Рассказы про чернобыль

Содержание

Чернобыль, Припять…

Был я недавно в чернобыльской зоне. И проводники поделились некоторыми секретами… Снимали там передачу для канала Discovery. проводники Юра и Женька принимали участие в съёмках. Они бегали по заброшенной школе с фонариками, изображая призраков пионеров. Актёры в химзащите рассказывали, что видели огни в небе и прозрачные силуэты. Затем камера метнулась в сторону Женьки. Он от неожиданности прижался к стене. Он тонкий, в тени его не было видно. Актёр: «видели! он прошёл сквозь стену! и на нём только джинсы и майка! это призрак!» на самом деле в зоне есть кое-что другое. Есть старое сооружение — радар. Он же «чернобыль-2». Официально это радар обнаружения вражьих ракет. В игре «сталкер» это пси-установка выжигатель мозгов. она превращает людей в зомби. что это на самом деле — не знает никто. Но туда никого не пускают до сих пор. Мы только издалека видели антенны этого секретного объекта. А в припяти очень красиво. Там необычная треугольная застройка, белые дома эффектно смотрятся в разросшихся деревьях. Оттуда не хочется уходить. Интересен парк аттракционов — там никто так и не покатался. Про ржавое колесо обозрения рассказывают страшные вещи, что оно притягивает людей. Наверно, поэтому рядом с ним немного страшно. Но вообще в зоне не страшно. Там очень спокойно, расслабляющие. Припять — это самый красивый город на планете — ведь там нет людей.
Новость отредактировал Egg — 13-07-2011, 18:19 13-07-2011, 18:19 by Сталкер МаркизПросмотров: 47 518Комментарии: 35 +41

Ключевые слова: Зона Сталкер Чернобыль Припять радиация

Другие, подобные истории:

  • Сталкеры
  • Случай в Припяти
  • Впечатляющее возвращение в эпицентр чернобыльской катастрофы
  • К самолёту приблизился невидимый НЛО
  • Выпуск №1. Страшные тайны Чернобыля
  • 5 городов-призраков России
  • Экология
  • Чернобыль-2
  • Сходили на дачу
  • Город-Призрак Припять после аварии на ЧАЭС
  • Какие они на самом деле 3
  • S.T.A.L.K.E.R. Часть 1
  • Как быдло в Припяти развлекается…
  • Cтишки про сталкера
  • Чернобыль, что забыть нельзя…

История Чернобыля

История Чернобыля: до и после аварии. Рассказы о Чернобыле звучат пугающе, как и рассказы о Припяти, да и само слово стало чем-то нарицательным.
<!—noindex—>

  1. Город Чернобыль
  2. Чернобыль до аварии
  3. История города Припять
  4. Колесо обозрения города Припять
  5. История взрыва Чернобыльской АЭС
  6. Чернобыль после аварии
  7. Страшные истории про Чернобыль

<!—/noindex—>

Город Чернобыль

История города Чернобыль начинается с 1193 года, назвали его из-за полыни, в древние времена ее называли чернобыльником.

Город расположен на реке Припять, он не всегда находился на территории Украины.

В 1548 году город входил в состав Великого Княжества Литовского и являлся уездным центром.

Несмотря на свою значимость, городское поселение использовалось для размещения евреев.

В 1793 город Чернобыль вошел в состав Российской империи, на этот момент численность населения составляла около десяти тысяч человек, при этом 70% из них являлись евреями.

В городе неоднократно происходили погромы, жертвами которых становились евреи, а в период Первой мировой войны город был оккупирован.

Войска Красной Армии несколько раз пытались занять город, однако потребовалось несколько попыток для выполнения поставленной задачи.

После последнего погрома численность еврейской общины значительно уменьшилась, многие покинули город добровольно, потому что их жизни и их имущество постоянно становилось объектом агрессии.

В 1921 году город Чернобыль входит в состав УССР.

Оставшиеся представители были полностью уничтожены в период оккупации войсками Нацисткой Германии, многие из них были уничтожены в собственных домах, остальные попали в концентрационные лагеря.

Город был освобожден в 1943 году.

История города Чернобыль имеет несколько легенд. Первая связана с его основанием.

Когда Киевская Русь решила обосноваться в этом регионе, было обнаружено, что территории заняты другим народом.

Народ молился своим богам, и принимать православие отказался, тогда Киевская Русь решила насильно сместить народ с этой территории.

Доводить до масштабного кровопролития народ не стал и покинул территорию, однако проклял ее перед уходом.

Проклятие заключалось в невозможности жизни на этих землях, нет нас, нет никого. В целом история это подтвердила и даже не один раз.

Вторая легенда заключается в сказаниях Ванги, якобы она предрекла падение звезды полыни, понял ли кто-нибудь тогда эти слова, не известно, но сейчас они понятны как никогда.

Некоторых интересуют рассказы очевидцев Чернобыля, но это истории людей, пострадавших от нелепого случая и большинству из них она разрушила или забрала жизнь.

Тоже самое касается и воспоминаний ликвидаторов ЧАЭС: они наполнены болью и пониманием о произошедшем даже спустя годы.

Читать про Чернобыль можно много, как и говорить о нем. Эту историю точно не забудут те, кого она коснулась лично или его семью.

Чернобыль до аварии:

Фото Чернобыля до аварии

Сам городок районного назначения и ничем не отличался от других во время СССР, разве что в нем находилась АЭС (а точнее в 10 км от него).

Население составляло порядка 13 000 (сейчас там находится несколько тысяч и то в основном из числа обслуживающего персонала).

Все было по стандарту Советского Союза: училища, школы, Дворец культуры, медицинские учреждения, 4 библиотеки, гостиница, около 10 детсадов и т.п.

Все как и везде, описывать стандартный районный поселок нет смысла: гуляли люди, вели свой образ жизни и как многие жили, мечтали и надеялись.

До аварии Чернобыль был вполне себе процветающим городком, вдобавок средний возраст составлял 25 лет, а это о чем-то говорит.

Строительство и будущая работа на ЧАЭС должна была привлечь еще людей – до 80 000 (и она бы привлекла благодаря коммунистическому строю). Это позволило бы городу “раскрыться” на полную.

История города Припять

4 февраля 1970 года начато строительство города Припять. Его строительство было обусловлено необходимостью размещения работников будущей АЭС и строителей, задействованных в ее возведении.

Город получил статус атомограда и являлся частично закрытым объектом. Строительство города с пустого места, позволяло учесть некоторые минусы городских объектов и использовать современные методики и материалы.

Город был размещен с учетом розы ветров, имел широкие улицы и гармоничное распределение инфраструктуры.

Инженеры, разрабатывавшие проект городского поселения испробовали на нем радиальную схему застройки.

Она заключалась в радиусном расположении жилых кварталов, по отношению к центральному объекту.

Проект был рассчитан на жизнеобеспечение 80 тысяч человек, на момент эвакуации численность населения составляла 47 тысяч человек.

В центре города располагались несколько административных и общественных объектов:

  • Здание городской администрации
  • Кинотеатр «Прометей»
  • Дворец Культуры «Энергетик»
  • Гостиница «Полесье»

К 1988 году планировалось закончить строительство еще одного кинотеатра, двух торговых центров, двух дворцов пионеров, гостиницы, двух спортивных комплексов, нескольких школ и садов.

Кроме уникального для своего времени инженерного проекта, Припять имела уникальный архитектурный план.

Именно на этом городе он был впервые использован. Архитектурный план имел название – «Треугольная застройка». Его принцип заключался в совмещении зданий разной этажности.

По краям треугольника размещались многоэтажные здания, а в центре малоэтажные здания.

Такое положение жилых домов позволяло не загружать пространство, а равномерно распределять объекты.

В последствии подобные архитектурные планы использовались и в других городах страны.

Припять была образцовым городом. Развитая инфраструктура, хорошее продуктовое обеспечение и достойная оплата. В город стремились попасть многие специалисты атомного профиля.

Колесо обозрения города Припять

Визитной карточкой любого города являлся парк развлечений, растущий и развивающийся город, было решено снабдить таким объектом.

Это должно было стать событием года и все с нетерпением ждали открытия парка.

Парк развлечений состоял из небольших каруселей разных вариаций, а самым главным его объектом было огромное колесо обозрения.

Выкрашенные в желтый цвет кабинки должны были подарить радость всем жителям города. Открытие парка развлечений планировалось 1 мая 1986 года

Чернобыль как и Припять так бы и остались известными городками только в пределах Советского Союза, пока не произошла авария планетарного масштаба.

Нас больше интересует история Чернобыльской катастрофы. Впервые АЭС там построили в 1970 году и уже в известном 1986, 26 апреля, произошла известная катастрофа.

История взрыва Чернобыльской АЭС

25 апреля 1986 года была произведена плановая остановка четвертого реактора.

В период остановки на нем планировалось провести эксперимента, для отработки системы аварийного электроснабжения.

Эксперимент начался 26 апреля в 1:23:04, были снижены обороты насосов и наблюдался положительный коэффициент паровой реактивности.

При наличии этих двух условий реактор имеет потенциал к выработки большей мощности, однако на протяжении всего эксперимент повышения мощности не наблюдалось.

Однако в 1:23:38 оператором была нажата кнопа аварийной защиты, реактор начал набирать свою мощность, а уже в 1:23:42 регистрирующие системы были выведены из строя.

В 1:23:50 произошла серия взрывов, и реактор был полностью разрушен, начался пожар.

По поданному сигналу аварийной защиты на станцию выдвинулись два пожарных расчета, один из них был направлен из города Припять.

По прибытию на место аварии пожарные были разделены на две команды. Первая команда занималась тушением пожара, к 4:00 удалось стабилизировать возгорание и исключить переход пламени на третий реактор.

К 6:00 пожар был полностью потушен. Вторая часть команды занималась расчисткой доступа к измерительному прибору, который имел большую точность и был необходим для проведения измерительных работ по произошедшему загрязнению.

До момента проведения измерительных работ считалось, что реактор уцелел. Однако по окончанию работ по тушению пожара был установлен факт его полного разрушения.

Первично в Москву был направлен рапорт о стабилизации обстановки после Чернобыльской аварии, однако полученные данные с измерительных приборов свидетельствовали о большом уровне радиоактивных веществ, выброшенных в атмосферу.

В 23:00 было принято решение об эвакуации населения с территории в 30 километров. Эвакуации подлежал 81 населенный пункт.

Эвакуация была проведена 27 апреля 1986 года, в эвакуации города Припять были задействованы 1200 автобусов и более ста единиц военизированной техники высокой проходимости.

К 12 часам 27 апреля необходимое количество транспорта было собрано в районе города Чернобыль.

Ночью администрация города Припять провела ограниченный инструктаж административного персонала, беседа была проведена с обслуживающим персоналом больниц, школ, детских садов.

До утра были максимально продезинфицированы все общественные места. Во всех туалетах города разместили хозяйственное мыло и дополнительные резервуары с водой.

Повторять обработку помещений надлежало каждый час. Утром были открыты все школы, в обязательном порядке все дети были замерены прибором излучения, медицинский персонал произвел выдачу таблеток содержащих йод.

Через два часа школьники были отправлены домой. В городе начался общий инструктаж.

В 12:20 инструктаж был проведен в городском отделе милиции. Город был разбит на шесть секторов. За каждым был закреплен ответственный, на каждый подъезд жилого дома было выделено два сотрудника милиции.

В 12:30 сотрудники милиции прибыли на свои места и начали инструктаж жителей.

В 14:00 началось размещение жителей по автобусам, к 16:30 город был эвакуирован.

В 18:00 сотрудники милиции произвели повторный обход квартир, чтобы убедиться в отсутствии жителей.

После эвакуации мирного населения город Припять был использован для размещения штаба комиссии по ликвидации аварии.

Чернобыль после аварии:

Фото. Чернобыль после аварии

После чернобыльской катастрофы все радикально изменилось.

Сейчас город Припять (являющийся столицей Чернобыля) напоминает экшн-сцену из фильма апокалипсис: пустые заброшенные дома, бывшие молочно-продуктовые магазины наглухо заколочены, заросший лес (известный как “рыжий лес“), проезжает патруль МВД Украины, который контролирует порядок.

Люди бросали все и их эвакуировали в экстренном порядке, правда позже разрешили вернуться на три дня, дабы собрать вещи.

Фото дома в Чернобыле, брошенного в спешке людьми

Бегают мутанты и зомби по лесам (ну по крайней мере так говорят). Хотя на самом деле Чернобыль сейчас представляет большое количество диких зверей, буйную флору и наличие больших сомов, живущих в канале.

Чернобыль сейчас

В современном кинематографе хорошо раскрыл всю пустошь города и поселений сериал «Чернобыль. Зона отчуждения». В нем можно увидеть последствия того, когда быстро покидают свой дом.

В нем также молодые люди (которые родились после распада СССР) могут увидеть остатки “совка”, то есть то, как все было при коммунизме.

Если посмотреть фото после катастрофы, можно увидеть, что осталось:

Фото дома в Чернобыле, брошенного людьми

Страшные истории про Чернобыль

Самой страшной историей будет являться мутация любого организма. Это больше основано на компьютерных играх, однако рождение детей имеющих генетические отклонения имели место быть.

Самое печальное, что эти отклонения очень пагубно отразились на их внешнем виде и сроке жизни. На просторах интернет сети мы нашли несколько основных историй, вызывающих опасения.

1: Сравнение аварии Чернобыля с бомбардировкой Хиросимы дало повод думать, что на ЧАЭС произошел ядерный взрыв. Все помнят изображение ядерного гриба, нависшего атакованным городом.

Правда: ядерного взрыва не было на атомной станции, и никакой ядерный гриб не нависал над Чернобылем и его окрестностями.

Большинство ученых пришли к выводу, что взрыв произошел из-за детонирования воздушно-водородной смеси очень большой силы. Взрыв был, но он не имеет ничего общего с ядерным.

2: Правительство обвиняют в том, что оно пыталось скрыть от населения всю опасность и масштабы катастрофы.

Правда: быстро и полноценно оценить масштабы аварии сразу после взрыва не реально. Более точная картина радиационного фона стала известна только к середине следующего дня. Уже через сутки 100 000 человек были эвакуированы.

Эвакуация прошла спокойно, без паники и жертв. Изначально четко была определена обстановка в городе и последствия аварии, а уже потом начались меры по спасению жителей города, чтобы избежать паники и лишних сплетен.

3: В различных источниках приводится огромное количество жертв, которые погибли от последствий аварии. Эти цифры колеблются в пределах 100-300 тысяч человек.

Правда: во время взрыва погибло 2 человека. От радиации умерло 28 человек в 1986 году, и 29 человек в период с 1987 по 2005 год.

Безусловно, выброс радиации принес серьезный вред здоровью многих людей, и в особенности детей. Но цифры в несколько сотен погибших явно преувеличены и ничем не подтверждены.

4: Наверное, основным мифом Чернобыля являются его мутанты. В интернете много фотографий гигантских фруктов, животных с пятью лапами и двумя головами.

Правда: при изучении чернобыльской зоны никаких мутаций, связанных с радиацией, не было обнаружено. Мутации в природе встречались всегда, и радиация не единственная тому причина.

Возможно, что лишь радиоактивные металлы, которые попали в почву, дали ей дополнительное удобрение и привели к хорошим урожаям.

5: Знаменитая Зона Отчуждения – это безлюдное место, которое ограждено колючей проволокой.

Правда: в Припяти живут люди, а ЧАЭС функционирует и по сей день. На ней работают сотрудники и живут они в самом городе.

Некоторые жители самовольно вернулись в свои дома. В городе работает церковь, магазины и поликлиника. Для туристов проводятся экскурсии по интересным местам Припяти.

6: Саркофаг, который накрывает атомный реактор, постепенно разрушается, и над всей страной возникает угроза еще более сильной аварии.

Правда: активно ведутся работы по реконструкции саркофага, все топливо хранится в безопасных бассейнах. Если авария и произойдет, то она никаким образом не выйдет за пределы зоны отчуждения.

Доктор Михаил Фишкин – один из тех, кто в 1986 году участвовал в ликвидации последствий страшной аварии на Чернобыльской АЭС.

«Какой товар был самым дешевым в советской стране»? – спрашивает он, и сам же на этот вопрос отвечает: «Люди! Они не стоят денег, в отличие от транспортных средств, защищенных от радиации, или прочих сложных устройств. Люди – пожалуйста, и в большом количестве! Потому туда и направили людей, чтобы очистить зараженную местность».

Михаилу Фишкину в ту пору исполнилось 26 лет, он уже работал врачом в маленькой больнице, в Ивановской области, — в сотнях километрах от Чернобыля. Жил в общежитии. В ночь с 9 на 10 мая 1986 года — а взрыв случился 26 апреля — — к нему в дверь постучали.

«Пришли в три часа ночи, — вспоминает Фишкин. – Там, где я квартировал, жили также инвалиды и больные люди, они знали, что я – врач, и иногда стучались ко мне, если кто-то чувствовал себя нехорошо… Потому я не удивился тому, что в дверь постучали — решил, что кому-то нужна моя помощь».

Однако Фишкин ошибся – на пороге стояли два человека в штатском. Он видел их впервые, и не сразу понял, кто это.

— Что-то случилось в больнице? – спросил Фишкин.

— Нет, это не имеет никакого отношения к больнице, — ответили незваные гости. — Нам нужно, чтобы вы были готовы через три минуты. Внизу вас ждет автобус. Собирайтесь.

Один из визитеров спустился вниз, а второй остался. «Как странно, что он не ушел», — подумал тогда доктор, но потом понял: это для подстраховки. Боялись, что если люди поймут, куда их собираются везти, то сбегут.

Фишкин быстро упаковал нехитрый скарб, и вместе с сопровождающим вышел к автобусу, заполненному до отказа невольными пассажирами. Никто из них не знал, зачем их собрали в столь поздний час и куда везут. Вначале их доставили в местную школу — там они провели остаток ночи. А утром их отвезли на небольшой военный аэродром. Всем выдали форму и сказали, что группа примет участие в масштабных военных учениях в Беларуси.

Товарищи Фишкина «по несчастью» оказались резервистами. Хотя до той поры его на резервистские сборы никто и никогда не призывал. Он пытался выяснить, почему вдруг оказался мобилизован, но никакого ответа не добился. Однако, размышляя, пришел к выводу, что и случайности в этой истории не было места.

Дело в том, что за несколько дней до этого к нему в больницу попал некий старший сотрудник местного отделения КГБ, уговаривавший врача не писать в медицинском заключении, что у него в крови обнаружили алкоголь. Фишкин отказался — и, по всей видимости, «чекист» затаил праведную злобу, а теперь решил отыграться, включив своего обидчика в список ликвидаторов. Любопытная деталь: через несколько лет после всей этой истории Фишкину довелось лечить дочь одного высокопоставленного партийного чиновника, и он подтвердил тогдашнее его предположение.

Через некоторое время всех, кто находился на военном аэродроме, посадили в поезд. Удивило, что он мчался, как экспресс, не останавливаясь ни на одной из станций, и так за восемь часов добрался до места назначения. Тогда как в обычном режиме дорога – с остановками, как всегда и было — занимала на шесть часов больше.

«Нас выгрузили из поезда, — вспоминает Фишкин, — и мы сделали привал в лесу, чтобы поесть. Мы не ели с той поры, как ночью нас забрал автобус… Я пошел немного прогуляться, но затем произошло нечто странное. Я увидел очень красивые цветы с необычайно сильным запахом. Известно, что они используются для лечения сердечной недостаточности…»

Это была наперстянка – род травянистых растений из семейства подорожниковых. Действительно, особое вещество, выделяемое из наперстянки, долгое время оставалось единственным и незаменимым препаратом для лечения хронической сердечной недостаточности. На это растение и наткнулся доктор, но стоило ему наклониться, чтобы сорвать цветок, как один из офицеров, сопровождавших группу, предупредил:

— Не надо трогать растение. Это – опасно.

Фишкин удивился:

— Я знаю, что это за растение, оно никакой опасности не представляет.

— Растение само по себе не опасно, но пыль на нем очень опасна.

— Что за пыль, о чем вы говорите?

— На атомной электростанции произошел взрыв. Оттуда и пыль.

— Тогда почему же мы едем в Беларусь? – опять задал вопрос доктор. Офицер разозлился:

— Я вообще не обязан вам ничего объяснять, — огрызнулся он. И ушел.

И вот тогда Фишкину стало понятно, что ситуация складывается не очень приятная. Как врач, он прекрасно понимал, что такое излучение и что такое радиоактивная пыль. Но никто ничего не хотел объяснять, никто не хотел отвечать на вопросы. Даже когда их доставили в разбитый неподалеку от АЭС палаточный лагерь. Сказали только — ничего не трогать и ждать приказа.

А затем начался кошмар.

Регион полностью эвакуировали. По-прежнему ничего нельзя было узнать о масштабах бедствия. Однажды всех, кто находился в лагере — а это около шести тысяч человек, гражданский и военнослужащих, собрали и сказали им примерно следующее: «Вы здесь, потому что на АЭС случилась колоссальная авария, и, возможно, вы больше никогда не вернетесь домой. Мы не знаем, когда вообще поступит приказ о реэвакуации. Вы защищаете страну, и точно так же, как ваши родители, ваши дедушки и бабушки, когда-то гибли в войнах, чтобы защитить нашу державу, возможно, и вам придется сделать то же самое».

То есть, людям – всем шести тысячам — открыто заявили, что они смертники. Можно себе только представить, что творилось у каждого в душе.

Тем временем кошмар продолжался: рыли какие-то ямы, траншеи, смывали радиоактивную грязь с крыш домов в соседних с АЭС деревнях, а когда грязная вода стекала с крыш, землю приходилось перелопачивать.

Они были одни, и вокруг никого; такое ощущение, что в жизнь претворились страшные фантазии фильма «Сталкер» Андрея Тарковского. Фильм, снятый в 1979 году, казался тенью Чернобыля: огромные пустые пространства, пустые, словно вымершие, деревни, мертвые фермы – в прямом и переносном смысле слова, поскольку вся живность, включая коров, кур или свиней, были уничтожена. Убили большинство собак, потому что предполагалось, что в их шерсти скапливается радиоактивная пыль. Животных убивали нещадно, потому что боялись, что они разнесут «радиоактивную заразу». Почему-то не убивали только кошек, которые бродили по огромной территории и, казалось бы, несли такую же опасность, как и другие животные? Но это –еще одна примета абсурда, царящего здесь: просто приказа убивать кошек не поступало.

Через три недели после того, как группа людей вместе с Фишкиным прибыла на место, решено было сменить часть команды, работавшей непосредственно в самом реакторе, и, в особенности, офицеров, которые, как предполагались, получили слишком большую дозу облучения. Тогда вместе с тремя солдатами доктор очутился уже, как говорится, в самом пекле.

Хотя внешне, как он вспоминает, все выглядело довольно идиллически: несколько квадратных километров площади, на которых размещался реактор, красивая и ухоженная территория, повсюду – благоухающие цветы, над головой – чистое и ясное голубое небо. Все выглядело так, будто ничего не произошло, хотя на самом деле опасность подстерегала на каждом шагу, оповещая о себе непрерывным щелканьем дозиметров.

«Первой задачей, поставленной перед нами, было навести порядок — рассказывает доктор Фишкин. — После взрыва часть материалов рассеялась в воздухе, превратившись в пыль, а тяжелые материалы — уголь и графит — валялись на земле, в виде радиоактивных осколков. Надо было забежать туда, где лежали эти осколки, очень быстро взять один из них и выбросить в специальный контейнер».

Как утверждает Фишкин, в самом начале у тех, кто работал на аварийно-спасательных работах, не было даже защитного снаряжения, а дезактивация, понятное дело, от радиации не спасала. Внутри, в самом реакторе, было жарко и трудно дышать. Люди ели, спали, дышали в непрерывном контакте с радиацией. Только через два месяца после прибытия, в июле, стали прибегать к процедуре дезинфекции. Сразу после выхода из реактора надо было выбрасывать загрязненную одежду и обувь. В палатках радиация зашкаливала. Как врач Фишкин, конечно, знал больше остальных, но даже он не представлял себе всех последствий. И только когда он оказался внутри реактора, до него стал, наконец, доходить смысл происходящего.

Там же, находясь в подвальном помещении, которое одновременно служило и убежищем, и столовой, Фишкин впервые столкнулся с персоналом реактора и его руководством, а также — с академиком Валерием Легасовым, возглавлявшим комиссию по расследованию чернобыльской аварии. В новом, завоевавшем популярность сериале «Чернобыль» Легасов, как считают некоторые, представлен в излишне негативном свете.

«Я беседовал с этими людьми, постепенно собирал информацию, по крошке, по капле, по щепотке, — говорит Фишкин, — Каждый из них рассказывал что-то, чего не знал другой. Но весь пазл по-прежнему не складывался. А однажды приехал из Москвы какой-то высокопоставленный партийный бонза. Такое происходило постоянно: внезапно кто-то прибывал «сверху», может быть, зная, что надо делать. Гость захотел, чтобы его сопровождал врач, и потому я все время ходил вместе с ним. И однажды утром он решил увидеть место взрыва. И мы поехали туда.

Вот это было, действительно, страшно. Наверное, после такого можно говорить: «Теперь я видел все».

Хотя казалось бы — обычная яма, ничего особенного, разве что продолжается распад веществ, находившихся в реакторе. Фишкин вместе с высоким гостем и несколькими сопровождавшими их солдатами отправился туда в автомобиле, бронированном свинцом. И, вот, они все ближе и ближе – тут дал о себе знать счетчик Гейгера, установленный в машине: сначала звук был прерывистым, а затем просто слился в одну протяжную, несмолкаемую ноту.

«Когда мы достигли края ямы, — отмечает рассказчик, — вдруг двигатель автомобиля заглох. Мы застряли. Мы поняли, что у нас – проблема. Наша одежда вмиг пропиталась испариной. Уровень радиации был таков, что через пять минут мы были бы мертвы. В машине стояла мертвая тишина. И вдруг двигатель ожил. Водитель, чуть ли не подпрыгнул, дал газу, и мы пулей выскочили оттуда. Эти несколько минут длились целую вечность.

Когда двигатель заглох, солдаты стали спрашивать у меня, насколько ситуация опасна. И я сказал им: «Товарищи, думаю, мы должны попрощаться друг с другом»…»

Пройдя эти круги ада, Михаил Фишкин выжил — но, по его словам, вернулся домой уже готовым диссидентом.

«До этого я был патриотом, — признается он, — как и все советские люди. Я любил свою страну. Я был идейным человеком. Но вернулся из Чернобыля диссидентом. Жизнь казалась невыносимой. Я не мог слушать новости. А там, где мы находились, каждый вечер, в девять часов, как и положено, солдаты должны были слушать новости. В лагере был генератор, и работали маленькие телевизоры. Они стояли между палатками, и солдат обязали выходить к новостям. Но все мы, непосредственные участники событий, поняли, что нет никакой реальной связи между тем, что происходит в Чернобыле, и тем, что сообщает телевизор. В начале июня там уже бодро рапортовали, будто авария устранена, радиоактивного фона нет, и вскоре все население вернется в свои дома. Но мы-то знали, что все это – чепуха, вранье! Я перестал верить, я не верил ни единому их слову. Даже когда пришли к власти другие и что-то изменилось, я все равно не верил ни во что».

В девяностые годы прошлого века Михаил Фишкин репатриировался в Израиль; сегодня он – детский хирург в медицинском центре «Ихилов». Прошлое постоянно напоминает о себе: это и ослабленная иммунная система, и непредсказуемые приступы слабости, и едва ли не моментальная восприимчивость к вирусам…

В 2012 году в России был принят закон о правах «ликвидаторов». Им разрешили выйти на пенсию досрочно, в пятьдесят лет. Здесь, в Израиле, ликвидаторы получают ежегодное пособие на восстановление — 5570 шекелей. Но израильские власти отказались предоставить налоговые льготы.

Что он чувствует сейчас, когда о Чернобыле вновь стали говорить? «Несколько лет назад я получил хороший совет от одного человека, который работал со мной: записать все, что со мной произошло, чтобы это помогло в какой-то мере справиться с грузом прошлого, — отвечает он. – И я написал, и издал небольшую книгу на русском языке. Теперь я мечтаю перевести ее на иврит».

Айелет Шани, «ХаАрец». М.К.
Фото:

1986 Год. 26 Апреля. Суббота. 1.23 Ночи.
На Чернобыльской Атомной Электростанции Случается Крупнейшая Техногенная Катастрофа В Мире.

3 ночная смена, я спецовки проверяю.
Неисправность управления, реле давления.
От переутомления — забыл перчатки, волнение.
Хочу вернуться, таково моё стремление.
Оборачиваюсь крепь, земля дрожит.
Резко чем-то ослепило, кто-то бежит.
А теперь и оглушило, ещё чувствую боль в груди.
Когда пришёл в себя увидел ужас впереди.

Товарищи все обгоревшие лежат, а это что…
Это рука! О боже, я узнал её!
Обручальное кольцо на пальце безымянном.
Вспомнил свадьбу, свою семью, родной дом.
Я чувствую холод, трудней становится дышать.
Теперь я понимаю что такое умирать.
В миг стало всё белым, вокруг пустота.
Вся жизнь перед глазами пролетела, а за нею темнота…

Зона отчуждения
забыты всеми все мечты
ужасное прикосновение дьявольской руки
но как ты ни крути эта история-быль
в памяти останется зловещее Чернобыль….
Зона отчуждения забыты всеми все мечты
Ужасное прикосновение дьявольской руки
Но как ты ни крути это история быль в памяти
Останется зловещая чернобыль

Взорвался 4 реактор
пожарники в пути
погибло много людей
о Боже ПОМОГИ!!
первым был Валерий Ходемчук
снесённый одним махом….
много лет уже прошло а он и щас под саркофагом
его так и не нашли
хотя что искать?….
и больше не увидит своего родного сына мать..
а сколько там погибло…сколько облучилось…
а сколько жителей тогда ещё не знали что случилось
им даже и не снилось
и даже когда город спал
какую картину кто то им нарисовал
становится опасно
радиация! атас!
а кто то поливает огород
а кто то пьёт квас
вобщем все работали, а вечером гуляли
они ничё не знали
от них это скрывали
и лишь потом все жители узнали—радиация
впервые слышат после войны-эвакуация

Зона отчуждения забыты всеми все мечты
Ужасное прикосновение дьявольской руки
Но как ты ни крути это история быль в памяти
Останется зловещая чернобыль

Чернобыль было сердцем нашей страны
После взрыва ветераны вспомнили минуты
войны перегрузка реактора чьи-то опыты
или излишка от некачественной работы
Три дня горел реактор Три дня
Узрел каждый человек дрожала земля
Тысячи героев приняли вызов огня
Вдыхая смертоносный туман дня
Мы помним на земле явление ада
Отсутствие здоровья старости
За подвиг награда
Герои погибали в страшных муках
Последствие аварии отразилось на детях и внуках
Не стоит искать ещё кто прав кто виноват
Трагедия произошла да и это факт
Прошлый век ушедших героев о них скорбим
За спасение наших жизней вас благадорим

Зона отчуждения забыты всеми все мечты
Ужасное прикосновение дьявольской руки
Но как ты ни крути это история быль в памяти
Останется зловещая чернобыль

«Мой муж — чернобыльский киборг»: история жизни ликвидатора

Москва. Северное Бутово. Именно в этом районе в начале 90-х ликвидаторам чернобыльской аварии выделяли квартиры. Сначала хотели всех, кто остался в живых, поселить в одну панельную многоэтажку. Передумали. Тесное соседство с товарищами по несчастью не способствовало душевному комфорту. Большинство участников катастрофы хотели забыть прошлое.

Когда супруги Бреховы первый раз приехали в новый район, женщина разрыдалась. Кругом — пустырь: ни дорог, ни общественного транспорта, ни магазинов, ни людей. Совсем как в Чернобыле после аварии.

«Здесь будет рай, подождите», — заверили чиновники молодоженов. Бреховым ничего не оставалось, как поверить на слово. Ждать им не впервой. Часть их жизни прошла в ожидании и терпении.

«Куда ты денешься с подводной лодки»

Первый вопрос, который задаю Бреховым с порога: «Фильм-то смотрели?». Глава семьи улыбается: «Я такие сказки не смотрю». Его супруга Наталья обещает посмотреть.

Речь у Игоря медленная, заторможенная. Но жена понимает его с полуслова.

— Не все ликвидаторы пострадали тогда, кому-то повезло, — каждое слово дается мужчине с трудом. — А я вот хапнул по полной. Рядом со мной пацаны работали — некоторым хоть бы хны. Радиоактивная пыль избирательной оказалась. Как в русской рулетке.

Передо мной альбом с выцветшими фотографиями. В 1986 году 19-летний Игорь Брехов нес воинскую службу в закрытом военном городке Чернобыль-2, что в семи километрах от атомной электростанции. В то время там находилась засекреченная часть, обслуживавшая радиолокационную станцию для обнаружения межконтинентальных баллистических ракет потенциального противника. Таких воинских частей на территории СССР было всего три.

фото: Из личного архива Игорь служил в 7 км от места аварии.

На пожелтевших снимках — молодой крепкий парень. Бросаю взгляд на фотографию, следом — на собеседника. Ничего общего. Болезнь исказила лицо Игоря до неузнаваемости.

— Вот я с сослуживцами в тот самый день, когда прогремел взрыв, — Брехов проводит пальцем по черно-белой фотографии. — В тот вечер было мое дежурство. Я отвечал за электропитание на нашей подстанции. Вышел на улицу покурить. Раздался взрыв. Из-за густого леса вспышки я не увидел.

Иногда я анализирую случившееся, и мне кажется, что трагедия не была случайностью или халатностью. Часть, в которой я служил, считалась мощной стратегической базой. В нее вложили баснословные деньги. Аппаратуру там установили по последнему слову техники, такая даже американцам не снилась.

Может, кому-то понадобилось ее уничтожить? Ведь так и произошло в итоге. После аварии военные покинули часть.

К разговору подключается Наталья: «Не случайно в ту часть набирали самых умных парней. Дураков среди рядовых не было. Игоря сразу после училища забрали, он успел получить престижную специальность — электрик».

— На следующее утро после взрыва всем солдатам сообщили об аварии. Нам велели плотно закрыть окна и не выходить из казармы, — вспоминает Игорь. — Но масштабов бедствия никто не предполагал. Офицеры сами не понимали, что случилось. Мне кажется, никто не догадывался, чем все может обернуться.

Наталья перебивает супруга: «Я догадалась. Мне сердце подсказало, что Игорь в опасности. Я сразу бросилась строчить письма. Другой связи не было».

Мужчина улыбается: «Ты догадалась через день, когда по телевизору объявили. Скрывать аварию оказалось бессмысленно. Поляки, финны, шведы обнаружили высочайший уровень радиоактивности, поняли: радиоактивные облака идут из Советского Союза. Забили тревогу».

фото: Из личного архива Бреховы. 1992 г.

— Нашу часть тогда быстро расформировали. Основной состав раскидали по другим подразделениям, — продолжает Игорь. — А меня оставили охранять добро. Около недели я провел в гарнизоне. Потом меня отправили под Киев. Оттуда прямиком в Чернобыль на ликвидацию аварии. В мои обязанности входило загружать песок в мешки, которым потом с вертолета забрасывали смертоносный реактор.

— Отказаться могли?

— Как это отказаться? — удивленно вскидывает брови Наталья. — В то время никто не отказывался. Героические люди были. В советское время это нормальное явление.

— Поэтому и Великую Отечественную мы выиграли,— рассуждает Игорь. — В наше время такого патриотизма уже нет.

— Правда, что от военнослужащих скрывали, куда их везут? Уже на месте солдаты понимали, что их направили на ликвидацию аварии?

— Это вы в кино увидели? Ни от кого не скрывали. Вот только отбор военнообязанных проходил тщательно. 18-летних парней не загоняли в Чернобыль. Отправляли тех, кто успел обзавестись семьей, детьми. А мой Игорь оказался сразу на месте. С подводной лодки куда ты денешься? — говорит Наталья.

— Так распорядилась судьба, — вздыхает Брехов. — Да и потом, мы молодые были, море по колено, разве думали о последствиях? Надо — значит, надо. Да и при всем желании бежать было некуда. На Луну, что ли?

Наталья качает головой: «Обычные граждане не знали о последствиях. А вот в парткоме все поняли сразу. Когда людей в том же Брянске и из других зараженных городов после аварии заставили выйти на первомайскую демонстрацию, местные жители удивлялись, почему жены партработников в жару надели кожаные пальто и перчатки. Таким образом эти дамы думали себя обезопасить от радиации».

«Ноги покрывались плесенью»

Игорь с Натальей познакомились задолго до чернобыльских событий. Вместе учились в ПТУ. Там подружились. Жили в одном общежитии в Москве. Ни о каких романтических чувствах между ними и речи тогда не шло. Наташа по-приятельски провожала Игоря в армию. Потом завязалась переписка. Оба ждали «дембеля», чтобы снова встретиться.

После катастрофы следы Игоря затерялись. Лишь через несколько месяцев Наталья получила от него письмо, написанное корявым размашистым почерком.

— Это был почерк тяжелобольного человека, — вспоминает Наталья. — Я поняла: случилось что-то страшное. Я не могла разобрать почти ни слова. Да вы сами посмотрите на эти письма, я их все храню.

Женщина раскладывает передо мной веером пачку пожелтевших конвертов. «Здравствуй, Наташа. Прости меня за такой почерк. Со мной стали происходить странные вещи», — так начиналось почти каждое письмо.

фото: Из личного архива Наталья до сих пор хранит все письма Игоря.

— Я сохранила все письма. Разве это можно выбросить? — гладит конверт Наталья.

Что происходило с Игорем, Наталья не понимала. Да и сам мужчина не мог ответить на этот вопрос. Просто в один миг его перестали слушаться руки, ноги не держали. Не известная ему болезнь развивалась стремительно.

— Когда появились первые признаки недомогания, я еще дослуживал в армии, но из Чернобыля меня уже вывезли, — рассказывает Брехов. — В медсанчасти у меня взяли кровь и тут же выписали направление в госпиталь.

— Сколько времени вы в общей сложности провели на ликвидации?

— Песок грузил на берегу реки Припяти не больше двух недель. 12 мая меня перевели в Серпухов под Москвой. Туда все наши солдаты приехали в загрязненной радиацией военной форме. Мы же ее так и носили все время, не снимали.

И в один день я заметил, что у меня стала чернеть нога, будто плесенью покрылась. Меня сразу доставили в подмосковный госпиталь. Врачи были шокированы, когда узнали, что я не снимал форму, которую носил весь май в Чернобыле. Только в больнице с меня сняли эту одежду и уничтожили.

Так выглядели ликвидаторы-военнослужащие в фильме «Чернобыль». А так — в реальной жизни.

К тому моменту я уже не мог передвигаться. Ноги стали тонкие как спички. Скорее всего, свою дозу радиации я добрал как раз не в Чернобыле, а пока носил зараженную одежду.

Наталья не скрывает возмущения: «Видно, пожалели вещи выбрасывать. Это только по телевизору красиво показывали, как сжигали одежду, мыли улицы, а на деле все было не так. Государство оказалось не готово к аварии. Для страны это был удар под дых».

— В какой-то момент я начал завидовать тем, кто почти сразу умер от лучевой болезни, — продолжает Игорь — Мне казалось, что лучше быстро сгореть, чем мучиться с тяжелой формой инвалидности. Чернобыль ударил меня практически по всем органам: вышла из строя печень, мне удалили селезенку и желчный пузырь, я практически потерял речь.

— Как сложились судьбы ваших сослуживцев?

— Я с тех пор почти ни с кем не общался. Однажды ко мне в госпиталь приехал лишь один сослуживец, Сашка. Ему повезло. Он здоров. Знаю, что болезни обошли стороной командира нашей роты. Хотя он долго находился в Чернобыле, один из последних выезжал оттуда. Потом через год он еще туда приезжал на ликвидацию последствий. Когда всем ликвидаторам давали пенсию по инвалидности, льготы, он от всего отказался, объяснил, что ему совесть не позволяет воспользоваться привилегиями. Хотя многие здоровые не гнушались льготами. Вот вам пример еще одного геройства.

Кадр из сериала.

«Он в палате смертников. Оттуда живых не вывозят»

Пока Игорь лежал в военном госпитале, Наталья разыскала его.

— Я не могла его бросить, у него ведь в Москве больше никого не было, — вспоминает супруга ликвидатора. — Игоря положили в госпиталь Бурденко. Меня к нему не пускали. Я попросила знакомую санитарку разузнать о его состоянии. Когда она сообщила, что Игорь лежит в отдельной палате, я удивилась — по одному там только генералы лежали. Сотрудница больницы пояснила: так он находится в палате смертников, оттуда живых не вывозят.

Три месяца врачи боролись за жизнь Брехова. Врачи, как могли, выходили парня. В августе 1986 года Игоря выписали с пожизненным диагнозом … хронический гепатит.

Но к Наталье мужчина не вернулся. Чернобыль явился точкой невозврата. Брехов в глубине души догадывался, что болезнь, скорее всего, отступила лишь на время. Не хотел портить жизнь молодой девушке.

— Вышел я из больницы, думал устроиться на работу электромонтажником. Пришел в одну контору. Мне от ворот поворот: нам нужны только кровельщики. Но это совсем не моя специализация. В отчаянии я уехал к маме в Тамбовскую область, — говорит Игорь. — По дороге потерял сознание, началось носовое кровотечение. В Тамбове совсем мне схудилось. На два месяца я оказался прикован к постели. Мама меня кормила, поднимала.

Я ведь даже с собой не мог покончить — такие мысли приходили. Сил не было, да и руки-ноги не шевелились. И врачи никак не могли помочь — у меня все болезни вылезли и переплелись с новыми так, что доктора запутались с диагнозом.

Прошел еще год. В 1987-м мужчину положили в столичный Институт хирургии.

— Я до сих пор помню профессора, докторов, которые носились со мной как с родным сыном. Одна врач мне сдавала свою кровь для прямого переливания. Редкая у меня оказалась группа, не было такой в больнице, — вспоминает Брехов. — В институте мне провели восьмичасовую операцию по удалению селезенки. Потом было долгое и мучительное восстановление дома у мамы в Тамбовской области. Бесконечные лекарства, правильное питание. Я выпал из жизни. Просто лежал живым трупом, пока меня не навестил мой приятель. Он-то и сказал, что пора вставать, тренироваться.

Постепенно мужчина пришел в себя. Вспомнил о Наталье, которая все это время продолжала отправлять ему открытки в Тамбовскую область. Вот только обратного адреса на открытках не указывала.

фото: Из личного архива

— К тому времени я устроилась по блату дворником в Москве, — говорит Наталья. — Мне выделили комнату в коммуналке на Шаболовке. Я не знала, живой Игорь или нет. Открытки отправляла, но вот ответа не получала. Адрес-то забыла указать. А вскоре прошел слух, что он умер.

Брехову врачи рекомендовали каждые полгода проходить обследование в Москве. В один из приездов он решил найти Наталью. Разыскал девушку по фамилии и году рождения через адресное бюро. Шел 1991 год.

— Приехал по адресу. С цветами, как положено. И с тех пор мы не расставались, — улыбается Игорь.

— Я хорошо помню тот день. Когда увидела Игоря на пороге, чуть сознание не потеряла. От прежнего Игоря не осталось и следа. Болезнь его измотала, — делится Наталья. — Он мне в тот же день предложил выйти за него замуж. Я засмущалась: может, так поживем? Он ни в какую. Я тогда с опаской ему: а если у нас детей не будет? Игорь был категоричен: все у нас будет. И повез меня к гадалке, чтобы та подтвердила его правоту. Приехали к шарлатанам, которые убедили мужа, что детей мы нарожаем. Через полгода я забеременела.

— Видишь, значит, не шарлатаны оказались, — смеется Игорь.

— Врачи отговаривали вас рожать?

— Конечно. Всю беременность твердили: ты что, дура, у тебя ребенок родится с двумя головами и хвостом. «Добрые» люди со всех сторон стращали: ты за кого замуж вышла, он завтра-послезавтра помрет. Проревела я всю беременность.

Сейчас старшей дочери Бреховых 26 лет. Младшей — десять. Обе девочки родились абсолютно здоровыми.

«Селезенки нет, желчного пузыря нет, печень чужая»

Многие ликвидаторы аварии жалуются, что до сих пор не могут получить официальный статус ликвидатора. Игорю Брехову тоже пришлось биться с бюрократической системой, чтобы его заболевания признали последствиями Чернобыля.

— Если у человека не было лучевой болезни, то ему сразу давали от ворот поворот. Нам пришлось годами доказывать, что не на пустом месте возникли проблемы со здоровьем, — рассказывает Наталья. — Кажется, мы посетили все инстанции, чтобы добиться справедливости.

Игорь меня научил, как себя вести с чиновниками. Советовал заходить в ту или иную контору и начинать выть, чтобы вызвать жалость. Так и делали. Приходим, и я в рев.

Сотрудники госучреждений начинали суетиться, но все заканчивалось тем, что нас отправляли по другому адресу. Мы бежали туда. И я снова выть.

Но выбить инвалидность получилось только в 1991 году. Ельцин сделал доброе дело, когда все болезни ликвидаторов связал с катастрофой. А до этого у Игоря не было ни постоянной инвалидности, ни льгот, да еще пенсию начисляли мизерную — 500 рублей. Для сравнения, артистам, которые приезжали в Чернобыль для поднятия духа ликвидаторов, сразу начисляли пенсию в 17 тысяч рублей.

Но на этом проблемы семьи не закончились.

— 1990-е годы оказались самыми тяжелыми, — вспоминает Наталья. — Игорь серьезно болел, необходимо было доставать лекарства, в аптеках шаром покати. Помню, как пришла в аптеку, а нужные таблетки закончились, новую партию не завезли. Я реветь: мой муж помрет без них. Фармацевт тогда кому-то позвонила, направила меня на другой конец Москвы, я долго искала адрес, спустилась в подвал, и там в какой-то подсобке незнакомая женщина достала из сейфа баночку лекарств.

— Как сейчас здоровье Игоря?

— Чернобыль с нами навсегда. Два года назад Игоря прилично шандарахнуло. Он совсем перестал говорить. И все время спал. Потерял память. Чуть в кому не впал. Думала, я его потеряю. Тогда врачи решили, что мужу необходима пересадка печени. Страшно было. Но согласились. Помню, положили Игоря на операцию. Я приехала домой и как стала реветь…

Наталья закрывает лицо. Слезы градом. Игорь молчит. Опустил голову. И вы еще сомневаетесь, что настоящая любовь бывает не только в фильмах?

— Утром следующего дня я проснулась. Врачам звонить не решалась. Вдруг что случилось за ночь? — продолжает Брехова. — Вдруг звонок от дочери, она дежурила в больнице: папа проснулся, просит компьютер привезти, он больше не может просто так лежать. И через пять минут звонит Игорь: привет. Я слова не могла вымолвить. До операции он двух слов связать не мог, язык заплетался. И вдруг я его понимаю. Я часто шучу, муж у меня киборг: селезенки нет, желчного пузыря нет, чужая печень.

Наталья обнимает супруга. Целует в голову: «Самый лучший мужчина».

Я не выдерживаю: «Такую любовь на камеру не сыграешь».

— Правда, что ли? Так бросается в глаза? — смеется Наталья. — Неловко как-то…

«За внуков страшно»

Выжил бы Игорь Брехов без Натальи — вопрос. Но, кажется, именно любовь спасла ликвидатору жизнь.

— Вы состоите в обществе инвалидов Чернобыля? — перехожу к насущным проблемам.

— Сейчас все закрыли. Осталась организация «Дети Чернобыля». А вот инвалидного союза в Москве нет, — говорит Игорь.

— Инвалидов в Москве не осталось?

— Есть еще. Но сейчас важнее будущее наших детей, вернее, внуков. Хотелось бы, чтобы льготы перекинулись на внуков. Не известно, что с ними будет. Страшно.

— А с инвалидами как же?

— Есть у нас мечта — открыть дом инвалидов для чернобыльцев, которым требуется помощь. Хотя бы человек на сто. Но для этого нужна поддержка государства.

— Вы посещаете траурные мероприятия?

— Каждый год езжу на Митинское кладбище — там похоронены те ликвидаторы, кто погиб в самом начале аварии.

— Люди с Украины приезжают?

— Я не знаю. Ни с кем на кладбище не общаюсь. Там вообще мало кто разговаривает друг с другом. Люди приезжают и молчат. Речь толкают чиновники. Заметил тенденцию, что с каждым годом народу на кладбище все меньше приезжает. Редеют наши ряды.

— Вы часто вспоминаете события того времени?

— Никогда не вспоминаю.

— Слышала, что многие живут этими событиями.

— Странно. Это военнослужащие, которые прошли Афганистан и Чечню, вспоминают прошлое. А нам зачем?

— Если бы заранее знали, как сложится ваша судьба после аварии, попытались бы избежать поездки в Чернобыль?

— Нет, вы что? Я бы все равно поехал. Разве могут быть сомнения? Ведь если бы не Чернобыль, я, может, никогда и не узнал, что такое настоящая любовь.

Игорь берется проводить меня до метро. Идем мимо парка с фонтанами. Знаю, что где-то рядом с этим местом на 30-летие трагедии в Чернобыле заложили камень памяти.

Дело нужное, но вот соорудили памятник на скорую руку, для галочки. В надписи допустили две орфографические ошибки. Одна из них — в слове «Чернобыльской». Спрашиваю Игоря: «Не исправили ошибки?». Мужчина пожимает плечами: «Вроде бы нет. Кому это нужно? Туда ведь никто не ходит, кроме нас.

В надписи на памятнике две ошибки. Одна — в слове «чернобыльской», вторая — «гордиться».

А уж надписи и подавно никто не читает. Пошумели на первых порах в Сети по поводу ошибок и забыли. Такая же история и с фильмом нас ждет. Сейчас неделю-другую поговорят о нас, а потом снова забудут».

Читайте материал «Чернобылец перечислил ляпы в сериале «Чернобыль»

Припять: история от развития до забытия

Сегодня история Припяти окутана мраком тайн и ужасающих историй о радиоактивных зомби и пятиглавых волках, которые бродят по территории города. Но прежде чем населенный пункт Припять превратился в Зону отчуждения с парой сотен одичалых жителей, он был вполне себе процветающим городом СССР.

Как строили девятый атомград Советского Союза? Что стало с городом-спутником после аварии на ЧАЭС? Что говорят про Припять сегодня электроэнергетики мира?

Мы собрали только самые интересные факты из прошлой и нынешней жизни города и достоверно расскажем вам все о Припяти.

Строительство Припяти

История Припяти берет свое начало с 1967 года. Именно тогда стала планироваться Чернобыльская АЭС, а вместе с ней — мини-город для строителей и работников станции. Для постройки города-спутника рассматривалось семь площадок. Район будущей Припяти был выбран благодаря удобному расположению – рядом уже существовала железнодорожная станция и было место для строительства дорог.

В 1969 году выпустили проект рабочего поселка — Припять стала городом не сразу — с чертежами будущих первых построек.

Город начали строить на берегу реки Припять, которая является притоком еще большей реки Днепра. Относится он к Киевской области. От столицы Украины Припять находится всего в 94 км. Совсем недалеко от города находится территория Беларуси. Чернобыльская атомная станция расположена в двух километрах от Припяти.

Основали будущий город-призрак в Украине в феврале 1970 года. Одновременно начинали строить и Чернобыльскую АЭС, однако первые ударные мощности строительства направлены, как правило, на город-спутник атомной станции, так как около 6000 строителей нужно было где-то размещать и кормить. На многих советских АЭС атомграды отстраивали за несколько месяцев или даже лет до начала строительства самой атомной станции.

Непосвященные в историю о трагедии на Чернобыльской атомной станции, часто спрашивают: что такое Припять? В первую очередь, Припять — город проживания работников ЧАЭС. Но была у него и побочная роль.

Город Припять стал важным транспортным узлом Киевской области. Вокруг начали отстраивать автомобильные дороги, неподалеку уже существовала железнодорожная станция Янов. Кроме того, со строительством города удлинили фарватер реки Припять и рядом теперь был судоходный путь протяженностью почти 600 километров. В итоге город Припять стал центром пересечения нескольких типов дорог и перевалочным пунктом между ближайшими станциями.

Первые здания Припяти

Отталкиваясь от главных потребностей тогдашнего населения, первыми в Припяти стали возводить общежитие №1, столовую №1 и здание управления строительными работами. Первой улицей, на которой располагались постройки, стала улица Дружбы Народов.

В августе 1971 года город уже приобрел черты населенного пункта. Были решены проблемы с питьевой водой и канализацией, полностью готов к эксплуатации первый дом на 90 квартир. Еще через год, в 1972 году, в Припяти достроили первую школу.

Настоящим Днем рождения города можно считать 14 апреля 1972 года. В этот день Президиум Верховного совета УССР присвоил тогда еще поселку строителей имя – Припять, в честь реки, близ которой он находился. Статус города населенному пункту дадут лишь в 1979 году.

Интересно, что:

  • Припять стал девятым городом СССР, который основали как город-спутник атомной станции. До этого были отстроены: Обнинск (Обнинская АЭС), Сосновый Бор (Ленинградская АЭС), Курчатов (Курская АЭС), Удомля (Калининская АЭС), Нововоронеж (Нововоронежская АЭС).
  • Фактически, у Чернобыльской АЭС два города-спутника, так как после закрытия Припяти и аварийного энергоблока станция работала еще 4 года. Для работников и их семей построили город Славутич, который до сих пор живет и здравствует. Население города – около 25 тысяч человек.

Припять 1986 года – это благоустроенный город с развитой инфраструктурой и почти 50 тысячами жителей. Жили там, как мы понимаем, в основном атомщики. Для того чтобы обеспечить работой членов семей энергетиков, был открыт завод Юпитер, выпускающий электронную технику.

Припять и Чернобыль

История Припяти часто смешивается с историей Чернобыля. Важно понимать, что Чернобыль и Припять — это два совершенно разных города. Припять находится в двух километрах от АЭС, Чернобыль примерно в 13 км.

АЭС Припяти назвали Чернобыльской, потому что находится станция в Чернобыльском районе. Никакого отношения к самому городу станция не имеет.

История города Припять началась как история спутника Чернобыльской АЭС в 1970 году, город Чернобыль же имеет многовековую историю.

Чернобыльская АЭС

Что такое Припять? Это спутник первой атомной станции Украины, Чернобыльской АЭС, которая и дала толчок сооружению города.

Здание атомной станции, утвержденное проектом 1967 года, могло вместить в себя три разных типа реактора: водо-водяные ВВЭР, графито-газовые РК-1000 и графито-водные РБМК-1000. На станцию решено было поставить РБМК-1000, в то время уже испытанные на нескольких АЭС Союза.

К 1986 году на станции работали 4 реактора. Мощность каждого из них 1000 МВт. Еще два энергоблока АЭС, реакторы №5 и №6, на тот момент строились. Они были остановлены в строительстве после Чернобыльской катастрофы. Строительство новых энергоблоков, которые так и не были запущены, велось с 1981-го по 1983-й год соответственно.

Мало кто знает, но помимо известной всем катастрофы 1986 года на ЧАЭС Припяти была еще одна относительно крупная авария. В 1982 году, 9 сентября на энергоблоке ЧАЭС №1 запускали реактор после запланированного ремонта.

Реакторы состоят из нескольких каналов, куда закладывают атомное топливо. Внешне они выглядят как большие дырки, куда кладут ТВС — пучки трубок, внутри которых находится уран.

В канале № 62-64 ТВС разрушилась и вследствие этого канал разорвался.
Аварийная защита не сработала. Еще 20 минут мощность реактора была очень высокой – 700МВт. Это повлекло за собой печальные последствия.

В результате аварии пострадал не только первый, но и второй энергоблоки. В атмосферу выбросилась радиоактивная смесь из пара и газа. Близлежащие к станции территории были заражены. Но поскольку советские СМИ очень нехотя афишировали происшествие, об аварии на АЭС Припять, так же, как и весь Советский Союз, так и не узнала.

Как видим, с реакторами РБМК-1000 уже были проблемы. Кстати, не только на ЧАЭС. Несколько аварий случалось и на Ленинградской атомной станции, работающей на таких же энергоблоках.

Недостаточно хорошо спроектированные и сконструированные реакторы – одна из главных причин, которую называют виновницей Чернобыльской катастрофы 1986 года. Наряду с ней бытует мнение о том, что в аварии виновны работники станции.

Припять. День, который все изменил

От чего пострадала Припять, как это было? О том, что случилось с городом Припять, сегодня многие знают из документальных программ и фильмов. История Припяти известна многим по личным рассказам бежавших из города людей, но о катастрофе они узнали больше чем через сутки после аварии.

Что в это время происходило на месте событий, в сердце станции, на энергоблоке №4 АЭС ? Попробуем разобраться.

Самая масштабная ядерная авария в Припяти произошла в ночь с 25 на 26 апреля 1986 года.

25 апреля работники станции остановили энергоблок №4 для проведения планового ремонта. Во время остановки планировалось испытать новую систему аварийного снабжения электричеством, которую предложил институт Гидропроект.

Для испытания мощность реактора заранее снизили наполовину. Систему аварийного охлаждения отключили, этого требовали условия эксперимента.

Мощность реактора продолжали снижать, в один момент даже потеряли над ней управление. Несколько раз мощность прыгала от низких до высоких отметок. Управление удалось вернуть в руки работников станции. Все это было только подготовкой к эксперименту.

В 1:23:04 начали проводить испытание. Реактор 4 ЧАЭС стал непроизвольно повышать свою мощность.

Через 30 секунд операторы дали аварийный сигнал. В этом случае поглощающие стержни должны войти в активную зону реактора и остановить деление атомов урана.

Как выяснилось позже, аварийные стержни были неправильно сконструированы и остановить реактор им не удалось. Мощность реактора быстро росла и через пару секунд система вышла из-под контроля. Произошло несколько сильных ударов.

В 1:23:47, то есть через 43 секунды после начала испытания, реактор №4 полностью разрушился.

Все только начиналось…

В результате взрыва реактора на станции возникло около 30-ти очагов пожара, в том числе загорелась крыша машинного зала. По тревоге подняли все подразделения специального реагирования. В 5 часов утра 26 апреля пожар полностью потушили.

После пожара остановили работу всего оборудования четвертого реактора, соседний энергоблок №3 также вывели из строя.

Но катастрофа в Припяти все больше расширялась. В 8 вечера того же дня из-за скопления в помещениях станции огнеопасных веществ, в центральном зале энергоблока №4 вспыхнул новый пожар. Тушить привычными средствами его не стали, вместо этого прислали вертолетную технику.

Позже специалисты скажут, что разбрызгивая химические вещества и сбрасывая песок вертолетчики только усугубляли ситуацию и еще больше нагревали реактор. Потушить все очаги удалось только через неделю!

По некоторым данным, через месяц после происшествий, 23 мая, в Припяти разгорелся третий пожар, который тушили около 300 человек в течение 8-ми часов. Однако факт возгорания остался засекреченным по приказу самого Горбачева.

Припять 1986 года превратилась в израненный пожарами город, занавешенный дымом и радиоактивными выбросами.

Радиоактивные выбросы в атмосферу

Сегодня заброшенный город Припять — это радиоактивная зона, находиться в которой долгое время небезопасно для здоровья. Катастрофа в Припяти «принесла» в населенный пункт множество опасных радиоактивных соединений.

Общий выброс радиоактивных веществ после разрушения реактора составил примерно 14×1018 Беккерелей (единица измерения активности радиации), это примерно 380 миллионов кюри радиоактивных веществ. Для сравнения, это в 100 раз больше, чем было выброшено радиоактивных соединений в атмосферу в 1945 году после сброса американцами ядерной бомбы на Хиросиму и Нагасаки.

С территории станции ветер разносил изотопы урана и плутония, цезия, стронция и йода. Украинские земли были заражены на 50 тысяч кв. км. Выбросы попали на 12 областей страны. А ведь есть еще соседние Беларусь, Россия, страны Европы…

Радиоактивные дожди после катастрофы были зарегистрированы даже в Германии и Ирландии.

Около 95% радиоактивных веществ до сих пор находятся в здании реактора. Да-да, за 30 лет их не уничтожили. Реактор накрыт Саркофагом и пропускать опасные соединения не должен, но мировые специалисты давно утверждают, что оболочка Саркофага разваливается, и станция остро нуждается в дополнительной защите. Руководство Украины «решает этот вопрос» уже несколько лет.

Эвакуация населения Припяти

Что произошло в Припяти, долгое время не знал никто, кроме некоторых работников станции. То ли директорский состав недооценил масштабов аварии, то ли старался до последнего скрыть инцидент, то ли тянул время. Что случилось в Припяти, толком не понимало и руководство страны. Иначе как объяснить то, что эвакуация Припяти произошла больше чем через сутки после аварии?

Дирекция ЧАЭС Припяти обратилась к властям города с просьбами о вывозе жителей утром 26 апреля. Но власти отказали, так как представители АЭС молчали о подробностях аварии и не пояснили своей просьбы. В неведении оставалась и вся Припять — эвакуация казалась какой-то крайностью, к которой было просто незачем прибегать.

Решение о срочном вывозе людей из города было принято только в 12 часов дня 27 апреля, это через полтора суток после аварии! Эвакуация из Припяти была объявлена для населения только в час дня. Всей стране объявили о том, что «на Чернобыльской АЭС произошел несчастный случай. Один из реакторов получил повреждение».

В общем, советские люди слушали рассказы властей про маленькие и незначительные события в городе Припять, что это не реактор взорвался, а повредилась его конструкция, что из выбросов вокруг летают только безобидные вещества. Про практически мгновенные смерти от лучевой болезни, конечно, тоже умалчивали.

Истории про Припять переходили из уст в уста с самыми разными подробностями. Население было уверено, что покидает город максимум на пару дней. Всем дали указание взять с собой только документы и немного еды. В основном людей вывозили в Чернигов и Киев. Несколько сотен человек эвакуировали в Россию и Молдавию. Из города бежали 47 тысяч человек. Припять 1986 года стала заброшенным населенным пунктом.

Население близлежащих с Припятью городов переселяли в течение последующих четырех лет!

Первое время людей тешили обещаниями вернуть все на свои места, но специалисты знали, что город Припять потерян навсегда. Впрочем, были и те, кто с этим не согласился.

Самосёлы-самоубийцы

Через год после аварии часть населения начала возвращаться в город. В 1987 году в г. Припять было 900 «самосёлов Чернобыля», желающих жить на брошенной территории. По данным соц. исследований 1990-х годов, 80% самосёлов города Припять — это люди старше 60-ти лет.

Большинство из них называли причиной возвращения тоску по дому, другая часть утверждала, что никакого облучения не существует и о том, что случилось с Припятью, они и слышать не хотят.

В 1990-х самосёлы жили в основном на то «что Бог пошлет», охотились, к примеру. Однако некоторые пытались даже сажать огороды и подрабатывали тем, что рассказывали журналистам увлекательные истории про Припять.

Припять сегодня

Пустующий город-призрак Украина хоть и назвала покинутым, но статуса города не лишила, впрочем, как и Чернобыль. Город Припять так и остается городом областного значения.

Но по факту история города Припять закончилась в 1986 году, когда оттуда выехало основное население. Теперь Припять — город слухов, легенд и самосёлов, которые, к слову, почти все отошли в мир иной, от старости или радиации — неизвестно. А современных людей, которых Зона Припяти манит как место постоянного проживания, гораздо меньше, чем экстремальных пенсионеров в конце 1980-х годов.

В 1990-х годах города Припять история помнит погони за заключенными, которые сбегали из тюрем и прятались на заброшенной лесной территории. В отличие от радиоактивных зомби, это не ужасы Припяти, а вполне себе реальные факты. Многих, кстати, задержали и вернули в места лишения свободы. Многих, но далеко не всех!

Заброшенный город Припять – идеальное место для таких беглецов, так как на территории Зоны редко появляются правоохранительные органы.

Сегодня в серый, разрушенный и заброшенный город Припять наведываются только путешественники — экстремалы, которые хотят воочию узреть, правдивы ли все ужасы про Припять. А ужасов ходит много.

За годы простоя город зарос полынью и превратился в еле проходимые джунгли с разрушенными зданиями. Одни посетители видят там трехголовых собак и волков, что еще может быть правдой. Другие наблюдают радиоактивных зомби, о которых с восторгом рассказывают на страницах социальных сетей.

Посмотреть на собак, зомби и заброшенные здания, можно посетив экскурсии в Припять. В программах есть даже посещение закрытого саркофагом реактора и общение с самосёлами, которые утверждают, что расскажут все о Припяти максимально правдиво и интересно. Ну или не очень правдиво, главное, чтобы очень интересно.

Кстати, про Припять рассказывают не только экскурсоводы и самосёлы, но и компьютерные игры, например. В двух миссиях Call of Duty: Modern Warfare игроков окружает Зона Припяти.

Сегодня в город Припять Украина разрешает въезд беспрепятственно. Мимо даже ходит электричка в город Славутич.

Бегство от радиации. Как семья, пережившая эвакуацию, хранит историю Припяти и спасает редких лошадей

Больше двух лет назад две дикие кобылы редкого вида — лошадь Пржевальского — вышли за колючую проволоку, к людям. Украинское село Дитятки, где они оказались, расположено на границе с Чернобыльской зоной отчуждения. Лошадей дважды пытались вернуть в табун, но каждый раз они возвращались во двор Александра Сироты. Так в Дитятках появился приют для краснокнижных лошадей. Прокормить их непросто, но и бросить на произвол судьбы нельзя. Самого Александра Сироту 30 лет назад эвакуировали из Припяти, загрязненной радиацией. Прошло много времени, прежде чем он и его мама нашли себе новое пристанище.

В разговоре с TUT.BY семья вспомнила, о чем шутили атомщики накануне аварии, как проходила эвакуация, как припятчане оказались на майские праздники в Беларуси, а также рассказала, зачем помнить мертвый город.

Припять после аварии. Опьяняющее утро

«Товарищи, временно оставляя свое жилье, не забудьте, пожалуйста, закрыть окна, выключить электрические и газовые приборы, перекрыть водопроводные краны. Просим соблюдать спокойствие, организованность и порядок при проведении временной эвакуации…», — вещал из всех репродукторов города Припять диктор. Было это 27 апреля 1986 года, через 36 часов после взрыва на ЧАЭС.

Александру Сироте было почти десять, когда он слушал это объявление, его маме Любови Сироте — около тридцати. Наспех собирая документы и самые необходимые вещи, они, как и еще почти пятьдесят тысяч жителей города атомщиков, не знали, что вернуться не придется.

Сегодня Любовь Сирота живет в украинском городке Иванков, что в тридцати километрах от зоны отчуждения. Сын ее Саша со своей семьей — в селе Дитятки, на самой границе с отселенной территорией

На прохладной светлой веранде маминого дома Саша Сирота разжигает огонь в чугунной печи с ажурной стенкой, а Любовь Макаровна рассматривает черно-белые фото. По странному совпадению она успела оформить припятскую коллекцию фотоснимков в альбом как раз накануне аварии.

— Ночью со станции донесся гул, потом — хлопок. Мне в эту ночь не спалось, я долго сидела в окне, — вспоминает Любовь Сирота. — Но у нас в городе похожие выхлопы слышали часто, поэтому внимания не обращали. Утром я отправила сына в школу, а сама ушла в литобъединение.

Проект TUT.BY «Чернобыльцы»
Слово «чернобыльцы» звучит уже почти тридцать лет. Означает оно теперь не только и не столько жителей украинского города на реке Припять. Чернобыльцами называют спешно эвакуированных с загрязненных территорий и отселенных на «чистую» землю годы спустя. Чернобыльцы — так говорят о себе люди, схватившие в 1986 году ударную дозу радиации. Если кто-то в беседе произносит «чарнобыльскі» — остальные понимающе кивают головами.
TUT.BY рассказывает истории людей, судьбы которых изменила авария на атомной станции.

В утреннем городе 26 апреля удивляло только одно: большое количество поливочных машин на улицах.

— Но я только подумала: город готовят к майским праздникам. И вообще было чувство такой легкости, будто ты летишь над землей, — рассказывает Любовь. — Только потом я анализировала эту приподнятость. Такой эффект дает очень высокий радиационный фон. У ремонтников на атомных станциях есть термин, который описывает это состояние — «ядерное похмелье».

Саша дотопал по пенным лужам в школу. Прошел первый урок, а на второй учителя не вернулись с перемены в класс, собрались на экстренную планерку.

— Мы сидели, галдели, — вспоминает Александр. — У кого-то из одноклассников родители работали на станции, поэтому мы узнали, что там случился пожар. Просидели один урок, второго тоже не было — и разбежались. У медсанчасти было много взрослых людей, которые что-то обсуждали, в сторонке стояли машины скорой помощи, то и дело раздавались звуки сирен. Нас оттуда прогнали. Потом мы с другом махнули «смотреть пожар», на путепровод, откуда станцию было хорошо видно. Сейчас некоторые «великие» экскурсоводы называют это место «мостом смерти».

— Ну, прострелы-то там были сильные, — вздыхает Любовь Макаровна. — До пятисот рентген.

В Припять мама и сын попали в 1983 году. Обосноваться в молодом, наполовину закрытом, хорошо обеспеченном городе атомщиков было редкой удачей. Фото из семейного архива В Припяти Любови предложили работу мечты. Она стала руководителем литобъединения во дворце культуры «Энергетик», внешний вид которого теперь легко отыскать на многочисленных фотографиях сталкеров. Страница из семейного альбома На этом снимке Саша Сирота (крайний справа) вместе с одноклассниками в Припяти в 1985 году. Фото из семейного архива Саша Сирота во времена своего припятского детства. Фото из семейного архива

Кроме странной дымки над станцией, ничего интересного мальчишки не увидели. Правда, к речному порту летел вертолет. Пока добежали туда — вертолета уже не застали.

— Но раз уж мы оказались возле реки, то было самое время выполнить одно важное поручение, — улыбается Александр. — В школе нам рассказали, как сделать вазу: берешь какую-нибудь банку, обмазываешь ее глиной, а потом в глину нужно натыкать фасоли. Эта поделка должна была стать сюрпризом для мамы. И мы убежали копать глину.

Сашка в день аварии вернулся домой в грязном пальто. Маме приврал: был на субботнике. А заодно принес невесть откуда слух: кажется, детей будут эвакуировать.

«По дворцу культуры летал гроб — так начиналась юморина»

Вечером 26 апреля литобъединение устроило в общежитии строителей атомной станции вечер, посвященный Марине Цветаевой. Потом Любовь Сирота с подругой прогулялись на тот же самый путепровод, куда утром бегал сын, — в ночи над АЭС было видно яркое зарево. Это усилило тревогу.

— Какие же мы были беспечные, — эти слова во время разговора Любовь Сирота повторяет несколько раз. — Еще до аварии нам с подругой в Киеве рассказывали, что где-то на Западе «зеленые» протестуют против атомных станций. Мы иронизировали: давай и мы, как вернемся в Припять, палатки перед станцией разобьем! А примерно за полгода до трагедии я организовала приезд писателей в наш город. Они задавали много вопросов, когда их водили по станции: «А вдруг что-то случится?». Замглавного инженера по науке так тогда убеждал: «Тройная система защиты! Никогда — ничего!».

Отселенная Припять. Снимок 2013 года. Фото: Reuters

Радионуклиды городская молва называла «шитиками». Над ними шутили, как и над горбачевским курсом на ускорение. Атомщики в Припяти проводили смелые, безбашенные юморины, которые настораживали партийное руководство. Любовь Сирота с грустной улыбкой вспоминает несколько эпизодов последнего в городе конкурса юмористов:

— По дворцу культуры летал гроб — так начиналась юморина… Еще была сценка почти пророческая: будто гид водит людей по Припяти. А у нас напротив ДК стоял долгострой, торговый центр, обнесенный деревянным забором. Иронизируя, гид предложил и тут ускориться: «Мы даем обязательство, что к концу года весь город обнесем таким забором». Все смеялись. И совсем скоро забор вокруг города появился, правда, из колючей проволоки.

27 апреля на прилавки припятских магазинов выбросили дефицитные товары: копченые колбасы, говядину и свинину хороших сортов, молоко и сметану в невиданных здесь раньше пластиковых упаковках. Город подумал: к празднику. И выстроился в длинные очереди. Объявление об эвакуации многие услышали, выходя с полными сумками из гастрономов.

Колонны ЛАЗов и «Икарусов» вывозили жителей Припяти в неизвестность. В веренице техники попадались машины, снятые с киевских городских маршрутов. Только в автобусах припятчане стали осознавать масштабы происходящего: множество милиционеров в респираторах, военные машины, танки за городом, перепуганные жители ближайших деревень вдоль дорог.

На пути из Иванкова к границе зоны отселения — вот такой указатель, который сообщает, что начинается Чернобыльский район. После аварии, в 1988 году, этот район упразднили, населенные пункты его отнесли к ближайшему — Иванковскому

Эвакуированным организовали «зеленую улицу» — можно было ехать куда угодно, купить сходу билет на какой хочешь поезд. Люба решила ехать с сыном к сестре, в Беларусь, на майские. Надеялись: после праздников вернутся домой.

— Ехали в поезде из Киева. Вокруг люди обсуждали: что-то серьезное случилось на атомной. Но я сидела молча. Думала: а можно ли об этом говорить, если не было объявления официального? Нас так воспитывали в Советском Союзе, — говорит Любовь Сирота. — Когда приехали в квартиру к сестре, помню, в шутку бросила ее мужу: «Толя, неси приборы — будем шитики мерять!».

Белорусская история. «Вон у меня дома фактически снятые с реактора — веселы и здоровы»

В год, когда случился ядерный взрыв, сестра Любови Надежда Клопотенко жила в Беларуси, в гарнизоне под Марьиной Горкой. Ее муж Анатолий в 1986 году был майором химической защиты, всего прослужил в Беларуси он с 1978 по 1990 год.

Надежда Макаровна всю жизнь ездила вместе с мужем по гарнизонам. После его смерти уехала в Россию. Когда журналисты TUT.BY были в Украине, Надежда Клопотенко как раз гостила у дочери, в городе Бровары Киевской области

— Люба и Саша приехали ночью, постучали в дверь, — рассказывает Надежда Клопотенко. — Мы в шоке были: обычно Люба такая эффектная, а тут — в каком-то сереньком страшненьком платье, измученная. Рассказывает: так и так, пожар на атомной. А Толя слушает с недоверием: «Люба, нам же ничего не говорят, дозиметры не поднимаем, нет распоряжения». Просто поверить не могли, что такое происходит. И, знаете, тогда еще День химика был и мы собрались семьей, взяли Любу, Сашку и все вместе поехали на шашлыки в лес.

В блаженные дни неведения Анатолий Клопотенко даже подсмеивался над директорами ближайших совхозов в ответ на слухи: «Ну что вы паникуете? Вон у меня дома двое, фактически снятые с реактора, — веселы и здоровы».

Потом его батальон подняли по тревоге. Помимо солдат-срочников, выделили «партизан» — так называли военнообязанных разных возрастов, которых мобилизовали специально для ликвидации. Насколько помнит жена, батальон Анатолия был первым из Беларуси, который отправили в Припять.

— В июне они уже убирали в городе. Там не было электричества, в брошенных квартирах стояла вонь — в холодильниках испортились продукты. В одном из домов нашли дедушку, который никуда не эвакуировался. Ну, забрали его, увезли, — рассказывает Надежда. — Потом наших бросили на реактор, чистить. Толя рассказывал, как выбегали на крышу, измеряли радиацию и рассчитывали, на сколько минут туда можно отправлять людей работать… Муж на реактор молодых ребят, срочников своих, не отправлял. Жалел — детей же еще «рожать». Говорил, на крыше дозиметры показывали 33−34 рентгена и зашкаливали.

Свадьба Надежды и Анатолия Клопотенко. Фото из семейного архива

Располагался батальон Анатолия Клопотенко в Красном Брагинского района. Командир четыре месяца не ездил на побывку домой.

— Я приехала туда сама, в Красное. Выходит мой муж: живот большой, сам как будто ватный. Наутро вышла на улицу — смотрю, коровы идут. Надутые, живот неестественно большой. Я к мужу: «Толенька, что ж такое — ты же на них похож». Помыться муж водил меня на Припять. Моемся, а мимо едет ЗИЛ, полный людей. Они остановились и кричат: «А вы не боитесь?». И по Красному пошла такая молва: командир в речке жену купает, значит, можно жить, — вспоминает Надежда истории из прошлого.

Надежда вспоминает, как потом военные возвращались в гарнизон:

— Женсовет собрала: девочки, давайте встречать наших. Выпросила оркестр. И вот они подъезжают — колонна машин идет, а женщины и дети кидают цветы на БТРы, плачут. Как будто с войны. Машины остановили, Толя построил своих солдат и офицеров — старая женщина вышла к ним, благодарила, кланялась. Так мы самостоятельно встречали своих мужей. Ордена тогда, кстати, получали начальники, которые и не ликвидировали ничего, наши ребята орденов не получили.

Солдаты и «партизаны» Анатолия Клопотенко в Припяти. Фото из семейного архива

Через месяц после возвращения Анатолий Клопотенко упал на плацу. До поездки на чернобыльские земли был абсолютно здоровым, мастером спорта по боксу. В военном госпитале жене сказали, что «чернобыльских» диагнозов ставить не имеют права.

— Я его забрала домой, выхаживала. У него все горело внутри — на ночь ставила кувшины, банки трехлитровые с водой, чтобы много пил. Два месяца шепотом разговаривал, а до этого такой голосина был — командир же. Для него еще было самое ужасное, что проблемы мужские появились. Молила, просила: не обращай внимания, все будет хорошо.

Спустя два года вернувшегося к службе Анатолия Клопотенко опять забрали — ликвидировать последствия чернобыльского взрыва уже под Светлогорском.

— Сердце, печень — все болело. Вскрытие показало потом, что у него кишечник был в мелкую-мелкую дырочку от радиоактивной пыли. За несколько лет до смерти он все ходил по школам тут, в Киеве. Рассказывал истории про Чернобыль. И всегда заканчивал: вы растете и вам жить на свете, но чтобы такой безалаберности и халатности никогда в жизни не допустили. Последний раз он общался со школьниками в 2005 году. Они ему большой букет тюльпанов подарили. Он захотел сходить к чернобыльскому памятнику, оставить цветы. Умер 26 мая, — говорит Надежда. — Он все в последние годы говорил, что многое из того, что они делали на реакторе, никому не было нужно.

Припятчане в Киеве. Чернобыльские ежики

Любовь Сирота вспоминает: после того как сам побывал в Припяти, встревоженный Анатолий Клопотенко все расспрашивал в подробностях, в каком районе города они с сыном жили, куда выходили после аварии.

После майских праздников Люба с сыном приехали в Киев. Из гостиницы их направили на дезактивацию — в общественную баню в Соломенском районе города.

Накладные на выданную Любови Сироте и ее сыну одежду. Фото из семейного архива

— Нам дали по куску хозяйственного мыла: идите, дезактивируйтесь. Получается, пока мы были в Марьиной Горке, то мылись горячей водой, нормальным мылом, шампунем — это не помогало. А тут прошли через холодный душ с хозяйственным мылом — и сразу же стали дезактивированными? — смеется Саша.

На выходе «прошедшим дезактивацию» выдавали нехитрую верхнюю одежду, по набору белья.

— Замеряли фон — он был серьезный. Саше дали справку, что у него — 50 миллирентген, у меня же только от волос фон был — 1 рентген, — вспоминает Любовь Сирота. — Мне предложили в больницу поехать, но я отказалась: а ребенка куда? Надеялась, что наутро все-таки разрешат возвращаться домой.

В 1989 году специалисты прикидывали, какую дозу облучения получили Александр и Любовь Сирота. Судя по справкам, на Александра «пришлось» как минимум 9 бэр, на его маму — 12 бэр. Фото: из личного архива Александра Сироты.

Шли дни, недели. Семья скиталась по знакомым, случайным приютам. Саше было не до школы: сначала отправляли по лагерям, потом — по больницам. Подсчитывает, что «после Чернобыля» провел в больницах в общей сложности около 24 месяцев.

— Если бы не отношение персонала первого лагеря — не знаю, как бы я тогда все остальное перенес, — рассуждает Александр. — Это была база отдыха кишиневского мединститута в Сергеевке Одесской области. Там нам создали особую атмосферу. Уютные домики на берегу моря, платаны вокруг. Когда мы приехали — забрали наш хлам, а выдали первые в моей жизни кроссовки. Потом, уже взрослый, я приехал на эту базу отдыха и нашел коменданта. Он долго не мог вспомнить никаких чернобыльских, а потом, когда все уже уезжали, догнал нас: «Я все вспомнил! Мы же тогда ваши вещи закопали, а теперь там санаторий „Альбатрос“ построили!».

Потом был пионерлагерь «Юный Ленинец», где по приезде у ребят забрали игрушки, вещи, игры, которые выдали в первом лагере. Саша это место ненавидел, но бежать было некуда.

Любовь Сирота вспоминает, что из Припяти взяла с собой шапку. Когда состригла свои роскошные, но загрязненные радиацией волосы, под шапкой вся голова страшно чесалась. Оказалось, что от шапки — страшный фон. Выкидывала в мусорку с предосторожностью: завернув в газеты, чтобы никто не нашел и не унес с собой

Со временем Любовь Сирота устроилась на Киевскую киностудию, в столице Украины им с сыном выделили квартиру. Но тут сдало здоровье. Вспоминает, как на время потеряла зрение — в тот раз в больнице пролежала три месяца.

Саша первый школьный год после аварии пропустил. Поэтому в специальную школу, для чернобыльских детей, не попал. Ходил в обычную — через стадион. В этой, обычной, за эвакуированными детьми почти до конца учебы держалось прозвище — «чернобыльские ежики».

— Страшно было то, что Припяти, города в 50 тысяч жителей, как будто и не было, — говорит Любовь Сирота. — Когда сделали карту зоны отчуждения, то в центре нее, как будто от руки, была поставлена точка — Чернобыль. А от него до атомной — около 15 километров. А Припяти, которая в двух шагах от реактора, — не было. Говорили только про рабочий поселок у станции. Поэтому, как только смогли, мы с друзьями со слайдами Припяти, с песнями двинулись в путь — организовывали показы на киностудии, в Союзе писателей… Потом сделали фильм «Порог», который запрещала к показу Москва. Все это время, вопреки официальной статистике, в наших чернобыльских домах умирали люди.

Полегче чернобыльцам стало уже в девяностых — когда болезни «от радиации» стали признавать, не сводя жалобы на здоровье к клейму «радиофобия».

Приют для лошадей Пржевальского. «Ничтожный инцидент в масштабах сохранения популяции»

Александр Сирота с женой и дочкой уже три года живут в Дитятках — селе на границе Чернобыльской зоны отчуждения. Сначала здесь думали сделать базу общественного объединения «Центр ПРИПЯТЬ.ком», которое Александр возглавляет. Но потом вышло, что поселился здесь сам. Отсюда до города детства — рукой подать.

Первый раз после эвакуации Александр попал в Припять в 1992 году. Одна съемочная группа, поехавшая делать сюжет, захватила с собой.

— Мне было всего шестнадцать, и я не имел права там находиться, но мы упросили. У меня было часа четыре, чтобы побродить по местам моего прошлого. Сначала я пошел домой — дома было грустно, но конкретно к этому помещению особых чувств я не испытывал никогда. Скорее, домом для меня тогда был ДК «Энергетик», куда я тоже сходил, по тропинке, мимо школы. Город сильно зарос, опустел, и тогда впервые у меня возникло понимание: возвращаться нам больше некуда. Наверное, это понимание привело к тому, чем я занимаюсь сейчас — проблемами сохранения истории Припяти. Как говорят некоторые мои товарищи, нашел свой способ возвращаться.

Кажется, чернобыльская тема не отпустила бы Александра, даже если бы он хотел о ней забыть. 1 сентября 2014 года началась очередная удивительная история. На поле возле Дитяток Саша увидел двух лошадей Пржевальского — они могли прийти только из зоны отчуждения.

Лошади Пржевальского — редкий краснокнижный вид. В начале девяностых нескольких особей завезли в Чернобыльскую зону отчуждения в качестве эксперимента. Лошади стали активно размножаться — сейчас по покинутой человеком территории гуляет три табуна диких коней. Всего в мире около двух тысяч таких лошадей

— Спустя три дня кобылы первый раз пришли в Дитятки. Как раз напротив нашего дома сосед пас своего жеребца — и девочки решили, что это их новый принц. Попытались сманить за собой, но он был крепко привязан, и ничего не вышло. Потом они поняли, что на огородах много вкусного и можно бы остаться. Стали портить огороды местным жителям. Население роптало, но активных мер не принимало, поскольку первое, что мы сделали, — распустили, где только можно, информацию по народному радио, что за их убийство полагаются реальные тюремные сроки.

Первую попытку вернуть лошадей в зону отчуждения сделали при помощи местного батальона охраны. Кобылиц вернули за «колючку», подняли опрокинутую ограду. Милиция отчиталась о проделанной работе в СМИ.

— Часа через два после того, как информация ушла на пресс-центр, лошади вернулись, — смеется Александр.

Вторая попытка была основательнее. Вместе с соседом Александр увел лошадок на двадцать километров вглубь зоны отчуждения, в локацию одного из самых больших табунов их сородичей. На этот раз лошади вернулись через три дня.

Александр Сирота связывался с государственными инстанциями, которые должны обеспечивать выживание краснокнижных видов. В ответ приходили отписки.

— Более того, в одном месте нам даже сказали: в масштабах сохранения популяции ваши лошадки — ничтожный инцидент, и, может быть, даже было бы лучше, если бы они погибли, чем если они из-за вашего жеребца испортят популяцию.

Теперь лошади живут на заднем дворе Сашиного дома, в специально построенном вольере. В июле прибыло потомство — родился первый гибридный жеребенок. Теперь — второй. Александр готов и дальше присматривать за животными, ушедшими из зоны отчуждения — хватало бы только сена на растущую лошадиную семью.

Что касается Припяти, то Александр Сирота продолжает развивать сайт, посвященный своему городу, и мечтает когда-нибудь завершить большую волонтерскую работу — создание проекта «Припять 3D». Эта экскурсия должна показать, каким город был до аварии.

— По-хорошему сам город должен был стать музеем, чтобы туда могли приезжать со всего мира. Но время упущено, мародеры сделали свое дело — многого там больше нет. Теперь мы надеемся хотя бы на виртуальное пространство. А вообще, многие, кто посетил настоящую Припять, мне потом пишут. Пишут, что стали другими, что эта поездка изменила их жизнь. Мне хочется верить, что люди, посетившие Припять, смогут жить, не оставляя после себя мертвые города.