Расстрел в курске 1968

Расстрел на Привокзальной площади Курска

Расстрел на привокзальной площади Курска

Цель нападения

Жители квартиры в которой засели террористы, пассажиры вокзала, встречающие и провожающие

Дата

26—27 сентября 1968
08:00—10:25 (27.09.1968)

Способ нападения

Прицельная стрельба по людям

Оружие

два автомата Калашникова с полным боекомплектом.

Погибшие

14 (включая одного террориста)

Раненые

Число террористов

Террористы

Солдаты ВВ рядовой Виктор Коршунов и ефрейтор Юрий Суровцев

Расстрел на Привокзальной площади Курска — массовое убийство, совершённое двумя солдатами-дезертирами в 1968 году.

Террористы

Виктор Коршунов

Террористический акт организовали и исполнили два солдата из воинской части внутренних войск, расквартированной в городе Курске — рядовой Виктор Николаевич Коршунов и ефрейтор Юрий Степанович Суровцев.

Из характеристики на ефрейтора Юрия Суровцева:

Обладает повышенной возбудимостью и впечатлительностью, часто плачет. Склонен к фантазированию. Проходил лечение в Курской областной психиатрической больнице с признаками психического инфантилизма.

За хороший почерк Суровцев был взят на самую лёгкую в армии работу — писарем в штабе, к моменту совершения теракта отслужил 1 год. Из характеристики на рядового Виктора Коршунова:

До службы в армии вёл образ жизни, недостойный советского студента, был исключён из института. Скрытный, жестокий. В общении с коллективом проявляет невыдержанность, отчуждённость. Неоднократно высказывал мысли о самоубийстве.

Отец Коршунова служил полицаем, после Великой Отечественной Войны был осуждён за государственную измену. Коршунов отслужил почти 2 года, служил в стрелковой роте, считался лучшим стрелком части, был отличником Советской армии.

В этом дуэте Коршунов был лидером. Как впоследствии выяснилось, Коршунов получил от своей девушки, обещавшей ждать его, письмо, в котором было написано, что она рвёт все отношения с ним и выходит замуж. Видимо, после этого Коршунов решил умереть. Однако он решил забрать с собой ещё кого-нибудь. Он уговорил легковнушаемого Суровцева составить ему компанию.

Теракт

Юрий Суровцев

Коршунов и Суровцев решили напасть на какое-нибудь важное учреждение — Курский горком партии, ГУВД Курского облисполкома или городскую прокуратуру. Выбор пал на горком. 25 сентября 1968 года солдаты бежали из части, захватив с собой оружие — два автомата Калашникова с боезапасом и полным снаряжением. Однако захватить горком им не удалось — в том же здании располагался опорный пункт милиции.

Неплохо знавшие город солдаты пошли в сторону железнодорожного вокзала. Они забежали в подъезд дома, выходившего окнами на Привокзальную площадь. Коршунов и Суровцев поднялись на четвертый этаж и позвонили в первую попавшуюся квартиру рано утром 26 сентября. В квартире находилось 8 человек, в их числе 2 детей. Когда солдатам открыла дверь женщина, они ворвались в квартиру и расстреляли через подушку сразу 5 человек. Затем, оставив в заложниках обоих детей, они отправили женщину за водкой. По пути женщина встретила участкового, но ничего ему не рассказала. После чего террористы расстреляли и детей.

В 8 часов утра 27 сентября Коршунов и Суровцев, увидев на Привокзальной площади большое количество народа, открыли по ним прицельный огонь короткими очередями из двух автоматов. Жертвами этой стрельбы стали ещё 5 человек. Ветераны войны, оказавшиеся на площади, сказали всем укрыться в здании вокзала. В 8:15 к вокзалу подъехал автозак, в котором находились осуждённые, которые в тот день должны были убыть на этап. Солдаты открыли по нему огонь, один из осуждённых был убит. Жертв было бы больше, но водитель сумел отогнать автозак в безопасное место.

Первыми милицию вызвали жильцы квартиры, соседней с захваченной террористами. Проникнуть в квартиру не удалось, солдаты твердили, что они хотят умереть. Повлиять на ситуацию не смогло ни милицейское, ни военное начальство, вскоре прибывшее к двери квартиры. Чувствуя, что Суровцев вскоре сломается, его уговаривали сдаться и, как старшему по званию, приказать Коршунову сделать то же самое. Когда Суровцев заявил, что напарник ему не подчиняется, командир дивизии, в которой служили оба террориста, приказал ему расстрелять Коршунова. У Суровцева началась истерика, в результате которой он в 10:15 утра убил Коршунова, выпустив в него весь магазин автомата, после чего сдался. Чтобы толпа, собравшаяся на площади, не устроила самосуд, Суровцева переодели в милицейскую форму и тайком вывели из здания. Из моральных принципов в тот же день эту форму сожгли, т. к. всё равно никто бы не согласился носить форму, которую когда-то носил убийца

Итоги теракта. Суд

В результате теракта было убито 13 и ранено 11 человек. Теракт имел достаточно большой резонанс. Радио «Голос Америки» передало сообщение о том, что солдаты совершили массовое убийство в Курске в знак протеста против гегемонии КПСС и ввода советских войск в Чехословакию, однако последующие допросы Суровцева это опровергли.

2 ноября 1968 года выездная сессия Московского военного трибунала приговорила ефрейтора Юрия Степановича Суровцева к высшей мере наказания — смертной казни через расстрел. Вскоре приговор привели в исполнение.

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 «Курская аномалия». Документальный фильм цикла «Следствие вели» (2008). Дата обращения 28 мая 2010. Архивировано 26 апреля 2012 года.
  2. Теракт на Привокзальной площади Курска: как это было. Еженедельник «Друг для друга» (№ 33 (619) от 15 августа 2006 года). Дата обращения 28 мая 2010. Архивировано 26 апреля 2012 года.

Почему двое солдат совершили теракт в Курске в 1968 году

Рядовой Виктор Коршунов и ефрейтор Юрий Суровцев

Утром 27 сентября 1968 года на Привокзальной площади Курска раздались автоматные выстрелы. Поначалу никто ничего не понял, и только когда стали падать задетые пулями прохожие, стало ясно, что кто-то избрал горожан в качестве мишеней. Преступниками оказались два солдата-беглеца, которые без всякой видимой причины устроили бойню в городе. Жертвами стрельбы стали 13 человек, что превратило расстрел в Курске в один из самых кровавых случаев массовых убийств в СССР.

Виктор Коршунов и Юрий Суровцев служили в одной из частей внутренних войск МВД, расквартированной в Курске. Коршунов был рядовым, а Суровцев получил звание ефрейтора. Тем не менее в этой паре абсолютным и непререкаемым лидером был именно первый, несмотря на старшинство звания Суровцева.

Дело в том, что ефрейтор Суровцев имел психологические проблемы такого плана, которые не позволяли ему полноценно служить в армии. Во всяком случае, в настоящее время он, скорее всего, был бы признан не годным к армейской службе. Суровцев имел нестабильную психику с перепадами настроения, повышенной внушаемостью, эмоциональной неустойчивостью. До армии он даже некоторое время находился в психиатрической лечебнице и ему был поставлен диагноз: психический инфантилизм. Он проявляется в незрелости, детскости, неготовности к самостоятельному решению проблем, повышенной эмоциональности и возбудимости.

Хотя его и призвали в армию с этим диагнозом, по всей видимости, его всё-таки где-то учли, поскольку служил он в штабе писарем.

Рядовой Коршунов был его полной противоположностью: жёсткий, волевой, неуступчивый настолько, что с трудом уживался в коллективе. До службы в армии он учился в институте, но был исключён за некие дисциплинарные провинности, «не совместимые с обликом советского студента», как указывалось в характеристике на него. Кроме того, он имел суицидальные настроения и порой высказывал их вслух.

Вместе с тем Коршунов был на хорошем счету в армии. Он очень хорошо стрелял, на всех стрельбах был первым и в конце концов стал считаться лучшим стрелком в своей части. Он не имел никаких нареканий по службе или дисциплинарных проступков и за несколько недель до своего бегства из части был отмечен нагрудным знаком «Отличник Советской армии». В те времена им награждали только солдат, имевших образцовые успехи как в боевой и политической подготовке, так и в воинской дисциплине. Хотя этот наградной знак не приравнивался к медали и тем более ордену, заслужить его было не так просто и далеко не каждый солдат Советской армии мог им похвастать.
К моменту бегства из части Суровцев отслужил год, а Коршунов считался уже старослужащим. Он отслужил без малого два года.
В середине сентября 1968 года Коршунов получил письмо от своей возлюбленной. Первое после достаточно долгого и необъяснимого перерыва. В этом письме девушка сообщала солдату, что она решила выйти замуж за другого, всё уже решено, скоро свадьба и ничего больше нельзя изменить.

Это обстоятельство и стало спусковым крючком для Коршунова. Он и без того неоднократно задумывался о суициде, а после известия от не дождавшейся его невесты окончательно слетел с катушек. И решил уйти из жизни, но так, чтобы его надолго запомнили. Он подбил последовать его примеру и легковнушаемого Суровцева, на которого он имел большое влияние.
Беглецы несколько дней выжидали удобного момента, пока придёт очередь Коршунова дежурить по роте. В ночь на 26 сентября 1968 года Коршунов заступил в наряд. Благодаря этому он мог получить доступ к оружию. Оставалось только одно препятствие — дневальный по роте. Однако оно было устранимо, ведь он находился в его подчинении. Коршунов по-дружески предложил дневальному пойти поспать, а он за всем приглядит. Дескать, потом сочтёмся. А какой солдат не хочет спать? Без особых уговоров дневальный принял его предложение и отправился смотреть сны.

Тем временем Коршунов раздобыл два автомата Калашникова, два пистолета и целый ящик патронов. Всё это они с Суровцевым уложили в два чемодана. Поскольку автоматы в чемоданы не умещались, дезертиры спилили их приклады.
На попутке они добрались до центра города. Никакого продуманного плана у дезертиров не было. Первоначально они думали захватить здание горкома партии. Однако идея была сомнительной в плане успеха. Здание было достаточно большим и держать его под контролем вдвоём было проблематично, а уж оборонять — тем более. К тому же прямо в том же здании, но с обратной стороны, располагался пункт милиции. Вдобавок ко всему им где-то надо было провести время до утра и при этом не привлечь к себе внимания, что не так-то просто для двух солдат с большими чемоданами.

По сути, у дезертиров не было даже продуманного плана А, не говоря уже о запасном плане Б на случай неудачи с первым вариантом. Дальше началась импровизация. Солдаты решили захватить одну из квартир и там решить, что делать дальше. В доме на Привокзальной площади жила одна из их дальних знакомых.

Поздней ночью солдаты заявились в квартиру. В двухкомнатном помещении в это время находилось восемь человек — несколько поколений одной семьи, а также некоторые родственники, приехавшие в гости. Позвонив в дверь, солдаты попросили подойти Тамару, так звали девушку. Когда дверь стала открываться, они дали в старушку у двери очередь и ворвались в квартиру. После этого они расстреляли всех спящих людей, оставив в живых только саму Тамару и двоих её детей.

Хотя солдаты пользовались подушками в качестве глушителей, автоматные очереди трудно было не услышать в ночи. И многие соседи слышали их. А одна из жительниц дома даже позвонила в милицию и сообщила о стрельбе. Но дежурный со скепсисом принял её слова, сославшись на то, что, скорее всего, рядом с домом проехал мотоцикл, а впечатлительной даме спросонья почудилась нелепица. Действительно, какая автоматная стрельба может быть в 1968 году в центре Курска? О бегстве вооружённых солдат из части в милиции ещё не знали.

После содеянного пути назад уже не было. Одно дело — это бегство из части, пусть и с оружием. В конце концов, солдаты утром могли вернуться в часть и, возможно, даже отделаться лишь дисбатом. Но убийство пяти человек гарантировало им смертную казнь. Напоследок дезертиры решили погулять вволю. Как только утром открылись магазины, они отправили заложницу за водкой, пообещав взамен отпустить её вместе с детьми. Однако, когда она вернулась, дети уже были мертвы. А её саму связали и бросили в ванной.

Дезертиры пьянствовали целые сутки. Когда водка закончилась, Суровцев сбегал за добавкой. Наконец, утром 27 сентября, после суточного кутежа, солдаты решили завершить начатое. Захваченная ими квартира находилась на четвёртом этаже, и из её окон открывался отличный вид на привокзальную площадь. Это была отличная позиция для стрельбы по беззащитным живым мишеням, которых в ранний час было очень много, как это всегда и бывает у вокзалов в областных центрах.

Около 8 часов утра Коршунов занял позицию у окна и начал стрелять по прохожим. В это время на площади было много людей, время было такое, что как раз в этот час приходило много пригородных электричек. Это была не стрельба наугад, Коршунов стрелял аккуратно и выверенно, короткими очередями. Ведь он был лучшим стрелком части и теперь впервые имел возможность попрактиковаться в стрельбе по живым мишеням.

Поначалу прохожие не обращали внимания на странный шум, но после того как люди стали падать один за другим, стало понятно, что по ним открыли стрельбу. На площади находилось несколько человек с фронтовым опытом, благо война закончилась чуть более 20 лет назад. Они быстро сориентировались в обстановке и направили толпу в здание вокзала.

Тем временем соседи вызвали милицию. Они поняли, что стрельба идёт из квартиры на четвёртом этаже, и сообщили об этом правоохранителям. А на площадь приехал автозак, который привёз этапируемых заключённых на вокзал. Водитель, разумеется, не знал о происходящем и остановил автомобиль, который сразу же стал мишенью для стрелков. Они дали несколько очередей по кузову, застрелив одного из заключённых. Водитель решил, что происходит налёт с целью отбить заключённых, и быстро увёл машину во дворы, где стал недосягаем для огня.

К захваченной квартире стали стягиваться милицейские силы. В те времена не существовало никаких специально подготовленных штурмовых спецгрупп и даже ОМОНа, поэтому обезвредить преступников должны были самые обычные милиционеры. Привокзальная площадь и прилегающие дворы были оцеплены милицией и прибывшими на подмогу военными.

Когда группа милиционеров приблизилась к двери захваченной квартиры, солдаты услышали шум и дали несколько очередей по деревянной двери, едва не ранив правоохранителей. Штаб правоохранителей было решено разместить в одной из соседних квартир.

На место происшествия прибыл начальник городской милиции, который попытался вступить с дезертирами в переговоры. Однако очень быстро он пришёл в замешательство.

Офицер просто не понимал, что происходит. Обычно, когда преступники захватывают заложников, они делают это с какой-то определённой целью. Что-то получить взамен или хотя бы озвучить какую-то проблему. Но солдаты рвали все шаблоны, поскольку не выдвигали абсолютно никаких требований. Кажется, они и сами не до конца понимали, что им нужно и зачем они вообще всё это затеяли. Не понимая, что преступникам нужно, милиционеры никак не могли найти к ним подход. Дезертиры только становились всё более агрессивными и угрожали перебить всех заложников, включая детей. Это удерживало милиционеров от активных действий, поскольку они ещё не знали, что все они, за исключением одной женщины, уже мертвы. Это же обстоятельство заставило отменить штурм с применением слезоточивого газа «Черёмуха», который хотели пустить в захваченную квартиру через специально проделанную дыру в стене.

Тем временем о ЧП доложили в Москву и сам товарищ Брежнев потребовал разобраться, наконец, с этой чертовщиной, которая творится в Курске. Но милиционеры не знали, как объяснить происходящее. Всё, что они знали, — два солдата сбежали из части с оружием, захватили квартиру с заложниками и стреляли из окна. Какими мотивами они руководствовались — неизвестно. Политика? Но они не делали никаких заявлений. Корысть? Но они ничего не требовали: ни денег, ни лимузинов, ни самолёта в Америку. Попытка освободить заключённых из автозака? Но тогда зачем они стреляли по фургону автозака, убивая тех, кого будто бы хотели освободить?
К захваченной квартире прибыл командир части, в которой служили солдаты. Ему удалось продвинуться гораздо дальше, чем милиционерам, поскольку он знал, с кем имеет дело. Решительного и волевого Коршунова он игнорировал, пытаясь достучаться до внушаемого Суровцева. И ему это удалось.

В отличие от Коршунова, который твёрдо решил умереть, но перед этим устроить вендетту всему миру, Суровцев попал в эту ситуацию исключительно под влиянием товарища, которого считал большим авторитетом и подчинялся ему. До ефрейтора постепенно стало доходить, какой ад он сотворил собственными руками, и он впал в истерику.

Командир Суровцева почувствовал эту слабость и начал давить на него своим авторитетом. Через мегафон он требовал, чтобы солдаты сдались. Отстранившийся от всего Коршунов не реагировал, а Суровцев срывающимся голосом объяснял через дверь, что не может повлиять на товарища. Тогда офицер велел приказать рядовому Коршунову сдаться на правах старшего по званию. Но ефрейтор заявил, что Коршунов ему не подчиняется. Тогда он приказал ему застрелить рядового за неисполнение приказа.
Через некоторое время раздалось несколько выстрелов. Что в действительности там произошло, теперь уже трудно сказать. По одной версии, Коршунов застрелился сам, а Суровцеву велел для верности выпустить в него очередь. По другой версии, он не решился застрелиться и приказал ефрейтору застрелить его. По третьей, Суровцев сам застрелил своего товарища.

Через несколько минут после выстрелов в квартиру ворвались милиционеры и военные. Они обнаружили несколько трупов в своих постелях, мёртвого Коршунова, рыдающего Суровцева и связанную заложницу в ванной. Через два с лишним часа после начала стрельбы всё было кончено.

Тем временем у оцепления уже собралась огромная толпа местных жителей, и возникли опасения, что они просто отобьют преступника у милиционеров и линчуют его. Поэтому Суровцева пришлось выводить из здания под видом раненого милиционера.

Выжившего дезертира сразу же отдали под военный трибунал. Суд был недолгим, и уже через месяц с небольшим был вынесен предсказуемый приговор — смертная казнь. Жертвами дезертиров стали 13 человек. Семеро были убиты в квартире, ещё пятеро застрелены на привокзальной площади и один в автозаке. Ещё 11 прохожих получили различные ранения в результате стрельбы.

Share Tweet Отправить в WhatsApp Поделиться Вконтакте Поделиться Вконтакте Отправить по почте

В 1968 году «Голос Америки» сообщил невероятную новость: 26 сентября два солдата срочной службы расстреляли в городе Курске семью коммунистов. В знак протеста против ввода советских войск в Чехословакию.

На самом деле все было несколько проще. И намного страшнее. Никакого политического подтекста эта история не имела, но было убито 14, и ранено 17 человек. Среди убитых были маленькие дети. Что же произошло?

Действующие лица

Террористический акт на Привокзальной площади осуществили два солдата из воинской части внутренних войск, расквартированной в Курске. Это рядовой Виктор Николаевич Коршунов и ефрейтор Юрий Степанович Суровцев.

Ефрейтор Суровцев был писарем при штабе, к моменту события отслужил один год. Он характеризовался, как человек, отличающийся повышенной нервной возбудимостью, впечатлительностью, склонностью к слезам и фантазированию. В личном деле отмечено так же, что Суровцев проходил лечение в Курской областной психиатрической больнице с признаками психического инфантилизма.

Рядовой Коршунов был полной противоположностью Суровцеву. Скрытный, жестокий, нелюдимый. Был отчислен из института, как сказано «за поведение, недостойное советского студента». Неоднократно высказывал мысли о самоубийстве.

Возможно, на характер Коршунова повлиял тот факт, что его отец в годы войны служил полицаем и был осужден за измену Родине. Срок службы Коршунова подходил к концу. Он был лучшим стрелком части, имел знак «Отличник советской армии».

Причина

Коршунов получил письмо от своей девушки, в котором она сообщала, что отношения между ними кончились, и она выходит замуж за другого.

Коршунов решил уйти из жизни. Но не просто так, а красиво, чтобы узнали и прочувствовали все. И, разумеется, с собой следовало прихватить как можно больше народу. Зачем все это было Суровцеву – сложно сказать. Видимо, его смог убедить Коршунов, который, в этом дуэте был безоговорочным лидером.

Первоначальный план

«Мстители» решили напасть на какое-нибудь серьезное учреждение, чтобы резонанс был как можно более широким. Для таких целей подходил горком КПСС, здание управления внутренних дел или городской прокуратуры. Решили не мелочиться, а штурмовать горком. Солдаты подготовились: взяли два автомата Калашникова с боезапасом. Причем, весь этот арсенал они спрятали в чемоданах, а чтобы автоматы поместились в чемодан, пришлось отпилить приклады. 25 сентября солдаты покинули часть и отправились на дело. Однако, от идеи захватить горком пришлось отказаться. В том же здании располагался опорный пункт милиции, а быть сразу же застреленными не входило в планы Коршунова.

Теракт

Тогда солдаты отправились к железнодорожному вокзалу. Там, в доме, выходящем окнами на привокзальную площадь, жила приятельница Коршунова и Суровцева. По некоторым сведениям, оба даже бывали иногда у нее в гостях.

То, что было дальше, напоминает фильм ужасов. Они позвонили в квартиру, где все уже спали. Хозяйка спросила, кто там. Коршунов попросил позвать Тамару. Хозяйка, узнав голос, открыла дверь и тут же упала, скошенная автоматной очередью.

В квартире находились восемь человек, в их числе дети.

Ворвавшись, преступники расстреляли младшую дочь хозяйки и ее мужа, затем убили их детей – мальчика и двухлетнюю девочку.

Проснулась и выбежала Тамара — старшая дочь хозяйки. Коршунов отшвырнул ее в сторону и переключился на заплакавших детей. Старшую девочку застрелил, а младшей, как утверждают ветераны милиции, разбил голову утюгом. Живой осталась только Тамара. Ее связали и заперли в ванной.

До полудня 26 сентября бандиты пьянствовали в квартире, заваленной трупами, смотрели телевизор. Когда кончилась водка, Суровцев спустился в магазин и купил еще.

В полдень Суровцев и Коршунов решили, что пора продолжить начатое. Они заняли позицию у окна, из которого отлично просматривалась широкая привокзальная площадь, и начали стрельбу короткими очередями. Людей на площади было много, и жертвами этой стрельбы стало еще пять человек. К счастью, на площади находились участники Великой Отечественной войны. Фронтовики сразу оценили ситуацию, поняли, откуда стреляют, и сумели увести часть людей в безопасное место.

Затем появился автозак с осужденными, которые должны были в этот день убыть на этап. Бандиты открыли стрельбу по автозаку, одного из тех, кто в нем находился, убили. Водитель сумел сориентироваться и отогнать машину в сторону, иначе жертв было бы еще больше.

Вот тут, наконец, появилась милиция. Соседи, слышавшие ночью автоматные очереди, звонили на номер 02 и раньше, но им не поверили. Какая в советском городе может быть стрельба?

В соседней квартире устроили штаб, где собрались самые крупные милицейские чины. На постоянной связи с ними был Кремль.

С террористами начали переговоры. Коршунов, к этому моменту уже здорово пьяный и взведенный убийствами и кровью до предела, кричал, что никого слушать не будет и что он хочет умереть.

Прибыло военное начальство дезертиров. Офицер попытался уговорить Суровцева, чтобы тот, как старший по званию, приказал Коршунову сдаться, однако, Суровцев ответил, что Коршунов его слушается. Наконец, у Суровцева началась истерика, и он расстрелял напарника, после чего сдался. Впрочем, по некоторым версиям, Коршунов застрелился сам.

Финал

Выводили Суровцева, переодев его в милицейскую форму, боялись самосуда со стороны собравшейся у подъезда толпы. Во избежание эксцессов, суд заседал в Орле.

Суровцева приговорили к высшей мере наказания – расстрелу.

Слухи

Поскольку в Советском Союзе не принято было придавать огласке такого рода истории, наши люди узнали о случившемся в Курске из передач «Голоса Америки» и по слухам. А слухи были самые разнообразные.

Например, многие утверждали, что дезертиры специально дожидались автозака, поскольку хотели освободить кого-то из заключенных. Но это, видимо, легенда. Вряд ли солдаты могли знать о времени прибытия автозака и о маршруте его следования.

Журналисты, которые описывали эту историю, высказывают мнение, что не более чем легендой является и замысел бандитов захватить горком. Очень может быть. Вполне вероятно, что они сразу и направились в знакомую им квартиру на привокзальной площади.

Еще одна легенда гласит, что Суровцев был осужден на 11 лет, и что такой мягкий приговор поверг в шок жителей Курска. Это тоже неправда. Суровцев был расстрелян.

Массовый расстрел в Курске в 1968 году: что это было
(1 фото)

Действующие лица
Террористический акт на Привокзальной площади осуществили два солдата из воинской части внутренних войск, расквартированной в Курске. Это рядовой Виктор Николаевич Коршунов и ефрейтор Юрий Степанович Суровцев.
Ефрейтор Суровцев был писарем при штабе, к моменту события отслужил один год. Он характеризовался, как человек, отличающийся повышенной нервной возбудимостью, впечатлительностью, склонностью к слезам и фантазированию. В личном деле отмечено так же, что Суровцев проходил лечение в Курской областной психиатрической больнице с признаками психического инфантилизма.
Рядовой Коршунов был полной противоположностью Суровцеву. Скрытный, жестокий, нелюдимый. Был отчислен из института, как сказано «за поведение, недостойное советского студента». Неоднократно высказывал мысли о самоубийстве.
Возможно, на характер Коршунова повлиял тот факт, что его отец в годы войны служил полицаем и был осужден за измену Родине. Срок службы Коршунова подходил к концу. Он был лучшим стрелком части, имел знак «Отличник советской армии».
Причина
Коршунов получил письмо от своей девушки, в котором она сообщала, что отношения между ними кончились, и она выходит замуж за другого.
Коршунов решил уйти из жизни. Но не просто так, а красиво, чтобы узнали и прочувствовали все. И, разумеется, с собой следовало прихватить как можно больше народу. Зачем все это было Суровцеву – сложно сказать. Видимо, его смог убедить Коршунов, который, в этом дуэте был безоговорочным лидером.
Первоначальный план
«Мстители» решили напасть на какое-нибудь серьезное учреждение, чтобы резонанс был как можно более широким. Для таких целей подходил горком КПСС, здание управления внутренних дел или городской прокуратуры. Решили не мелочиться, а штурмовать горком. Солдаты подготовились: взяли два автомата Калашникова с боезапасом. Причем, весь этот арсенал они спрятали в чемоданах, а чтобы автоматы поместились в чемодан, пришлось отпилить приклады. 25 сентября солдаты покинули часть и отправились на дело. Однако, от идеи захватить горком пришлось отказаться. В том же здании располагался опорный пункт милиции, а быть сразу же застреленными не входило в планы Коршунова.
Теракт
Тогда солдаты отправились к железнодорожному вокзалу. Там, в доме, выходящем окнами на привокзальную площадь, жила приятельница Коршунова и Суровцева. По некоторым сведениям, оба даже бывали иногда у нее в гостях.
То, что было дальше, напоминает фильм ужасов. Они позвонили в квартиру, где все уже спали. Хозяйка спросила, кто там. Коршунов попросил позвать Тамару. Хозяйка, узнав голос, открыла дверь и тут же упала, скошенная автоматной очередью.
В квартире находились восемь человек, в их числе дети.
Ворвавшись, преступники расстреляли младшую дочь хозяйки и ее мужа, затем убили их детей – мальчика и двухлетнюю девочку.
Проснулась и выбежала Тамара — старшая дочь хозяйки. Коршунов отшвырнул ее в сторону и переключился на заплакавших детей. Старшую девочку застрелил, а младшей, как утверждают ветераны милиции, разбил голову утюгом. Живой осталась только Тамара. Ее связали и заперли в ванной.
До полудня 26 сентября бандиты пьянствовали в квартире, заваленной трупами, смотрели телевизор. Когда кончилась водка, Суровцев спустился в магазин и купил еще.
В полдень Суровцев и Коршунов решили, что пора продолжить начатое. Они заняли позицию у окна, из которого отлично просматривалась широкая привокзальная площадь, и начали стрельбу короткими очередями. Людей на площади было много, и жертвами этой стрельбы стало еще пять человек. К счастью, на площади находились участники Великой Отечественной войны. Фронтовики сразу оценили ситуацию, поняли, откуда стреляют, и сумели увести часть людей в безопасное место.
Затем появился автозак с осужденными, которые должны были в этот день убыть на этап. Бандиты открыли стрельбу по автозаку, одного из тех, кто в нем находился, убили. Водитель сумел сориентироваться и отогнать машину в сторону, иначе жертв было бы еще больше.
Вот тут, наконец, появилась милиция. Соседи, слышавшие ночью автоматные очереди, звонили на номер 02 и раньше, но им не поверили. Какая в советском городе может быть стрельба?
В соседней квартире устроили штаб, где собрались самые крупные милицейские чины. На постоянной связи с ними был Кремль.
С террористами начали переговоры. Коршунов, к этому моменту уже здорово пьяный и взведенный убийствами и кровью до предела, кричал, что никого слушать не будет и что он хочет умереть.
Прибыло военное начальство дезертиров. Офицер попытался уговорить Суровцева, чтобы тот, как старший по званию, приказал Коршунову сдаться, однако, Суровцев ответил, что Коршунов его слушается. Наконец, у Суровцева началась истерика, и он расстрелял напарника, после чего сдался. Впрочем, по некоторым версиям, Коршунов застрелился сам.
Финал
Выводили Суровцева, переодев его в милицейскую форму, боялись самосуда со стороны собравшейся у подъезда толпы. Во избежание эксцессов, суд заседал в Орле.
Суровцева приговорили к высшей мере наказания – расстрелу.
Слухи
Поскольку в Советском Союзе не принято было придавать огласке такого рода истории, наши люди узнали о случившемся в Курске из передач «Голоса Америки» и по слухам. А слухи были самые разнообразные.
Например, многие утверждали, что дезертиры специально дожидались автозака, поскольку хотели освободить кого-то из заключенных. Но это, видимо, легенда. Вряд ли солдаты могли знать о времени прибытия автозака и о маршруте его следования.
Журналисты, которые описывали эту историю, высказывают мнение, что не более чем легендой является и замысел бандитов захватить горком. Очень может быть. Вполне вероятно, что они сразу и направились в знакомую им квартиру на привокзальной площади.
Еще одна легенда гласит, что Суровцев был осужден на 11 лет, и что такой мягкий приговор поверг в шок жителей Курска. Это тоже неправда. Суровцев был расстрелян.

«Мы — мстители». Почему двое солдат совершили теракт в Курске в 1968 году

Расстрел на Привокзальной площади вот уже полвека остается одной из самых загадочных и кровавых трагедий не только в истории Курска, но и всего Советского Союза. 26 сентября 1968 года два солдата внутренних войск — рядовой Виктор Коршунов и ефрейтор Юрий Суровцев — убили целую семью с двумя детьми, а затем открыли огонь по людям, спешившим по своим делам мимо городского железнодорожного вокзала. В результате один из террористов оказался застрелен, а второго выводили из оцепленного здания в милицейской форме.

Вооруженный мятеж?

«Вы слушаете «Голос Америки» из Вашингтона. Мы прерываем программу для срочного сообщения. В Советском Союзе в Курске вспыхнул вооруженный мятеж. Несколько солдат в знак протеста против политики коммунистической партии захватили здание в центре города. Район оцеплен милицией. Подробности уточняются. По нашей информации, советские военнослужащие протестуют против ввода войск СССР в Чехословакию», — такое сообщение прозвучало 26 сентября на американской радиостанции.

Скандальные новости о вооруженном мятеже в СССР подхватили зарубежные СМИ, в самом Союзе о трагедии, разворачивающейся в эти минуты в Курске, никто не знал.

Утром 26 сентября в обычную квартиру, расположенную на четвертом этаже дома у железнодорожного вокзала, зашли двое солдат с чемоданами. Спустя сутки из окон этой квартиры открыли стрельбу по людям, случайно оказавшимся на Привокзальной площади. Случайно или нет, но в это время к вокзалу подъезжал автозак, перевозивший зеков. Нескольких осужденных отправляли по этапу. Водитель машины, услышав звуки выстрелов, сумел увести автозак из-под огня и отъехать в ближайший двор. Один из этапируемых – 19-летний парень – получил смертельное ранение.

А в это время на площади ветераны войны, которых было немало в те годы в Курске, пытались подавить панику и вывести людей из-под огня в здание вокзала. Из окон на четвертом этаже не умолкали автоматные очереди, короткие и точечные. Люди недоумевали, неужели в их мирный город внезапно пришла война?

Привокзальная площадь в Курске. Фото: Commons.wikimedia.org

Нехорошая квартира

А в той самой квартире, из которой палили террористы, трагедия развернулась на сутки раньше. Утром 26 сентября там еще спали, когда в дверь позвонили. На пороге стояли двое ребят в солдатской форме. Старушку, открывшую ранним гостям, убили сразу же. Еще четвертых взрослых жителей квартиры расстреляли через подушку. Всего минута – и из восьми членов семьи в живых осталось только трое – Тамара Сатаплина и двое ее маленьких детей. Словно не замечая окровавленных тел, убийцы начали выпивать под музыку. Когда водка закончилась, Тамару отправили за добавкой, пригрозив убить детей, если она расскажет обо всем милиции. По легенде, когда женщина шла по улице в гастроном, она даже встретила участкового, но ничего ему не сообщила, понадеявшись на честность солдат. Но когда Тамара вернулась домой, она увидела, что ее детей уже нет в живых. Некоторые источники утверждают, что их даже не застрелили, а до смерти забили чугунным утюгом. Женщину связали и заперли в туалете.

Все это время жители соседних квартир слышали странные звуки, доносящиеся из комнат, где происходило массовое убийство. Но никто из них не мог предположить, что на самом деле разворачивается буквально у них за стеной. Милицию вызвали, когда рано утром 27 сентября из окон этой квартиры начали стрелять по людям на площади.

Стражи порядка оцепили дом. При попытке приблизиться к двери, за которой скрывались террористы, преступники открывали огонь. В одной из квартир устроили штаб, куда съехались высшие милицейские чины. Говорят даже, что на прямой связи со стражами порядка во время спецоперации был Кремль. Брежнев распорядился взять террористов живыми, чтобы отдать их под военный трибунал.

Наконец, после многочасовых переговоров один из солдат не выдержал. Он открыл огонь по своему напарнику и сдался милиционерам. Чтобы толпа не растерзала террориста, его переодели в милицейскую форму и вывели из здания.

Инфантильный писарь и вспыльчивый стрелок

Кем же были жестокие убийцы, расправившиеся 11 взрослыми и двумя детьми?

Ефрейтор Юрий Суровцев служил во внутренних войсках писарем в штабе. Из его характеристики, найденной журналистами, следует, что у него были явные психические отклонения, из-за которого он даже проходил лечение в областной психбольнице. Суровцев был инфантилен, легко возбудим и впечатлителен. Несмотря на то, что спустя год службы в армии он уже был в звании ефрейтора, Суровцев зависел от своего напарника и находился полностью под его влиянием. Именно Юрий в итоге сдался полиции и был приговорен военным трибуналом к расстрелу.

Рядового Виктора Коршунова считают главным злодеем в этой истории. Он был исключен из института за «недостойный» образ жизни, поступил на службу в армию, где за два года стал лучшим стрелком части. Незадолго до трагедии Коршунов даже получил значок отличника Советской армии. Но характер его описывали как вспыльчивый, а поведение было отчужденным. Также в характеристике Коршунова говорится, что он часто говорил о самоубийстве и массовых убийствах.

Предположительно, Коршунов решил покончить с собой после разрыва с девушкой, которая не дождалась его из армии. Но уйти из жизни просто так он не желал, поэтому подтолкнул безвольного Суровцева к теракту. В материалах дела говорится, что отец Коршунова Николай был осуждён за измену Родине после войны. Возможно, и в самом Викторе Коршунове было немало ненависти к своей стране.

Суровцев и Коршунов украли оружие из армейского запаса, на попутках добрались до центра Курска. Как утверждали местные СМИ, их целью изначально был курский горком, но в нем располагался Ленинский отдел милиции. Поэтому было решение спрятаться в квартире неподалеку и оттуда открыть огонь по оживленной площади. Почему именно дом Тамары Сатаплиной и ее семьи стал пристанищем террористов? Есть версия, что Тамара была знакомой одного из дезертиров, и он даже бывал у нее в гостях.

В 2016 году в программе «Следствие вели» с Леонидом Каневским подробно рассказали о курском теракте. В выпуске говорится, что Тамара Сатаплина, потерявшая 26 сентября 1968 года всю семью, спросила у убийц, зачем они это делали. Ответом было: «Мы — мстители». Вот только за что и кому мстили курские террористы, до сих пор неизвестно.

Кровавая трагедия на привокзальной площади.

Администратор Опубликовано: 29.07.2012 00:30 Просмотров: 8924

26 сентября 1968 года. Курск

Это необычное преступление, которое совершили два солдата,
дезертировавшие из расквартированной в городе воинской части. Что заставило двух молодых людей, пойти на такой безумный, жестокий и непонятный поступок? Согласно материалам дела один из них, Виктор Коршунов получил письмо от своей девушки, в котором она сообщала, что разрывает с ним отношения и выходит замуж. Волевой и жестокий по натуре Коршунов, что следует из его характеристик, решает уйти из жизни, но не тихо, покончив с собой, а наоборот, «громко хлопнув дверью». Кстати и его сослуживцы тогда вспоминали, что часто слышали от него разговоры о самоубийстве, а однажды он угрожал им оружием. Был в биографии Коршунова и неприятный факт, его отец во время войны служил у немцев полицаем и был осуждён за измену Родине. Тем не менее Коршунов считался отличником Советской армии. Итак решение созрело, но видимо ему понабился помощник и он уговаривает своего сослуживца некого Юрия Суровцева совершить теракт. Юрий Суровцев ранее лечился в психиатрической больнице, был легко внушаем и излишне впечатлителен. Вначале Коршунов предложил напасть и захватить какое ни будь госучреждение. 25 сентября Коршунов и Суровцев дезертировали из воинской части, захватив с собой два автомата, большое количество патронов, по некоторым данным у них были ещё и два пистолета. Весь этот арсенал уложили в два чемодана. Чтобы автоматы уместились, преступники отпилили у них приклады.

Покинув расположение воинской части Коршунов и Суровцев отправились на Красную площадь с целью захватить горком партии, но узнав, что в этом здании находится пункт милиции они отказались от первоначального плана. Впрочем, возможно у них и не было такой мысли и это версия просто выдумка СМИ, которые противоречат сами себе. Подумайте сами, преступники хорошо знали город, об этом писали все печатные издания, а о опорном пункте милиции в здании горкома не знают. Мало того здание горкома примыкает к зданию областного УВД и вряд ли двух солдат разгуливающих по центру города с чемоданами могли не заметить. Далее, следуя официальной версии событий, преступники направились в сторону железнодорожного вокзала, в квартиру к своей знакомой.

Здание части внутренних войск на улице им. Пирогова в Курске, в которой служили В. Коршунов и Ю. Суровцев.

Дальше по улице, находится следственный изолятор (СИЗО).

Из воспоминаний Т.П. Пономаренко, жительницы дома на привокзальной площади:

«Такое нельзя забыть, вспоминает Тамара Петровна. Ночью 26 сентября, в дверь к Ганюковым, моим соседям сверху постучали двое военных. К двери подошла Евдокия Михайловна, 66-летняя хозяйка квартиры. Они сказали, что хотят видеть одну из её дочерей Тамару. Ничего не подозревающая женщина открыла дверь и упала, насмерть сражённая автоматной очередью. А бандиты двинулись дальше. В ближней комнате они застрелили спящих Валентину Дудореву, дочь хозяйки, её мужа Анатолия, их двухлетнюю дочку Ирочку и гостившего у Ганюковых племянника из Рыльска. Старшая дочь Евдокии Михайловны Тамара Сатарова услышала выстрелы и с криком выбежала в коридор. Коршунов ударил 38-летнюю женщину и отшвырнул назад в её комнату. Проснулись и заплакали 9-летняя Эллочка и 7-летняя Гульчара. Гуля крикнула: «Дядя, не смей бить маму!» – а Коршунов схватил утюг и размозжил детскую голову. Вслед за первой девочкой убили и вторую, а Тамару связали и заперли в ванной. Все они на Никитском кладбище теперь похоронены». Многие жители дома слышали автоматные выстрелы, но не могли и представить, какой кошмар творится в 41 квартире на четвёртом этаже. «Я тоже слышала (продолжает вспоминать Тамара Петровна) и сказала утром мужу, что ночью стреляли. Но он рассмеялся и ответил, что мне приснилось. Да и знакомые, которым я днём рассказывала, все как один говорили, что этого не может быть. Более того, наша дворник Маша тоже слышала стрельбу и заявила об этом в милицию, но там отмахнулись. Мол, мотоцикл где-то проехал, а вы решили, что автомат. Так вот, бандюги весь день смотрели телевизор и пили водку – один из них спускался в магазин. А утром 27 сентября должны были везти из Косиново к поезду арестантов, отправлять по этапу. Эти звери и собирались их освободить. Устроились около окон, а когда подъехала машина, стали стрелять. Насмерть положили водителя, но охранники отогнали автомобиль из-под обстрела. А эти сволочи тогда стали палить по площади, по перрону, по вокзалу. Потом уже узнали, что у них было два чемодана патронов. Кроме того, дали несколько очередей по дому напротив. Там тоже ранили женщину, она проводницей работала. На моих глазах застрелили бабушку, которая несла сдавать бутылки. Только когда столько людей погибло, милиция зашевелилась – оцепили площадь и дом, из Орла вызвали группу спецназа, а из Москвы прилетел генерал с зелёными лампасами.»

«Представляете, восемь утра, четыре электрички пришли, вся площадь забита, а они прямо по людям, вспоминает ещё один очевидец Н. Мальцев. Я приехал утром на работу. Выхожу на перрон, и тут меня что-то в лицо ударило. Схватился за подбородок, кровь течет, но смог дойти до вокзала и там укрыться. Потом оказалось, что мне раздробило челюсть. Вокруг крики, плач, стоны, раненые и убитые падают. Кто-то помог мне добраться до медпункта, а там кошмар. Сразу столько крови я никогда не видел. Сестрички из железнодорожной поликлиники несколько раз за бинтами и ватой бегали, мешками носили.»

» В одной из комнат в моей квартире московский генерал устроил штаб, продолжает Тамара Петровна. Л.И. Брежнев непосредственно контролировал операцию. Меня, естественно, выставили, но всё было слышно. Начали переговоры с бандитами. Мол, сдавайтесь. Те ни в какую, и по двери стреляют очередями, она вся изрешечена была. А потом один из них застрелился, а второй выбросил всё-таки автомат в окно. В подъезде вдоль стен уже стояли солдаты, ворвались в квартиру и повязали субчика. А как его из дома выводили – отдельная история. Внизу толпа собралась, оцепление еле-еле народ сдерживало. Люди бы его растерзали. Переодели его в милицейскую форму и только так смогли вывести из подъезда. А потом сказали людям, что бандита уже увезли.»

Дом на привокзальной площади в который 26 сентября 1968 года ворвались бандиты.

Квартира на четвёртом этаже из окон которой В. Коршунов и Ю. Суровцев обстреливали площадь, перрон и здание вокзала.

Из одного из этих окон пыталась выпрыгнуть Тамара Сатарова, когда из всех родственников и детей одна осталась в живых, но преступники не дали ей это сделать. Говорят, что Виктор Коршунов, который был родом из Молдавии, чтил бандеровские законы, а как известно бандеровцы когда убивали, всегда оставляли одного в живых, чтобы тот хоронил своих погибших.

Дом на привокзальной площади, фотография — конец 80-х годов

Такой квартиру № 41 увидели следователи, после обезвреживания преступников

Привокзальная площадь 2012г.

_______________________________________________________________________________________________________________________________

Финал этой жуткой драмы- самоубийство идейного вдохновителя этой авантюры Виктора Коршунова, По другим данным его застрелил Суровцев. По воспоминаниям очевидцев, когда они вошли в квартиру, увидели жуткое зрелище, всё было залито кровью, убитые дети, лежащие на окровавленных кроватях, на полу в прихожей и комнатах тела взрослых… Всего преступники убили 14 и ранили 17 человек.

Суд над Юрием Суровцевым состоялся в Орле. Его приговорили к 10 годам лишения свободы, что являлось максимальным сроком в то время. Впрочем опять же по другим данным его всё же расстреляли.

С этого дела и по сей день не снят гриф секретности, поэтому и возникают многие слухи и домыслы, людям не дают покоя вопросы, как сумели рядовой и ефрейтор стащить боевое оружие и боеприпасы? Отпилить приклад, собрать кучу патронов в чемоданы и покинуть незаметно воинскую часть? Каким образом они добрались до горкома, а потом и до железнодорожного вокзала незамеченными, неужели их не хватились в части и не подняли тревогу? Какова судьба командира данной в/ч? Знали преступники о том, что к вокзалу подъедет автозак с заключёнными или это произошло случайно? Кого привезли в спецавтомобиле для отправки по этапу? Откуда прибыл этот автозак, не с того ли СИЗО, находившегося рядом с воинской частью, местом службы Коршунова и Суровцева?

Вот так тайна, ревностно оберегаемая властью, стала источником невероятных легенд и слухов, возможно и не стоящих настоящей правды. Вероятнее всего всё банально просто: разыгравшаяся кровавая трагедия это результат неразделённой любви умноженный на профессиональную непригодность командиров и несостоятельность советской психиатрии.

Фотографии из материалов дела № 00ХХХ

Об этих событиях в 2006 году Леонид Каневский снял в Курске фильм под названием «Курская аномалия» из серии «Следствие вели…»

50 лет теракту в Курске

Дом из которого расстреливали Привокзальную площадь. Фото с сайта «Горенка»: События в Курске произошедшие с 26 на 27 сентября 1968 года однозначно трактуются как террористический акт. Это был едва ли не самый первый теракт, с применением автоматического оружия, в послевоенном СССР. Об этом событии стало известно всему миру благодаря «забугорным голосам», да отечественному ОБС (одна баба сказала). А еще очень пронзительной песне в исполнении, тогда еще мало кому известного, ансамбля «Курские соловьи».
Правда «голоса», в свойственной им манере, сказали, да не всю правду. Они из подлецов и убийц слепили образ борцов с советским режимом. На весь мир они раструбили о том, что доблестные «борцы за справедливость» расстреляли на вокзале в Курске семью коммуниста в знак протеста против ввода советских войск в Чехословакию. Ради этого вранья «Голос Америки» прерывает программу обычного своего вещания и на весь мир в срочном сообщении заявляет, что в Советском Союзе в Курске вспыхнул вооруженный мятеж, что несколько солдат в знак протеста против политики коммунистической партии захватили здание в центре города. И добавляют, что по их «информации», советские военнослужащие протестуют против ввода войск в Чехословакию.
В реальности – двое дезертиров, выкравших автоматы, пистолеты и патроны к ним, расстреляли всю семью своей знакомой Тамары, включая малолетних деток.
Случилось это ночью 26 сентября 1968 года. Эти двое (солдаты-срочники из внутренних войск Коршунов и Суровцев), ворвались в квартиру на 4-м этаже дома на Привокзальной площади и зверски расстреляли Евдокию Михайловну – хозяйку квартиры, ее дочь Валентину с мужем Анатолием, их двухлетнюю дочку Ирочку и гостившего у них племянника из Рыльска, девятилетнюю Эллочку и семилетнюю Гульчару – дочерей Тамары.
Причина такой зверской расправы над ни в чем неповинными людьми так и осталась не раскрыта. По одной из версий – это была месть Коршунова за своего отца, – бывшего полицая. Самое удивительное, что кто-то из соседей, услышав выстрелы, позвонил в милицию, но … эту информацию посчитали вздором, какие автоматные выстрелы в мирном городе! Курск – это вам не Чикаго с гангстерскими разборками, у нас – это не у них! Вот так упустили время и не предотвратили дальнейшей трагедии. А далее события развивались так. 27 сентября Суровцев и Коршунов расстреляли на Привокзальной площади машину с заключенными, которых переправляли по этапу. Первыми выстрелами был убит водитель, но оставшиеся в живых конвоиры сумели вывести автозак из под обстрела. Тогда дезертиры стали поливать автоматными очередями всех подряд, кто находился в это время на площади. Не пощадили даже старушку случайно оказавшуюся в эту роковою минуту на площади. Расстреляв людей на площади, негодяи стали стрелять по окнам противоположного дома. В итоге по официальным данным: 14 убитых, 17 раненых случайных прохожих.
Возникает закономерный вопрос – а где все это время была милиция? А милиция просто не была готова к такого рода акциям. Это событие просто не укладывалось в логику нашей советской действительности. Мы строили социализм, штурмовали космос, воспитывали гармонично развитую личность будущего коммунистического общества, по большому счету в стране царило умиротворение и благодушие. Были, конечно, пережитки прошлого и родимые пятна капитализма: мелкие и крупные воришки, были хулиганы, бывали драки, случалась поножовщина, иногда со смертельными исходами, но такой акции, которая произошла в Курске, не было. Естественно хулиганами и другими уголовными элементами занимались обычные милиционеры – не было у нас тогда ОМОНа и спецназа, – просто не было необходимости. Поэтому и в этом случае ликвидацией бандитов пришлось заниматься простым милиционерам. Вся милиция Курска была мобилизована для проведения операции. Из ближайших районов в Курск были вызваны начальники райотделов со своими подчиненными. В итоге площадь была оцеплена. Стали вести переговоры с убийцами, предлагая им сдаться. Но в ответ раздались автоматные очереди, изрешетившие входную дверь. Дальнейшие события имеют несколько версий. По одной – Коршунов покончил с собой сам, а по другой – его застрелил его же подельник Суровцев. Тем не менее, оставшись один Суровцев решил сдаться. Сразу возникла проблема, как провести убийцу сквозь толпу собравшуюся у дома. На площади возмущенные люди требовали немедленно уничтожить негодяев, они кричали: «Смерть бандитам!», толпа готова была растерзать преступников. Тогда решили переодеть Суровцева в милицейскую форму, вывести из дома и, тем самым, спасти от разъяренной толпы. Увезли его в Орел, где и судили. Слушания по делу были закрытыми, материалы дела засекречены. До курян доходили только отрывочные сведения об этом процессе. Так до сих пор никто толком не знает, какое наказание понес оставшийся в живых убийца. По одним данным ему присудили 10 или 11 лет, по другим – он получил высшую меру наказания.
Это уже в постсоветский период о тех событиях стали писать газеты и журналы, телеканал НТВ в цикле «Следствие вели…» с участием Леонида Каневского показал свою версию тех событий. В этой передаче они характеризуются как ЧП государственного масштаба и как … первая в истории СССР операция по ликвидации террористов.
В советское время ни радио, ни газеты не могли рассказывать не то что о бандитизме советских солдат, нельзя было даже упоминать о факте дезертирства. Эта история пересказывалась и обсуждалась тайком на кухнях, передавалась из уст в уста. Но был один легендарный коллектив в Курске, который практически в документальной форме донес эту историю не только до жителей Курска и страны, но, благодаря все тем же «голосам», – всему миру. Этот коллектив стал известен всему миру – это ансамбль «Курские соловьи». Задокументировал трагические события в стихотворной форме Иван Холявченко – в то время двадцатипятилетний преподаватель училища для слепых и слабовидящих. Вот эти строки:
Случай в Курске
(слова Ивана Холявченко, 1968 год)
Необычным событием
В утренний час
Был наш город недавно отмечен –
Здесь под Курском у нас
Два солдата в запас
Собирались идти через месяц.
Сумасшедший мираж
Или прочая блажь
Налетела на них на обоих –
Отпилили приклад,
чтоб стащить автомат,
Взяли нож, пистолет и патроны.
Что ж тут думать — решать!
Надо в город бежать
(Это было сравнительно близко).
Вот уж рядом вокзал,
Надо сделать привал,
Отдохнуть от волнений и риска.
Есть на площади дом,
А внизу гастроном,
Взяли все, что душа пожелала.
Тащат целый багаж
На четвертый этаж,
Там знакомая их поджидала.
У знакомой — квартира,
В квартире — семья,
Наплевать на семью, на квартиру:
До утра водку пьют,
И пристойный уют,
И рехнулись в угаре от кира.
Страсть не в силах сдержать…
Никому не понять,
Что за страсти в расправе телесной.
Только стали они
Всех подряд убивать,
А за что и про что — неизвестно!
Шесть убитых лежат,
Руки нервно дрожат,
А знакомую взяли — связали:
«Будешь Бога молить,
Будешь всех хоронить», —
Так они ей, собаки, сказали.
Но не кончилось тем:
Из окна ровно в семь
Пули в мирных людей засвистели.
Автоматы строчат,
Люди в страхе кричат:
«Что ж вы, сволочи, так озверели?»
А они еще пуще
Стреляют в упор
На восток, и на юг, и на запад.
И забраться никак
Невозможно в тот дом
Ни с крыльца, ни из детского сада.
Надо трупы убрать,
Но стреляют опять –
Люди в панике скрылись куда-то.
А кругом тишина,
А кругом, как война,
Лишь одни говорят автоматы.
Продержались они
На своей «высоте»
Пять часов, а, быть может, и дольше.
А убитых и раненых
Было везде,
Может, сорок, а может, и больше.
Тут приехала рота
Таких же солдат,
А они что — да тоже боятся.
«Эй, давайте кончать, —
В мегафоны кричат, —
Предлагаем обоим вам сдаться».
Тут в квартире скандал:
Кто-то что-то сказал,
И один убивает другого.
Но оставшийся
Кое-как сообразил:
Самому ведь туда же дорога.
По вокзалу последнюю
Очередь дал
И швырнул автомат с пистолетом.
Через десять минут
Его сверху ведут,
В милицейскую форму одетым.
Налетела толпа,
До чего же глупа –
Кто же выдаст преступника в руки?
Да и толку-то что,
Ведь убитых ничто
Не заменит. Ни пытки, ни муки.
Увезли подлеца.
Мы не знаем конца,
И начала мы тоже не знали –
Почему в этот раз
В неожиданный час
Под обстрел люди наши попали?
Если б сказка была
Про козла и осла,
Мы б мораль вам в конце прочитали.
Но поскольку сейчас
Был правдивым рассказ,
Обойдемся, друзья, без морали.
(https://pesni.club/text/курские-соловьи-случай-в-курске).
Прошло уже пятьдесят лет со дня трагедии, но до сих пор в этой истории очень много «белых пятен» и «нестыковок». Самым главным остался открытым вопрос, – каков был побудительный мотив этого чудовищного преступления? Официальная ссылка на то, что причиной преступления явилась измена девушки Коршунова – не более как «отмазка» официальных властей того периода. По их логике – не может советский человек открыто выступить против Советской власти. По принципу «ищите женщину» ее и нашли, перевели историю из разряда политических в разряд бытовых. Кстати, в последующие годы эта «отмазка» очень «выручала» командование и политаппарат многих воинских частей, когда доведенные до отчаяния «дедовщиной» молодые солдаты совершали суициды. Объясняли эти поступки просто – получил письмо от девушки, которая его бросила. В реальности никаких писем не было, но с командиров и политработников – взятки гладки. О том, что причины более глубинные говорит тот факт, что выжившая свидетельница Тамара заявляла, что негодяи называли себя «мстителями», согласитесь, что это не вяжется с версией о «неверной невесте». Скорее говорит в пользу того, что Коршунов мстил за своего отца-полицая. В пользу этого говорит и тот факт, что они оставили в живых Тамару, как они выразились «похоронить убитых» – именно так поступали бендеровцы. Далее возникает путаница с объектом нападения, по одним данным дезертиры хотели захватить какой-то административный или партийно-политический объект, по другим – у них не было никаких планов. Еще более запутанная ситуация с темой захвата квартиры на Привокзальной площади. По одним свидетельствам преступники захватили первую попавшуюся квартиру, а по другим – они целенаправленно шли к своей давней знакомой Тамаре. Такая же запутанная история и с количеством жертв преступления – в разных материалах разное количество убитых и раненных. Еще один немало важный вопрос – как психически больной человек оказался на службе во внутренних войсках (известно, что Суровцев лечился в психиатрической клинике). Очень странным является и то, что следствие и судебный процесс завершились практически мгновенно – всего за два месяца. Видно кому-то нужно было быстро поставить крест на этом деле, возникает вопрос – зачем такая спешка?
И таких вопросов возникает еще множество, спустя полвека со дня трагедии, она еще остается загадочной и до конца не разгаданной страницей в истории Курска.

1. Расстрел на привокзальной площади Курска. Материал из Википедии.
2. Кровавая трагедия на привокзальной площади.
3. Расстрел в 1968 году на привокзальной площади в Курске: что это было.
4. Курск-1968. Кровавая бойня.
5. «Мы — мстители». Почему двое солдат совершили теракт в Курске в 1968 году.
6. Первый курский теракт.
http://sarafanradio-kursk.ru/news/main/485.html
7. «Курская аномалия» Документальный фильм цикла «Следствие вели» (2008). Проверено 28 мая 2010. Архивировано 27 апреля 2012 года.
https://youtu.be/R15mQICubEM
8. Теракт на Привокзальной площади Курска: как это было. Еженедельник «Друг для друга» (№ 33 (619) от 15 августа 2006 года).
http://www.dddkursk.ru/number/619/new/003665/print/