное американским лётчиком во время боя в море Сибуян. На основании преувеличенных сообщений об успехах Хэлси решил, что Центральное соединение выходит из боя.
history.navy.mil

Отсутствие осознанного взаимодействия между двумя американскими флотами, которое Хэлси и Кинкейд так и не наладили (вопреки приказу Нимица) имело самые негативные последствия. Днём 24 октября командующий 7-м флотом направил своё соединение огневой поддержки 77.3 в пролив Суригао навстречу южной японской эскадре. Итогом этого решения стал бой в ночь с 24 на 25 октября, закончившийся тяжёлым поражением японцев, в том числе гибелью линкоров «Fuso» и «Yamashiro» почти со всеми командами. Действия надводных кораблей в проливе Суригао завершились лишь к 6 часам утра 25 октября. Группа адмирала Олдендорфа значительно удалилась на юг от залива Лейте и нуждалась в пополнении боекомплекта. Пролив Сан-Бернардино 7-й флот не контролировал никак. Южнее пролива у острова Самар находилось соединение эскортных авианосцев 77.4, но задачи противодействовать надводным кораблям перед ним не ставилось, информацией о возможном появлении крупных вражеских сил адмирал Спрэгью не располагал.

Ситуация складывалась таким образом, что оба американских командующих имели весьма смутное представление о действиях друг друга. 24 октября в 15:12 штаб 7-го флота «перехватил» (так сказано в официальном рапорте) радиосообщение Хэлси своим подчинённым, из которого следовало, что оперативное соединение 34 «может вступить в бой с японским Центральным соединением». В 20:05 Хэлси связался с Нимицем, сообщив главнокомандующему, что оперативные группы 38.2 и 38.4 собираются у входа в пролив Сан-Бернардино и «возможен ночной бой». Как упоминалось выше, в 20:22 штаб 3-го флота приказал всем кораблям, включая линкоры и крейсера, идти на север, о чём Нимица напрямую не проинформировали.

В 20:24 Хэлси наконец обратился лично к Кинкейду с информацией, что он уводит свои авианосные группы для утреннего боя с японским Северным соединением. Сведений о местоположении и действиях оперативного соединения 34 в радиограмме не было, из чего штаб 7-го флота сделал вывод, что оно охраняет пролив Сан-Бернардино — так можно было судить по сообщению, «перехваченному» в 15:12. Лишь 25 октября в 3:12 Кинкейд обратился к Хэлси с прямым запросом о местонахождении оперативного соединения 34, но, как сказано в официальном отчёте командующего 7-м флотом, ответ он получил лишь в 7:04. К этому времени японские корабли уже начали бой с оперативным соединением 77.4.

Остров Самар, около 7 часов утра 25 октября. Американские эсминцы пытаются закрыть дымовой завесой эскортные авианосцы.
history.navy.mil

Продолжение следует

Источники и литература:

  1. http://www.bosamar.com
  2. http://www.combinedfleet.com
  3. https://www.history.navy.mil (официальный сайт исторического центра ВМС США)
  4. http://www.navsource.org
  5. Battle Experience: Battle for Leyte Gulf 23-27 October 1944 http://www.ibiblio.org/hyperwar/USN/rep/Leyte/BatExp/index.html
  6. Battle for Leyte Gulf. 23rd-26th October 1944 http://www.navy.gov.au/sites/default/files/documents/Battle_Summary_No_40.pdf
  7. Далл С. Боевой путь Императорского японского флота http://militera.lib.ru/h/dull/index.html
  8. Кофман В. Японские линкоры Второй мировой войны. «Ямато» и «Мусаси». – М.: Коллекция, Яуза, ЭКСМО, 2006
  9. Шерман Ф. Война на Тихом океане. Авианосцы в бою. – М: АСТ, 1999

Глава 17 Бой у острова Самар

Глава 17

Бой у острова Самар

В то время, когда соединение Нисимуры шло на восток через море Сулу навстречу своей гибели, Главные силы Куриты, войдя в море Сибуян, также оказались в трудном положении. Утром 24 октября они были обнаружены американскими самолетами-разведчиками оперативных групп адмиралов Дэвисона и Богана. К наступлению ночи все 5 японских линкоров были изуродованы бомбами и дымились. Тяжелый крейсер «Мьёко» получил тяжелые повреждения и возвращался в Сингапур. Один эсминец был потоплен. А чудовищный линкор «Мусаси» покоился на морском дне. Огромный корабль получил попадания как минимум 16 бомбами и 19 авиаторпедами, перевернулся и затонул, унеся с собой 1100 человек экипажа.

Вместе с ним сгинул и энтузиазм Куриты в отношении плана «СЁ-ГО». После наступления темноты Курита повернул на запад. Этот отход прямо противоречил боевому приказу Тоёды. Главнокомандующий, узнав об этом, приказал Курите повернуть обратно и следовать к проливу Сан-Бернардино. Директива главнокомандующего была сформулирована весьма поэтично:

«Атаковать с верой в божественное провидение».

Курита послушно повернул назад. Примерно в полночь японские линкоры подошли к тихоокеанскому входу в пролив Сан-Бернардино. Соединение отставало от графика на 6 часов, но все-таки оно повернуло на юг вдоль побережья острова Самар, направляясь к заливу Лейте. 25 октября в 06.00 корабли Куриты находились примерно на полпути между проливом Сан-Бернардино и заливом Лейте. Если бы Курита знал об этом, то наверняка поблагодарил бы провидение за то, что его заставили идти сюда. Точно так же он поблагодарил бы адмиралов Одзаву и Хэлси.

Одзава на севере маневрировал со своими «подсадными утками» так, чтобы наверняка быть замеченным. Он демонстративно нарушал радиомолчание, дымил, как паровоз, и вообще лез из кожи вон, чтобы привлечь к себе внимание. Но Хэлси не нуждался в лишних приглашениях. Разумеется, он не подозревал, что японские авианосцы у мыса Энганьо подставляются нарочно. Хэлси был убежден, что японские авианосцы следует удержать как можно дальше от Лейте, поэтому он отправил в погоню за ними группы Богана и Дэвисона.

Такое решение Хэлси оставило пролив Сан-Бернардино открытым как раз в тот момент, когда Курита намеревался проскользнуть в него. Причины, по которым 3-й Флот ушел от острова Самар, после войны подвергались суровой критике. Ответом Хэлси на эту критику было уничтожение авианосцев Одзавы серией ударов с воздуха, которые в то время не имели аналогов. Однако, судя по всему, он не сумел проинформировать адмирала Кинкейда об уходе 3-го Флота на север. В результате Кинкейд даже не подозревал, что подходы к заливу Лейте со стороны острова Самар остались открытыми. Впервые он узнал об этой бреши в линии обороны, когда Северная авианосная группа контр-адмирала К.Э.Ф. Спрэгью потребовала помощи от кораблей, находящихся южнее Самара.

Группа Спрэгью состояла из эскортных авианосцев «Фэншо Бей» (флагман), «Сен-Ло», «Уайт Плейнз», «Калинин Бей», «Киткен Бей» и «Гэмбир Бей». Их прикрывали 3 эсминца и 4 эскортных миноносца. Это были «Хоул» (капитан 2 ранга Л.С. Кинтбергер) под брейд-вымпелом командира эскорта капитана 2 ранга У.Д. Томаса, «Хеерманн» (капитан 2 ранга Э.Т. Хатэвей) и «Джонстон» (капитан 2 ранга Э.Э. Эванс) и миноносцы «Деннис» (капитан-лейтенант С. Хансен), «Джон К. Батлер» (капитан-лейтенант Дж. Э. Пейс), «Реймонд» (капитан-лейтенант А.Ф. Бейер), «Сэмюэл Б. Робертс» (капитан-лейтенант Р.У. Коупленд).

В 06.45 корабли Куриты заметили американские корабли. В это же самое время японские корабли были обнаружены американским самолетом.

«Вражеское соединение из 4 линкоров. 7 крейсеров и 11 эсминцев замечено в 20 милях к северу от вашей оперативной группы. Приближается со скоростью 30 узлов».

Это сообщение энсайна У.К. Брукса обрушилось на «Фэншо Бей», как гром среди ясного неба. Американцы были застигнуты в полный расплох. Адмирал Спрэгью сначала просто не поверил пилоту и потребовал подтверждения. Но разрывы зенитных снарядов на горизонте убедили адмирала. Он сразу приказал изменить курс, дать полный ход и поднять все самолеты.

Буквально через минуту японцы открыли огонь с дистанции 17 миль. Корабли Спрэгью, которые до того шли на север, повернули на восток и поставили дымовую завесу. С «авианосцев-джипов» начали взлетать самолеты, чтобы атаковать японские линкоры и крейсера. Спрэгью испытывал вполне понятную тревогу и открытым текстом потребовал по радио прислать помощь, не тратя времени на шифровку сообщения.

Но помощь прибыть немедленно просто не могла. 3-й Флот Хэлси был далеко на севере и уходил все дальше от залива Лейте. Линкоры Олдендорфа, находящиеся в заливе, испытывали нехватку топлива, их команды были утомлены ночным боем, к тому же они почти полностью расстреляли боезапас. В любом случае, они могли прибыть только во второй половине дня. Юго-восточнее авианосцев Спрэгью находилась группа эскортных авианосцев контр-адмирала Ф.Б. Стампа. Только Стамп мог прийти на помощь без промедления. Только две группы американских эскортных авианосцев стояли между линкорами Куриты и заливом Лейте.

Поэтому задача защиты десанта легла на эскортные авианосцы Спрэгью, на которые сразу обрушился смерч японских снарядов. Это были линкоры «Конго», «Харуна», «Нагато» и чудовищный «Ямато». Эти гиганты могли расстреливать противника совершенно безнаказанно, крошки-авианосцы не могли ответить на залпы 456-мм орудий. Эсминцы тоже не могли вести с ними артиллерийскую дуэль. А любой эскортный миноносец такой снаряд расплющил бы, как кувалда сырое яйцо.

Спрэгью мог лишь бежать со всех ног, что он и сделал. Подняв большинство самолетов в воздух, он повернул на юг, а потом изменил курс, направившись на юго-запад к заливу Лейте. Часто налетающие дождевые шквалы давали авианосцам минутную передышку от вражеского огня. Но те же шквалы укрывали японские корабли от воздушных атак.

Но Курита сам дал оказавшимся в отчаянном положении американцам шанс. Вместо того, чтобы направить свои корабли прямо на юг и отрезать Спрэгью от залива Лейте, он разделил свое соединение на 3 группы, чтобы захватить американцев в клещи. Следуя полным ходом, японские крейсера прошли под кормой американских авианосцев и начали обходить их с востока. Японские эсминцы повернули на запад, чтобы атаковать с этого направления. А прямо в центре шли императорские «сундуки».

Слишком хитрые маневры Куриты дали возможность Спрэгью перевести дух. Но крейсера, находящиеся на востоке, по-прежнему представляли смертельную угрозу, так как они мешали авианосцам идти против ветра для подъема самолетов. Требовалось предпринять что-то решительное, чтобы устранить эту угрозу. Такое задание получили эсминцы и эскортные миноносцы Спрэгью, и их действия навсегда останутся в истории. На Алеутских и Соломоновых островах, в проливе Суригао американские эсминцы шли в атаку на крейсера и линкоры. Но никогда ранее им не приходилось сталкиваться с такими силами японцев, как случилось утром 25 октября 1944 года. И никогда ранее крошечные эскортные миноносцы не вступали в бой с тяжелыми крейсерами и линкорами. И уж точно, никогда ни те, ни другие не сталкивались с супер-линкорами типа «Ямато».

Первым из эсминцев атаковал противника «Джонстон». В 07.20 он пошел прямо на тяжелый крейсер и разрядил в него свои торпедные аппараты. На эсминец обрушился шквал снарядов, чуть не выбросив корабль из воды. Скорость «Джонстона» упала до 17 узлов. Затем, получая одно попадание за другим, эсминец вступил в артиллерийскую дуэль с японским крейсером на дистанции не более 5000 ярдов.

Тем временем Спрэгью приказал эсминцам и эскортным миноносцам поставить дымовую завесу, и его авианосцы на какое-то время оказались укрыты пеленой дыма. Так как огонь японцев немного ослаб, Спрэгью приказал своему эскорту провести торпедную атаку.

В 07.27 эсминец «Хоул» (капитан 2 ранга Л.С. Кинтбергер) вырвался из дыма, чтобы с дистанции 9000 ярдов выпустить 5 торпед по линкору. Он получил несколько попаданий, но сумел в 07.35 выпустить оставшиеся 5 торпед. Судя по всему, этот залп повредил тяжелый крейсер. А ведь бой только начинался.

Эсминец «Хеерманн» (капитан 2 ранга Э.Т. Хатэвей) выполнил атаку в 07.54. Выскочив из дымовой завесы, он выпустил 7 торпед по тяжелому крейсеру. Через 6 минут он выпустил 3 торпеды по линкору. Затем, проявляя безумную отвагу, он вступил в перестрелку с 2 тяжелыми крейсерами. Счастливчик «Хеерманн»! Море вокруг него буквально кипело от раскаленной стали, однако он выскочил, отделавшись минимальными повреждениями.

Относительно тихоходные эскортные миноносцы получили приказ провести торпедную атаку после того, как эсминцы завершат свою. Новый дождевой шквал пролетел по морю и помог миноносцам подойти поближе к разъяренному противнику. Но тот же самый дождь и густой дым помешали миноносцам провести скоординированную атаку, более того, в дожде они едва не столкнулись между собой. Но все-таки они на некоторое время сдержали японцев.

Подойдя на 4000 ярдов к тяжелому крейсеру, эскортный миноносец «Сэмюэль Б. Робертс» (капитан-лейтенант Р.У. Коупленд) выпустил в него 3 торпеды. В период с 08.05 до 08.55 «Робертс» вел артиллерийскую дуэль с японскими крейсерами практически на дистанции пистолетного выстрела — 6000 ярдов. В 08.51 маленький миноносец получил первое попадание.

В 07.59 эскортный миноносец «Деннис» (капитан-лейтенант С. Хансен) сблизился с противником и выпустил 3 торпеды с дистанции 8000 ярдов. Огонь по противнику он открыл еще в 07.40 и продолжал стрелять до 09.20, пока не вышел из боя с тяжелыми повреждениями.

Эскортный миноносец «Джон К. Батлер» (капитан-лейтенант Дж. Э. Пейс) не успел выпустить торпеды. Обстреляв из орудий тяжелый крейсер и эсминец, он получил приказ прикрывать авианосцы дымзавесой.

«Деннис» отошел именно под прикрытием завесы, поставленной «Батлером».

Эскортный миноносец «Реймонд» (капитан-лейтенант Э.Ф. Бейер) открыл огонь по противнику в 07.30. Сблизившись с колонной японских крейсеров на 7500 ярдов, он всадил 16 снарядов в надстройки одного из кораблей. В 08.08 он выпустил по противнику 3 торпеды. Ему бешено везло. За 2 часа 20 минут ожесточенного боя миноносец не получил ни единой царапины.

«Джонстон», «Хеерманн», «Сэмюэль Б. Робертс», «Деннис», «Джон К. Батлер» — эти имена навсегда будут записаны в книгу славы нашего флота. В истории морской войны можно найти мало примеров боя, подобного тому, который выдержали эти эсминцы и эскортные миноносцы против линкоров и тяжелых крейсеров японского флота.

«Маленькие мальчишки», — называл их адмирал Спрэгью, приказывая прикрыть свои авианосцы. «Маленьким мальчишкам построиться для повторной атаки».

И действительно, они были маленькими мальчишками на фоне японских гигантов. 127-мм орудия против 203-мм, 356-мм, 406-мм и даже 456-мм орудий! Небронированные «жестянки» против закованных в толстую сталь линейных кораблей.

Несмотря на то, что это выглядело форменным самоубийством, они все-таки сумели спасти свои авианосцы. Японцы подобрались достаточно близко, чтобы всадить четыре 203-мм снаряда в «Феншо Бей». «Калинин Бей» получил 15 попаданий. «Гэмбир Бей» получил попадание ниже ватерлинии и потерял ход, после чего снаряды японских крейсеров разнесли его в клочья. Но это лишь показывает, что случилось бы с кораблями Спрэгью, если бы не действия эсминцев и эскортных миноносцев.

Их вмешательство задержало корабли Куриты и дало время самолетам адмирала Стампа появиться на месте событий. Эта задержка позволила самолетам Спрэгью заправиться и перевооружиться на Лейте и вернуться назад, чтобы принять участие в сражении. Оно дало возможность бомбардировщикам 7-го Флота, находившегося возле Минданао, прибыть к месту боя как раз вовремя. К 11.30 действия этих самолетов убедили Куриту, что американские авианосцы не стоят того риска, которому подвергаются его корабли, продолжая преследование, а путь в залив Лейте перекрыт. Действия «малышей» были так великолепны, что японцы поверили, будто перед ними авианосцы типа «Эссекс» в сопровождении крейсеров! Когда до победы было рукой подать, Курита вдруг опустил руки и приказал отходить на север. И если не «маленькие мальчишки» полностью сорвали планы Куриты, во всяком случае, они внесли в это основной вклад.

Но, как и ожидалось, эсминцы и эскортные миноносцы жестоко пострадали в этом бою. «Деннис» вышел из боя, когда его надстройка превратилась в развалины, 6 человек были убиты, а 19 ранены. Повреждения «Хеерманна» были легкими, но на нем погибли 5 человек и 9 были ранены. Хуже всего пришлось эсминцам «Джонстон» и «Хоул» и эскортному миноносцу «Сэмюэль Б. Робертс». Все эти 3 корабля были изрешечены вражескими снарядами. Все эти 3 корабля затонули. Но каждый неустрашимо сражался до конца.

Первым погиб «Хоул».

Оглавление книги

Последний бой линкора «Кирисима»

Кровавая пятница 13 ноября 1942 года завершилась поражением японского флота. Вице-адмирал Абэ Хироакэ потерял линкор «Хиэй» и два эсминца, не выполнив свою главную задачу — обстрел аэродрома Хендерсон-Филд. Американцы тоже понесли тяжёлый урон: соединение адмирала Дэниела Каллахэна (оперативные группы 67.4 и 62.4) было разгромлено и вышло из боя. Конвой японских транспортов продолжал движение к Гуадалканалу, для его безопасной проводки требовалось нейтрализовать аэродром Хендерсон-Филд.

Последние козыри сторон

В руках вице-адмирала Уильяма Хэлси оставались 16-е и 64-е оперативные соединения, в том числе авианосец «Энтерпрайз», а также два главных козыря, о наличии которых японцы не подозревали — новейшие линкоры «Вашингтон» и «Саут Дакота». Не зная о них, адмирал Ямамото решил продолжать выполнение главной задачи, причём прежними силами. Он приказал командующему 2-м флотом вице-адмиралу Кондо Нобутакэ организовать обстрел аэродрома в ночь с 14 на 15 ноября, одновременно прикрывая шедший к Гуадалканалу конвой с частями 38-й пехотной дивизии.

Вице-адмирал Кондо Нобутакэ.
zeljeznice.net

Вечером 13 ноября адмирал Кондо с авианосцем «Дзуньё», линкорами «Конго» и «Харуна», тяжёлыми крейсерам «Атаго», «Такао» и «Тоне», лёгким крейсером «Сендай» и тремя эсминцами находился в районе атолла Онтонг-Джава — к северу от Соломоновых островов и примерно в 500 милях восточнее Рабаула. Юго-западнее него, в районе острова Шортленд, находилось Соединение Внешних Южных морей вице-адмирала Микавы Гунити — тяжёлые крейсера «Майя», «Судзуя», «Тёкай», «Кинугаса» (7-я дивизия крейсеров), лёгкие крейсера «Исудзу» и «Тенрю», а также восемь эсминцев. Соединение эсминцев прикрытия адмирала Танаки сопровождало конвой из 12 транспортов, шедший к Гуадалканалу по проливу Нью-Джорджия (американцы называли его «Слот» — Щель). Конвой должен был достичь острова после заката 14 ноября.

Однако Кондо так и не решился бросить в бой все свои силы. «Конго», «Харуну» (3-я дивизия линкоров) и «Тоне» он оставил возле Онтонг-Джавы, взяв с собой только два тяжёлых и один лёгкий крейсера. Далее к его Ударному соединению присоединились остатки сил адмирала Абэ — линкор «Кирисима», крейсер «Нагара» и 6 эсминцев, остальные эсминцы вступили в охранение конвоя транспортов.

Неудача адмирала Микавы

Получив приказ на обстрел, крейсерское соединение Микавы двинулось на юго-восток по проливу Слот, чтобы обстрелять аэродром Хендерсон-Филд в ночь с 13 на 14 ноября (до подхода остальных сил и транспортного конвоя). Тем временем вечером 13 ноября (в 19:15) 64-е оперативное соединение контр-адмирала Уиллиса Ли (два линкора и четыре эсминца) отделилось от группы авианосца «Энтерпрайз» и двинулось на север со скоростью 26 узлов. Сам авианосец и сопровождавшие его корабли (16-е оперативное соединение) тоже двинулся к северу, чтобы иметь возможность прикрыть корабли у Гуадалканала своими самолётами.

Действия японских сил днём 14 ноября 1942 года. Воздушные атаки по соединению вице-адмирала Микавы (7-я дивизия крейсеров) и Транспортной группе адмирала Танаки.
Кампании войны на Тихом океане. Материалы комиссии по изучению стратегических бомбардировок авиации Соединённых Штатов

Однако линкоры адмирала Ли находилось слишком далеко, чтобы успеть перехватить крейсера Микавы, вышедшие к острову Саво уже через полчаса после полуночи на 14 ноября. С 2:20 до 3:40 Соединение Обстрела адмирала Нисимуры (тяжёлые крейсера «Тёкай», «Майя» и «Судзуя», нёсшие по десять 203-мм орудий) выпустило по аэродрому 1370 фугасных снарядов. Их поддерживали эсминцы «Мотидзуки» и «Амагири», а остальные корабли Микавы прикрывали крейсера с запада. В это время американские торпедные катера с Тулаги трижды атаковали японское соединение, но успеха не добились — японцы даже не заметили этих атак.

С восходом солнца крейсера Нисимуры отошли на запад и в 8 часов утра присоединились к остальным кораблям Микавы. Буквально через несколько минут японцев атаковали пикировщики с аэродрома Хендерсон — несмотря на обстрел, он продолжал функционировать. Вскоре к ним присоединились самолёты из авиагруппы «Энтерпрайза».

В 8:36 старый крейсер «Кинугаса» получил прямое попадание в носовую башню, ещё несколько бомб разорвалось рядом. На корабле начались пожары; примерно через час команде удалось справиться с ними, но тут «Кинугасу» атаковали ещё три бомбардировщика. От нескольких близких разрывов машины крейсера вышли из строя, корабль потерял ход, и командир отдал приказ покинуть его. В 11:22 «Кинугаса» затонул в 15 милях к востоку от острова Рендова, погиб 51 человек.

Тяжёлый крейсер «Тёкай» был повреждён несколькими близкими разрывами, а в «Майя» врезался подбитый американский самолёт: было повреждено зенитное орудие, торпедный аппарат и два прожектора, погибло 37 человек. Лёгкий крейсер «Исудзу» также был повреждён близкими разрывами и потерял ход. Его отбуксировали к Шортленду, затем он своим ходом ушёл на Трук, а оттуда в метрополию, где до конца апреля ремонтировался в Йокогаме.

Ставки повышаются

Получив донесение о том, что американские самолёты с Хендерсон-Филд продолжают действовать, адмирал Ямамото приказал нанести по нему ещё один удар — теперь кораблями Кондо и остатками соединения Абэ. Японцам приходилось повышать ставки, ведь на кону стояла судьба конвоя, который мог стать лёгкой добычей для американской авиации.

Американский пикирующий бомбардировщик SBD-3 «Даунтлесс».
collections.naval.aviation.museum

Уже в 8:30 американские самолёты-разведчики обнаружили японское транспортное соединение севернее острова Нью-Джорджия и сообщили, что оно вновь повернуло к Гуадалканалу. Ещё до полудня два самолёта с «Энтерпрайза» атаковали японские транспорты и, по докладам лётчиков, повредили два из них. Тем не менее Хэлси не хотел рисковать и приказал перебросить авиагруппу «Энтерпрайза» на Хендерсон-Филд, а самому авианосцу отойти южнее, чтобы не попасть под возможные японские атаки: американский адмирал знал, что у Кондо где-то имеется авианосец.

Решение Хэлси оказалось неудачным: аэродром испытывал острую нехватку персонала и оборудования, лётное поле было перепахано японскими снарядами. Поэтому взлёт и посадка оказались затруднены, а бомбы приходилось таскать к самолётам вручную. Тем не менее уже около 13 часов первая группа базовых самолётов (17 пикировщиков «Даунтлесс», восемь торпедоносцев «Эвенджер» и восемь «Летающих крепостей» с Эспириту-Санто под прикрытием восьми истребителей «Уайлдкэт») атаковала японский конвой. Были потоплены два транспорта, ещё один получил повреждения и был вынужден вернуться к острову Шортленд.

Действия американской авиации против транспортной группы адмирала Танаки в проливе Нью-Джорджия днём 14 ноября 1942 года.
ibiblio.org

В 14:30 появилась вторая волна — 24 «Даунтлесса» из эскадрилий «Энтерпрайза» и восемь «Летающих крепостей». Им удалось повредить ещё один транспорт, который тоже «сошёл с дистанции». В 15:30 прибыла третья волна — пять «Даунтлессов» и восемь «Летающих крепостей», они потопили два транспорта. Последний налёт состоялся в 17:15 севернее островов Рассел. В нём участвовали 17 «Даунтлессов» и четыре «Летающие Крепости», которым удалось повредить один транспорт. Судьба ещё одного транспорта остаётся неизвестной — он либо был повреждён по дороге, либо отстал от конвоя ещё до начала налётов.

У островов Рассел адмирал Танака задержался — либо не желая рисковать последними четырьмя транспортами, либо ожидая темноты. Лишь около 8 часов вечера он возобновил движение к Гуадалканалу, до которого оставалось всего 50 миль.

Линкоры открывают огонь

Тем временем за световой день 14 ноября линкоры адмирала Ли достигли Гуадалканала. К 21 часу 64-е оперативное соединение находились в 9 милях к западу от мыса Эсперанс. Поджидая противника, Ли двинулся на север, затем обогнул остров Саво и развернулся обратно к Гуадалканалу. Его корабли были выстроены в единую колонну: первыми шли четыре эсминца, «Вашингтон» и «Саут Дакота» держались сзади.

Первая фаза боя у Гуадалканала (японская версия).
Кампании войны на Тихом океане. Материалы комиссии по изучению стратегических бомбардировок авиации Соединённых Штатов

Корабли Кондо выходили к Гуадалканалу с северо-востока. Японский адмирал понимал, что противник находится где-то поблизости, поэтому направил вперёд дозор — 19-й дивизион 3-й эскадры эсминцев контр-адмирала Хасимото Синтаро в составе лёгкого крейсера «Сендай» и трёх эсминцев. В 22:10 «Сендай» находился в 10 милях к северо-востоку от острова Саво, когда его наблюдатели заметили американские корабли в 5 милях слева по носу. Хасимото решил разделить свои силы: он приказал эсминцам «Аянами» и «Уранами» обогнуть остров Саво справа и атаковать американцев с запада.

Остальная часть Ударного соединения Кондо представляла собой «сборную солянку»: здесь были остатки 11-й дивизии линкоров («Кирисима»), 4-я дивизия крейсеров и фрагменты четырёх дивизионов эсминцев из двух разных эскадр. Получив донесение об обнаружении противника, адмирал Кондо отделил от своей эскадры крейсер «Нагара» с четырьмя эсминцами под командованием контр-адмирала Кимуры и тоже послал их обойти остров Саво с запада. Теперь при нём остались только два эсминца, которые шли первыми, за ними следовали тяжёлые крейсера «Атаго» и «Такао», а линкор «Кирисима» замыкал колонну.

Бой у Гуадалканала: состав эскадр противников.
М. Морозов, Е. Грановский. Гуадалканал! Часть 2

Удивительно, но факт: несмотря на наличие радаров, к тому времени американцы не обнаружили противника. В 22:52 на широте мыса Эсперанс (северная оконечность Гуадалканала) адмирал Ли приказал своей колонне круто развернуться прямо на запад. Лишь в 23:00 поисковый радар «Вашингтона» обнаружил крейсер «Сендай» в 10 милях к северу.

Ещё четверть часа ни одна из сторон не открывала огня. Лишь в 23:17 «Вашингтон» с дистанции в 75 каб дал по «Сендай» первый залп 406-мм орудиями. Через пару минут к нему присоединилась «Саут Дакота». Японский крейсер резко развернулся и вместе с эсминцем «Сикинами» ушёл на север, поставив дымовую завесу. Попаданий не было, и корабли вскоре пропали с радаров.

К этому моменту «Аянами» и «Уранами» обогнули остров Саво и теперь двигались навстречу американской колонне. В 5 милях позади них и несколько севернее двигался крейсер «Нагара» с четырьмя эсминцами. Фактически японцы выполнили первую задачу боя: их эсминцы и лёгкие крейсера сблизились с колонной противника на дистанцию торпедного залпа.

Линкор «Саут Дакота» на верфи в Норфолке, 20 августа 1943 года.
history.navy.mil

Около 23:20 «Аянами» и «Уранами» были обнаружены американскими эсминцами, которые в 23:22 открыли огонь с дистанции в 65 каб. В ответ оба японских эсминца тоже открыли огонь, поразив 127-мм снарядами головной «Уок», а в 23:30 слегка довернули влево и выпустили торпеды — все они прошли мимо цели.

Лишь в 23:35 «Гуин», шедший четвёртым в колонне, обнаружил и обстрелял «Нагару» и его эсминцы. Японцы ответили артиллерийским огнём и торпедным залпом — в этот момент корабли проходили траверз друг друга, и дистанция между колоннами составляла всего 22 каб. «Гуин» получил два попадания снарядами (в машинное отделение и корму), но сохранил ход; линкору «Вашингтон» пришлось сделать отворот, чтобы обойти повреждённый эсминец. 140-мм снаряды крейсера «Нагара» обрушились на эсминец «Престон», разрушили его машинное отделение и снесли заднюю трубу. На корабле вспыхнул пожар, и всего через 10 минут он затонул (погибло 116 человек).

Тем временем в 23:38 в уже повреждённый «Уок» попала торпеда, и через 4 минуты он затонул, немного опередив «Престон» (погибло 76 человек, ещё шестеро из спасённых эсминцем «Мид» позднее умерли от ран). Другая торпеда попала в «Бенхэм», оторвав ему нос, но корабль остался на плаву и затонул лишь на следующий день. Американцы торпед выпустить не успели, однако огнём их артиллерии был потоплен эсминец «Аянами» (его экипаж снял «Уранами»).

Бой у Гуадалканала в ночь с 14 на 15 ноября 1942 года. Общая схема.
Ф. Шерман. Война на Тихом океане. Авианосцы в бою

Около 23:40 соединение Кимуры во главе с крейсером «Нагара» развернулось обратно на запад, пройдя совсем рядом с островом Саво; примерно в это же время его догнали остатки соединения Хасимото — крейсер «Сендай» и эсминец «Сикинами». Лишь в этот момент моряки Кимуры почувствовали, что перед ними находится что-то очень большое. На «Сираюки» включили прожектора, и в их свете, окутанная пороховым дымом, японцам явилась «Саут Дакота», шедшая концевой в колонне адмирала Ли. Впервые за одиннадцать месяцев войны японские моряки встретились с американским линкором.

Несчастья «Саут Дакоты»

Именно в 23:33 на «Саут Дакоте» неожиданно выбило предохранители главного распределительного щита — видимо, от сотрясений при стрельбе по «Сендай». На три минуты оказалась обесточена половина служб корабля, в том числе кормовая башня, а также 6-я и 8-я спаренные 127-м универсальные установки (ввести их в действие удалось значительно позже). За это время на мостике успели потерять шедший впереди «Вашингтон». Затем на пути возник подбитый «Гуин» — чтобы обойти его, концевой линкор сделал коордонат вправо. Возможно, именно этот манёвр спас «Саут Дакоту» — все восемь торпед с «Нагары», выпущенные парой минут ранее, прошли мимо.

Тем временем основные силы адмирала Кондо (Соединение обстрела) в 23:16 развернулись на запад, чтобы пройти севернее острова Саво и всё-таки обстрелять Хендерсон-Филд. Однако когда по другую сторону Саво разгорелся бой, Кондо в 23:30 вновь повернул на юг, а в 23:40 увидел в 80 каб к юго-востоку от себя американский линкор, подсвеченный прожекторами японских эсминцев.

Ситуация была идеальной для стрельбы. «Кирисима» и сопровождавшие его крейсера сразу же открыли огонь, а «Атаго», кроме того, дал залп из восьми торпед — правда, они тоже никуда не попали. Кондо вцепился в американский линкор подобно охотничьему псу — в 23:53 он развернулся на обратный курс, чтобы не потерять противника. За несколько минут японский линкор успел выпустить 117 снарядов главного калибра. «Саут Дакота» получила в общей сложности 25 попаданий снарядами калибров от 152 до 356 мм (в том числе как минимум один главного калибра с «Кирисимы»).

Бой у Гуадалканала. Карта из отчёта командира линкора «Вашингтон».
navsource.org

356-мм снаряд попал в верхнюю палубу американского линкора рядом с концевой башней, пробил её, проделав дыру размером 1 х 3 м, и взорвался, ударившись о 440-мм барбет башни и оставив в нём 40-мм выбоину и множество глубоких трещин. Средняя бронепалуба пробита не была. Осколками оказались повреждены внутренние помещения, надстройки, правая катапульта и несколько 20-мм автоматов.

Кроме того, в линкор попало 18 снарядов калибром 203 мм с «Атаго» и «Такао», шесть 152-мм с «Кирисимы» и ещё один 127-мм. Один из 203-мм бронебойных снарядов пробил борт выше ватерлинии и вошёл примерно на 8 дюймов в 310-мм броню главного пояса. От двух попаданий 203-мм снарядов в район ватерлинии и одного под ватерлинию внутрь корпуса начала поступать вода. На линкоре вспыхнули пожары, вышли из строя все три артиллерийских радара, системы управления огнём и радиостанция.

Бой линкоров в ночь с 14 на 15 ноября 1942 года (японская версия).
Кампании войны на Тихом океане. Материалы комиссии по изучению стратегических бомбардировок авиации Соединённых Штатов

Ответный огонь «Саут Дакоты» оказался неточным, наибольший ущерб американский линкор нанёс самому себе — первым же залпом третьей башни оказались уничтожены оба стоявших на корме самолёта-разведчика. В 00:08 линкор прекратил стрельбу. К этому времени он потерял связь с другими кораблями, около 00:15 отвернул влево, вышел из боя и в одиночку отправился к Нумеа. Здесь часть повреждений была исправлена, после чего линкор ушёл в Соединённые Штаты, где находился на ремонте ещё три месяца (до конца февраля 1943 года).

Смертельный удар

Американцам помогло то, что их линкоры разделились. «Вашингтон» остался незамеченным в темноте, а «Кирисима» оказался хорошо подсвечен вспышками собственных залпов. Флагман адмирала Ли несколько задержался с открытием огня, начав стрельбу только в 00:05. Однако с «пистолетной» дистанции менее 30 каб его снаряды, в отличие от снарядов «Саут Дакоты», летели точно. За следующие 7 минут в «Кирисиму» попало как минимум девять 406-мм снарядов — некоторые современные исследователи считают, что попаданий было до двадцати, включая семь подводных. Флагман адмирала Кондо потерял управление и загорелся, рулевое отделение было затоплено, а руль заклинило повёрнутым на 10° на правый борт. Обе носовые башни вышли из строя, а четвёртую башню заклинило. К 00:12 «Кирисима» потерял ход и сильно накренился на правый борт.

Линкор «Вашингтон» ведёт огонь по линкору «Кирисима».
navsource.org

Однако Ли не успел добить «Кирисиму». Выяснив, что у него не осталось ни одного неповреждённого эсминца, адмирал приказал уходить на юг. Три из четырёх эсминцев 64-го оперативного соединения были потоплены, а «Гуин» — тяжело повреждён (вернулся в строй лишь в апреле 1943 года).

Тем временем в 00:30 Кондо сообщил своим кораблям об отмене обстрела аэродрома и приказал тяжёлым крейсерам отходить на север. В 00:40 артиллерийский бой завершился, причём японские тяжёлые крейсера не получили существенных попаданий. 18 ноября они вернулись на Трук.

Получив информацию о бое с американскими линкорами, адмирал Танака выслал вперёд эсминцы «Кагеро» и «Оясио» из охранения транспортов, приказав им атаковать любые вражеские корабли на пути к мысу Тассафаронга. В 00:39 эсминцы выпустили торпеды по «Вашингтону», но попаданий не добились.

Финал сражения

С повреждённым линкором остались «Нагара» и эсминцы. Некоторое время казалось, что «Кирисиму» можно спасти: пожары были потушены, корабль снова дал ход. Однако исправить рулевое управление не удалось, а попытка управлять машинами оказалась безуспешной. Кроме того, из-за затоплений крен на правый борт продолжал увеличиваться.

Завершение боя у Гуадалканала (японская версия).
Кампании войны на Тихом океане. Материалы комиссии по изучению стратегических бомбардировок авиации Соединённых Штатов

Незадолго до 3 часов ночи крейсер «Нагара» попытался взять «Кирисиму» на буксир, но эта попытка не удалась. Тогда командир линкора приказал экипажу покинуть корабль. Это было сделано вовремя: в 3:25 линкор повалился на правый борт и быстро затонул в 7,5 милях к северо-западу от острова Саво. В 1992 году его обнаружили лежащим на дне кверху килем, нос был отломан. Эсминцы «Асагумо», «Терудзуки» и «Самидарэ» сняли с «Кирисимы» 1098 членов его экипажа и отошли на северо-восток; на линкоре погибло 212 человек.

Тем временем соединение адмирала Танаки с четырьмя последними транспортами («Кинугава-мару», «Хирокава-мару», «Ямаура-мару» и «Ямацуки-мару») продолжало идти вперёд. В 2:15 его суда наконец достигли мыса Тассафаронга, где начали разгрузку. Ночь была лунная, и американцы подняли для атаки самолёты с аэродрома Хендерсон, заодно начав артобстрел места выгрузки из района Лунга-Пойнт. Все четыре транспорта получили попадания и загорелись, им пришлось выброситься на берег. Из всей 38-й дивизии до острова добралось лишь 2000 солдат, удалось выгрузить 1500 мешков риса и 260 выстрелов к горным гаубицам. На переходе погибло четыре транспорта и около 5000 солдат.

Японские транспорты, выбросившиеся на берег у мыса Тассафаронга, 15 ноября 1942 года.
wwiiarchives.net

Кроме «Кирисимы», в ночь на 15 ноября японцы потеряли только эсминец «Аянами». Небольшие повреждения получили тяжёлый крейсер «Атаго» (ремонт в Куре с 17 декабря 1942 по 20 января 1943 года) и лёгкий крейсер «Нагара» (ремонт в Майдзуру с 27 декабря по 20 января). Текущий ремонт корпуса и механизмов «Такао» в Йокосуке с 24 ноября по 18 декабря 1942 года с боевыми повреждениями связан не был.

Несмотря на поражение императорского флота, в этом бою стороны потеряли почти равное количество моряков — 242 американца и 249 японцев. Вице-адмирал Кондо Нобутакэ никакого формального наказания не понёс — в апреле 1943 года он даже получил звание полного адмирала, а в августе был назначен в Высший военный совет империи. Однако в декабре 1943 года его перевели на должность командующего флотом Китайского района, а в мае 1945 года уволили в отставку.

Итоги

Причиной поражения адмирала Кондо стало нежелание японского морского командования бросить в бой все свои силы: для операций на Соломоновых островах были выделены четыре самых старых и слабых линкора, единственным достоинством которых являлась высокая скорость, позволявшая им действовать совместно с тяжёлыми крейсерами. Но и из этих четырёх кораблей Ямамото позволил использовать только два, а Кондо бросал их в бой поодиночке. Он так и не решился придвинуть ближе к Гуадалканалу авианосец «Дзуньё», поэтому транспорты Танаки остались без воздушного прикрытия.

Транспорт «Кинугава-мару» у мыса Тассафаронга, 1943 год.
history.navy.mil

Американцы испытывали схожие проблемы: адмирал Хэлси стремился держать свой единственный авианосец как можно дальше к югу, а оба линкора решился бросить в бой лишь 14 ноября. Обе стороны испытывали острую нехватку эсминцев — у японцев это особенно проявилось во втором бою, когда соединению Кимуры удалось выйти в атаку на американские линкоры с «пистолетной» дистанции в два десятка кабельтовых. Но японцы имели всего четыре эсминца и лёгкий крейсер, и в результате цели нашли только две торпеды. А ведь массовая ночная торпедная атака была козырным ходом японских моряков, не раз приносившим им успех в предыдущих боях.

Сражение 13–15 ноября стало переломным в боях за Гуадалканал. До этого момента японцы, несмотря на все успехи американцев, продолжали блокировать их плацдарм на мысе Лунга-Пойнт и даже наращивали численность своих сил быстрее, чем это успевал делать противник. С середины ноября японские войска стали не только уступать американским в численности, но и испытывать острую нехватку боеприпасов. Снабжение Гуадалканала пришлось продолжать эсминцами и переоборудованными из старых эсминцев быстроходными транспортами — они перевозили в основном контейнеры с едой и боеприпасами и не могли брать на борт технику. Перед японцами всё отчётливее вставала перспектива эвакуации войск с острова.

Продолжение следует…

Источники и литература:

  1. Кампании войны на Тихом океане. Материалы комиссии по изучению стратегических бомбардировок авиации Соединённых Штатов. М.: Воениздат, 1956
  2. Пол Стивен Далл. Боевой путь императорского японского флота. Екатеринбург: Зеркало, 1997
  3. U. S. S. South Dakota (BB57). Gunfire damage. Battle of Guadalcanal 14-15 November, 1942. Preliminary Design Section Bureau of Ships. Navy Department, 1 June, 1947 (War damage report №57)
  4. Robert Lundgren, «Kirishima Damage Analysis» (PDF), www.navweapons.com
  5. http://www.combinedfleet.com
  6. https://www.history.navy.mil
  7. http://www.ibiblio.org

Первая морская битва Второй мировой

«Адмирал граф Шпее» стал третьим немецким «карманным линкором», построенным после крейсеров «Дойчланд» («Лютцов») и «Адмирал Шеер». В первые месяцы Второй мировой он безнаказанно топил британские торговые суда, став самым знаменитым кораблём своего типа. А итоги его первого и последнего боя дают богатый материал для анализа эффективности артиллерийского вооружения и броневой защиты немецких тяжёлых крейсеров. Почему же бой при Ла-Плате и его результаты до сих пор вызывают столь жаркие споры?

На момент начала Второй мировой войны тяжёлый крейсер «Адмирал граф Шпее» под командованием капитана-цур-зее Ганса Лангсдорфа находился в Центральной Атлантике. Приказ на открытие крейсерской войны он получил только 25 сентября 1939 года – до этого момента Гитлер ещё рассчитывал мирно уладить конфликт с Великобританией. Война должна была вестись строго по призовым правилам, поэтому о неожиданных артиллерийских или торпедных атаках речи не шло.

Почти два с половиной месяца «Шпее» и «Дойчланд» вместе с несколькими судами снабжения безнаказанно действовали в Атлантическом и Индийском океанах. Для их поиска англичанам и французам пришлось выделить 3 линейных крейсера, 3 авианосца, 9 тяжёлых и 5 лёгких крейсеров. В конце концов, группа «G» коммодора Генри Хэрвуда (тяжёлый крейсер «Эксетер», лёгкие крейсера «Аякс» и «Ахиллес») перехватила «Шпее» у берегов Южной Америки, недалеко от устья реки Ла-Плата.

Этот бой стал одним из немногих классических артиллерийских морских сражений Второй мировой войны, дав наглядную иллюстрацию к старому спору о том, что эффективнее – калибр орудий или вес залпа?

«Адмирал граф Шпее» проходит через Кильский канал, 1939 год
Источник – johannes-heyen.de

По суммарному водоизмещению три британских крейсера превосходили «Шпее» примерно вдвое, по весу минутного залпа – более чем в полтора раза. Чтобы превознести достижения своей стороны, некоторые британские исследователи сравнивали вес разового залпа кораблей без учёта темпа стрельбы – эти цифры дошли до советской печати и некоторое время дезориентировали любителей военно-морской истории. Согласно этим данным, корабль стандартным водоизмещением 12 540 т оказывался вдвое мощнее трёх крейсеров общим стандартным водоизмещением 22 400 т.

Схема тяжёлого крейсера «Адмирал граф Шпее», 1939 год
Источник – А. В. Платонов, Ю. В. Апальков. Боевые корабли Германии, 1939–1945. СПб, 1995

«Шпее» нёс всего шесть орудий, зато 283-мм калибра, выпускавших в минуту 4500 кг металла. Кроме того, у него имелось восемь 150-мм орудий в лёгких установках, размещённых по четыре на борт (ещё 2540 кг металла в минуту, по 1270 кг на борт).

Кормовая башня «Адмирала графа Шпее»
Источник – commons.wikimedia.org

«Эксетер» также нёс шесть орудий, но лишь 203-мм, так как первоначально считался скаутом класса «B», а не «А». Вес его минутного залпа составлял всего 2780 кг – в два с лишним раза меньше, чем у противника. Однотипные «Аякс» (флаг Хэрвуда) и «Ахиллес» имели по восемь 152-мм орудий в двухорудийных башнях и при максимальной скорострельности (8 выстрелов в минуту) могли выпускать в минуту по 3260 кг металла (больше, чем флагман). Таким образом, суммарный бортовой залп британской эскадры составлял 9300 кг, то есть, превосходил залп «Шпее» если не в два, то минимум в полтора раза (с учётом того, что средний калибр «немца» мог вести огонь на борт лишь половиной орудий). Несомненно, «Шпее» был гораздо лучше защищён, зато имел на 5 узлов меньшую скорость. Таким образом, имел место классический пример «несимметричного» боя, в котором каждая сторона имела свои преимущества.

Один против трёх

Противники обнаружили друг друга утром 13 декабря 1939 года, почти одновременно (около 5:50 по Гринвичу), однако немцы быстрее поняли, что перед ними – боевые корабли. Правда, лёгкие крейсера они приняли за эсминцы, поэтому рейдер охотно двинулся на сближение. В первые минуты огня никто не открывал, хотя дистанция составляла чуть больше сотни кабельтовых.

В 6:14 коммодор Хэрвуд отдал приказ разделиться, чтобы взять противника в «клещи». Тяжёлый «Эксетер» двинулся прямо на «немца», заходя слева от него, в то время как оба лёгких крейсера пошли по широкой дуге, обходя противника справа и держась на большом расстоянии от него. Этот манёвр выглядит странно: держась на расстоянии в сотню кабельтовых, англичане имели мало шансов попасть в противника, в то время как вражеские 283-мм пушки оставались для них весьма опасными. Напротив, наиболее эффективной тактикой для них было быстро сократить дистанцию и приблизиться на такое расстояние, когда 152-мм снаряды смогут пробить борт «Шпее». К тому же, это позволило бы британцам использовать торпедные аппараты – немцы такой возможности побаивались (свидетельством этому является поведение «Лютцова» и «Хиппера» в «Новогоднем бою» 31 декабря 1942 года). «Эксетер» действительно стрелял торпедами в начале боя, а вот «Аякс» использовал их только в конце боя (около 7:30), когда дистанция сократилась до 50 каб; чуть ранее одну торпеду выпустил «Шпее». Даже если бы торпеды не попали в немецкий крейсер, уклонение от них, так или иначе, понизило бы точность его стрельбы.

Английские крейсера «Аякс» и «Эксетер» (на заднем плане). Монтевидео, ноябрь 1939 года
Источник – В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. Тяжёлые крейсера типов «Дойчланд» и «Адмирал Хиппер». М.: Яуза, Эксмо, 2012

В свою очередь, «Эксетер», с его более дальнобойными орудиями, не имел никакой необходимости сокращать дистанцию. Единственное объяснение его манёвра состоит в том, что англичане преувеличивали защиту «Адмирала графа Шпее» и постарались подойти к нему поближе. Однако это никак не оправдывает разделения сил: в одиночку тяжёлый крейсер существенно уступал «карманному линкору». Вдобавок, заходя с разных сторон, англичане позволил противнику ввести в действие все восемь 150-мм орудий вместо четырёх.

Первая фаза боя: сокрушительный удар по «Эксетеру»

В 6:18 «Шпее» открыл огонь по «Эксетеру» из носовой башни главного калибра с дистанции примерно 90 каб. «Эксетер» ответил в 6:20 – сначала из двух носовых башен, затем, чуть довернув влево, ввёл в действие кормовую башню. В 6:21 начал стрельбу «Аякс», в 6:23 – «Ахиллес». Все британские корабли вели огонь полубронебойными снарядами («коммон») – для 203-мм орудий это было вполне оправданно, но 152-мм снаряды не имели шанса пробить броню «немца». Логичнее было бы использовать фугасные снаряды, имевшие больший поражающий эффект, но в начале войны англичанам их попросту не хватало.

Немцы стреляли «лесенкой» – давали следующий залп, не ожидая падения предыдущего – но для большей точности сначала вели огонь из башен поочерёдно, и перешли на полные шестиорудийные залпы только после того, как добились первого накрытия. Сначала «Шпее» стрелял полубронебойными снарядами, но после первых накрытий перешёл на фугасные мгновенного действия: главный артиллерист немецкого крейсера Пауль Ашер рассчитывал добиться максимального поражения, считая защиту «Эксетера» слабой и неполной.

Тяжёлый крейсер «Эксетер» в 1941 году
Источник – С. Патянин, А. Дашьян, К. Балакин. Все крейсера Второй мировой. М.: Яуза, Эксмо, 2012

«Эксетер» был накрыт уже третьим залпом, получив существенные осколочные повреждения незащищённого оборудования (в частности, был уничтожен самолёт на катапульте). Четвёртый залп дал одно попадание в носовую часть, но полубронебойный 283-мм снаряд пронизал корпус насквозь, не успев взорваться. Следующее попадание было столь же малорезультативным – возможно, немцы заметили это и поэтому перешли на стрельбу фугасными снарядами.

Первый же попавший в «Эксетер» 283-мм фугасный снаряд (в 6:25) взорвался, ударившись о вторую башню – её лёгкая 25-мм броня пробита не была, но башня всё равно вышла из строя до конца боя. Осколки выкосили людей на мостике (командир корабля кэптен Фредерик Белл чудом уцелел), и крейсер на некоторое время лишился управления, а главное – вышла из строя система управления артиллерийским огнём. Вряд ли даже бронебойный снаряд мог нанести больший ущерб.

После этого «Шпее» разделил огонь, перенацелив носовую башню на лёгкие крейсера – тем более что после 6:30 «Эксетер» укрылся дымовой завесой. Расстояние до новой цели в этот момент составляло около 65 каб. В 6:40 283-мм снаряд взорвался у форштевня «Ахиллеса», повредив командно-дальномерный пункт и ранив командира корабля Эдварда Перри (некоторые источники пишут о ранении артиллерийского офицера), а также выведя из строя радиостанцию, что нарушило связь с самолётом-корректировщиком. Вскоре после этого в «Эксетер» попало ещё два снаряда: один из них вывел из строя первую башню (причём в прибойнике загорелся заряд, и во избежание взрыва англичанам пришлось затопить её погреба), а второй пронизал корпус над поясом, уничтожил радиорубку и взорвался под палубой у левого борта. Второе попадание вывело из строя 102-мм орудие и вызвало пожар в кранцах первых выстрелов.

Бой у Ла-Платы 13 декабря 1939 года
Источник – С. Роскилл. Флот и война. Том 1. М.: Воениздат, 1967

В 6:42 в «Эксетер» попал последний снаряд – место попадания неизвестно, но, судя по всему, оно было в носовой части в районе ватерлинии, так как к концу боя крейсер имел метровый дифферент на нос и крен на левый борт, а его скорость снизилась до 17 узлов, хотя машины остались неповреждёнными. Наконец, в 7:30 вода замкнула кабели электропитания кормовой башни и вывела её из строя – крейсер лишился всей своей артиллерии.

В ответ «Шпее» получил с «Эксетера» только два 203-мм снаряда. Один из них насквозь пробил высокую башенноподобную надстройку и не взорвался. Зато второй с дистанции примерно 65 каб вошёл в борт почти под прямым углом (в этот момент «Шпее» резко отвернул влево, с 6:22 до 6:25 сменив курс почти на 90°), прошил 100 мм брони верхней части пояса над броневой палубой, затем пробил 40-мм верхнюю продольную переборку и под очень острым углом соприкоснулся с 20-мм броневой палубой, где и взорвался в продуктовой кладовой. Была перебита главная пожарная магистраль, возник локальный пожар, но в целом немецкому кораблю повезло: повреждения оказались незначительными. Сработала «разнесённая» система бронирования – можно утверждать, что она обеспечивала защиту от 203-мм бронебойных снарядов на дистанции как минимум в 65 каб и при попаданиях под углами, близкими к 90°.

Вторая фаза боя: «Шпее» против лёгких крейсеров

Примерно в 6:45 «Шпее» перенёс весь свой огонь на лёгкие крейсера, которые уже давно стреляли по нему и добились нескольких попаданий (правда, практически не нанеся повреждений). До них в этот момент было около 90 каб, и эта дистанция увеличивалась, так как «Шпее» уходил от англичан точно на траверз. Видя это, Хэрвуд, находившийся на «Аяксе», приказал своим кораблям разворачиваться и догонять противника, всё ещё держась правее него.

В 6:55 корабли Хэрвуда отклонились на 30° левее, чтобы ввести в действие все свои башни. На этот момент дистанция между противниками составляла 85–90 каб. По заверениям англичан, после этого уже второй залп дал попадания, но немецкий корабль начал маневрировать, сбивая прицел. После 7:10 «Шпее» некоторое время опять стрелял по появившемуся из дыма «Эксетеру» с дистанции в 70 каб, однако попаданий не добился.

Действия немецкого командира были крайне неудачными – маневрируя, Лангсдорф мешал стрелять не только противнику, но и собственным комендорам. В то же время Хэрвуд, пользуясь преимуществом в скорости, неуклонно сокращал дистанцию, а это приносило больше выгоды лёгким крейсерам, все 152-мм орудия которых сейчас были введены в действие.

Лёгкий крейсер «Аякс» в 1939 году
Источник – С. Патянин, А. Дашьян, К. Балакин. Все крейсера Второй мировой. М.: Яуза, Эксмо, 2012

Благодаря высокой скорости стрельбы и наличию самолёта-корректировщика англичане уже с дистанции в 80 каб начали добиваться всё большего количества попаданий. К 7:10 в «Шпее» попало от 4 до 6 снарядов. Один угодил в 150-мм установку №3, уничтожив её вместе с расчётом, другой попал в корму за броневой цитаделью, убил двух человек, но не разорвался (по английским данным, это была учебная болванка). Ещё два снаряда попали в башенноподобную надстройку: один взорвался над верхним директором главного калибра (погибло три человека, но повреждения опять оказались минимальными), другой уничтожил правый дальномер и нанёс повреждения директорам зенитного и главного калибров (на некоторое время была нарушена связь последнего с башнями). Взрывом была выведена из строя слабо защищённая система подачи снарядов к носовой группе 150-мм орудий.

Чтобы сблизиться с противником, после 7:10 Хэрвуд изменил курс, и теперь у его крейсеров могли стрелять только носовые башни. В это время немецкий корабль также находился к англичанам строго кормой. В результате, несмотря на сокращение дистанции, попадания прекратились. Однако в 7:16 «Шпее» начал маневрировать, введя в действие обе башни и добившись накрытия. Расстояние между противниками стало быстро сокращаться.

Англичане снова пристрелялись: один их снаряд попал в кормовую часть «Шпее» и вывел из строя аппаратуру дистанционного управления торпедными аппаратами, ещё один вывел из строя 105-мм универсальную установку, а третий взорвался у основания катапульты, уничтожив стоявший на ней самолёт. Ещё два снаряда попали в кормовую башню, не причинив ей вреда. Наконец, известно, что один из 152-мм снарядов попал в надводную часть броневого пояса (толщина – 100 мм) в районе кормовой башни, но не пробил её.

В 7:25 немецкий 283-мм снаряд с дистанции около 50 каб насквозь пробил барбет третьей башни «Аякса» и ударился в барбет четвёртой башни, выведя из строя обе (при этом непонятно, произошёл ли взрыв). Одновременно вышла из строя подача к одному из орудий во второй башне. На крейсере осталось всего три целых орудия, но Хэрвуд не вышел из боя.

Взаимные манёвры опять на некоторое время сбили наводку обеим сторонам, но в 7:34 с дистанции в 40 каб «Шпее» опять добился накрытия: осколки от близкого разрыва снесли на «Аяксе» верхушку мачты вместе с антеннами (С. Роскилл описывает это как попадание и относит на 7:38).

«Адмирал граф Шпее» входит на рейд Монтевидео после боя
Источник – В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. Тяжёлые крейсера типов «Дойчланд» и «Адмирал Хиппер». М.: Яуза, Эксмо, 2012

В этот период боя «Шпее» получил сразу три попадания в надстройку, уничтожившие камбуз, но опять не нанёсшие серьёзных повреждений. Ещё один снаряд попал в носовую башню, не пробив её брони, но, по некоторым данным, заклинив среднее орудие – возможно, временно.

На кораблях обеих сторон стали подходить к концу боеприпасы, стреляли они медленнее и осторожнее, поэтому попаданий больше никто не добился. На «Аяксе» имелось 7 убитых и 5 раненых, на «Ахиллесе» – 4 убитых и 7 раненых. В 7:42 Хэрвуд поставил дымовую завесу, и под её прикрытием британские корабли описали зигзаг, чтобы резко увеличить расстояние до противника. Англичане постарались не выпускать немецкий корабль из вида, но при этом держаться от него на дистанции в полтораста кабельтовых, и в итоге «проводили» противника почти до самого Монтевидео.

Итоги сражения

За всё время боя в «Шпее» попало два 203-мм и до восемнадцати 152-мм снарядов. Последнее объясняется большим количеством и высокой скорострельностью шестидюймовых орудий: за минуту британские крейсера могли выпустить свыше сотни снарядов и к концу боя почти исчерпали боезапас. А вот 203-мм снарядов «Эксетер» мог выпустить лишь два десятка в минуту, да и в огневом бою он участвовал не до конца столкновения.

Далеко не все 152-мм снаряды оказали на «Шпее» хоть какое-то воздействие. Часть их не взорвалась, а некоторые просто прошли через высокую надстройку без особого вреда для корабля.

Повреждения, полученные «Адмиралом графом Шпее» во время боя у Ла-Платы
Источник – В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. Тяжёлые крейсера типов «Дойчланд» и «Адмирал Хиппер». М.: Яуза, Эксмо, 2012

Известны места и последствия попаданий 14 снарядов из 18 (они описаны выше). Как минимум один снаряд (возможно, больше) попал в главный пояс, не пробив его. Три снаряда попали в башни главного калибра, имевшие 140-мм лоб (один – в носовую, два – в кормовую), также не пробив брони и лишь временно выведя из строя одно 283-мм орудие. Более-менее серьёзный эффект произвело попадание только двух 152-мм снарядов: один из них уничтожил 150-мм орудие, другой вывел из строя подачу 150-мм снарядов и на некоторое время нарушил управление огнём главного калибра. Известно, что «Шпее» имел две пробоины площадью около 0,5 м2 каждая (над ватерлинией и на уровне неё), вполне устранимых в море. Таким образом, основное воздействие шестидюймовых снарядов сказалось лишь на палубе и надстройках немецкого корабля.

Воздействие 203-м снарядов оказалось ещё менее существенным. Один из них также прошёл навылет через надстройку, поскольку англичане использовали полубронебойные снаряды. Другой (скорее всего, не «коммон», а чисто бронебойный) попал в «Шпее» под очень удачным углом, пробил пояс и внутреннюю переборку, но взорвался на 20-мм броневой палубе.

На попадания 152-мм снарядов пришлась и большая часть немецких потерь в людях: 36 человек убиты (в том числе, один офицер), ещё 58 – ранены (правда, в большинстве своём легко). Однако повреждения самого корабля практически не снизили его живучесть и очень слабо повлияли на его боеспособность. В то же время факт почти полного пробития брони говорит о том, что реальную опасность для живучести «карманного линкора» (хотя бы в теории) представляли лишь 203-мм снаряды.

Воздействие немецких 283-мм снарядов на британские корабли было куда более ощутимым. Хотя «Шпее», даже ведя огонь всем бортом, мог выпускать в минуту не более двенадцати снарядов главного калибра, в «Эксетер» попало шесть таких снарядов (правда, два из них прошили оконечности и не взорвались). В итоге британский тяжёлый крейсер лишился всей артиллерии, снизил ход и принял значительное количество воды, причём её поступление не удавалось остановить довольно долго. На корабле погиб 61 человек (включая 5 офицеров), а ещё 34 моряка были ранены. Если бы Лангсдорф действовал решительнее, не «дёргал» свой корабль из стороны в сторону и постоянно не менял цели, ему бы не составило особого труда настичь и потопить «подранка» (в крайнем случае, торпедами).

Взорванный и горящий «Шпее»
Источник – Illustrated London News, Dec. 30, 1939

Стрельба «Шпее» по лёгким крейсерам оказалась куда менее удачной – фактически, немцы добились лишь одного попадания главным калибром в «Аякс» и двух очень близких падений, в основном, причинивших ущерб системам управления и связи обоих крейсеров (в частности, на некоторое время нарушилась связь с корректировщиком). Зато всего один удачно попавший 283-мм снаряд вывел из строя половину артиллерии флагманского «Аякса», вынудив Хэрвуда фактически прекратить артиллерийский бой. Примечательно, что 150-мм орудия «Шпее» не произвели ни одного попадания – отчасти потому, что система управления их огнём действовала гораздо хуже (во многом, из-за того, что они имели ограниченные углы наводки и при маневрировании корабля были вынуждены постоянно менять цели).

В целом, вторую половину сражения (бой с лёгкими крейсерами) «Шпее» провёл заметно хуже, чем первую. Англичане добились вдвое большего процента прямых попаданий – и это притом, что на дистанции в 70–80 каб немецкие 283-мм орудия должны были значительно превосходить в точности 152-мм орудия противника. Столь плохая стрельба отчасти объясняется неудачным и непродуманным маневрированием. С другой стороны, единственный попавший прямо в цель немецкий 283-мм снаряд нанёс противнику больше ущерба, чем два десятка английских 152-мм снарядов – самому «Шпее».

Затопленный «Шпее». Фото, сделанное англичанами в 1940 году
Источник – В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. Тяжёлые крейсера типов «Дойчланд» и «Адмирал Хиппер». М.: Яуза, Эксмо, 2012

Ошибочное решение Лангсдорфа идти в Монтевидео, ставшее заведомой ловушкой, было принято не из-за потерь и повреждений, а после того, как командир «Шпее» получил сообщение о том, что израсходовано 60% снарядов. Возможно, сыграл свою роль и психологический эффект от неудачного хода второй фазы боя, начинавшегося столь многообещающе для немцев. Вечером 17 декабря 1939 года «Шпее» был взорван и затоплен его же командой в нейтральных водах в четырёх километрах от уругвайского берега. Командир корабля Лангсдорф застрелился. Это также свидетельствует об эмоциональной неустойчивости немецкого командира, помешавшей ему адекватно руководить боем и добиться победы.

Список литературы:

  1. В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. Тяжёлые крейсера типов «Дойчланд» и «Адмирал Хиппер». М.: Яуза, Эскмо, 2012
  2. С. Роскилл. Флот и война. Том 1. М.: Воениздат, 1967
  3. http://www.navweaps.com