Сакральная власть

САКРАЛИЗАЦИЯ

САКРАЛИЗАЦИЯ

от лат. sacer — священный) — получение политикой священного, связанного с религиозным культом, статуса. В более мягкой форме сакрализация власти проявляется в традиционной, ритуализированной форме.

Политические отношения, имеющие сакральный, сверхъестественный характер сформировались с момента своего возникновения. В традиционном деспотическом обществе сакрализация политики получила свое естественное развитие. В этом обществе все социальные технологии осмысливаются сверхъестественным образом. Политика осуществляется так, а не иначе в соответствии с установлением высших сил. Это может быть наследство «культурного» героя или тотема (начальная форма политики), выражение космического универсума (Древний Китай, Индия, Непал), божественное откровение (Иудея, христианские страны). В классическом сакрализованном обществе функцию аппарата управления осуществляют жрецы. Политика выступает в качестве культового процесса, а религия носит политический характер.

Политическая организация, характерная для западной культуры, имеет несколько иной характер. В ней происходит дифференциация политического и культового, религиозного. В то же время религия и политика связаны очень тесно. Они представляют классическое тождество противоположностей, проникая, взаимодействуя друг с другом и, одновременно, различаются, стремятся к собственному господству.

Такие взаимоотношения между сверхъестественным и естественным в политике способствовали превращению ее в общественный процесс естественного, светского, земного характера. Освобождение политики от сакральности прослеживается еще в античности, проходит длительный этап развития в христианской традиции. Реальная десакрализация происходит в развитом промышленном обществе западной цивилизации. По форме организации десакрализация совпадает с демократией. Демократическая форма политики высшую сакральную власть заменяет системой права, созданной законодательными органами государства.

Высок был уровень сакрализации политики в России до 1917 г. Абсолютная монархия российского царя традиционно являлась воплощением абсолютной божественной воли. Царь, или Император Российской Империи являлся «помазанником» Бога — непосредственным воплощением божественной воли. Советская власть по форме была абсолютно секуляризирована (отделение церкви от государства), но по содержанию сакральность во многом сохранилась — для некоторой части населения место Христа заняла идея коммунизма в образе Ленина. Это обстоятельство ряду исследователей позволяет сделать вывод о высоком уровне сакрализации и коммунистической власти в России.

Оцените определение: Отличное определение — Неполное определение ↓

Источник: Словарь по политологии под ред. В.Н. Коновалова

Эволюция сакрализации власти Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»

АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ

ЭВОЛЮЦИЯ САКРАЛИЗАЦИИ ВЛАСТИ

Т.В. Карадже

Кафедра политологии и социологии Московский педагогический государственный университет ул. Малая Пироговская, 1-1, Москва, Россия, 119991

В статье рассматривается эволюция сакрализации власти, анализируется основные причины и факторы, определяющие генезис данного процесса.

Ключевые слова: власть, сакральность, эволюция власти, магическое сознание, религия, власть-собственность.

Американский психолог А. Джордж на основании результатов многочисленных исследований выделил следующие виды чувств, возникающих у человека при обретении власти:

— чувство собственной незначительности компенсируется чувством уникальности;

— чувство моральной неполноценности у политического лидера компенсируется чувством превосходства;

— чувство слабости компенсируется чувством обладания высшей силой;

— чувство посредственности у политического лидера компенсируется чувством обладания высшими способностями;

— чувство интеллектуальной неадекватности компенсируется чувством интеллектуального превосходства и компетенции (См.: ).

В чем причина таких удивительных перемен? Почему человек, входящий во власть, начинает верить в собственное всемогущество и что есть во власти, заставляющее людей подчиняться этому человеку и испытывать к нему чувство благоговения и страха? Попытаемся рассмотреть, как формировалось такое отношение к власти на протяжении длительной эволюции человечества.

Анализ генезиса общественного сознания свидетельствует, что архетипиче-ские, мифологические, мистические характеристики коллективного мышления связаны не только с онтологией первобытных сообществ; они присущи, в той или иной форме, природе человеческого сознания в целом, в том числе и современным сообществам.

Л. Леви-Брюль выдвигая идею о двойственности, гетерогенности мышления в любой культуре, отмечал: «Не существует двух форм мышления у человечества: одной пралогической, другой логической, отделенных одна от другой глухой стеной. Есть различные мыслительные структуры, которые существуют в одном и том же обществе и часто, — может быть, всегда, — в одном и том же сознании» . А значит, истоки представлений о власти следует искать в глубинах магического сознания, в недрах которого и сформировались архетипы сакраль-ности власти.

Особенность магического сознания — в целостности восприятия мира: природа воздействует на человека, но и он посредством определенных магических действий также может оказывать на нее влияние. Попытка человека изменять окружающий мир посредством этих действий в принципе и есть магия, при помощи которой люди не только общались с потусторонним миром, но и пытались влиять на него.

Для выявления истоков сакрализации власти необходимо рассмотреть значение магии в древних сообществах.

Дж. Фрэзер отмечает, что в этот исторический период активно развиваются различные виды магии: охотничья, рыболовная, военная, любовная, лечебная. Б. Малиновский, акцентируя внимание на таких ее свойствах, как помощь, защита, уничтожение или нейтрализация врага, отмечал, что магия сопровождает человека на протяжении всей его жизни, и особенно в те моменты, когда ему необходима уверенность в помощи и покровительстве сакральных сил: «Мы находим магию повсюду, где достигают широких масштабов элементы удачи и случайности и эмоциональная комбинация надежды и страха, там где присутствует элемент опасности. Магия также выполняет еще и другую, причем крайне важную, социальную функцию: она является действенным элементом в организации труда и его систематическом упорядочении» .

По мнению А.С. Токарева, вредоносная (разрушительная) магия играла огромную роль в жизни народов как необходимость защитить себя от «чужих». Приписывание всяких болезней, смертных случаев колдовству чужеплеменника — явление распространенное повсеместно. Так, туземцы Новой Гвинеи верят, что всякая смерть происходит от тайного врага из соседней деревни. Папуасы племени мафулу или байнинги Газели (Новая Британия) всегда приписывают неудачи, болезни и смерть своим врагам, береговым жителям, и «почему это так, они не раздумывают» . Поэтому задача колдуна деревни — оберегать «своих» от «чужого» влияния, и именно он является гарантом защиты племени. Подобные представления устойчивы, сохраняются до сих пор и широко распространены в культуре большинства народов мира, хотя и в измененном виде.

Трудно переоценить значение в жизни ранних народов и такого фактора, как погода. Зачастую именно погода определяла возможность выживания племени, поэтому человек, управляющий погодой — «делатель дождя» — всегда пользовался беспрекословным авторитетом. Дж. Фрэзер, опираясь на антропологические исследования по поводу связи между должностями вождя и делателя дождя в Южной Африке, приходит к выводу, что способность вызывать дождь в некоторых

регионах мира и стало началом появления института вождей , т.е. человек, занимающийся общественной магией, часто превращался в правителя. Можно предположить, что в этом выдвижении сыграли роль как беспредельный страх, который маг внушает к себе, так и значительное состояние, которое он накапливает при исполнении своих профессиональных обязанностей.

Б. Малиновский также отмечал, что колдуны и знахари, окутанные ореолом таинственности и атмосферой страха, пользовались огромным влиянием и авторитетом.

Анализ древних культур свидетельствует о глубоко укорененных представлениях о том, что верховный правитель происходит от древнего мага или знахаря. Была распространена вера в то, что властители обладают магическими или сверхъестественными способностями, с помощью которых они могут оплодотворять землю и одаривать своих подданных различными благодеяниями. На Маркизских островах существовала группа людей, которые обожествлялись при жизни. Считалось, что они обладают сверхъестественной властью над природными стихиями: могут ниспосылать обильные урожаи и поражать землю бесплодием; насылать болезнь или смерть. Чтобы отвратить гнев таких людей, им приносились человеческие жертвы. Таких боголюдей приходилось на каждый остров не более одного-двух .

Позже соединение царского титула с отправлением жреческих обязанностей стало обычным делом. Цари были и жрецами. Божественность, окутывающая царя, была не пустой фразой, а выражением твердой веры. Во многих случаях царей почитали не просто как посредников между человеком и богом, но и как богов, способных воздействовать на природу и лечить людей, насылать любовные чары и порчу, определять ход природных явлений. Царь, обладающий магическими способностями, воспринимался как продолжение божества и был окружен беспредельной любовью и почитанием. Однако обладание властью предполагает ответственность: так как власть царя над природой, как и власть над подданными и рабами, осуществляется посредством его волевых актов, то если имеют место засухи, голод, эпидемии, бури, народ приписывает эти напасти небрежности или преступному поведению своего властителя. За это его наказывают розгами и заковывают в кандалы, а если он продолжает упорствовать, его либо свергают, либо убивают .

Магическое сознание наделяет представителя власти не только свойством осуществлять связь с потусторонним миром, но и свойством воздействовать на него. Это немаловажный фактор в понимании сущности магического сознания и са-кральности власти. И если в силу каких-то обстоятельств царь (маг, вождь) не хочет или не способен заставить потусторонние силы помогать (а это одна из его важнейших функций), то общество имеет полное право изгнать его. Однако подданные должны позаботиться о том, чтобы их повелитель обладал этими способностями, что означает необходимость, во-первых, как минимум выбрать достойного, во-вторых, определить как он должен себя вести, чтобы его способности были использованы на благо подданных.

Так, во многих культурах считается, что физические или психические недостатки служат признаком того, что предполагаемый наследник не пользуется божественным расположением и поэтому он не может стать правителем. Антропологами зафиксировано множество фактов, среди которых и подробные описания подобных традиций в Тропической Африке: «Можно вспомнить, что и девятый оба Бенина был побит камнями, когда его разбил паралич ног, а после смерти одиннадцатого обы его первенец был забракован из-за хромоты» .

У многих народов власть вызывала священный ужас еще и потому, что, как они считали, человек, обладающий ею, должен за это заплатить собственной жизнью.

У многих народов процветание и могущество страны отождествлялось со здоровьем и энергией правителя. Согласно древним нигерийским традициям, царя можно было сместить с престола и предать смерти даже за нарушение какого-то запрета, за болезнь или чихание. В качестве превентивной меры его, в любом случае, уничтожали после семи лет правления (наследник для восприятия божественного дара в ритуальных целях съедал его мозг, сердце, почки). Ритуальная смерть после семи лет правления сохранялась в Ифе, тогда как в других государствах йо-рубов она применялась только после констатации потери божественного дара.

Поскольку священная природа монарха не позволяла ему жить в качестве частного лица или править только благодаря терпимости и милосердию своих подданных, он должен был убить себя сам. Так, мвами в Руанде, не имея права умереть от старости, должен был прибегать к самоубийству; у хима в Анколе, когда силы правителя шли на убыль, маг давал ему яд .

Всегда существовала опасность потери божественного дара, и если, по несчастью, божественный дар убывает, монарх не может сохранить власть. Для того чтобы избежать этой опасности и угрозы, нависшей над persona sacrosacta, а значит, и над всем народом, необходимо было жестко ритуализировать всю жизнь правителя.

Личность монарха должна быть защищена даже от его собственных сил, что достигалось посредством многочисленных запретов, ограничивающих свободу его действий: в Руанде и Бурунди мвами не мог выпить чашку молока до дна или встать на колени, дабы не уменьшить протяженности государства; он не мог сдвинуться с места без сопровождения звуков тамтамов. В случае военного нападения он должен был оставаться неподвижным в сидячем положении, не глядя ни направо, ни налево, ни назад. В государстве Ашанти четко определялись причины потери божественного дара правителя: стремление правителя навязывать собственные оценки в противоположность мнению советников; притеснение, произвол, оскорбление, развращенность; пренебрежение к государственным делам; недостаток достоинства при общении с женщинами; отсутствие правительственных собраний; болезни, лишающие его дееспособности .

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Также жестко регламентирована и ритуализирована была жизнь фараонов, которым поклонялись как богам: «Жизнь египетских фараонов, — рассказывал Диодор, — не похожа на жизнь других монархов, которые ни за что не отвечают и могут делать все, что им заблагорассудится. Напротив, все, что относится к фа-

раонам, установлено законом: не только их официальные обязанности, но и детали обыденной жизни… Днем и ночью были предусмотрены часы, когда фараон должен был делать не то, что ему нравится, а то, что ему предписывается» .

Рассматривая традиции в Японии, где личность верховного правителя считается динамическим центром вселенной, от которого во все стороны расходятся силовые линии, Дж. Фрэзер отмечает, что согласно этим традициям всякое движение, поворот головы, поднятие руки императора незамедлительно оказывают серьезное воздействие на природу. «В древности император был обязан каждое утро просиживать несколько часов на троне с короной на голове, неподвижный как изваяние, не шевеля ни руками, ни ногами, ни головой, ни глазами, ни другими частями тела. Предполагалось, что таким образом он поддерживал мир и благоденствие во всей империи, так как повернись он случайно в ту или другую сторону или останови он подольше взгляд на какой-то части своих владений, и возникало опасение, что на страну надвинется война, голод, пожар или другое великое бедствие» .

Одним из факторов, в значительной степени повлиявших на отношение к власти как объекту, вызывающему священный ужас и трепет, стал запрет, табу. В известных нам древних обществах запреты были основным индикатором социально-политической иерархии. По мере того как индивид или группа переходили из одного социального статуса в другой, с них снимались одни запреты и накладывались другие. Таким образом, получалось, что табу, регулировавшие поведение индивида или групп с более низким социальным статусом, для высших социальных слоев запретами не являлись.

Иными словами, имело место несовпадение поведения в зависимости от социального положения индивида или группы. Так формировались «психологическая иерархия и психология управляемых, включавшая в себя эмоции страха и почтения по отношению к управляющим, которыми являлись высшие социальные категории» .

Характер нарушения табу, имевших ритуальную форму, был особенно очевидным, и З. Фрейд отмечал, что «властелинам предоставляются большие права, совершенно совпадающие с запрещениями, табу для других. Они являются привилегированными особами: они могут делать то и наслаждаться тем, что, благодаря табу, запрещается всем остальным. В противовес той свободе имеются для них другие ограничения — табу, которые не распространяются на обыкновенных лиц» .

О.С. Томановская, исследующая социальную структуру народов Нижнего Конго, писала: «Из легенд и сообщений информантов известно, что в прошлые времена коронации предшествовал еще один акт, смысл которого не поддается простому толкованию. Непосвященный преемник вождя должен был убить кого-нибудь из своих клановых родичей, а иногда даже и нескольких или совершить иные поступки, запретные или необычные для остальных: инцест, гомосексуальный акт и т.п. Можно допустить, что действия такого рода должны были служить знаком обретения преемником сверхъестественных качеств, ставящих его над остальными людьми, вне норм обычного права» .

Нарушение запретов представителями высших страт социально-политической иерархии увеличивало в глазах общества магический потенциал вождей. Человек, наделенный властью, стал восприниматься не только как человек, взаимодействующий с потусторонними силами, воздействующий на них, но и как не зависящий от этих сил, о чем свидетельствует нарушение им табу. Безнаказанно нарушая табу, он сам становится вне общества, вернее, выше общества, вызывая священный ужас и трепет.

В результате, с одной стороны, сильной концентрации запретов вокруг персоны лидеров, с другой — нарушения ими табу и запретов, обязательных для всех, возрастала и степень психологического воздействия или, вернее, психологического принуждения, оказываемого на управляемых. Основной составляющей, обеспечивающей это принуждение, был страх, испытываемый по отношению к вождю, что, в конечном счете, и формировало соответствующее эмоциональное отношение к власти со стороны общества. Отсюда представление о том, что некоторые люди, наделенные сверхъестественными способностями, могут быть при жизни причислены к лику богов и принимать знаки поклонения в виде молитвы и жертвоприношения. В одних случаях власть этих богов в человеческом образе ограничивается чисто сверхъестественными или духовными функциями, в других случаях они сверх того обладают высшей политической властью и тогда являются одновременно и верховными правителями, и богами.

Религия окончательно закрепляет сакральность власти. Божественное происхождение или покровительство божественных сил становятся необходимым атрибутом генеалогического древа императоров, царей и королей. Формируется особый тип общественного мировоззрения, связывающий правителя и государство как единое целое, освященное Богом.

Необходимо отметить, что ключевым моментом древнерусского языческого сознания является отсутствие веры в божественное происхождение княжеской власти. В Древней Руси власть князя не обожествлялась до принятия христианства. Возможно, в этом объяснение того, что Новгород, приглашая на княжение Рюрика, рассматривает такой шаг всего лишь как факт найма вечем дружины, способной выполнить функцию охраны города. Воззрение языческой Руси на князей как на берущих дань за свои услуги дружинных конунгов, которых можно прогонять, если они неугодны, и даже убивать (как древляне Игоря), всячески искоренялось церковью после принятия православия, представлявшего их как богоданных и прирожденных государей.

Православие основывалось на убеждении, что княжеская власть «учинена от Бога» и должна творить Божью волю. Но так как «всяка власть от Бога» и так как князь «есть Божий слуга», то ему надлежит повиноваться и его надлежит чтить. Церковь требовала от подданных князя, чтобы они «имели приязнь» к повелителю, не мыслили на него зла и смотрели на него как на избранника Божия.

Сакрализация власти — это не единовременный акт, это длительный эволюционирующий процесс, который вначале распространялся только на непосредственных носителей власти — шаманов, колдунов, вождей, власть которых в большой степени опиралась на традиции.

С формированием института государства насилие как легитимная форма принуждения оказалось еще одним фактором, усиливающим страх перед властью. Иными словами, представители государственной власти стали обладать потенциальной возможностью использовать мощь уже всего государства для легитимного насилия по отношению к обществу. Сакральной стала власть уже не конкретного индивида, а государственной должности.

Исследуя генезис сакрализации власти, необходимо отметить, что этот процесс, несмотря на общие закономерности, имеет ряд различий на Западе и Востоке. И одно из них — особенности взаимодействия власти и собственности.

Особенностью феномена «власть—собственность», сложившегося на Востоке, является отсутствие частной собственности. Существовала собственность коллективная, общинная, племенная и сводилась она, прежде всего, к представлению о праве на ресурсы, принадлежащими данной группе. Однако распоряжался этой собственностью старейшина, правитель.

Власть-собственность и есть альтернатива европейской частной собственности, причем это не столько собственность, сколько власть. Здесь функции собственника опосредованы причастностью к власти, т.е. к должности, но не к личности правителя. Отсюда: власть — индульгенция на собственность, она неприкосновенна, пока человек находится у власти. Власть неразрывно связана с возможностью получить собственность и ею пользоваться, поэтому политика и власть на Востоке — это область пересечения прежде всего экономических интересов.

Сакрализация должности правителя была важным моментом институциона-лизации и деперсонализации его власти, постепенного превращения в символ. Отсюда был только шаг до того, чтобы возникло представление о высшем покровительстве сверхъестественных сил, о божественной благодати, которая тем сильнее и больше, чем выше стоит человек на социальной лестнице. В результате обладание сакральной благодатью постепенно превращалось в свойство людей, причастных к власти. А в обществах, где понятие частной собственности отсутствовало и практически все было собственностью рода и общины, право на избыточный продукт стало принадлежать исключительно должности вождя и главе рода.

Власть и администрирование преобладали абсолютно, тогда как отношения собственности были вторичными по отношению к власти. Главное, что отличает верхи от низов, — это момент власти. Особенностью всей системы отношений является ее исключительная устойчивость, стабильность, способность к регенерации. Но нельзя не осознавать необходимости существования частных собственников и рынка: при их наличии начинает формироваться социальная модель, где существует такое сочетание государственной и частнособственнической форм хозяйства, при котором приоритет государственной формы вне сомнений.

Выработались строго фиксированные нормы, призванные регламентировать частнособственнический сектор, обеспечить верховный контроль государства и примат административной власти над отношениями собственности. Это означает, что в обществе не существовало строгих индивидуальных прав собственника, они были поставлены в зависимость от носителя власти. Закономерным результа-

том доминирования общины, основанной на «азиатской форме собственности», стало формирование такого социума, будь то община или союз общин, в котором господствующим связующим началом выступали кровнородственные, клановые связи и отношения и редистрибутивный принцип распределения. Так сакрализация власти была усилена экономической составляющей.

Нельзя не остановиться еще на одном факторе, способствующем воспроизводству отношения к власти как сакральному феномену. Каждый индивид фактом своего рождения автоматически приобщается к накопленному предшествующим поколением опыту, представлениям и верованиям и каждому передается на уровне архетипического бессознательного отношение к уже закристаллизовавшимся формам власти. К тому же накопленный опыт общества защищается рядом специальных государственных учреждений, не только воздействующих на сознание, но и грозящих прямым насилием вплоть до физического уничтожения.

Так под влиянием порой противоположных чувств — страха и заинтересованности, уважения и опасения — вырастает сложное и глубокое чувство благоговения перед сакральностью власти, передаваемое от поколения к поколению, уничтожающее любую попытку восстать против реально неосознаваемой, но объективно существующей силы. И эта сила — власть, которая существует вечно, в то время как реальные ее обладатели рождаются, живут и умирают, являясь лишь выразителями этой силы.

И представители власти, и подвластные живут в этой атмосфере взаимовнушения. Невзирая на, казалось бы, очевидную резкую противоположность их интересов, они солидаризируются в преклонении пред мистически неуловимой, сверхъестественной силой, ставшей существенной и необходимой.

И авторитет этой силы строится вовсе не на исключительно высоком нравственном ее содержании, последнее может не только не отвечать нашим представлениям о справедливости, но и идти прямо вразрез с ними. Однако постоянная работа коллективного самовнушения сообщает формальной, по существу неодухотворенной силе, авторитет и силу.

Согласно П. Бурдье, отношения власти воспроизводятся в символических властных отношениях, опираясь на приобретенный в предшествующей борьбе и гарантированный законом символический капитал (См.: ).

Наблюдается парадоксальный феномен: человек, не обладающий личностными достоинствами и харизмой, приходя во власть и используя символический капитал власти, к нему лично не имеющий никакого отношения, становится частью сакрального пространства власти. Присвоение титула, должности, звания индивиду является одним из способов приобщения к власти и демонстрации исключительного права пользоваться символическим капиталом власти. Наблюдаются весьма интересные метаморфозы как в индивидуальном сознании политика, начинающего верить в собственное личное могущество, так и в общественном сознании рассматривающего его уже как представителя власти.

П. Сорокин отмечал, что современная власть не только не десакрализована, но продолжает укреплять свое сакральное пространство, которое со временем ста-

ло распространяться на всех представителей власти. В политические ритуалы нередко вводятся различные сакральные и религиозные элементы, дабы придать политическим событиям и действующим в них лицам привлекательность и возвысить их.

Подводя итоги, можно выделить следующие факторы в качестве детерминанты сакрализации власти: устойчивость архетипов магического и религиозного сознания, являющихся прообразом представлений о власти; социокультурные традиции, закрепляющие сакральность в политической культуре; легитимное насилие как атрибут власти; наличие у власти ресурсов и возможность распределения привилегий; организация жизнедеятельности социума и его защиты. Сочетание рациональных и иррациональных аспектов власти воспринимается коллективным бессознательным не как иллюзорное явление, а как реальный феномен, обладающий сакральными свойствами.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

ЛИТЕРАТУРА

Абашкина Е., Егорова-Гантман Е. и др. Политиками не рождаются: как стать и остаться эффективным политическим лидером: Психологическое пособие для политиков. — М.: Антиква, 1993.

Бочаров В.В. Власть. Традиции. Управление. — М., 2003.

Бурдье П. Социология политики. — М., 1993.

Карадже Т.В. Политическая философия. — М.: Мысль, 2007.

Леви-Брюль Л. Сверхъестественное в первобытном мышлении. — М., 1998.

Малиновский Б. Избранное: динамика культуры. — М.: РОССПЭН, 2004.

Пирцио-Бироли Д. Культура и традиции Тропической Африки. — М., 2001.

Токарев А.С. Ранние формы религии. — М.: Изд-во политической литературы, 1990.

Томановская О. С. О древних общественных структурах у народов Нижнего Конго (опыт реконструкции). Этническая история Африки. — М., 1977.

Фрейд З. Тотем и табу. — Пг., 1924.

Фрэзер Дж. Золотая ветвь. — Политиздат, 1980.

Bocharov V. V. Vlast’. Tradicii. Upravlenie. — M., 2003.

Burd’e P. Sociologija politiki. — M., 1993.

Karadzhe T.V. Politicheskaja filosofija. — M.: Mysl’, 2007.

Levi-Brjul’ L. Sverh#estestvennoe v pervobytnom myshlenii. — M., 1998.

Malinovskij B. Izbrannoe: dinamika kul’tury. — M.: ROSSPJeN, 2004.

Pircio-Biroli D. Kul’tura i tradicii Tropicheskoj Afriki. — M., 2001.

Tokarev A.S. Rannie formy religii. — M.: Izd-vo politicheskoj literatury, 1990.

Frejd Z. Totem i tabu. — Pg., 1924.

Frjezer Dzh. Zolotaja vetv’. — Politizdat, 1980.

EVOLUTION OF SACRALIZATION OF POWER

T.V. Karaje

The Department of Political Science and Sociology

Moscow State Pedagogical University M. Pirogovskaya str., 1/1, Moscow, Russia, 119991

Что такое «сакральное»: значение и толкование слова. Сакральные знания. Сакральное место

Конец XX – начало XXI века — это уникальное во многих отношениях время. Особенно для нашей страны и для ее духовной культуры в частности. Крепостные стены прежнего миросозерцания рухнули, и над миром русского человека взошло неведомое дотоле солнце заграничной духовности. Американский евангелизм, восточные культы, разного рода оккультные школы за минувшие четверть века успели глубоко пустить корни в России. Это имело и положительные стороны — сегодня все больше людей задумываются над духовным измерением своей жизни и стремятся гармонизировать ее с высшим, сакральным смыслом. Поэтому очень важно понять, что такое сакральное, запредельное измерение бытия.

Этимология слова

Происходит слово «сакральный» от латинского sacralis, что означает «священный». Основа sac, по-видимому, восходит к праиндоевропейскому saq, вероятное значение которого — «ограждать, защищать». Таким образом, первоначальная семантика слова «сакральный» — это «отделенный, защищенный». Религиозное сознание со временем углубило понимание термина, внеся в него оттенок целенаправленности такого отделения. То есть священный — это не просто отделенный (от мира, в противоположность профанному), а отделенный с особой целью, как предназначенный к особому высшему служению или употреблению в связи с культовыми практиками. Аналогичное значение имеет и еврейское «кадош» — святой, освященный, священный. Если речь идет о Боге, слово «сакральный» — это определение инаковости Всевышнего, его трансцендентности по отношению к миру. Соответственно, как связанный с этой трансцендентностью, любой посвященный Богу предмет наделяется качеством священности, то есть сакральности.


Области распространения сакрального

Его область может быть чрезвычайно широка. Особенно в наше время — в бум расцвета экспериментальной науки сакральный смысл придается порою самым неожиданным вещам, например, эротике. С древности нам известны священные животные и священные места. Бывали в истории, впрочем, они еще и сегодня ведутся, сакральные войны. А вот что означает сакральный политический строй, мы уже подзабыли.

Рекламное видео:

Сакральное искусство

— Salik.biz

Тема искусства в контексте сакральности является чрезвычайно обширной. Фактически, она охватывает все виды и направления творчества, не исключая даже комиксы и моду. Что нужно сделать, чтобы понять, что такое сакральное искусство? Главное — усвоить, что цель его заключается либо в передаче священного знания, либо в служении культу. В свете этого становится понятно, почему иногда картина может быть приравнена, скажем, к священному писанию. Важна не природа ремесла, а цель применения и, как следствие, содержание.

Виды такого искусства

В западноевропейском мире священное искусство называлось ars sacra. Среди различных его видов можно выделить следующие:

— Сакральная живопись. Под этим подразумеваются произведения искусства религиозного характера и/или предназначения, например, иконы, статуи, мозаики, барельефы и т. п.

— Сакральная геометрия. Под это определение подпадает весь пласт символических изображений, как, например, христианский крест, иудейская звезда «маген Давид», китайский символ инь-ян, египетский анкх и т. д.

— Сакральная архитектура. В данном случае имеются в виду постройки и здания храмовых, монастырских комплексов и вообще любые сооружения религиозного и мистериального характера. Среди них могут быть самые незатейливые образцы вроде навеса над святым колодцем или же весьма внушительные монументы типа египетских пирамид.

— Сакральная музыка. Как правило, под таковой подразумевается культовая музыка, исполняющаяся при богослужениях и отправлении религиозных обрядов – литургические песнопения, бхаджаны, аккомпанемент музыкальных инструментов и пр. Кроме того, иногда сакральными называют небогослужебные музыкальные произведения, по своей смысловой нагрузке имеющие отношение к сфере трансцендентного, либо созданные по мотивам традиционной духовной музыки, как, например, многие образцы new age.

Есть и другие проявления священного искусства. Фактически, все его области – кулинария, литература, шитье одежды и даже мода — могут иметь сакральное значение.

Кроме искусства, качеством освященности наделяются такие понятия и вещи, как пространство, время, знание, тексты и физические действия.


Сакральное пространство

Под пространством в данном случае могут подразумеваться две вещи – конкретное здание и сакральное место, не обязательно связанное с постройками. Примером последнего могут служить священные рощи, которые были очень популярны в прежние времена языческого владычества. Сакральным значением и сегодня обладают многие горы, холмы, поляны, водоемы и другие природные объекты. Часто такого рода места обозначают специальными знаками – флажками, лентами, изображениями и другими элементами религиозного декора. Их значение обусловлено каким-либо чудесным событием, например, явлением святого. Либо, как это особо распространено в шаманизме и буддизме, почитание места связано с поклонением обитающим там незримым существам – духам и др.

Другой пример сакрального пространства – храм. Здесь определяющим фактором священности чаще всего становится уже не святость места как такового, а обрядовый характер самого сооружения. В зависимости от религии, функции храма могут слегка различаться. Например, где-то это всецело дом божества, который не предназначается для народного посещения с целью поклонения. Воздаяние почестей производится в таком случае снаружи, перед храмом. Так дело обстояло, например, в древнегреческой религии. На другом полюсе стоят исламские мечети и протестантские дома молитвы, которые представляют собой специализированные залы для религиозных собраний и предназначены больше для человека, чем для Бога. В противоположность первому типу, где святость присуща храмовому пространству самому по себе, здесь именно факт культового употребления преобразует любое помещение, даже самое заурядное, в сакральное место.


Время

Несколько слов стоит также сказать о понятии священного времени. Здесь все еще сложнее. С одной стороны, его течение часто синхронно обычному повседневному времени. С другой, оно не подвластно действию физических законов, а определяется мистериальной жизнью религиозной организации. Яркий пример – католическая месса, содержание которой – таинство евхаристии — раз за разом переносит верующих в ночь тайной вечери Христа и апостолов. Сакральное значение имеет также время, отмеченное особой святостью и потусторонним влиянием. Это некоторые отрезки циклов дня, недели, месяца, года и т. д. В культуре они чаще всего принимают форму празднеств или, наоборот, дней скорби. Примерами того и другого могут служить Страстная седмица, Пасха, Святки, дни солнцестояния, периоды равноденствия, полнолуния и пр.

В любом случае священное время организует ритуальную жизнь культа, определяет очередность и периодичность исполнения обрядов.

Знания

Чрезвычайно популярным во все времена был поиск тайного знания – некоторых секретных сведений, которые сулили своим обладателям самые головокружительные блага – власть над всем миром, эликсир бессмертия, нечеловеческую силу и тому подобные вещи. Хотя все подобные тайны относятся к сокровенному знанию, не всегда они являются, строго говоря, сакральными. Скорее уж просто секретными и таинственными. Сакральные знания — это информация о потустороннем мире, обиталище богов и существ высшего порядка. В качестве наипростейшего примера можно привести теологию. Причем речь идет не только о конфессионально богословии. Подразумевается скорее сама наука, изучающая на некотором предполагаемом потустороннем откровении божеств, мир и место в нем человека.

Сакральные тексты

Сакральные знания фиксируется в первую очередь в священных текстах – Библии, Коране, Ведах и др. В узком смысле слова, только такие писания и являются священными, то есть претендующими на роль проводников знания свыше. Они как бы содержат в буквальном смысле сакральные слова, не только смысл которых, но и сама форма имеет значение. С другой стороны, собственная семантика определения сакральности позволяет включить в круг таких текстов и другой тип литературы – труды выдающихся учителей духовности, как, например, Талмуд, «Тайная доктрина» Елены Петровной Блаватской или книги Алисы Бейлис, довольно популярные в современных эзотерических кругах. Авторитет таких произведений литературы может быть разным – от абсолютной непогрешимости до сомнительных комментариев и авторских измышлений. Тем не менее, по характеру изложенной в них информации, это — сакральные тексты.

Действие

Священным может быть не только какой-то конкретный предмет или понятие, но и движение. Например, что такое сакральное действие? Под этим понятием обобщается широкий комплекс жестов, танцев и других физических движений, имеющих ритуальный, сакраментальный характер. Во-первых, это богослужебные мероприятия – возношение гостии, возжигание благовоний, благословения и пр. Во-вторых, это действия, направленные на изменение состояния сознания и перенос внутреннего фокуса в сферу потустороннего. Примерами могут служить уже упоминавшиеся танцы, асаны в йоге или даже простое ритмичное раскачивание тела.

В-третьих, самые простые из священных действий призваны выразить определенное, чаще всего молитвенное, расположение человека – сложенные на груди или вскинутые к небу руки, крестное знамение, поклон и так далее.

Сакральный смысл физических действий заключается в том, чтобы вслед за духом, временем и пространством отделить от профанной повседневности и вознести в область священного как само тело, так и материю вообще. Для этого, в частности, освящается вода, жилье и другие предметы.

Заключение

Как видно из всего вышесказанного, понятие священности присутствует везде, где есть человек или же понятие о потустороннем мире. Но часто под эту категорию подпадают и те вещи, которые относятся к области идеальных, важнейших представлений самого человека. Действительно, что такое сакральное, как не любовь, семья, честь, преданность и тому подобные принципы социальных отношений, а если более глубоко – характеристики внутреннего содержания личности? Отсюда следует, что священность того или иного объекта определяется степенью его отличия от профанного, то есть руководимого инстинктивным и эмоциональным началами, мира. При этом отделение это может возникать и выражаться как во внешнем мире, так и во внутреннем.

Антон Лашин

Сакрализация

Смотреть что такое «Сакрализация» в других словарях:

  • САКРАЛИЗАЦИЯ — (от лат. sacro освящать, объявлять священным) превращение в священное, наделение сакральным смыслом объектов и событий внешнего мира, а также мысленных образов, сценариев, невербальных символов, действий, слов и т.д., обеспечившее формирование у… … Философская энциклопедия

  • САКРАЛИЗАЦИЯ — (от лат. sacrum священный) англ. sacralization; нем. Sakralisierung. Наделение предметов, вещей, явлений, людей священным содержанием; подчинение полит, и обществ, институтов, соц. и научной мысли, культуры и искусства, бытовых отношений… … Энциклопедия социологии

  • сакрализация — прил., кол во синонимов: 3 • наделение объекта необычным качеством (1) • … Словарь синонимов

  • Сакрализация — (лат. – священный) – символизация объектов действительности (людей, предметов, действий, слов и выражений, норм поведения, зданий), т.е. придание им особых значений и смыслов, определение магических свойств. Делается это с помощью особых процедур … Основы духовной культуры (энциклопедический словарь педагога)

  • сакрализация — (sacralisatio; анат. sacralis крестцовый) аномалия развития: уподобление V поясничного позвонка по форме I крестцовому, сопровождающееся их частичным или полным срастанием … Большой медицинский словарь

  • сакрализация — сакрализация, сакрализации, сакрализации, сакрализаций, сакрализации, сакрализациям, сакрализацию, сакрализации, сакрализацией, сакрализациею, сакрализациями, сакрализации, сакрализациях (Источник: «Полная акцентуированная парадигма по А. А.… … Формы слов

  • сакрализация — сакрализ ация, и … Русский орфографический словарь

  • сакрализация — и; ж. Книжн. Превращение кого , чего л. в предмет поклонения, наделения священными свойствами. С. великомученика. С. древних текстов … Энциклопедический словарь

  • Сакрализация — Аномалия развития. Сращение V поясничного позвонка с крестцом, в результате чего на спондилограмме определяется лишь четыре (вместо пяти) поясничных позвонка. При этом тело и поперечный отросток LV позвонка образуют синостозы с телом крестца и… … Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

  • САКРАЛИЗАЦИЯ — (sacraliT.ation) аномальное слияние пятого поясничного позвонка с крестцом … Толковый словарь по медицине

Русская Твердь продолжает объяснять принципиальное различие русского и советского государственных проектов и настаивает на том, что Российская Федерация (далее – РФ) является продолжением советского, но не русского государственного проекта. В этой связи, следует неизбежный вывод о том, что РФ Россией не является, а является Антироссией.

Целью данного поста является краткий анализ нынешней власти в РФ, которая имеет исключительно советскую легитимность и только одной ей и держится. Причем, в последнее время наметилась тенденция переосмысления значительной частью общества легитимности нынешних властей РФ.

При вступлении в должность президент РФ кладет руку на конституцию и произносит текст присяги, кой написан в самой конституции. Аналогично поступают президенты национальных республик в составе РФ, а также руководители иных субъектов РФ. А ведь это абсурд. И вот почему.

Присяга президента РФ на конституции есть обязательство соблюдать им саму конституцию. Но конституция РФ 1993 года была принята на всероссийском референдуме (по крайней мере, так говорится официально). Сиречь, эта конституция своеобразный договор, который был заключен самими гражданами для устроения собственного жития в границах РФ.

Именно только так и можно понимать принятие конституции на референдуме. Понятно, что политические реалии несколько иные.

Представьте себе, что директор общества с ограниченной ответственностью будет приносить присягу этому обществу, положив руку на его устав или учредительный договор, или на оба документа вместе.

Но присяга есть акт сакральности, акт верности, акт чести. Это клятва. Следовательно, присяга (клятва) пришла к нам из прошлых обществ; обществ, которые относились к таким вещам по-иному.

Еще смешнее с присягой, кою дают военнослужащие «российской» армии. Они даже расписываются в том, что приняли присягу! А ведь это опять превращает присягу в элемент договора. Подписал – участвуешь в акционерном обществе «Российская армия», не подписал – не участвуешь.

Сакральность власти есть наделение властителя полномочиями от Господа Бога. Издревле считалось, что властитель наделяется полномочиями от высших сил. Так было в Риме, так было в Персии, так было в Китае. Только ряд республик древности выводили власть из самого народа (Греция и Древний Рим).

Цари Израиля также наделялись властью от Господа Бога, что зафиксировано в прямом указании Бога о помазании Саула Самуилом. И само таинство миропомазания на царство явилось видимым Божественным благословением на правление еврейским народом. Традиция помазания на царство перешла и на христианских государей.

Так невидимо, закреплялось понимание того, что власть имеет сакральный характер, то есть исходит непосредственно от Бога. Прямым доказательством оного для православных христиан являются слова Самого Христа, сказанные Им Пилату: «Ты не имел надо мной никакой власти, если бы не было дано тебе свыше».

В этих словах Господь Бог наш Иисус Христос напрямую говорит о том, что власти установлены Богом. Подтверждением оного служат также и слова Апостола Павла.

Поэтому христианская государственность строилась именно на сакральном понимании власти. Если власть от Бога, то и повиноваться ей надо по совести. Только такое поведение и возможно для христианина.

Поэтому во всех частях Римской империи, коя стала христианским государством, восторжествовал именно этот принцип отношения к власти, как Богоданной!

Там где римское государство, там и римское право. Такое положение (принимаемое теорией права) позволяет сделать вывод о том, что римская государственность существует до сих пор.

В частности, разделение Римской империи на восточную и западную, реинкарнировано и в современности. Русское государство является часть восточной римской государственной традиции, куда входят все осколки Византии: Грузия, Армения, Болгария, Греция, Сербия, Черногория, Румыния, Кипр, Эфиопия и т.д. (и потенциально Молдавия, Украина, Белоруссия и Россия после избавления от советчины). То есть вся православная дуга.

Западная римская империя оказалась более широкой, породив римские имперские копии в государствах и империях франков, германцев, итальянцев, испанцев, португальцев, поляков, англосаксов. Британская, французская, испанская и иные европейские христианские империи выстроены по римским лекалам (Рим – метрополия с особыми правами римских граждан, и провинции, часто именуемые колониями или доминионами).

Дальнейшее дробление западной римской цивилизации только яснее проявило себя в иных нового государствах: США, Бразилии, Аргентине, Мексике и т.д.

Это и есть «Запад» — невидимое единство христианских народов, основанных на римско-католическом примате. Причем, протестанты входят именно в римско-католический цивилизационный ареал. Это видно по позициям США, Соединенного королевства, Германии в отношении Прибалтики и Греции.

Прибалтика воспринимается однозначно как своя земля (Тевтонский и Ливонский ордена), а Греция или Румыния, как относительно чужая, но приобретенная. Поэтому и захват Российской империей Финляндии, а также Польши, воспринимался очень болезненно.

Исходя из оного тезиса, видно, что США – это продолжение римской государственности. Поэтому президент США и кладет руку на Библию, а не на конституцию, ибо сакральность власти в Америке еще не потеряна.

Ведь клятва на Библии есть признание верховенства Бога; признание того, что президент США принимает власть в конечном счете от Господа нашего Иисуса Христа, хотя и посредством народного участия. Тем самым, американский президент косвенно уподобляется царю, пусть и выбранному на определенное время.

То есть, сакральность власти американского президента вне подозрений. В отличие от власти президента РФ, клянущегося договором…

Формой Римской империи является и Европейский Союз, основанный на римской правовой традиции.

Римское право разделяется на публичное и частное. Частное право регулирует отношения между самими гражданами (подданными), а публичное право – отношение между церковной и советской властями и гражданами и подданными.

Иными словами, публичное право обладает сакральностью, ибо и Церковь Христова и государство – установленные Богом институты. Их симфоническое единение обеспечивает создание наиболее благоприятных условий для попадания христиан после земной кончины в Царствие Божие, в Небесный Иерусалим.

Падение монархии в России имело именно сакральный смысл.

Дело в том, что в западной римской державной традиции имелись как республиканские, так и монархические начала. Поэтому установление в западных копиях римской империи народоправческих начал, хотя и ослабила сами царства, не привело к их уничтожению, ибо народоправство было генетически (если так можно высказаться) заложено в их государственные традиции.

А вот восточная римская традиция была исключительно монархической. Демократий в Византии и ее правопродолжительных и государствопродолжительных копиях не существовало (за исключением небольших вкраплений).

В итоге, вирус народоправства сломал русскую, румынскую, сербскую, болгарскую и иные копии византийской государственности.

Что произошло иными словами.

Сакральное мышление русского народа не допускало иной мысли, что царь – Помазанник Божий. Все русское государство сосредоточено в царе, как человек заложен в мужском семени отца его, а смерть кощеева на конце иглы. Царь – яйцо; Россия – курица.

Поэтому царь-батюшка, то есть царь – отец всего русского народа. Отец, разумеется, духовный.

В результате либеральной и социалистической пропаганды, проводимой в России на всем протяжении XIX столетия, часть мыслящего сословия России (интеллигенция, скажем так) усомнилась в религиозном значении царской власти. Грех безбожия охватил русский интеллектуальный срез.

Поэтому в глазах безбожников (левых всех мастей, а не только большевиков) царская власть перестала выполнять свои функции. И тогда именно Государственная дума, как орган избранный самим народом, стало воплощением власти.

Ведь, если власть есть в самом народе, тогда зачем царь? Тогда легитимна только Дума или иной избранный правитель.

Так легитимность власти в глазах русской дореволюционной интеллигенции (по крайней мере, значительной ее части) перешла от Государя Императора к избранному органу – Государственной думе и ее Временного комитета (Временного правительства).

Помните, когда Временное правительство отменило обязательное участие солдат в воскресном Богослужении, то перестало ходить 90%! Верными остались только 10%!

А тогда Государь Император действительно становится ненужным. Овцы опаршивели и пошли под нож…

Конституция и воинская присяга в Совдепе и его продолжении РФ – нонсенс. Это просто бумажки, на которые можно не смотреть. Сравните.

В 1917 году Государь Император Николай Второй отказался от престола и… освободил солдат и офицеров от присяги, ибо чувство сакральности еще оставалось хотя бы в части русского народа.

А в 1991 году М.Горбачев от присяги советских офицеров не освобождал, но они не стали защищать разваливающееся государство добровольно…

Такова цена советской присяги.

Легитимность советской власти всегда была сомнительной. Но все-таки советская власть хотя бы внешне выглядела как власть народная. Все общество, начиная с 1936 года по Рождеству Христову, избирало органы власти: советы всех уровней. Аналогично, в большевистской партии и комсомоле (и иных организация) действовал принцип демократического централизма: формально даже генсека избирали на съезде ВКП(б) – КПСС.

Понятно, что советы были ширмой для партии, а партия ширмой для партийного аппарата. Но в глазах советских людей легитимность зиждилась на избирательной системе, в которой они все участвовали.

В правопреемнике СССР в РФ в годы правления Б.Ельцина выборы превратились вообще в шоу, что еще как-то тянуло на легитимность. А вот избрание В.Путина на второй срок, избрание Д.Медведева, избрание Госдумы с «Единой Россией» явно превратилось в фарс. И это осознается самой властью и, главное, народом.

Смею предположить, что превращение выборов Госдумы в фарс порождено причиной боязни создания органа, аналогичного Госдуме 1916 года. Чтобы часть людей не увидела в Госдуме более легитимный орган, нежели в президенте-премьере.

Однако самая легитимность нынешнего режима есть прямое порождение дореволюционного безбожия.

Только тогда, когда значительная часть советского народа воцерковится, станет Русским народом, тогда вектор легитимности власти сменится с народоправства на сакральность.

А сакральной может быть либо власть Царя, либо национального диктатора (переходный период, как в Испании при каудильо Франко), присягающего на Библии.

Сакральность русской власти может быть произведена только от Царя царей, От Господа нашего Иисуса Христа!